Второй шанс

Глава 1. Игорь

«Ночной снайпер»… Хорошо, что не «Большие сиськи»…

Это первая мысль, которая приходит мне в голову, когда я оказываюсь перед своим клубом. Теперь уже своим клубом.

Два часа назад я подписал оставшиеся документы. Теперь я владелец этого убогого заведения. Внешне, конечно, клуб добротный. Вывеска в норме, ничего не рябит, нет перегоревших участков. Но вот контингент…

Перед входом в заведение, из которого просто грохочет музыка, стоит золотая молодежь. Это становится понятным по их одежде, телефонам и припаркованным рядом авто. Судя по тому, что пацанам не больше двадцати, владельцами машин спортивных моделей являются их родители. Отпрыски, выеживаясь перед очередной телкой-шалашовкой, играют с брелоками. Поза соответствующая. В развалку… Во рту жвачка, перекатывающаяся постоянно опущенной челюстью, а на глазах очки. На улице ночь, а они в солнечных очках ходят. Всегда расцениваю это за факт скрыть свою настоящую личность. Они и трахаются, наверное, в очках. Чтобы не выдать свою душу. Все заверчено на «запчастях» ниже пояса. Они же даже не разговаривают теперь.

- Да пошел ты, придурок! – кричит очередная шалашовка, выходя из машины очередного мажора и громко хлопнув дверью.

За подобный проступок можно и звездюлину получить. Что тут же и происходит.

- Охренела что ли?! – выскакивает с водительского сиденья «перец» с жвачкой во рту и солнечными очками на носу.

Как они не падают в них? Как он собирался ехать за рулем?

Мои мысли прерывает эта парочка. Парень решил проучить девчонку за отказ. Отказ от чего, додумывать не буду. И так все понятно. Друг друга наколоть решили, вот и скандал получился. Но сил у парня, разумеется, больше, поэтому он хватает девчонку за локоть и тут же разворачивает ее к себе.

- Отпусти меня! – визжит девчонка, но никто и не собирается никуда ее тащить.

Пацан что-то тихо, но гневно говорит ей в лицо, а потом с брезгливостью отпускает и отталкивает от себя.

- Идиот! – только и кидает в спину девчонка и направляется в сторону клуба. Видимо, для поисков очередного папика.

Иду и я в сторону входа. У дверей стоят два охранника. Типичные братки из девяностых. Бритоголовые, накачанные и в черных костюмах. Чем они отличаются друг от друга, непонятно. Я и их лица не вижу, поскольку они тоже в черных солнечных очках. Это уже не смешно.

- Здравствуйте, - здороваюсь первым сразу, как только оказываюсь в дверях заведения. – А в ваши обязанности входит защита посетителей, находящихся в момент угрозы жизни и здоровью у входа в клуб?

- Слышь, мужик, - отзывается один после непродолжительной паузы, - пришел, так проходи. Не мешайся тут.

Что ж… Пропустили, в морду не дали и на том спасибо.

Вхожу в логово самого настоящего разврата. Не люблю такие места. Никогда не занимался ночными заведениями. Я все же ресторатор. Я лучше буду следить за поварами на кухне, чем за наркодилерами в своем заведении. Насколько я осведомлен данной же «кухней», последние появляются в клубах не просто так. Владельцы имеют нехилый откат. Вот и Трунов имел. Пока не решил сам попробовать товар на качество. Именно его пристрастие и привело к «покупке» данного заведения. И все бы ничего… Если бы не одно НО…

Это не просто ночной клуб. Это СТРИПТИЗ-клуб.

Из-за мягкотелости знакомого ресторатора, решившего расширить бизнес, но у которого не получилось его удержать, я стал счастливым обладателем данной богадельни. Хожу сейчас в первом же зале и смотрю на полуголых девиц у шеста. Кто-то и правда двигается красиво. Большинство же далеко не профессионалы и работают на отвали. Скорее всего, их обуяла лень. Зачем работать в полную силу, если практически все посетители в это время уже изрядно нажрались и им все равно на эстетику танца. Им сиськи голые покажи, у них слюни и потекут.

Забиваю на голых девиц и подхожу к барной стойке. Посмотрим, что здесь происходит.

- Привет! – кидаю небрежно бармену. – Сделай мне забористый коктейль!

- Может лучше чего-нибудь покруче попробуешь? – предлагает паренек.

- А есть? – сразу же смекаю, в чем дело.

- Конечно!

Он подает характерный знак кому-то. Ко мне тут же подходит мальчонка, по виду совсем малолетка. Ростом не превышает метра шестидесяти. Невольно вспомнил действующее законодательство, прикинул, чем мне это грозит, если выяснится, что дилер несовершеннолетний.

- Пойдем, - чуть слышно произносит, что я понимаю больше по губам.

Иду следом. Не сразу понимаю, что парень ведет меня к черному входу. Какого черта мальчонка знает, где он расположен?! Ничего не поделаешь. Придется и с ними бороться. Оказавшись на улице за заведением, принимаю решение продать к чертям все это дело. Пусть я потеряю в деньгах, но руководить шарагой не хочется.

- Тебе сколько? – шепчет паренек, не смотря на меня.

Что-то внутри запротивилось даже в руки брать эту херню.

- А сколько стоит? – спрашиваю, чтобы слиться с темы.

- Двадцатка.

- Тыщ?

- Да.

Паренек ведет скупой диалог, продолжая смотреть куда-то в сторону. А вдруг это вообще ловушка? Для таких лохов, как я сейчас. Только лох мог вляпаться в это говно. И зачем я согласился забрать долг клубом?

- У меня только двенадцать есть, - специально называю неудобную сумму, чтобы мне не предложили взять половину дозы.

- Тогда вали, - спокойно и без нервов кидает мальчишка и уходит назад.

Мне сегодня определенно везет. Опять легко отделался. Захожу внутрь и иду обследовать помещения дальше. Небольшой коридорчик, в котором непримечательные двери коричневого цвета. Из одной слышу громкое:

- Настюха! Ты следующая!

Тут же вылетает какой-то мужчина лет сорока. Что он здесь делает, непонятно. Я думал, что сотрудниками ночного клуба могут быть только молодые. А этот с виду прилично одетый мужчина не производит впечатление укуренного утырка.

- Вы что тут делаете?! – набрасывается он на меня чуть ли не с криком, но тут же округляет глаза. – Радов? Игорь Радов?

- Да, - я даже смутился своей известности.

- Почему мне сразу о вашем приходе не доложили?! – взмахивает руками мужчина. – Мы вас сегодня весь вечер ждем! Беляков Федор Глебович, - протягивает он руку для рукопожатия. – Управляющий клуба, вторая рука Дениса Ивановича. Очень рад знакомству. Поздравляю вас с приобретением.

От такой воспитанности ошалел. Пожал руку молча. Даже не знаю, что спросить нужно дальше.

- Пойдемте в зал, - предлагает Федор Глебович. – Сейчас к шесту выйдет наша лучшая девочка. Можно сказать, что «прима нашего театра».

Смотреть стриптиз сейчас нет желания, но идти за управляющим приходится. Он усаживает меня за лучший столик, чтобы мне было хорошо видно сцену с шестом. Официант по щелчку Федора Глебовича приносит мне виски со льдом, от которых я отказываюсь.

- Я не пью на работе и в других это не приветствую, - сразу же обозначаю свою позицию. – Увижу персонал пьяным – уволю и виновника, и вас за неисполнение обязанностей.

Управляющий лишь прищуривается и кивает головой. Кажется, он понимает, что я не в духе. Возможно, уже и пожалел, что усадил меня смотреть стриптиз. Но через минуту возле меня стояла бутылка минералки без газа, принесенная также по щелчку пальцами Федора Глебовича. Радует, что хоть официанты выполняют поручения без препирательств. А сам управляющий с опытом и авторитетом.

- Леди и джентльмены! – появляется откуда-то ведущий вечера, на что я просто фыркаю с усмешкой. То же мне… Где он здесь нашел джентльменов? – И вновь на нашей сцене очаровательная Красная Шапочка! Поприветствуем!

На словах ведущего зал просто взрывается в овациях. Не отстает и Федор Глебович, который начал хлопать сильно в ладоши, сохраняя при этом серьезное выражение лица.

Свет выключается. Музыка стихает. На шест направлен луч. Начинается медленная музыка и появляется она…

Глава 2. Игорь

Зал ликует при виде длинноногой Красной Шапочки, которая совсем не одета в костюм сказочного персонажа. Стройная шатенка в луче софита делает взмах ногой, обхватывая шест, и публику просто разрывает от восторга. Взмах головой, разбрасывая распущенные локоны, и добрая мужская часть вскочила со своих мест.

И я тоже.

Я чуть столик не снес, увидев ее на сцене.

- Варя?! – первое, что воскликнул при виде своей жены.

Умом понимаю, что этого просто не может быть. Моей жены уже десять лет как нет на этой земле. И сейчас бы ей было около сорока, как и мне. Здесь же совсем молоденькая девчонка, которой больше двадцати пяти и не дашь. Решив все проверить, резким и быстрым шагом иду к сцене ближе.

Я не смотрю по сторонам, иначе бы увидел, что большинство поклонников Красной Шапочки не малолетние мажоры, а вполне себе самодостаточные мужчины моего возраста или немного младше. Каждый из них присвистывает, машет крупными купюрами, которые готовы вложить ей в стринги. Но девушка медлит. Она будто и не собирается подходить к краю сцены, чтобы собрать куш. Я же готов подлететь сейчас к шесту, чтобы удостовериться в начавшейся галлюцинации.

Варя… Я лично организовывал ее похороны. Я лично поправлял венчик на ее лбу. Я положил ей в гроб перед погребением еще одну иконку. Я до сих пор ношу свое обручальное кольцо на цепи на шее, которое каждый вечер перед сном держу в руках. Без этого уснуть не могу. Я до сих пор оплакиваю ее кончину и не могу смотреть на других женщин, как на людей. Для меня они все очередные девки на ночь, с которыми снимаешь затянувшийся стресс. Время, проведенное с ними, приносит лишь временное облегчение. Временную отвязку от реальности. Мои дети до сих пор начинают утро с воспоминаний о матери. Они скудны в силу их возраста на момент смерти, но настолько родны и вожделенны мной. А тут вот она… Варя…

Моя Варя. Интеллигентная пианистка, окончившая консерваторию, разбирающаяся в музыке и имеющая голос настоящего соловья крутится вокруг шеста… Она уже в одном нижнем белье осталась, быстро скинув с себя короткую юбочку и небрежно застегнутую рубашку.

Красная Шапочка знает как держать зал. И дело не только в изгибах тела, умении владеть им. Все в мимике лица. Оно живое. Я только и смотрю в него. Мне неинтересны ее формы. Меня поражают глаза. В них проносится вся жизнь. Она кайфует от танца. Не от похотливых взглядов и денег, которых у нее еще так и нет, а именно от танца. Своими движениями она будто определенную историю проживает. Если включить фантазию, в движениях можно увидеть диалог двух людей. Злого и доброго. Поразительно.

Я совсем потерялся в связях с реальностью. Сердце бешено билось в такт каждого ее взмаха рукой или головой. Кровь горела, прожигая внутри миллионы отверстий, через которые в меня можно было смотреть насквозь в буквальном смысле этого слова. И она посмотрела…

В какой-то момент Красная Шапочка откидывает пряди с лица, закусывает нижнюю губу и встает на четвереньки. Впервые за свое выступление девушка отдаляется от шеста. Самый ужас заключается в ее приближении ко мне. С каждым движением все ближе и ближе. Кажется, я не удержусь и вот-вот возьму ее за горло. Кого буду душить, не знаю. Красную Шапочку, неизвестную мне девку, обманувшую меня Варю или же просто собственное сумасшествие…

Но мысли взрываются, когда стриптизерша оказывается на краю сцены. На краю сцены и приближенная ко мне на максимально возможное расстояние. От следующих ее движений полнейшая моя парализация…

Кареглазая шатенка, стоя передо мной на четвереньках, делает взмах рукой и обхватывает меня ладонью за затылок. Слегка приложив силу, девушка подтягивает меня к себе. Я же следую ее повелению, приближаюсь и практически касаюсь ее носа своим. Чувствую ее дыхание. Даже ощущаю ее биение сердца, которое стучит в такт моему. Также бешено и волнительно. Она смотрит мне прямо в глаза. Стараясь быть спокойной, насмехается надо мной лишь уголками губ. На мгновение ее лицо пропадает. Остается лишь терпкий запах ванили, а меня словно пронзают тысячи копий. Не сразу понимаю, но сразу же ощущаю влажный острый язычок в своем ухе. Колкий и обжигающий. Но добивает она меня зубками, захватившими мою мочку уха…

Стою ни жив, ни мертв. Хотя скорее мертв, чем жив. Смотрю на нее внимательно, но возвращаюсь в реальность, увидев ее уже возле шеста. Подмигнув мне напоследок, Красная Шапочка докруживает свою историю и удаляется.

Зал словно в агонии бьется. Мужики так и не вложили в ее стринги ни одной купюры. Девушка появилась под овации, под них и удалилась, не собрав заслуженный гонорар. Странно. Может быть она действительно получает от танцев у шеста удовольствие и работает не ради денег.

Не знаю, сколько я простоял на ватных ногах, не двигаясь с места, но вывел из ступора меня управляющий.

- Игорь Семенович, все в порядке? – услышал знакомый голос отдаленно. – Вы ее знаете?

- Как звать? – только и спрашиваю.

- Это Настя. Настя Иванова. Она у нас уже четыре года трудится. Вся толпа не нее и идет.

- Вся толпа говоришь… Чтобы через пять минут была в моем кабинете.

Глава 3. Настя

- Настюха, зажгла, как всегда!

Это меня так встречает наш арт-директор, который выступает еще и в качестве ведущего. Владелец заведения стал в последние пару лет жадноват, поэтому слегка подсократил штат сотрудников. Ходят слухи, что он стал крепко прикладываться к бутылке. Некоторые говорят и о приеме наркотиков. Я его в невменяемом состоянии не видела. Наверное, просто потому, что ухожу сразу же домой после выступления. Меня же ждет Сашка…

Сашка мой парень. Мы с ним со школы вместе. В Москву приехали вместе поступать. Каждый из нас получил высшее образование. Только теперь он простой опер, а я танцую стриптиз. Вот такие в жизни случаются катаклизмы. Смешно, но что делать? Выживать в столице сложно.

- Настасья!

Слышу гневный возглас управляющего сразу, как только сажусь в кресло перед зеркалом гримерной. Федор Глебович – человек уникальный. Это управляющий клубом, который больше исполняет роль владельца. На нем буквально все. Он даже стал подписывать важные документы, потому как Трунов сделал его доверенным лицом с определенными полномочиями. Наверное, возникшие слухи – не совсем слухи. Денис Иванович редко появляется в заведении, поэтому все на себя взвалил Федор Глебович.

Но, несмотря на большой объем работы, вежливость, обходительность и просто человечность остались при нем. Его можно разозлить и вывести из себя, но он всегда остается уравновешенным. Свое недовольство может показать только глазами. В них можно прочитать даже дикое желание убить, стоит ему в момент недовольства возразить. Вот и сейчас я только по голосу и зову поняла, что Федор Глебович зол.

- Федор Глеб.., - я хотела привстать с кресла и встретить его, но он резко разворачивает меня лицом к большому зеркалу и, смотря в отражение, начинает вести со мной разговор.

- Настасья, - нагибается он к моему уху, отчего я только вжимаюсь в кресло, - ты чего сегодня учудила? Кажется, мы при приеме на работу обговариваем правила поведения с клиентами.

- А…Да.., - я заикаться начинаю от понимания, что управляющий видел мою вольность по отношению к зрителю.

В нашем клубе правило – если я только танцую, значит, только танцую. Запрещены прикасания, как к стриптизерше, так и к клиентам. Подобное разрешено только в приват-комнате, где я не работаю. Для этого в клуб приняты отдельные девочки, которые не прочь не только приватный танец исполнить, но и другую просьбу клиента. За отдельную, разумеется, плату.

Сегодня признаюсь в нарушении правил. Повело меня слегка не туда. Я настолько влилась в ритм танца и музыки, что когда увидела эти проникновенные глаза, просто содрогнулась в приятном экстазе. На секунду показалось, что получила самый настоящий оргазм. Но это только показалось. В действительности же растворилась в реальности и пропала в пучине страсти. Так захотелось притянуть к себе этого мужчину, вцепиться в него мертвой хваткой. Зачем? Даже не знаю… Тогда же остановилась только на укусе мочки уха, предварительно не забыв поласкать ушко язычком. А хотелось большего…

- Федор Глебович, я.., - продолжаю судорожно соображать, чего бы такого придумать вразумительного. Не могу же я признаться ему в неожиданно возникшем возбуждении.

- Ой, ладно, - морщится Федор Глебович и встает во весь рост. Продолжая смотреть на меня через зеркало, дает следующие указания. – Тебя новый директор клуба хочет видеть. Ждет в своем кабинете.

- Как новый директор? – тут уже пришла пора удивляться новости.

Девчонки, находящиеся в это время в гримерке тоже посмотрели в сторону управляющего с недоумением.

- Так. У нас новый директор, - строго повторяет мужчина. – И он очень хочет тебя видеть!

Федор Глебович удаляется, но уже в дверях резко останавливается и «кидается» в меня новым указанием:

- Только не вздумай к нему так идти! Оденься прилично!

Девчонки понимают, что дело дрянь, поэтому смотрят на меня с сочувствием.

- Это, наверное, тебе за чувака поцелованного прилетит, - выдвигает версию арт-директор, слегка сморщившись.

Черт! И угораздило же так вляпаться!

Быстро снимаю макияж и одеваюсь в свои джинсы и футболку. Я далеко не такая, какой выступаю на сцене. Мне свойственно носить простые брюки и джинсы. Люблю комбинировать их с простой футболкой или рубашкой. Если иду на вечеринку или встречу с друзьями, могу выбрать блузку. В моем гардеробе нет платьев. Для какого-либо званого вечера приходится специально выбирать день и время, чтобы пройтись по магазинам в поисках подходящего образа. Но делаю я это очень быстро, поскольку не люблю бездумно тратить время. Лучше какую-нибудь научную статью почитаю. Недавно на территории нашей страны упал метеорит. И ученые выдвинули кучу гипотез, что, как и почему это произошло. Очень интересно почитать о составе небесного тела.

Что-то я опять куда-то не туда ушла в мыслях. А все этот мужчина…

Первый раз его видела в нашем клубе. У нас преимущественно завсегдатаи. За четыре года работы я чуть ли не каждого зрителя в лицо знаю. А этот действительно пришел впервые. Зачем пришел? Чтобы меня с ума свести? Стоял такой… Грозный, но смотрел с восхищением. Старался этого не показывать, но глаза выдали. Ох, уж эти глаза… Из-за них все. Повезло же кому-то. Представляю, как он любимую женщину взглядом прожигает.

Все, Настя, успокойся. Ты взрослая женщина, а потекла от какого-то незнакомого мужика! Черт, а мужик-то красивый.

Стою возле двери кабинета директора клуба. Входить боюсь. Представляю, кто там сейчас сидит. Наверняка, полненький престарелый мужчина, который желает пожмакать прелести молоденькой стриптизерши. От этой мысли затошнило. Трунов не трогал девочек без их желания. А желающих потрогать его всегда было много. Он и довольствовался тем, что есть. Точнее, кто есть. Новый директор, видимо, не такой.

Ладно. Делаю глубокий вдох. Выдох. Стучу и сразу же вхожу:

- Можно?

Только оказавшись в кабинете понимаю, что не знаю имени и отчества нового владельца. Он же, в свою очередь, не спешит знакомиться. Не бежит ко мне со своими противными руками и губами в слюнях. Новый директор сидит в кожаном кресле с высокой спинкой, отвернувшись к окну. По макушке, которая слегка выглядывает из-за спинки, оцениваю рост мужчины. Этот значительно выше Трунова.

Невольно опять вспоминаю того мужчину у сцены. Я ростом выше среднего. Но тот выше меня, если не на голову, то на половину точно. Высокий, статный, спортивный, с волевым подбородком и строго очерченными скулами. Не мужчина, а модель с картинки. В темных брюках и в светлой рубашке с закатанными рукавами. Верхние пуговицы были расстегнуты, и из-за этого выглядывала грудь в кучерявом меху… На что я не люблю волосатых мужчин, но у того природная естественность смотрелась дико возбуждающей.

Опять меня несет не туда. Очень надеюсь, что больше я этого зрителя не увижу у нас в клубе.

- Здравствуйте, - здороваюсь специально громко, чтобы унять собственную дрожь от воспоминаний и напомнить о себе, поскольку пауза немного затянулась.

Новый директор слегка наклоняет голову, что также понимаю по перемещению макушки. Затягивает паузу, гад. Хочет показать, что он здесь главный, а я ничтожество. Рассчитывает, что когда станет ко мне приставать, буду молчать как мышка. А вот фи…

Я даже мысль в своей голове сформулировать не успела, как кожаное кресло директора повернулось, и он предстал передо мной во всей красе. Ой, лучше бы это был толстопузый мужчина с противными руками…

- Здравствуйте.., - здоровается новый директор.

От его баса у меня коленки затряслись. Но лучше пусть так, чем опять дикое возбуждение, возникающее от его пронзительного взгляда. В темноте я не до конца почувствовала их притягательность и чувственность. Сейчас же в хорошо освещенном кабинете готова свалиться в обморок.

Сдаю себя громким сглатыванием и глубоким вздохом, после которого и выдох делать страшно.

- Присаживайся, - кивает он на кресло передо мной.

Настроение у нового директора ужасное, поэтому разговор не сулит ничего хорошего. Его поза расслаблена, руки лежат на подлокотниках кресла, но лицо настолько напряженное, будто он сдерживается, как бы не заорать на меня.

На ватных ногах и слегка заплетаясь в них, плюхаюсь в кресло. Сижу, будто лом проглотила. Мне при новом директоре дышать страшно, не то, чтобы разговоры разговаривать.

- Как звать? – подается вперед мужчина, отчего у меня парализует все тело.

И мозги. Потому что я начинаю серьезно тупить.

- Кого? – шепотом уточняю.

- Тебя, естественно, - только уголком губы ухмыляется директор, а у меня от его движений все внутри скукоживается.

- Н-настя, - опять заикаюсь. У меня такое часто происходит от страха.

- Анастасия, значит, - задумчиво произносит мужчина и опять отстраняется, приняв расслабленную позу.

Смотрит на меня оценивающе. Вот только его взгляд ниже моего подбородка не падает. Он так и залип на моем лице. Я не с открытым глубоким декольте, но грудь у меня упругая. А сейчас я вообще без бюстгальтера, поэтому посмотреть есть на что. Не думаю, что моя джинсовая куртка, накинутая сверху, прячет прелести. Почему ты смотришь только на лицо? Где твой похотливый взгляд? Зачем ты меня к себе вызвал?!

- А вас как? – осмеливаюсь и тихо интересуюсь.

Мужчина опять выдерживает паузу, поджимает губы и твердо отвечает:

- Игорь Семенович.

Он не многословен. От его скупости на слова начинаю сходить с ума.

- А фамилия?

Зачем я все это спрашиваю? Да просто, чтобы разговор начать! Меня там Сашка ждет, а тут непонятно чего от меня хотят. Если уж вызвал, чтобы помацать, так начинай! Я уже готова не сопротивляться! У тебя получилось подчинить меня себе своим молчанием!

- Радов, - опять басом и коротко.

Он не пьет. В руке нет сигареты. Он просто смотрит на меня. Черт, может встать и раздеться сразу? Чего медлить-то?!

- Очень приятно, - пытаюсь улыбнуться, но мой голос настолько тих, что вряд ли мужчина понял мой настрой на позитивный лад.

- Не могу ответить тем же, - внезапно повышает он голос, говоря строго.

Несмотря на начинающееся отчитывание моего поведения на сцене, я рада хоть какому-то сдвигу в нашем диалоге.

- Как часто ты позволяешь подобные фривольности в отношении клиентов?

Вопрос звучит гораздо строже, и я начинаю блеять, нервничая:

- Я… Я просто…

- Что просто? – складывает он руки в замок и расположив их на столе, подавшись опять немного вперед. – Решила, что это может быть очередной богатый папик?

Меня отчитывают словно нашкодившую ученицу. Это поражает и раздражает одновременно. Я сама учитель. И знаю, на что нужно надавить, чтобы ученик понял свою вину.

- Я не ищу папиков, - в моем голосе появилась уверенность. Расправляю плечи и решаю держать удар. – Я просто так захотела сделать.