Жестокая. Прости меня

Она приехала за ним? Каждый вечер будет приезжать?

Боже, не представляю, что со мной будет, если придётся всё время наблюдать их вместе...

Глава 3.

Саша Лисовая (Лиса)

Новый день начинается с новых неприятностей…

– Мне жаль, Матвей Артемиевич...

Я пролила кофе на его стол. Пролила на его стол! Чёрт, Саша... А всё потому что он вошёл в кабинет без предупреждения, когда я рассматривала фото на его столе.

Разве любящие люди ставят на стол одинокие фото в обнимку с байком? Безумно странно...

– Извините... Я всё уберу...

Дьявол! И почему я такая растяпа! С ума сойти!

– Александра, Вы не нервничайте так, молоко пропадёт и Вашему супругу самому придётся кормить Вашу дочь... – словно издевается он, чем вводит меня в какой-то ступор.

– Чего?!

– Ничего, – рявкает он в ответ, и я смотрю на свою грудь. Вроде бы всё прикрыто. Откуда он вообще знает, что я кормлю? Это так очевидно? Мужики это чувствуют? Боже...

Промакиваю стол салфетками и иду за тряпкой. Случайно задеваю Ника, когда он проходит мимо, и меня словно ударяет током. Вот это электрический разряд... С ума сойти.

Мне кажется, его и самого нехило шарахнуло.

– Извините.

– Александра, хватит извиняться. Успокойтесь уже, – дёргано произносит он, глядя на меня.

– Боже, я не знаю, что сегодня со мной такое... Изви... Простите. Чёрт...

Я вся красная. Никитин смотрит на меня с прищуром. Рассматривает. Словно заново изучает.

– Я пойду работать. Вам еще что-то нужно? – спрашиваю растерянно. Не знаю, как смотреть ему в глаза, поэтому смотрю куда угодно только не на него.

– Пообедаешь со мной? – спрашивает внезапно, и я теряю дар речи. Думаю, послышалось. Точно послышалось...

– А?

– Обед... Давай обсудим дальнейшее взаимодействие... – заявляет он, вызвав у меня дрожь по телу.

Слово-то какое... Взаимодействие... Интересно, что он под ним подразумевает...

– Ладно, хорошо... Давай... Те... Пообедаем...

Надеюсь, ничего лишнего…Надеюсь, это нормальная идея…Хотя нет, кого я обманываю?! Самая худшая идея на свете!

– Договорились. А пока мне нужно, чтобы ты связалась с Келлером. Я много думал вчера и решил, что ты права. Можно дать ему шанс, раз он так желает получить эту территорию и готов платить...

– Серьёзно? – ошарашенно ловлю его тёмный взгляд своим.

– Да, Саша, я умею признавать ошибки, – говорит он, вздыхая. – Иди. Скажи, что я готов встретиться с ним в три часа дня.

– Хорошо.

На этих словах выхожу... Пытаюсь почувствовать ноги.

С трудом доживаю до обеда, потому что мне дико страшно. Особенно потому что не знаю, чего от него ждать...

Но когда мы выходим из офиса, я чувствую себя несколько спокойнее что ли... Ведь мы идём в соседнее здание практически молча. Обсуждая лишь то, что я договорилась о встрече.

– Присаживайся...

– Значит, мне можно тоже называть тебя на ты? – спрашиваю, взяв в руки меню.

– Разве что за стенами офиса, но не думаю, что это будет часто, так что... – он тоже выбирает заказ и больше не разглядывает меня. Хотя я всё равно всегда ощущаю рядом с ним какое-то напряжение.

– Поняла.

– Тебе кофе?

– Нет, мне нельзя кофе. Как ты уже заметил, я кормлю. Можно чай.

– Ясно, – отвечает очень сдержанно, но при этом я вижу, что нервничает. – Когда увидел тебя... Думал, работаешь няней. Надеялся.

– Отчего же?

– Идиот потому что, – бубнит под нос, кашляя, и отвлекается на официанта. Делает нам заказ, а потом смотрит на меня своими сердитыми. Густые брови добавляют взгляду строгости.

– А вообще я представлял тебя мамой... Нравится тебе?

– Не то слово. Я люблю быть её мамой, – отвечаю с улыбкой на устах. Потому что действительно люблю…И его люблю. Потому что он мне её подарил.

– Как назвала?

– Катей... Катюшей.

– Хорошее имя, – на этом заключении весь мой внутренний мир подвергается атаке... Ему нравится, как я назвала нашу дочь... Ему нравится... Наверное, он думает, что она совсем маленькая... Что я вышла замуж и родила не так давно... Боже... Не буду его переубеждать. Ни в коем случае... Уверена, он будет прекрасным папой. Это ведь мой Ник... Самый лучший мужчина на земле... Самый сильный...

– Спасибо за обед, – благодарю, когда мы выходим оттуда. Больше мы ничего личного не обсуждали. Только по работе.

– Не за что. На встрече с Келлером ты должна быть. Записывать каждое слово.

– Да, поняла.

Опускаю взгляд и ухожу к себе, а там меня тут же перехватывает одна из сотрудниц офиса.

– Ты что обедала с Матвеем Артемиевичем??? – спрашивает таким тоном, словно я украла у неё что-то.

– Ну да...

– У вас служебный?

– Боже, нет. Конечно нет.

– Мммм... Это хорошо, потому что Люда и Рита уже думают, как сделать так, чтобы тебя поскорее уволили, – заявляет она, и я хмурюсь.

Кто это вообще такие? И с какой стати? Дурдом. Никитин даже во взрослой жизни для девиц, как красная тряпка для быка. У него какая-то природная особенность притягивать к себе сумасшедших баб...

– Я в этом не участвую. У меня работы много, – сухо отвечаю и ухожу к себе, готовиться к предстоящей встрече.

На ней мы с Никитиным то и дело переглядываемся, пока Келлер говорит о своих планах. Кажется, Нику нравятся его идеи. И он предлагает пару планов, которые можно спроектировать. Я же усердно записываю.

– Александра Викторовна тоже будет участвовать в проекте. Вообще это была её идея, я даже подумываю посадить её за исполнение, – говорит он, а у меня чуть ли не вылезают глаза из орбит. Какого черта?! Почему не предупредил?!

Келлер смотрит на меня, и я тут же начинаю говорить про наши возможности. Язык у меня более-менее подвешен, но по проектам я явно не дотягиваю, и он это знает. Так какого чёрта творит?!

– Хорошо, Александра Викторовна, увидимся в понедельник, – заявляет Келлер и уходит, а я смотрю на до ужаса спокойного Ника, который вальяжно развалился в кресле и сверлит меня довольным взглядом.

– Зачем, Ник? Ты ведь знаешь, что я не разбираюсь...

– Когда-то же надо начинать. Не всю жизнь в секретарях сидеть. Ты явно умнее тех баб, что сидят по кабинетам. Так чего не использовать мозги на максимум?

– Но этому надо учиться. Это миллионы... А у меня диплом журналиста! – выпаливаю я, стиснув челюсть.

– М... Всё же закончила... Радует... В стране тебя не было... Помог что ли кто... – нагло выдаёт своё заключение, чем ещё сильнее меня провоцирует.

– Это к делу не относится.

– Говоришь так, словно мы на следствии. Я конечно легко могу переключиться в мента. По щелчку пальца, если нужно. Но поверь, тебе не понравится, – угрожает он, вынуждая моё сердце стучать чаще. Уже забыла о его способностях…И о том, как легко он умеет принуждать. Особенно принуждать меня к сексу…Боже…О чём я только думаю??? Это всё гормоны… Они! Подлые предатели!

– Я не нуждаюсь в резком повышении. Мне хватает денег. А это ответственность, которую я сейчас не потяну, – отвечаю более ровным тоном.

– Хватает денег... Что ж... Рад за тебя и твоего добытчика, – язвит ещё сильнее. Вижу ведь, что кипит весь. Уже покраснел, а не унимается.

– Никитин, хватит ревновать!

– Лисовая! Кстати... Ты ещё Лисовая?

– Я за этот проект браться не буду и точка. У меня другая работа.

– Трусиха.

– Думай, как знаешь, – разворачиваюсь на каблуках и начинаю уходить. Бесит настолько, что чешутся кулаки. Кем он себя возомнил?

Выставил меня в некрасивом свете перед клиентом. А потом мне как-то объяснять, что у меня нет должного образования и опыта... Еще и намекнул, что искал меня... Я и так знала, но все эти его выпады... Непонятно чего он вообще хочет.

Дожидаюсь вечера и собираюсь домой. Устала. Дико устала. Хорошо, что сегодня пятница. А это значит, два дня без Никитина... Только с Катюшей. Оно к лучшему... Успокоюсь. Порефлексирую. Посублимирую. Сделаю все, чтобы в понедельник ловить дзэн и не реагировать на своего распрекрасного начальника....

Уже собираюсь выходить и слышу резвый стук каблуков, а потом дверь в кабинет Ника громко хлопает, чуть ли не с треском. Прислушиваюсь на автомате, как дурочка, но не слышу ничего, кроме бешенного стука своего сердца. Боже, что они там делают? Трахаются, да? Конечно трахаются, Саша... Это же Никитин! И дня не проходило, чтобы этот парень не думал о сексе. Что удивляться???

– Я ведь всё уже сказал, – дверь открывается, и мы все втроём сталкиваемся взглядами. Я, которая стояла и грела уши, как идиотка, та самая девушка, которую я с ним видела, и злой практически взбешенный Никитин.

– Александра Викторовна, будьте добры, не подслушивайте чужие разговоры, пока я не уволил Вас за нарушение дисциплины! – грубит он, на что я растерянно хлопаю глазами.

– Они здесь у тебя все так развратно выглядят? – спрашивает его спутница. – Сам секретаршу подбирал?

На этом моменте я вдруг пробегаюсь взглядом по длине своего платья. Всё выглядит более, чем прилично. Ничего такого, о чём говорит эта гадкая стерва. Разве что цвет волос... И макияж у меня совсем не яркий. Еле заметный, нюдовый. Но сильнее всего ранят именно его слова.

– Извините, – я совершенно опустошённо возвращаюсь к столу, хватаю сумочку с пиджаком и убегаю оттуда в растерянных чувствах. Кого я обманываю? Мы никогда не сможем существовать вместе. В одной компании... В одной стране... На одной планете, блин!

***

Выходные проходят в спокойствии. Даже более чем…Я не могу наглядеться на свою милую дочь. Не могу перестать гладить её и нюхать. Целовать её пухлые нежные щечки. Слушать бархатный смех. Мечтать, что её папа хоть когда-нибудь о ней узнает… Одного взгляда в её глаза достаточно, чтобы понять чья она…Это его глаза. Только его…Прожигающие, безумно красивые. Строгие, сильные…Цвета горького шоколада…

Не устаю говорить ей об этом. Что она вся в папу… И она уже произносит это слово, хоть и ни с чем его не связывает…

Душой я отдыхаю рядом со своей малышкой. Парю в невесомости…

Навещаю своих родителей в воскресенье. Они очень счастливы, что я приехала. Лёня подвозит прямо до подъезда и забирает тоже, потому что я опасаюсь снова увидеть Ника. Мама немного осуждает меня, что я родила вне брака. Она ведь ничего не знает. Думает, что я отдыхала в Болгарии и от кого-то там залетела, а потом расставшись, вернулась обратно. Я намерено назвала другую страну, чтобы они не передали Нику, если вдруг он будет меня искать. Такая вот легенда для родных… Словно их дочь – гулящая падшая женщина. Но меня это не пугает. Я счастлива быть матерью своей малышки. Это – главное.

***

Наступает понедельник. И я решаюсь пораньше приехать на работу, чтобы на этот раз сделать всё заранее и не попадаться ему на глаза до восьми. Готовлю кофе, блокнот, поливаю цветы, делаю влажную уборку у него на столе. И моя слабость даёт о себе знать. На секунду я сажусь в его кресло. Это безумие, но я словно улавливаю его запах в воздухе…Повсюду. Вся сразу же покрываюсь маленькими иголочками.

Закрываю глаза и душа словно скользит по острию булавки. Танцует…В его объятиях.

А потом я резко выдираю себя из этих ощущений…Нельзя…

Мне нельзя об этом думать.

Смотрю на последний стикер у него в боксе и хочу сменить упаковку…А когда открываю ящик его стола…

Вижу наше с ним общее фото…

Глава 4.

Саша Лисовая (Лиса)

В спешке я закрываю стол обратно. Ощущение, что это именно та фотография, которая стояла в этой рамке, потому что зажимы на ней именно в тех местах. Значит, он сменил её недавно? А что же тогда не выбросил? Почему решил оставить?

Мысли разбрасывает в разные стороны, но я стараюсь выглядеть собрано и взять себя в руки.

Когда Ник приходит, не подаю виду, что что-то там увидела.

– Зайдите, – снова вызывает.

И чего ему на месте не сидится!? Может ведь, зараза, сам справиться... Всё равно гоняет... Нет, так нельзя, Саша, он – твой начальник! Ты не права сейчас!

– Да... Что такое? – захожу, замирая в дверях. Снова красивый…Идеальный.

– Здравствуй, – здоровается, осматривая меня. – Не забыла, что сегодня встреча по проекту?

– Я думала, я доходчиво объяснила… – хмурюсь, на что он мотает головой.

– Это не обсуждается. Сегодня в шесть ты должна быть здесь на встрече, – командует он, не оставляя и шанса отказаться.

– Но рабочий день до пяти! – выпаливаю, скрестив на груди руки. Я задерживаться здесь точно не собираюсь. Меня Катюша дома ждёт…

– Поэтому я сейчас отпускаю тебя. Можешь быть свободна. В шесть ты должна быть. Могу послать за тобой машину, если нужно, – твердит он, что-то набирая в своём ноутбуке.

– Нет, спасибо, меня довезут, – отвечаю, вздохнув.

Еще не хватало, чтобы он узнал, где я снимаю.

– Окей, – скупо отрезает, даже не глядя на меня, и я выхожу из его кабинета в растерянности.

Он снова надавил, и я проглотила... Хотя не хотела этого делать. И вот уже звоню Лёне, чтобы он забрал меня.

Время дома пролетает незаметно, а уже к 18:00 я приезжаю обратно. В офисе почти никого нет. Только охранник внизу, я и Ник. Мы с ним ждём Келлера.

– Красивое платье, – разглядывает Матвей, и я краснею. – Мне жаль, что тебе пришлось услышать это. Ты не выглядишь развратно. Это не правда.

Чёрт возьми…Зачем он поднял эту тему?

– Да? Очень рада, – отрезаю, глядя на часы.

Где его носит??? Уже десять минут седьмого...

Наконец слышим сигнал лифта.

– Извините, непредвиденные пробки, – произносит Келлер, когда заходит внутрь. Мы встречаем его с уже готовой презентацией. Конечно же её делал Ник. Когда он объясняет всё, я заглядываю ему в рот. И Келлер смотрит так же. Мне остается болтать головой как китайскому болванчику.

– А вот реализацией, подбором команды и исполнителей займется Александра Викторовна, – заканчивает Матвей. – Вот наш ценник. Выше установленной стоимости.

– Чёрт... Я рассчитывал на ту сумму.

– Я кое-что добавил в проект, как уже говорил. В эту стоимость входит экологическая безопасность. Для того, чтобы не возникало проблем в будущем перед администрацией, – он настойчив. Всегда говорит с людьми так, будто ему все обязаны, и у них нет выбора отказаться.

– Я понял... Хорошо, мне надо подумать. Ответ дам завтра. Спасибо, можете скинуть мне презентацию на ящик?

– Скину...

– Александра, а Вы знаете самых выгодных исполнителей... Из тех проектов, что готовил Альберт? – спрашивает меня Келлер, и я сглатываю, с опаской глядя на Ника. Не ляпнуть бы лишнего.

– Если брать в расчет вообще всех, то безопаснее всего обращаться к Барсу. Но у них и ценник соответствующий, потому они сожрут Вам половину бюджета. Я бы предпочла Вирту. Они хотя бы соблюдают сроки и не нарушают договор.

– Понял Вас, – Келлер записывает что-то в телефон и прощается с нами, а я кое-как выдыхаю.

Боже, ужас.

– Ты молодец, говорил же, включай мозги, – добавляет Ник, собирая со стола бумаги и вырубая проектор.

– Ты, как всегда, деликатен и мил, – язвлю в ответ, наливая себе воды. Начинаю жадно пить, так как в горле всё пересохло.

– Раньше тебе нравилась моя грубость и прямолинейность, – отвечает так, словно пытается побольнее ударить, а я и вовсе закашливаюсь. Вода попадает не в то горло и часть её проливается на платье. Никитин тут же возникает сзади и чуть постукивает по спине.

– Порядок? Ты как?

– Нормально... Нормально, – вдыхаю воздух, замирая перед ним. Чёрт, он так близко...

Чёрные глаза прибивают меня к полу. Не могу дышать.

Мужская рука нагло подаётся вперёд, и я чувствую, как он касается моей щеки, закрывая перед ним глаза.

– Что ты делаешь? – шепчу, когда она сползает ладонью на мою талию.

– А ты как думаешь? – выдыхает он, обхватив меня под попой, и резко усаживает на свой стол.

Господи. Боже.

Он разводит мои ноги в стороны и становится прямо между ними. Платье безобразно задирается. На мне чулки, и я ощущаю себя какой-то шлюхой.

Никитин склоняется. Уткнувшись своим лбом в мой, шумно дышит и давит большим пальцем правой руки на мою нижнюю губу. Собирает слюну и размазывает по подбородку, а потом рывком дёргает меня на себя, и я скольжу ягодицами по столу, оказываясь притиснутой к нему в упор. Чувствую его эрекцию даже через слои одежды. А ещё понимаю, что уже взмокла.

– Ник... Ник, не надо, – выставляю ладони в его грудную клетку. Вся трясусь перед ним. Боже, что он со мной творит???

Я же мама…Блин…Кормящая женщина…

Его пальцы съезжают ниже и касаются моих трусиков. Так чувственно касаются. Закрываю глаза, вздрагиваю. У меня не было секса целых полтора года. Господи. Я в ужасе. Моё тело меня предает. А он совершенно беспринципно меня расхищает.

Ведь думает, что я замужем…Что у меня ребёнок от другого. И всё равно трогает…Боже, что он себе позволяет?

– Шире раздвинь, – помогает он мне развести ноги. – Вот так.

– Ник, боже... Не надо, прошу тебя...

– Ты сама хочешь. Потрогай... – заявляет он, пока я тянусь к его губам, но он не целует. Отстраняется. Просто трогает и по моим бёдрам уже течёт.

Я таю на этом самом столе. Борюсь с самой собой. Со своими желаниями. Острый коктейль его запахов не даёт разорвать эту связь.

А глаза обездвиживают.

– Лисаааа, – выдыхает он в мой рот. Дует на губы, кусает скулы, шею. Я плыву, ощущая, как в животе скапливается жгучее тепло.

Он не просто меня трогает. В этих касаниях я чётко чувствую нити, которыми награждают марионеток. Вот она я. Одна из них. Зависимая, слабая, подчиняющаяся.

Он толкает пальцы в мой рот, и я сосу их, сосу так страстно, что он шипит. Слышу звуки бляшки. Второй рукой он расстёгивает ремень и приспускает штаны, а у меня внутри такой апокалипсис происходит, что я на эмоциях бью его в грудную клетку. Он отлетает, а я ошалелыми мыслями пытаюсь понять, до чего докатилась, раз сижу на столе босса с широко разведенными ногами и позволяю себя лапать. Ужас в глазах. Покрасневшее лицо. Дышу как загнанный в клетку зверёныш.

– Господи, мне жаль. Мне так жаль, – я тут же спрыгиваю, одёргивая вниз платье. Касаюсь горящих щек. Обжигает. – Это ошибка, чёрт, мне дико жаль... – хватаю сумку и тут же вылетаю из его кабинета, а он так и не говорит мне ни слова…

Глава 5.

Саша Лисовая (Лиса)

Я взяла больничный. К чёрту, не могу вернуться обратно. Чувствую себя просто ужасно. Стоит уволиться? Думаю, да... Только вот куда идти практически без опыта... Дьявол!

Он – Дьявол во плоти! Змей – искуситель, Иуда! Ненавижу его и как моё тело реагирует на него!

– Моя девочка, засыпай, малыш, засыпай, – твержу ласковым тоном, когда Катюня прикрывает глаза. А потом и вовсе чуть сама не валюсь с ног от усталости, пока вдруг не слышу стук в дверь. Няни сейчас нет, Лёня уехал по делам, но у него есть ключ. Интересно, кого это черти принесли.

– Кто? – спрашиваю, прислушиваясь.

– Доставка, – отвечает грубый голос, похожий на...

На…

Открываю дверь и застываю.

Закутываясь в кардиган, выхожу на лестничную площадку, глядя на Ника, который держит в руках корзину фруктов и лекарств.

– Заболела ведь, это тебе, – протягивает, но я не принимаю.

– Как ты узнал, где я живу?! – выпаливаю практически зло. Мне не нравится, что он снова следит за мной.

– Брось, для мента вообще не проблема, – отвечает язвительно, на что я хмыкаю.

– Мне всё это не нужно. Спасибо. У меня есть, – отрицательно мотаю головой и делаю шаг назад к двери.

– Возьми или выброшу, – заявляет его грубый тон, и я встаю в позу.

– Выбрасывай.

– Ок, – он настойчиво и уверенно идёт к мусоропроводу.

– Нет, стой, подожди, – жмурюсь я, состроив жалостливую гримасу. – Я погорячилась. Давай. – протягиваю руки и принимаю подарок. – Спасибо.

– Ты с мужем? – спрашивает, и я сглатываю.

– Я с ребёнком, – прерываю сразу же. Я ни за что не впущу его в дом. Ни за какие коврижки! Не-а!

– Ясно... – смотрит вниз, будто бы задумавшись. – Насчёт вчера... Я был не прав. Больше не повторится.

– Хорошо бы... – вздыхаю. А сама испытываю...

Разочарование? Нет...

Скорее, просто стыд… За то, что всё ещё чувствую к нему так много, что готова на всё.

– Когда сможешь вернуться? – смотрит прямо в глаза, а я растерянно опускаю взгляд.

– Пока не знаю. Дня три мне точно нужно.

– Понял. Не задерживайся, – бросает Никитин и начинает уходить, а у меня сердце готово за ним вдогонку броситься. Проломить грудную клетку и вырваться наружу, наплевательски бросив меня на произвол судьбы. Вот что это такое? Как он так меня приручил?

Вхожу обратно, оглушенная мыслями о том, что пришел и проведал... Будто ему важно. Будто переживает за меня и волнуется. Это ведь очень приятно. Очень-очень. Внутри будто тёплым пледом накрыли.

И на этой волне я иду разгружать корзинку, натыкаясь взглядом на свёрнутую записку. Разворачиваю и начинаю плакать. Потому что это та самая записка, что я ему писала. На прощание…

Сохранил и вернул... Боже, как же больно видеть это...

Захотел напомнить о том, кто виноват во всем... Захотел взбередить раны...

Получилось. Удалось, Ник... И так очень больно...

И так невыносимо…

***

Три дня проходят быстро. Более-менее привожу мысли в порядок и выхожу на работу. Он ведёт себя отстраненно. Только смотрит порой исподлобья, а в целом не подходит и не позволяет себе лишнего. Я же просто исполняю свои функции на автомате. Не задерживаюсь, не обедаю с ним и просто стараюсь держать фокус на работе, а руку на пульсе. На всякий случай.

– Твой супруг сможет побыть с твоим ребенком двое суток? Нам бы в командировку вместе съездить. Мне нужен ассистент, – заявляет Ник, вызвав меня, а я теряю дар речи.

Мой супруг...

С ней бы конечно мог посидеть её нерадивый папаша, но он сейчас слишком занят совращением своей секретарши.

– Извини, но нет. Не может. Я не оставлю её. До трёх лет я имею право не ездить в командировки, – заявляю сухим тоном, на что Никитин улыбается. Своей самой противной едкой ухмылочкой.

– Александра... И законы выучила. Ну, умница, Лиса. Радует глаз, – издевается он, на что я цокаю.

– Не говори так со мной. Не смей. То, что произошло в понедельник...

– Ничего не произошло. У тебя муж и ребёнок. И нихрена не было, – выпаливает он, будто обжигая. Реально ощущение, будто на меня кипятком плеснули. Чёртов засранец.

– А у тебя девушка, – парирую я в ответ, на что он выгибает бровь. Будто его это в принципе не останавливает от интрижек. Кто бы сомневался...И это я ещё не ляпнула, что знаю о её беременности и их женитьбе.

– Иди работай, – гонит он меня прочь, и я с превеликим удовольствием покидаю его кабинет.

Иду к себе и смотрю на стол, на котором вижу какую-то коробку. Приоткрываю и тут же отлетаю оттуда в панике и верещу, потому что внутри, блин, огромная настоящая живая змея!

Никитин тут же выбегает на мои крики и смотрит своими тёмными омутами.

– Ты чего?! – спрашивает, пока я судорожно хватаю воздух, опираясь на стену. Чёрт... Лишь бы молоко не пропало. Лишь бы…Дыхание восстановить…

– Там... Там в коробке змея...

– Чё, блин? – спрашивает, нахмурившись. Идёт туда, приоткрывает, дёргается и тут же закрывает обратно.

– Ты в порядке? Не укусила?

– Нет, но я дико испугалась, – сажусь на диванчик, а он заклеивает короб скотчем. – Что ты с ней сделаешь?

– Увезу в лес, подальше от города. Но сначала выясню, кто здесь такой умный, – голос у него просто убийственный. Я ведь и сама не ожидала подобного расклада. Чертовщина какая-то…

Заканчивая со скотчем, он подходит ко мне и садится на корточки, касаясь моих лодыжек ладонями.

– Не бойся, ладно? Её больше нет, успокойся. Дыши, Лисёнок...