Исповедь куртизанки, или Как я полюбила

– Тебя услышал дьявол! – выпалила мама. – Отдай ему обратно деньги и украшения и сохрани чистоту своей души! Завтра утром ты отправляешься в церковь, и это не обсуждается.

Она бросила банкноту на пол и покинула мою комнату. А я, заливаясь слезами, плюхнулась на кровать и уткнулась лицом в подушку. Ещё долго я содрогалась от плача. Потом дыхание всё же успокоилось, и я так и заснула, не раздеваясь.

Глава 10

– Лорен, мне так жаль! – произнесла Лилия. – Я так тебя понимаю! Ты же знаешь, что недавно я разорвала отношения со своей матерью, – она закусила губу и отвела взгляд.

– Лили, прости меня! – спохватилась я. – Вероятно, эта тема для тебя очень болезненная. Мне не стоило…

– Тебе не стоило извиняться, Лорен, – улыбнулась Лилия, вновь посмотрев на меня. – Извиняться должна я!

Я опешила. Обычно это подданые были обязаны просить у неё прощения даже за самую ничтожную провинность, а Лилия лишь требовала, приказывала и угрожала. Извинялась она только перед королём Владом, но никогда перед нами.

Будучи её приближённой, мне нередко удавалось наблюдать примирение королевской четы. Они оба были вспыльчивы. Но яркий костёр сгорает быстро, так и их ссора заканчивалась очень скоро. Они приносили взаимные извинения, и в их глазах вместо холодного огня загорался мягкий свет любви, полностью вытеснивший мрак.

Поразительно, а ведь до недавних пор я считала, что Влад Дракула неспособен любить. Теперь же я видела, что столь глубокое чувство не было чуждо и ему. В том, что Лилию он действительно любил, я не сомневалась. Связь между ними казалась настолько крепкой и естественной, что никакие обстоятельства не смогли бы разрушить их отношения.

– За что ты хочешь извиняться, Лили? – нахмурилась я.

– Я называю тебя своей подругой, но после того, как мы познакомились пять лет назад, так и не поинтересовалась, какой жизнью ты жила прежде, при каких обстоятельствах стала вампиром… Ты же дороже мне всех в этом дворце, Лорен! Ну, кроме Влада, – поспешила добавить она.

Я улыбнулась больше из вежливости. Конечно, мы с Лилией много общались, но обычно о её проблемах. Я всегда искренне желала ей помочь, она мне правда нравилась. Но полностью раскрыться нашей дружбе мешал страх. Я немного побаивалась её и короля Влада. Они оба были могущественными вампирами, тогда как большинство из нас являлись обычными вампирами. А это означало, что нас было проще убить. Естественно, вирусы и бактерии нас не страшили, другие болезни тоже не касались нас, но регенерация у обычных вампиров шла медленнее. Существовал и ряд смертельных ран, от которых мы уже не могли оправиться. Зачастую их наносили не наши враги – оборотни или ведьмы, а наши собратья – могущественные вампиры, потому что обладали полной информацией о том, отчего конкретно мы можем умереть.

– Кстати! – Лилия скрестила руки на груди и как-то подозрительно посмотрела на меня. – Ты и правда красивая, Лорен! Выходит, тебе всегда девятнадцать? Я ведь и об этом не спросила! Хотя и так ясно, что на вид мы с тобой примерно одного возраста, но вдруг тебя обратили зрелой женщиной, а потом ты помолодела? Однако теперь мне очень интересно, Лорен, – она задумчиво потёрла подбородок, не отрывая от меня взгляда, – было ли у тебя что-то с Владом? В своём борделе он спал с куртизанками?

В этот миг мне показалось, будто чья-то невидимая рука осторожно провела холодным пальцем вдоль позвоночника. Столь странное чувство мгновенно распространилось волной мурашек от шеи до поясницы и заставило меня невольно вздрогнуть. Прежде Лилия считала меня замужней девушкой и не ревновала своего мужа ко мне. Однако сейчас ей стало известно, что я познакомилась с Владом до того, как вышла за Тома. Ко всем незамужним вампиршам она относилась подозрительно, считая их бывшими любовницами Влада, и будь я одной из них, моя жизнь оборвалась бы стремительно и прямо здесь! На том бы наша дружба с королевой и закончилась.

– Нет, – мотнула я головой. – То есть он спал с куртизанками, но не со мной. Я слишком боялась его, да и до сих пор боюсь. И не так уж и долго я работала в борделе. Конечно, если бы не Том…

– То есть Влад спал со своими же проститутками? – перебила меня Лилия.

– Лили, не думаю, что ревность к любовницам мужа, с которыми он спал за столетия до встречи с тобой, обоснована, – высказала я своё мнение.

– Если бы эти любовницы не обивали порог нашей спальни, я не ревновала бы к ним, –фыркнула Лилия, от злости сжав ладони в кулаки. – А так я не знаю, кто из них предъявит права на Влада в следующий раз. И когда настанет этот раз!

– Лили, твои страхи напрасны, ведь теперь всё по-другому, – попыталась я успокоить её. – Вампиры наконец приняли тебя как свою королеву. Даже бывшие любовницы короля Влада! Все они выражают почтение тебе. Король Влад смотрит на тебя с обожанием и не замечает своих бывших любовниц. Тебе не о чем волноваться: он любит лишь тебя!

Её лицо озарилось светом радости и счастья, губы расплылись в искренней улыбке, а глаза слегка увлажнились. Лилия тут же заключила меня в крепкие объятия и сказала:

– Лорен, вот поэтому ты моя лучшая подруга! Ты всегда знаешь, как подбодрить. Но давай вернёмся к твоему рассказу, – она отстранилась и серьёзно добавила: – Ты говорила, что мать не поняла тебя… Моя мама тоже не приняла мою сущность. Узнав, что я вампир, она отказалась от меня и прокляла. По-твоему, это справедливо, Лорен? Почему матери нас осуждают? Разве можно осуждать льва за то, что он лев? И стоит ли возвышать над ним антилопу? Но ведь существует лев, и существует антилопа – разве правильно будет считать, что один из них лучше другого? Да, львы питаются антилопами, но разве это их осознанный выбор? Они такими родились, такую пищу для них выбрал Господь – так за что же обвинять львов? Они также хотят жить и также хотят любить! Да, чтобы они могли существовать, антилопам приходится умирать – ну и что с того? Нам всем нужно как-то выживать!

– Лили, мне очень жаль, что мать не приняла твою новую сущность, – искренне сопереживала я. – К сожалению, родители редко понимают своих детей.

– Как ты права, Лорен! Это к счастью, что вампирам не дано иметь детей, иначе мы бы вечность мучили друг друга.

Лилия с грустью вздохнула. Было очевидно, что эта тема для неё болезненна. А что касается меня, то я не винила свою мать за то, что в нищете она родила трёх дочерей. Тогда средствами предохранения пользовались лишь единицы, а сексом наслаждались независимо от социального положения. Именно это и рождало бедственное положение детей и огромное количество беспризорников на улицах Лондона. Нам с сёстрами ещё повезло, что нас в пять лет не выкинули на улицу, чтобы мы выживали самостоятельно. Мама действительно заботилась о нас. Возможно, из-за этого она считала, что вправе распоряжаться нашими судьбами. И хоть я знала, что в глубине души она искренне желала мне добра, не могла согласиться с её мнением.

Встречу с Владом я восприняла как большую удачу! И как выяснилось позже, согласиться работать в борделе было лучшим решением в моей жизни. Нет, вовсе не потому, что там мне удалось собрать щедрый урожай банкнот, а лишь оттого, что именно там мои глаза впервые встретились с глазами Тома – будто две звезды нашли друг друга среди бесконечной ночи жизни. Впоследствии мы поженились, и уже больше сотни лет жили счастливо! А если бы я послушала мать и выбрала честь, то вышла бы за пьяницу из доков и давно распрощалась бы с бренным миром. И неизвестно, от чего бы я умерла: от преклонного возраста или от холеры.

– Лорен, я уважаю твой выбор стать куртизанкой, – продолжила Лилия. – По правде говоря, я не представляю, как ты жила в Ист-Энде! Твоя красота тебе ниспослана Богом – в этом твоя мама была права. А потому ты можешь распоряжаться внешностью по своему усмотрению. Она твоя – не твоей матери! А потому она не имела права запрещать тебе пользоваться ею. К тому же ты сделала это не из прихоти или скуки, а от нужды и благих намерений. Она должна была быть благодарна тебе! За то, что ты жертвовала честью ради неё и семьи.

Она ненадолго замолчала, словно обдумывая слова, а потом добавила:

– Любовь к Владу помогла мне осознать, что мы должны принимать тех, кого любим, такими, какие они есть. А игра на чувстве вины и долга – это проявление любви лишь к себе.

– Лили, ты удивительная! – неподдельно восхитилась я. – Откуда в тебе такая мудрость?

– Это любовь, Лорен, это любовь! Я следую зову сердца, и оно подсказывает, что любовь не подчиняет, а подчиняется. Подчиняется желаниям любимого и стремлением понять его. Я так люблю Влада, что готова исполнить любое его желание! А он в свою очередь исполняет любое моё желание. В этом же секрет счастья, Лорен! Если ты не будешь требовать счастья для себя, а начнёшь отдавать его другому, то и он в ответ будет стремиться дать тебе счастье. Это гораздо более действенный метод, чем требовать счастья лишь для себя.

Я уверенно кивнула. Во всём, что касалось любви, я была полностью с ней согласна.

– Ну, что-то мы отвлеклись. Мне уже не терпится услышать продолжение! – с блеском любопытства в глазах проговорила она. – Как ты сбежала от матери? Поведай, Лорен! Но вначале сходи за алкоголем.

Лилия повертела перед моим носом пустым бокалом, и я только сейчас осознала, что алкоголь закончился давно, а я и не заметила, увлечённая воспоминаниями.

– Прости, пожалуйста! – воскликнула я и тотчас забрала из её рук бокал.

Сама я почти весь вечер обходилась без алкоголя и лишь подливала ей бурбон, продолжая глубже погружаться в воспоминания. Честно признаться, они давались мне с трудом, ведь я рассказывала о событиях давно минувших лет, когда ещё была человеком. А человеческая память и близко не могла сравниться с вампирской! Запомнить детали мне помогли лишь очень сильные эмоции, что я испытывала.

– Пару мгновений, и я вернусь с полной бутылкой! – заверила я. – Чего желаешь? Так же бурбон?

– А что пили в викторианской Англии? – поинтересовалась Лилия.

– В основном вино. А из крепкого алкоголя предпочитали бренди.

– Тогда неси бренди! – пожелала она.

– Хорошо, – кивнула я и, подхватив грязную посуду вместе с подносом, покинула комнату.

Спустившись в бар, я обнаружила там Тома неспешно потягивающим вино. Увидев меня, он тотчас оживился и отставил бокал.

– Дорогая, ты снова выполняешь не свою работу! Если королева желает выпить, я отнесу ей то, что она просит.

При дворе он занимал должность заведующего баром. Главной обязанностью заведующего баром было следить за тем, чтобы во дворце имелся разнообразный алкоголь, поэтому Том много времени проводил на Земле, заключая контракты на закупку. Доставкой ящиков с алкоголем в вампирский мир тоже занимался именно Том. Но помимо этого, он являлся также личным официантом короля и королевы. Вместе с непосредственным обслуживанием королевского стола обязанности личного официанта включали тщательную подготовку и сервировку блюд, контроль над качеством крови и подаваемых алкогольных напитков и своевременное исполнение любых пожеланий королевской четы.

– Спасибо, милый! – я подошла к нему и нежно коснулась губами его губ. – Но сегодня я выполняю твою работу, потому что у нас с королевой девичьи посиделки. Представляешь, король Влад сообщил ей о том, что я была куртизанкой! И теперь мне приходится делиться с ней подробностями.

Том в удивлении вскинул брови, а потом усмехнулся.

– А что? Я с теплотой вспоминаю то время, ведь ты подарила мне незабываемые моменты и возродила к жизни! Но я поражён, что ты помнишь. Это же было так давно, ты была ещё человеком…

Я вздохнула и молча убрала грязные бокалы на полированную поверхность стойки, а опустевшую бутылку бурбона отправила в объятия мусорной корзины. Затем я осторожно взяла сверкающие чистотой бокалы и благородную тёмно-золотистую бутылку ароматного бренди и бережно поставила их на серебряный поднос.

– Тебе нравится, когда я тебе завидую, да? – спросила я, прежде чем уйти. – Ты же можешь в любой момент воспроизвести в памяти те события и увидеть в точности, как всё было. А мне приходится напрягаться, чтобы вспомнить!

Он рассмеялся.

– Зато ты помнишь только главное и не забиваешь голову маловажными деталями.

– Дьявол скрывается в деталях, – подметила я.

– Лорен, ты ангел! – заявил Том.

Я невольно улыбнулась и произнесла:

– Ладно, милый, увидимся позже. Не хочу заставлять королеву ждать.

Я уже ухватилась за поднос и собиралась отнести его наверх, в королевскую комнату, как вдруг Том возник возле меня, крепко обнял за талию и поцеловал со всей страстью. Я тотчас позабыла, куда шла, и ответила ему.

Конечно, мы были не единственной супружеской парой, служащей во дворце, но такое открытое проявление чувств здесь не приветствовалось. Так что, когда губы Тома нехотя оторвались от моих, я медленно подняла ресницы и острым боковым зрением заметила пристальные взгляды вампиров, находящихся в парадной зале возле бара. Девушка осторожно меняла в вазе цветы, не отводя от нас глаз, а погружённый в скуку дворецкий так и вовсе рассматривал нас, не отвлекаясь на прочие занятия.

– Они расскажут королю, – прошептала я.

– Пусть, я договорюсь с Владом, – бегло промолвил Том и вновь меня поцеловал.

Хотя мне очень хотелось задержаться ещё немного, я помнила о том, что наверху меня ожидает королева. Поэтому я нежно постучала его по плечу, и он отстранился.

– Том, мне нужно идти, – сообщила я. – Королева ждёт.

– Надеюсь, ты во всех подробностях поведаешь ей о нашей страсти?

Он игриво улыбнулся, а я ответила серьёзно:

– И о страсти, и о боли. Для меня это был сложный период.

– Но ты о нём не жалеешь? – уточнил Том, тоже посерьёзнев.

– Ни капли! – с уверенностью заявила я и, взяв поднос, добавила: – Сохрани своё игривое настроение до ночи. Отправимся сегодня в наш дом в Хампстеде? Хочу получше погрузиться в воспоминания.

– Конечно! Я устрою тебе незабываемую ночь, – тотчас согласился Том.

– Естественно, – ухмыльнулась я. – Я ведь уже давно вампир и не могу ничего забыть.

На прощание подмигнув ему, я исчезла и появилась прямо возле королевской комнаты. Постучав, я услышала приглашение войти и незамедлительно вошла. К счастью, Лилия не успела заскучать и не разозлилась из-за того, что я немного задержалась. Разлив нам выдержанного бренди, я подала королеве бокал и взяла второй себе. А затем, расположившись поудобнее на кровати, я продолжила свою историю.

Глава 11

Проснулась я, когда в доме ещё стояла сонная тишина, но утренние лучи летнего солнца уже пробивались в окно, заполняя комнату ярким светом. Было приятно осознавать, что хотя бы солнце не делало различий между классами людей и светило одинаково богатым и бедным.

Поднявшись с постели, я подошла к зеркалу и обнаружила потёки макияжа на своём лице. Зато платье за ночь ничуть не утратило завораживающей привлекательности и смотрелось на мне по-прежнему безупречно. И роскошное ожерелье на шее всё так же изящно подчёркивало цвет моих голубых глаз. Но вкупе с испачканным косметикой лицом и растрепавшейся причёской я и правда походила на дорогую проститутку, что трудилась не покладая… В общем, трудилась всю ночь.

Подобрав с пола стофунтовую банкноту, я снова засунула её в декольте и принялась приводить себя в порядок. Мама хотела отправить меня в церковь, так что я решила полностью очистить лицо. Я знала, что для похода с тем джентльменом в оперу Агнесса вновь меня накрасит, но это будет лишь вечером, а до того момента я планировала быть скромной девушкой, дорожащей своей невинностью. Учитывая, за сколько я её продала, она действительно была дорогой. Но мысли о том, что уже менее чем через сутки я лишусь её, всеми силами отгонялись мной прочь. Не то чтобы меня страшил процесс, хотя, несомненно, он волновал воображение, однако больше меня пугал тот нелицеприятный джентльмен, что купил меня на ночь. И я твёрдо решила напиться, чтобы не запомнить тот омерзительный кошмар, что меня ожидал.

«Думай о деньгах», – проносились в голове слова Влада.

«Всего лишь одна ночь, и семьсот фунтов мои!» – следуя его совету, утешала я себя. И правда помогало. Перспектива того, что мою семью могут выселить из дома в крохотную комнатку в убогом доме Уайтчепела, пугала гораздо сильнее, чем ночь со старым толстяком.

Я незаметно прошмыгнула в ванную и там смыла с себя весь макияж. Затем я вернулась в комнату, расчесалась и перед зеркалом уложила волосы в толстые косы, которыми окружила голову. Надев сверху изящную широкую шляпку небесного оттенка, я придала своему облику дополнительный шарм. Без яркого макияжа и в платье нежнейшего голубого цвета я напоминала ангела, спустившегося с небес, и была самим воплощением красоты и целомудрия! Вот же ирония, что жизненные обстоятельства вынудили меня примерить на себя роль куртизанки…

Покинув комнату, на кухне я столкнулась с матерью. Она лишь недавно проснулась, но уже собралась готовить девочкам завтрак. Увидев меня полностью собранной, она удивилась.

– Лорен, так рано! Куда ты собралась?

– В церковь, – ответила я. – Ты же сама вчера настаивала.

Она улыбнулась и приложила ладонь к моей щеке.

– Лорен, мой ангелочек, я рада, что ты одумалась. Не переживай о нашей семье, мы со всем справимся с Божьей помощью. Лучше посети службу и помолись за нас. Уверена, Господь поможет нам.

«Уже помог, мама. Он послал мне Влада! Но ты этого ещё не поняла», – мысленно произнесла я, но вслух сказала другое:

– Прости за вчерашнее, мама! Мне не стоило всего этого говорить. Ты всегда желаешь нам с сёстрами лишь добра. Поэтому я непременно пойду в церковь и попрошу Господа о благословении для нашей семьи.

– С Богом, дочка! – наставила меня мама, и я торопливо вышла из дома.

Я и правда отправилась в церковь, расположенную в нашем районе Бетнал-Грин, – церковь Святого Петра. Она не имела богатой истории, как другие англиканские церкви Лондона: её построили совсем недавно для жителей нашего неблагополучного района.

Бог был крайне необходим нам, иначе жизнь совсем бы потеряла краски. Поэтому даже в таком рабочем районе Лондона, как Ист-Энд, церкви были востребованы среди населения и посещались довольно часто. Жители района регулярно приходили в храмы, находя там поддержку, утешение и возможность отвлечься от повседневных забот. Горожане верили, что благодаря молитве их жизнь непременно наладится.

Но похоже, где-то мы поступали неправедно. Может, сомневались в замысле Божьем? Ждали какой-то манны небесной, игнорируя очевидные подсказки судьбы? Я же готова была ухватиться за каждый шанс, посланный свыше, независимо от трудностей и жертв, что придётся принести, лишь бы обрести новую, счастливую жизнь для себя и близких.

В церковь я пришла к началу службы. Внимая каждому слову пастора и слушая умиротворяющие песнопения, в душе я благодарила Господа за то, что Он даровал мне возможность вывести свою семью из нищеты.

Покинув тихие своды храма Святого Петра, я направилась прямо к зданию налогового управления, скромно расположившемуся неподалёку, в этом же районе Бетнал-Грин. Там я быстро отыскала нужный кабинет. Мужчина, сидевший за массивным столом, тотчас принял меня. Узнав, за какой именно дом я хочу погасить долг, мужчина крайне удивился, поскольку уже подготавливал бумаги для аукциона. Но куда сильнее чиновник изумился, когда из декольте я достала свёрнутую белую банкноту. Тем не менее её хватило, чтобы полностью погасить долг, и мне даже дали сдачу в два фунта.