Вынужденно женаты. Перевоспитание строптивой

Глава 1. Евгений

— Стахов, твою мать! Ну какого черта вы сбили этот дрон? — рука полковника Воронцова с тяжелым стуком опускается на деревянную поверхность стола. — Блядь, в который раз ты, майор, нарушаешь приказы.

Опираюсь поясницей о спинку стула, так и не присев.

Я прекрасно понимал, для чего меня к себе вызвал Воронцов. И был готов к его гневу.

В первый раз что ли?

— Товарищ полковник, объект был слишком на низкой высоте. Другого варианта не было, кроме как сбить. Но зато мы выяснили важную информацию и…

— Стахов! Это была последняя капля в море, — чуть ли не брызжет слюной. — Пиши рапорт. Устал я с тобой возиться.

Блядь, ну приплыли.

Да, я ослушался приказа. Да, уже не в первый раз. Но я, мать его, знаю свое дело. И никогда не рискую, если в чём-то не уверен.

Сука, иногда это вынужденная мера. Риск бывает оправдан.

— Товарищ полковник…

— Даже слышать ничего не хочу, — Воронцов выставляет руку вперед. Обычно он всегда в первые минуты очень агрессивен, но потом оттаивает.

Но, судя по его выражению лица, сейчас не тот случай.

— Женя, — он вдруг резко садится обратно в свое кресло, устало потирая лицо. — Ты понимаешь, что по краю ходишь? За последние полгода три нарушения приказа. Я уже должен был тебя нахрен убрать… Если бы не твой ум, способности и мое умение убеждать, то тебя бы здесь не было. Думаешь, там зуб не точат?

— Я прекрасно понимаю, Макар Дмитриевич. Но и вы меня поймите, они там сидят сверху и не видят всю картину, а мы с пацанами в полях. И я бы никогда не стал рисковать, если бы не понимал, чем это может обернуться. Мы с вами уже столько лет вместе. Думаю, вам это и так известно.

— Черт ты! — беззлобно ругается, махая в мою сторону рукой. — Точно на пенсию уйду. Нервов с вами никаких.

— Да куда вам на пенсию-то? Вы любого молодого как орех перегрызете.

— Всё, Стахов, я в последний раз твою задницу прикрываю, понял? Больше не буду. Ей-богу, не маленький уже!

— Есть, товарищ полковник.

Улыбаюсь краешком губ. Знал, что он оттает, это дело времени.

— Я могу идти?

— Эй, нет, стой, — резко тормозит меня. — Давай-ка, Стахов, услуга за услугу. В этот раз я тебя не просто так отмазываю.

Мои брови удивлённо взлетают вверх. Такое впервые.

Нет, полковник, конечно, поручает иногда свои просьбы, но обычно не в таком формате.

— Даже заинтриговали, Макар Дмитриевич.

— А я тянуть кота за яйца не буду, — он со стуком открывает ящик своего стола и с таким же хлопком кладет фотографию на поверхность, двигая её ближе ко мне. — На, смотри. Красивая?

Скептически усмехаюсь. Вглядываюсь в фото молодой девицы.

Ну, красивая, да. Блондиночка такая, пухлогубая, глазки такие тоже ничего. Да и фигурка зачётная.

— И кто это?

— Нравится?

— Хорошая баба. Только понять не могу, на кой вы мне её фотографию подсунули.

— А это, мой дорогой, и есть моё условие. Это Камилла, дочка моя. Ей двадцать шесть, она абсолютно неуправляема, выбилась из-под рук. Устал я уже от её выходок.

— Хотите, чтобы я её наказал?

По иронии судьбы, в голове тут же вспыхивает картинка, как эта аппетитная задница выпячивается вперед, а я ударяю ладонью по ней.

— Да, — рявкает полковник. — Не просто наказал. Женишься на ней, будет жить с тобой в гарнизоне. Может, уму-разуму научится. Покажешь ей суровую жизнь.

Сначала мне кажется, что это шутка. Я даже коротко посмеиваюсь.
Только выражение лица полковника ни капли не меняется.

— Это вы без меня, товарищ полковник. Я вот в эту муть ввязываться даже не буду. Я не семейный человек и точно не воспитатель для взбалмошных девиц. При всём уважении, Макар Дмитриевич, но я пас.

— Отказываешь, значит? — буравит меня взглядом.

Киваю молча, у самого настроение ниже плинтуса. Не ожидал такой подставы.

— Ну хорошо, Стахов. Тогда пиши рапорт. Надеюсь, ты понимаешь, что с твоим поведением тебя особо никуда не возьмут. А я содействовать не буду.

Вот сука! Специально ставит такие условия, из которых хуй выберешься.

Стискиваю почти до хруста челюсть.

— И как долго должен длиться этот спектакль? — рявкаю на весь кабинет.

— Пока она человеком не станет и не начнет думать головой.

— А если не начнет?

— Даю вам полгода, майор. Не начнет, тогда… — разводит руками в стороны. — Такова судьба.

Машу головой в разные стороны.

Да не… херня какая-то.

Я и брак? Ещё и с дочкой полковника?

— Блядь, — непозволительно вырывается при начальстве. — По рукам.

— Вот и отлично, — Воронцов тут же меняет гнев на милость, потирая руки. — Сейчас позову её. Сразу познакомитесь. Только она не в курсе пока… Ну, того, что вы женитесь. Но я тоже ей поставил условие, у неё нет выбора.

Он размашистым шагом преодолевает пространство кабинета, выходит, пока я в ахуе стою и перевариваю услышанное, а возвращается уже с девицей.

Секунда, и её цепкий холодный взгляд мажет по мне с презрением и каким-то холодным недружелюбием.

Она безусловно охуенно красивая. Намного лучше, чем на фото.

Но, судя по её взгляду, характер там и правда дрянь. И нам точно будет очень сложно ужиться вместе.

Но я был бы не я, если бы не принял новый вызов!

Листайте дальше, познакомимся с героиней)

Глава 2. Камилла

Вот это конечно обстановка.

Разглядываю стулья, которым явно побольше, чем мне будет, и покрашенные в темно-зеленый цвет стены.

Мрачно здесь.

Да и вообще, складывается ощущение, что для этих мест время будто остановилось.

— Здравствуйте, — обращаюсь я к дежурному через маленькое окошко: — Я к полковнику Воронцову.

Он нехотя отрывается от экрана своего телефона, на котором идет какой-то футбольный матч, и в меня вперивается хмурый взгляд.

Вскидываю бровь, беззвучно удивляясь такому неуважению. Хотя, о чем это я?! Он потому и сидит в дежурных.

Очень хочу надеятся, что в части отца больше таких индивидуумов не наблюдается.

— Вы ему сообщите, пожалуйста, — тяну губы в притворной улыбке: — Что пришла Камилла Воронцова…

Рядовой тут же подбирается в своем древнем кресле. Внутренне пишу себе в заметку, чтобы рассказать отцу.

Не то, чтобы я стукачка, но конкретно этому экземпляру не помешает пара нарядов…или как там это правильно у них, я уже и забыла.

Раньше, когда я была маленькой, нас хорошенько помотало по разным военным городкам. Пока была жива мама переносилось легче, а вот когда она умерла, стало совсем невмоготу.

Я уже даже и не вспомню того, как мы жили на чемоданах, и как вообще справлялись в военных общежитиях. Мозг будто сохранил лишь редкие яркие вспышки прошлого вместо целостной картинки.

Но как раз через пару лет после смерти мамы отец осел в Москве в попытке окружить меня стабильностью. И за это я ему тысячу раз благодарна.

Сложно представить, как бы я в таких местах выживала будучи в старшей школе или в университете. Невозможно ведь даже существовать в такой глуши.

— Так точно, командир, — голос рядового за окошком отрывает от мыслей и разглядывания пошарпанного фойе части: — Пройдемте, я провожу.

Киваю, чуть вскинув выше подбородок и поправив меховой ворот своей куртки. На телефон то и дело падают уведомления, но это наверное опять директ разрывается после моего последнего поста. Еще во времена учебы я начала вести небольшой блог о жизни. Сначала короткие опусы на тему каких-то событий, затем уже разговоры о высоком.

А сейчас это, по сути, мое дело. Только мало кто ценит и видит те силы, что ты вкладываешь. Ведь никто даже не представляет, что такое взять и снять, например, тридцатисекундный ролик о своем режиме дня. Говорю, потому что переснимала его трижды, доводя до ума.

Папа конечно же скажет, что это все опять мое «бабье фуфло». Но я привыкла к тому, что мы всю жизнь с ним боремся. И несмотря ни на что даже в этой борьбе я его бесконечно люблю, только не выношу давления. А Макар Воронцов как раз тот, кто только и давит властью, авторитетом, а ещё своими военными замашками. Но, говорят же, яблоко от яблони… вот мы и воюем.

— Полковник попросил подождать, можете присесть, — опускаю взгляд на красную обивку стула.

Молчу о грязновато протертой середине этого потрепанного временем предмета мебели.

— Я постою, спасибо…

Лезу в телефон, надеясь, что апартаменты папы будут хотя бы как три отельные звезды. Но что-то подсказывает, что мои надежды не оправдываются. Уповаю лишь на то, что то, как сильно я соскучилась, переключит мое внимание на детали в этот уикенд.

В момент как я придумываю новую тему для поста, и уже пишу в заметки идеи для видео, дверь в кабинет резко открывается.

— Камилла, — поставленный голос военнослужащего тут же заставляет меня широко улыбнуться.

— Привет…

Подхожу к нему, а он привычно оставляет поцелуй на моей макушке.

— Не запуталась? — спрашивает он, кривя рот в своей едва уловимой улыбке.

— Ну здесь хоть все и по старинке, но интернет ловит, — кручу в воздухе телефоном.

Он качает головой, а затем указывает подбородком на дверь.

— Опять эти твои интернеты… Идем, у меня для тебя новости.

Если честно, именно этого я и боялась. Последний наш разговор перед приездом сюда был на повышенных тонах. И не то, чтобы я не считаю себя виноватой… Моя вина есть, я отвлеклась, но по факту это случайность, а отец совсем не верит и слишком остро воспринял.

— Пап, по поводу машины, — перехожу к делу, чтобы смягчить его.

Авария, в которой я даже не виновата, но все кругом пытаются сделать меня козлом отпущения.

— Не сейчас, дочка.

Ну конечно, наивно полагала, что получится разговор, но очевидно нет.

Мы входим в кабинет. Тут бесспорно получше, чем в той части, что я видела внизу, но все равно пахнет старьем и советской мебелью.

Хмуро смотрю на мужчину, который с идеальной военной осанкой стоит посередине кабинета.

В глаза бросается будто неприязнь во взгляде, которая веет льдом на всю округу.

— Камилла…

Папа тем временем озвучивает, якобы представляя меня.

— Добрый день, — осторожно отвечаю, но интуиция вопит о том, что здесь что-то не так.

Военный молча осматривает меня с головы до ног. Медленно, оценивающе и снисходительно. Доброжелательность и воспитание явно не его качества. Хотя, казалось бы, майор, судя по погонам.

— Вы закончили?

Скрещиваю руки на груди, чуть склонив голову в ответ на его разглядывания.

— Я ещё даже не начал.

Хриплый голос дает ответ, вызывая у меня саркастично вздернутую бровь.

— Камилла, хватит.

Слышу голос отца и медленно перевожу глаза на него.

— Пап, что это такое? Не объяснишь?

Моя сирена внутри орет бежать менять билет в аэропорту, а учитывая, что отец молчит, то она права.

— Присядь, — мотаю головой, и он знает, что не сяду.

Вижу, как мужик рядом скрещивает руки за спиной и остается в кабинете. Любой бы адекватный уже вышел. Но это ж военные. Отдельная каста.

— Вам не кажется, что уже пора бы и честь знать?

— О, ты ещё самого главного не слышала, чикуля…

Он усмехается, чуть опустив взгляд в пол.

— Это у тебя такая месть, отец? Я должна находиться в компании недалеких солдафонов? — прищурив глаза, смотрю на отца.

А он будто ожидая того момента, когда я начну злиться, произносит.

— Ты выйдешь замуж, за этого, как ты говоришь, солдафона…

Не удается сдержать собственный смех. Немного нервный, и полный неверия.

— Пап, о чем ты?! Во-первых, что это? Мы в каком веке живем?… Во-вторых, мне рано, ты и сам это говорил неоднократно. И удивительно, но это вероятно первый раз когда я с тобой согласна… — внутри поднимается волна тотального неприятия: — В третьих, да мы говорить даже не сможем.

— Камилла!

Отец цедит сквозь зубы, оставляя звонкий удар ладонью по деревянному столу. А второй, скалой застыл посередине и, молчит.

— Подождите, так вы оба это придумали? — шестеренки моего мозга крутятся со скоростью света: — То есть ты насильно готов выдать меня замуж?! За что? — с ужасом смотрю на отца: — Что взамен то?!

— Взамен, доченька, — начинает он тихо, но оттого это и звучит опаснее: — Если ты не выходишь замуж за этого человека — я больше не обеспечиваю тебя.

В ступоре пытаюсь расшифровать ответ, я ведь и сама тоже зарабатываю. Пока не всегда стабильно, но это уже куда лучше, чем было в самом начале.

— В каком…

— Квартиру твою я продам, — он продолжает нарочито медленно: — Машину ты уже угробила, спасибо… Обеспечение твоего существования будет лишь на твоих плечах.

— Хочешь сказать, что в Москву тоже не вернешься, перестанешь быть мне отцом, да? Вот так откажешься?

Кулаки невольно сжимаются, но я никогда не покажу своих эмоций. Этому он как раз меня с самого детства научил. А теперь и недоволен, что я так похожа на него.

— Ты ведь каждый раз кричишь, что самостоятельная. Работать не идешь, деньги не считаешь, тратя так будто дочка миллионера. Возомнила себя светской львицей, и мозги все просветила на этих своих сборищах!

Единственное, чего я не перевариваю, так это унижения. И отец прекрасно знает, потому что эта черта у нас на двоих. А он в эту секунду топит и себя, в том числе.

Вздергиваю подбородок, понимая, что открытым огнем здесь нет смысла отвечать. Тут нужно быть умнее и проворнее, заходить с тыла противника…

Посылаю взгляд на застывшего майора, который прищурив взгляд наблюдает за этой сценой.

Хочешь сделку, товарищ военно командующий? Окей… только потом не нужно плакать, когда от этого захолустья останутся руины.

Посылаю в отца искусственную улыбку.

— Свадьбу планируете с водкой и деревянных скамейках, я так понимаю? На голову платок мне вместо фаты повязать?

Дорогие наши, очень рада вас видеть на страницах нашей новинки ❤️

История будет очень эмоциональной, обещаем настоящего мужчину, дерзкую героиню и очень сильные чувства с ХЭ.

Будем благодарны за вашу поддержку, это очень ценно для нас, и поможет истории в продвижении)

Если начало вас заинтересовало, давайте наберем 300 ⭐ и мы выложим сегодня до 18:00 еще одну главу + визуал наших героев)

Приятного чтения!

Глава 3. Камилла

Провожу пальцем по пыльной полке, оставляя след. Брезгливо морщу нос и передергиваю плечами.

— Так, — гордо поднимаю подбородок, — Видимо, мы оба в долгу перед моим отцом, не думаю, что ты, майор, согласился на этот цирк добровольно. Давай заключим сделку, в таком случае… Что хочет мой отец? Свадьбу и моей покорности, так?

Майор удивленно застывает посреди комнаты, с усмешкой на меня взирая. Не отвечает, лишь молча смотрит.

Я продолжаю осматривать обстановку в его квартире, понимая, что жить здесь я не стану.

— Ладно, — понимая, что ответа не дождусь, продолжаю говорить, — Мы можем сыграть перед моим отцом. Я покажу примерную дочь, ты там свою сценку отыграешь. До свадьбы доводить не будем… Поссоримся перед загсом, мол, не сошлись характерами и так далее. Идет?

Я уверена на все сто процентов, что он согласится. Но этот мужлан лишь хмыкает и складывает руки на груди, игнорируя мою протянутую ладонь.

— Нет, — коротко бросает, — Там твоя комната, — кивает головой на закрытую дверь, — Швабра в кладовке, ведро там же. В магазине на соседней улице можно купить моющие средства. На ужин, невестушка, будь добра, приготовь что-нибудь простое, но сытное. Я люблю домашнюю еду. Буду к часам семи, не скучай.

Хлопаю глазами, не веря в услышанное.

Что он сейчас сказал? Мне не послышалось?

— Стой, — бегу за ним, когда он уже выходит из квартиры, — Ты больной, да? Я не собираюсь здесь убираться, а уж тем более для тебя готовить. Ты слышал о равноправии, нет? Может, слышал о партнерстве? Служанкой к какому-то майору я не нанималась, понял?

— Не понял.

Он либо тупой, либо хорошо играет тупого…

Начинаю закипать и злиться. Я была уверена, что он согласится. На кой фиг ему этот брак?

Мы явно из разных миров, и если бы не прихоть моего отца, эти миры никогда бы не пересеклись. Даже в параллельной реальности.

— Повторить? — зло рычу на него.

— Не надо, кукла.

— Так, понятно, — от досады рычу в полный голос, — Значит, по-хорошему ты вопрос решать не хочешь…

Нервным движением дергаю бегунок на замке своей сумки, достаю телефон, клацая по сенсорному экрану.

Гудок, потом еще и еще… А потом сброс звонка.

— В квартире связь плохая, — он смотрит на меня, как на зверушку в зоопарке, — Но если тебе нужно срочно позвонить, можешь вернуться к штабу главному, либо в лесу еще неплохо ловит. Только аккуратнее по лесу гуляй, у нас тут в Забайкалье животные разные водятся.

Больше с этим идиотом разговаривать я не намерена, показываю ему средний палец, чуть ли не пыхтя от гнева.

Устрою я тебе сладкую жизнь, женишок. Ты еще умолять меня будешь, чтобы я прекратила тебе ее портить.

Стахов, или как его там, пожимает плечами, мол, разговор окончен.

Дверь напротив открывается, на пороге лестничной площадки появляется миловидная девушка примерно моего возраста. Она выкатывает коляску с младенцем, щебеча с ним ласково.

— Ой, Женя, привет!

Лучезарно улыбается майору.

— Привет, Вера. Гулять идете?

— Да, а то совсем на дневной сон не уложить. Такой он капризный, ужас. На Митю похож.

— Да уж, твой муж тоже любит характер показать.

Они оба словно меня не замечают, продолжая разговаривать о своем.

Громко кашляю, привлекая внимание к своей персоне.

— Ой, — девушка улыбается еще шире, — Простите, не заметила, что Женя не один. Стахов, неужели остепенился? Девушка в твоей квартире — это что-то новое.

— Ага, это моя невеста. Камилла. Знакомьтесь.

— Ох, ничего себе… И молчал как партизан, главное, не говорил ничего про свою невесту. А я Вера, — она машет мне рукой.

Чувствую, как вновь закипаю от злости.

Это уже не цирк. Это клиника.

— Вер, слушай, моя ничего здесь не знает, — одним движением рук хватает меня за талию, притягивая к себе, — Возьмешь ее с собой прогуляться, пожалуйста? Магазин надо показать, а то боюсь потеряется. Сейчас связь глушат знатно.

— Конечно, Жень, не переживай.

Я не успеваю даже вставить слово, как они договариваются обо всем без меня, и майор исчезает, спускаясь быстрым шагом вниз по лестнице, оставляя меня один на один с этой девушкой и орущим младенцем.

Полный пипец!

Дорогие, спасибо за вашу активность, очень приятно! ❤️

Приглашаем вас окунуться в яркую историю нашего литмоба)

https://litnet.com/shrt/hS3N

- Что за сцену ты устроила? – спрашивает Артём, застёгивая ремень.
- А ты думал, я буду обсуждать случившееся при этой...?
- А что, собственно, случилось, Алиса?
- Ты сейчас издеваешься? Артём, у нас свадьба через две недели.
- И? Я разве обещал хранить верность?
- Что? Что ты говоришь такое? Отношения, брак… Они предполагают верность, Артём! Если бы я знала, что ты живёшь по другим принципам, я бы не согласилась выйти за тебя замуж! – почти кричу последние слова.
Артём только больше хмурится.
- Что значит «не согласилась бы», Алиса? У тебя разве выбор есть?
- Выбор есть всегда. Да я…
- Так, стоп, - обрывает меня Артём. – А-ну скажи мне, девочка, тебе отец рассказал, что послужило поводом к нашей свадьбе?
- Поводом к свадьбе? Я думала, что мы…
- Твою мать, - зло выдыхает он, - только не говори, что не знаешь правду?
- Какую ещё правду, Артём?..

Глава 4. Евгений

Шагаю по территории гарнизона, а кулаки до сих пор разжать не могу.

Бесячая девка у полковника.

И не то чтобы сдался…не в наших это правилах. Но эта «фифа» с полуразворота заводит. Воронцов знал ведь, что до горячки трясти меня будет. Ещё и надавил-то, прекрасно осознавая, что я прав.

— Здравия желаю, товарищ майор! — доносится откуда-то справа.

— Рядовой Волынин, наряд хочешь? — смотрю, как он выкидывает окурок от сигареты.

— Никак нет, товарищ командир!

Орёт на всю округу, пытаясь на ходу держать стойку смирно.

— Вольно, Волынин. Чего надо? — хмуро смотрю на пацана.

— Товарищ майор, — мнётся малый, вижу же: — В увал надо очень…

Аж морщится весь, будто сожрал чего негодного.

— Ты ведь был пару недель назад…

Не то, чтобы я не считаю нужным отдыхать. Однако под моим командованием поблажек быть не может.

Мы раньше, если выберемся раз в два месяца и рады, а сейчас всё мало. Все и жизни хотят, и погоны почётные гордо носить. Да только ни хрена так не получится.

— Невеста у меня там одна…

Краснеет аж бедный.

Невеста. И у меня, мать его, невеста…

Думаю об этой чёртовой сделке с полковником, и снова зубы в пыль стираются.

— Волынин, а дежурства твои, кто заберёт? — вскидываю бровь с ухмылкой на лице.

— Так, я это, договорюсь...

— С замкомом тоже договоришься? — бросаю, ускоряя шаг.

— Так вы же начальник штаба…

— Именно поэтому у тебя есть командир по работе с личным составом, рядовой.

— Есть, товарищ командир!

За спиной голос парня аж на октаву выше взлетает.

Подхожу к зданию части, чтобы, наконец, уйти в то, что умею и знаю. Хотя голова забита лишь фактом, что в моём жилище сейчас эта московская звезда.

В холодильнике там пусто, так что придётся сесть ей на детокс или как там у них это называется.

Усмехаюсь мыслям. Ничего, таким как она полезно. Сделку она предлагает…

Киваю мимо проходящим сослуживцам, отдающим честь.

Не представляет ведь с кем связалась, и более того, ещё не знает всех правил, что ждут её впереди. Прямо, блядь, посмотреть на это хочется. Уверен, взорвётся принцесса.

Сажусь за стол и снова здесь кипа бумаг. Одно подпиши, второе посмотри. Бюрократия эта в печёнках уже, да только чем выше звание, тем больше.

Говорили мне, сядешь в кресло начштаба и расслабишься. Хрень в том, что цели такой и не было. Была б моя воля, я бы в бункере закрылся с картами и лично врагов отслеживал.

— Пришли последние разведданные?

Говорю, как только секретарь появляется около стола с новой папкой.

— Никак нет, командир.

Чуть ли не рычу в монитор старого компьютера.

— Подготовь всё, что нужно подписать и согласовать.

На место нужно точно вылететь. Особенно после этого пойманного дрона.

— Ну, товарищ Стахов, ну тихушник!

Командир по вооружению в припляску с начальником стартовой батареи чуть ли не танцуют у меня в кабинете.

— Вы накатили, что ли, с утра пораньше?!

Не скажу, что такое в моей части норма. Однако, у каждого из нас бывали разные дни. Хотя этим двоим пришлось туго, когда меня сюда только перевели.

— Пока нет, товарищ майор, но…

Обухов, что отвечает за наши боевые припасы, вскидывает палец вверх. Неплохой мужик, но клоун клоуном. Говорит мало радости в жизни, потому считает, что создавать ее надо. Все бы ничего, только способы и юмор слишком уж примитивные.