До дрожи в тебя

И я тоже чувствую себя взрослой, конечно же...

– Спалим танцпол к чертям? – предлагает она, обнимая нас с Аленкой, и мы визжим. Я впервые пью... Точнее даже не так... Я поглощаю коктейль за коктейлем... На полном серьёзе, наплевав на то, что мне семнадцать и что я вообще не умею пить... Иначе просто взорвусь... От эмоциональной бомбы внутри...

Хорошим тут не пахнет... Но у меня вся жизнь летит к чертям… Страдать от неразделённой любви так мучительно…

И очень скоро я стою в туалете и пошатываюсь, рассматривая себя в зеркало.

– Я же красивая?

– Шутишь? – смеётся Аленка. – Самая...

– Да? А сиськи?

– И сиськи, – ржёт Каринка из кабинки и параллельно ссыт.

– А ты не подслушивай!

Слышу истерический хохот и закрываю главную дверь в уборную на щеколду.

– Ты чего?

– Сейчас... В жопу всё...

Стаскиваю платье вниз. Тонкие бретели и корсет до самого пояса, пока девчонки хохочут и крутят у виска. Беру телефон и фоткаю свои сиськи. Вместе с лицом. И геотегом. А затем жму на кнопку «Отправить»...

Одному единственному в моей жизни принцу…

Глава 12.

Алек Беркут

В честь двадцатилетия фирмы моего отца организован огромный торжественный вечер в одном из ресторанов города.

Белоснежная рубашка, аккуратно выглаженные брюки со стрелками, идеально уложенные барбером волосы делают из меня всех тех мужиков на обложках глянцевых журналов.

Не знаю, что у меня при этом внутри...

Я люблю классику. Я одеваюсь по ней...

Но сегодня... Сейчас... Главным аксессуаром служит удавка на моей шее. Которая становится всё туже по мере прослушивания восторженных речей о моем бате...

Я не завидую... Скорее... Я просто всего этого не понимаю. Масштабы слишком огромные, чтобы выë...

Я не настолько этим заинтересован, хоть деньги и имеют для меня определенную ценность.

– Алек... А это – Эдик, сын Михаила Эдуардовича...

Какое оригинальное, блядь, имя. Спорю, в деда назвали… Империя Эдуардов, нахуй.

– Алек.

– Эдик.

Видно, что этот Эдик так же, как и я крайне рад столь знаменательной встрече.

– Главное, веди себя соответственно, – подливает отец масла в огонь.

– Соответственно, это как? – спрашиваю, чувствуя, что отец скоро закипит. А мне, блядь, до того смешно... Цирк уродов, нахер... Иллюзионисты хреновы...

– Алек, не прибедняйся и не начинай. Всё равно придётся остаться до конца приёма. Это важно. Весь бизнес в итоге отойдёт тебе.

Сука, сколько можно мне этим тыкать??? Я семи лет слышу, что этот бизнес отойдёт мне…

А чего я сам хочу меня никто и никогда даже не спрашивал.

– Опять двадцать пять. Я нормально себя веду.

– Алек, – прерывает мама, взяв меня за руку. – Не спорь с отцом. Пойдём...

О чём вообще шла речь, не пойму... Кто с ним спорил? Хз... Я и не собирался даже. Это у него вечно какое-то раздраженное состояние на подобного рода мероприятиях.

– Мам, у меня вопрос по поводу выходных... – обращаюсь к ней.

– Давай так. Если отец сможет. Ладно?

– Как всегда. Да без проблем. Сам сделаю, значит...

– Алек... Я же говорю...

– Ага. Без вопросов, мамуль, – целую тыльную сторону её ладони и исчезаю в многочисленной толпе батиных фанатов...

Я бы мог нахуяриться, но мне и этого нельзя. Я тут чисто для показательной акции... Хз кто я для людей, но для семьи – единственный ребёнок. Сын. Наследник. Продолжатель великой фамилии Беркут.

Примерно через час всей этой суеты мне вдруг становится так скучно, что я зависаю в телефоне...

Ничто, абсолютно ничто не предвещает беды...

Как вдруг... Мне приходит фото с геотегом, и паркет под ногами начинает дымиться... Потому что…

Сука... Она издевается???

Не писала мне месяц, а то и больше... Не виделись…

И тут на тебе, Алек... Сиськи... В полной красе... И личико такое пьяное, что у меня в мгновение бурлит кровь... Где она? Чё это за место?

Пробиваю и вижу клуб... Клуб, сука, в семнадцать, да ещё и подшофе! Нет, у меня точно сейчас крыша поедет. Естественно, я даже не думаю. Сразу же подрываюсь, как снаряд. Никогда меня ещё так не бомбило. Никогда не задевало. Была бы где в гостях у подружки я бы не поехал…

Да кого я обманываю? Увидев её голой, поехал бы… Вот сто процентов.

И никакие внутренние уговоры не помогают. Мракобесие, с-с-сука!

Только иду к выходу, как меня за локоть ловит взбесившийся отец. Ощущение, что он меня выслеживал.

– Куда?!

– По делам.

– Что такое? Какие дела в День фирмы?! – возмущенно спрашивает, дико меня напрягая. Он бы меня заставил здесь быть, даже если бы у меня аппендицит в этот день вырезали, нахер.

– Отец... Там... Вася...

– Блин, Алек... Опять твои Яровые?! У них семья большая и без тебя справятся, шуруй обратно. Живо за стол!

– Нет, не справятся, – рявкаю я, уставившись на него, а мама пытается нас успокоить. Честно, ещё секунда и готов втащить собственному отцу.

– Слушай. Она в беде. Я должен помочь. И сразу вернусь.

Он смотрит на меня так, что сейчас раздавит. Подгадала принцесса день, ничего не скажешь. Не прекрасная, а премудрая... Жопа, блин, бурундучья.

– У тебя час, сын. Время пошло.

Я киваю и убегаю оттуда... На всех скоростях мчу в это чёртово убогое место... Ну не убогое, конечно, новый какой-то клубец, но от мысли, что здесь сейчас находится та девочка, которую я носил на руках в детстве и помогал убаюкивать… Мне неприятно царапает нутро. Она же, блин, маленькая ещё для всего этого… И эти сиськи… Так и мельтешат перед глазами.

Внутрь влетаю с видом палача. Реально готов её убить за эти, сука, выходки... Ладно хоть мне скинула, а не на общий обзор... Или ещё кому... Но какие у неё всё-таки...

Твою мать... Эти соски будут сниться мне ночами, как и её вареник. Точно... За что?! Теперь уже полный обзор для дрочки...

Ищу её среди других... Я же как детектор. Точно просканирую всё. У меня сигнал на неё настроен.

И стоит мне увидеть знакомые движения рук и бёдер на танцполе... Я реально по-настоящему хочу её, блядь, убить...

Незамедлительно трогаюсь в ту сторону, где среди подобных кукушек безмятежно и совершенно отчаянно двигается моя самоубийца...

Остаётся пять шагов до цели.

По глазам и поведению вижу, что она уже в говно.

Пять шагов, и я точно сделаю с ней что-нибудь эдакое…

Четыре – сердце отбивает бешенный ритм.

Три – в горле пересыхает.

Два – кулаки сжимаются.

Один – расширяются зрачки…

– Алек...

– Я тебя убью...

Глава 13.

Василиса Яровая (Прекрасная)

Он здесь... Приехал... Красивый, словно с обложки... И такой злой... На меня злой... Задело...

Я и вякнуть не успеваю, как меня хватают за руку и тащат к выходу, а я еле успеваю перебирать ноги.

– Алек! Алек, стой. Прости, пожалуйста! Алек, отпусти! – кричу, но он тараном идёт сквозь толпу и никак не реагирует на мои слова.

Прохладный воздух бьёт в лицо, запястье жжёт от его хватки. Потому что он держит меня так, словно я сейчас сбегу от него... Но, кажется, это нереально. Он выглядит как машина для убийств. Терминатор хренов.

– Да стой ты! – отдёргиваю руку.

– В машину садись быстро! – рявкает, клацая челюстью.

– Нет, не сяду! Не сяду, – я повышаю голос, и все, кто курит на парковке, пялятся на нас.

– Ещё как, блядь, сядешь. Иначе я силой тебя затолкаю. Нажралась, блин. Чё отчебучила?!

– Я не отч... Отча... Кароче! – визжу, топая каблуком, а он ржёт надо мной.

– Не сядешь, малыш, пожалеешь...

– Зачем?! Зачем ты приехал?!

– Тебе показать?! – приподнимает он телефон, достав его из кармана, и я буквально чувствую, что мои щёки горят. – Порыв, конечно, оценил. Сиськи – зачёт, малыш. Только одного не учла – я тебе, блядь, не мальчик по вызову, терпеть такое. Жопу прижала быстро, и я отвезу тебя домой!