Огненная практика для дракона

— Я сдам, господин декан!

Упрямо вскинула подбородок, запихнула Морда, который подозрительно тихо себя вёл, в клетку, и отправилась прочь.

— Я вымою котёл, Оливия, — неслось вслед от завлаба.

Надо будет его поблагодарить позже, но сейчас я едва помнила, как дошла до комнаты.

— Что?! — Вилана кинулась было с расспросами, но заметив, моё лицо, села на свою кровать и поджала губы.

— Этого не могло быть! Это всё Талия, она наколдовала!

Я плюхнула клетку с Мордом на свой письменный стол и рухнула на постель. Зажала зубами край оранжевого покрывала, которое наудачу подарил мне отец.

И затихла, чтобы не зарыдать.

Вилана присела на мою постель и гладила по спине. Она идеальный друг: не лезет с расспросами, если видит, что и так тошно.

Мне хотелось обратиться волком и выть на луну. А потом пойти и перегрызть Талии горло.

— Ты была права. Наша куратор очень хочет, чтобы я вернулась в семью.

Вкратце пересказала Вилане всё, что случилось. Она молча слушала, а потом задала пару уточняющих вопросов. Не успела ответить, как она воскликнула:

— Смотри, Морд пропал!

Указала на пустую клетку с распахнутой дверцей. Я лишь вздохнула.

— Отправился за меня мстить Талии. Стащит у неё палочку.

Куратор колдовала с помощью старинного артефакта — волшебной деревянной палочки. Ими уже лет сто как, никто не пользовался, но Талия всегда любила выпендриться.

— Главное — чтобы его не поймали.

— Не поймают! — я умылась в раковине и посмотрела на своё отражение в зеркале. Блин, меня сглазили! — Морд используют свой навык невидимости. И на этот раз я его и ругать не буду.

— Когда следующий зачёт? — спросил Вилана.

— Завтра. Что ты на меня так смотришь?

Ладно, у меня покраснели глаза, а по лицу пошли красные пятна, словно помидоров объелась. Я их с детства не выношу.

— Ты выглядишь так, будто подхватила лихорадку, — печально улыбнулась она. — Прости, если обидела…

— Вилана, ты гений! — внезапно бросилась я к ней с объятиями.

Вилана попыталась их избежать, но я уже заключила её в кольцо рук. Чмокнула в напудренную щёчку идеальной мисс «Всезнайки»:

— Точно! Как я об этом раньше не подумала!

И, прежде чем она успела меня расспросить, что за идея родилась в моей безумной голове, я бросилась вон из нашей комнаты

Не факт, что сработает, но попробовать стоило.

Я набросила белое праздничное пальто, в котором выглядела особенно хрупкой и уязвимой. Сунула ноги в башмачки и направилась к главному входу Академии, сжимая в руках носовой платок.

Для антуража. И для большей достоверности. Очередной план в действии. Я всё равно найду выход, Талия Грей!

Глава 8

Глава 8

Направилась я прямиком во флигель больницы. При Академии она занимала небольшое здание в кленовой роще Гармонии, где всех деревьев и кустов, а также камней в дорожках, было чётное количество.

А в центре рощи красовалось одноэтажное белокаменное здание в виде прямоугольника с садиком и фонтаном посредине. Над треугольным входом с белыми колоннами издалека виднелась чёрная эмблема в виде колбы с зельем, откуда торчал свиток. Символ того, что знания должны быть тайными и исчезнуть вместе с тем, кто ими владеет.

Целители были закрытым кланом, но это было мне и надобно. Они умели хранить тайны.

Я вошла в светлую просторную приёмную, где обычно было пусто. Только чучело аиста на тонких ногах, раскрыв клюв, приветствовало посетителей. Намекает, что истинное предназначение адепток — дать потомство благородному мужу?

Меня бесили подобные символы. Даже если на них никто не обращал внимания.

У нас не было ни боевого факультета, ни артефакторики, поэтому болели адептки не чаще, чем раз в год. В больничных палатах и вовсе лежали по одной, когда кто-то переборщит с накалом самогладящего утюга или отравится грибным супом собственного изготовления.

В середине года, когда началась зима, и все уже выбирают наряды к новогоднему балу, в лазарете было пусто. Никому неохота быть отстранённым от подготовки к празднику.

И видеть гардеробщика больнички — мастера Грифисса , похожего в своей униформе на родственника того самого аиста, что стоял при входе., только клюва не хватало, было удовольствием ниже среднего!

Просто потому, что он взирал на каждую посетительницу, как на безнадёжно больную.

— Что угодно, адептка? — подняла на меня глаза невзрачная светловолосая помощница целителя, сидящая за стойкой регистрации.

Мне иногда казалась, что в целители набирают исключительно миловидных барышень со спокойным голосом и нравом. Обычно девицы идут на факультет, если не обладают приданным, достаточным для выгодной партии.

— Мне надо видеть гранд-мастера.

Её улыбка не изменилась ни на грамм.

Вот это выдержка! У них удаляют эмоции, что ли, на их факультете?

— У меня ослабла внутренняя магическая защита и вылез почешуй.

Слова-то у них какие смешные! Но сидящая за стойкой девица с бледно накрашенными, как и положено целителям, губами, пропускать меня не собиралась.

— Сейчас гранд-мастер занят, может, вам подойдёт кто другой? Да и господин Симас не занимается ослаблением защиты.

Много слов, милая! Я потому и пришла, что мне нужен именно он.

Справку от гранд-мастера никто не оспорит.

— Господин Вильямс сказал, что я могу обращаться лично к гранд-мастеру по любым вопросам.

И я протянула регистратору визитку её главного босса с его личной подписью и припиской. «Подателю сего моё благословение».

Могу, Красиан Вильямс — друг моего отца и по совместительству декан факультета магических растений — пользовался в Академии определённым авторитетом. Он негласно опекал меня, но и его влияние имело предел.

В «Академии бытовых умений» полно адепток со связями. И всё же гранд-мастер мне ещё ни разу не отказывал в помощи.

Я же со своей стороны старалась его любезностью не злоупотреблять.

— Я узнаю. У гранд-мастера особый посетитель, — растерянно пробормотала девица в белой униформе и, пригласив посидеть за себя другую такую же безликую, удалилась с визиткой вглубь лазарета.

Я улыбнулась новенькой регистраторше и отошла к креслам для посетителей, моля богов, чтобы скорее покончить с формальностями.

Я не любила бывать в кленовой роще Академии и в самом лазарете.

Здесь всё было идеально чисто, стирались всякие различия между людьми. Здесь я чувствовала себя грязным пятном, которое необходимо вычистить до такой же сияющей в своей белизне униформы и высокого накрахмаленного колпака с загнутыми вниз краями.

Хуже, чем мой факультет, мог быть только целительский.

К счастью, школа находилась на Севере от столицы, будто все высокочтимые лорды не хотели иметь с ней ничего общего. Их дочери учатся в моей Академии, чтобы удачно выйти замуж, а не смотреть на язвы и серую паршу бедного мира.

Мне стало тоскливо, как всегда бывало в подобных местах, и я стала размышлять, что за особый посетитель у гранд-мастера. Так говорили о преподавателях, значит, кто-то заболел настолько серьёзно, что решил обратиться к гранд-мастеру.

Надеюсь, это Талия. Или Бруно Амистад.

Декан ничего плохого пока мне не сделал, но если бы он смог закрыть глаза на мой несданный зачёт, потому что гранд-мастер проводил над ним ритуал возвращения огня…

Не успела я дофантазировать, как услышала их голоса в коридоре на лестнице, ведущей на второй этаж.

***

— А, это вы, Оливия, — голос у гранд-мастера был мягким, обволакивающим в паутину спокойствия. Будто он был пауком, выползавшим из-за угла, чтобы посмотреть, что за муха залетела к нему на обед. — Что с вами случилось?

— Я...У меня пятна по лицу и телу пошли, и глаза покраснели.

Я начала заикаться. Декан смотрел на меня неотрывно, будто я пришла сюда ради него. Например, наябедничать, что все мои болезни из-за этого дурацкого зачёта.

— Ничего серьёзного, но я подумала…

— Что вам дадут здесь освобождение от зачёта? Вы просчитались, мисс Перла! Надеюсь, гранд-мастер, вы вылечите Оливию Перлу до завтра, иначе ей придётся ехать домой с отпуском по болезни.

Декан смотрел только на целителя, будто я была пустым местом.

— Я думаю, ничего серьёзного со здоровьем у мисс Перлы не приключилось.

Гранд-мастер, щупленький и седой старичок с маленькими глазами за стёклами зелёного цвета улыбнулся мне так, будто всё понял. Разгадал мой фокус.

Поговаривали, что он практикует нетрадиционные методы целительства. Не разрешённые Комитетом, но и не запрещённые напрямую.

И умеет уговаривать на них пациентов, что они потом считают, что сами о том просили.

Ну уж нет, я бы не согласилась, у меня от этого места и так мурашки по телу!

— Я осмотрю адептку и доложу вам, господин Амистад.

— И помните, о чём я вас просил. Поищите сведения.

— Поищу, я уже соображаю, кто сможет вам помочь.

Я стояла, молясь, чтобы обо мне забыли. Уже ругала себя за дурацкую идею схитрить со справкой. Теперь завтра точно провалюсь.

— А кстати, господин Амистад, у господина Вильямса есть зеленохвостный огонёк, присмотритесь.

Декан посмотрел на хитро улыбающегося гранд-мастера так, будто хотел испепелить его за болтливость, а мне достался от него взгляд «тебе конец, адептка. Ты слишком много слышала».

Надо срочно исправлять своё погибельное положение. Я решилась.

— Господин Вильямс? — спросила я тихо, и оба, гранд-мастер и декан, посмотрели на меня с лёгким удивлением. Куда ещё лезешь, мол?! — Он мой крёстный, господин Амистад. Я могу спросить у него про редкое растение.

— Не утруждайтесь, адептка Перла, — зарычал Амистад. Покраснел слегка, будто собирался плюнуть в меня огнём, потом побледнел, кинул прощальный свирепый взгляд и удалился, кивнув на прощание гранд-мастеру.

— Лучше займитесь подготовкой к зачёту. Завтра от меня поблажек не ждите, — бросил через плечо на прощание.

— Я что-то сказала не то? — спросила я гранд-мастера.

— Ах, Оливия Перла! Ты меня удивляешь, — ответил тот, трогая меня за локоть. — Пойдём на осмотр. Ты и вправду выглядишь странно. Эти пятна мне кое-что напоминают. Я читал когда-то о таких.

— Это просто нервное, — пробормотала я, но делать было нечего. Пришла сама, не убегать же!

— Не скажи! Кажется, в одном моём манускрипте это описывалось, как начало огненной лихорадки.

— Огненной?

Неужто? Надо перечитать дневники бабули. Она упоминала, что раскрытие дара порой начинается с лихорадки. Хотя у неё началось с того, что она обожгла руку, когда готовила.

— Но я чувствую себя, как обычно.

— Возможно, это ваш зачёт тому виной!

Ага, так и знала! Но я рано обрадовалась.

— Вы не соприкасались ни с чем таким необычным? Странным растением, например?

— Нет, я готовила суп-плетёнку. Из продуктов, описанных в книге госпожи Семенник.

— Тогда, боюсь, милая Оливия, у тебя небольшие проблемы.

А по встревоженному лицу гранд-мастера, по тому, как он крепко держал меня за локоть, можно было понять, что дело моё — дрянь.

— Прописываю вам чай с вергонией весенней, — заключил мастер Симас, когда закончил сканирование металлическим артефактом-треугольником, похожим на брелок для ключей, моё магическое поле.

Видимо, артефакт показала, что всё не так плохо.

— Возможно, вы просто распереживались. Попейте чаю. Спросите вергонию в торговых лавках, наверняка вам помогут.

Я кивала и желала как можно скорее распрощаться. Взяла рецепт чайного сбора, отказалась от справки и поблагодарила гранд-мастера за внимание.

— Будете выступать на новогоднем представлении? — вдруг спросил целитель.

— Да. Наверное. Только сдам зачёт.

С чего это он спрашивает? Гранд-мастер не был любителем поглазеть на танцы. Или посмотреть на фейерверки.

— Покажитесь мне через дня два, как попринимаете сбор, Оливия.

Снова кивнула.

Гранд-мастер вышел проводить меня, чего уж совсем с ним не бывало. Регистраторша в холле даже глаза на нас вытаращила. Не произвела я на неё впечатление важной птицы.

— Я вот о чём хотел попросить тебя, Оливия.

Гранд-мастер снова вцепился мне в локоть и доверчиво зашептал:

— Господин Вильямс сказал, что ты замуж выходишь. За артефактора. Попроси жениха , чтобы он взял в свою команду моего младшего сына. Ты слышала, он в этом году закончил факультет артефакторики, а назначения пока не получил. Пусть подмастерьем послужит в глуши, ты за ним присмотришь, по старой дружбе. А я уж тебе тоже пригожусь, не сомневайся.

Если бы гранд-мастер сказал, что у меня смертельная болезнь, я бы и то ужаснулась меньше.

— Я пока не выхожу замуж, господин Симас, — пробормотала я. — И с этим вашим женихом не знакома даже.

— Познакомишься, — беспечно отмахнулся от моих возражений целитель. Выпустил мой локоть уже у порога больницы. — Я слышал, он уже заселился в «Райский уголок». Хочет посмотреть на тебя поближе до новогоднего представления. Но ты не переживай, ты девушка справная, здоровая почти. Как мать его детей и жена его очага — прекрасный кандидат.

И гранд-мастер с довольным видом потёр руки.

Глава 9

Глава 9

Тот вечер я провела в набегах на чайные лавки.

Это дело я любила. Знала все сорта чая, сама составляла отвары и сборы. Достаточно было беглого взгляда на рецепт гранд-мастера, чтобы понять: сбор не повредит.

И ещё я решила его доработать.

Усилить щепоткой вересковой пыли для природного баланса магических сил. И для умиротворения.

Мне это перед финальным зачётом не повредит, а если Талия придерётся, что я использую помочи, скажу: вот, пожалуйста, мне гранд-мастер прописал.

Чайные лавки были полны таинственных и пряных запахов. Они располагались в переулке Сластей, где каждый мог выбрать себе и напиток по душе и кошельку, а к нему забрать крендель, посыпанный сахаром или корицей. Кренделя давали в подарок к готовой чайной смеси.

Их очень любила Вилана, поэтому я купила в бумажном пакетике чай под названием «Карамельная мечта», дарящий сладкие сны. И пакетик с названием «Прощение». Вилана всё ещё дулась на Морда, а тот извиняться не умеет, поэтому придётся мне заискивать перед подругой. Как обычно.

А ещё Вилана должна посоветовать мне, верить ли словам гранд-мастера. Правда ли, что её кузен уже прибыл в местную лучшую гостиницу «Райский уголок», и если то правда, то как мне быть. Лучше ли будет встретиться с ним сразу и сказать: вы просчитались, господин хороший.

Или избегать встречи. Написать пространное письмо о том, что я пока ужасно больна, встретиться с вами никак не могу, а то заражу ещё. Или хранить глухое молчание.

Сама я склонялась к последнему варианту.

— Ох, Оливия, любишь ты загадки задавать, — чайная дама, владелица самой крутой и самой при этом невзрачной лавки с вывеской, изображающей горбатую ведьму в чёрном колпаке с распущенными чёрными лохмами вместо волос, как обычно встретила меня ласково.

Пышнотелая дама средних лет, довольно миловидная, когда не хмурилась, нацепила на нос окуляры и изучала рецепт гранд-мастера.

— Говоришь, к этому вересковую пыль? Губа не дура! Ладно, для тебя есть запас.

В лавке пахло дубовыми и сосновыми шишками. Всё потому, что госпожа Яголс считала, будто в каждый сбор можно добавить измельчённых сосновых иголок. Чтобы клиент вернулся.

Старое поверье с западных земель, где этих иголок под ногами видимо-невидимо.

Но в лавке «Ведьмины секреты» оно не работало.

«Место непроходное», — вздыхала госпожа Яголс, каждый год грозясь продать лавку мне. Когда закончу Академию. Тогда, мол, и замуж выходить не придётся.

Если бы только это помогло!

Но отец никогда не оставит меня здесь владелицей чайной лавки. Для его рода это позор.

Едва ли не больший, чем девица — стихийник.

Госпожа Яголс вернулась с бумажным пакетиком, куда заботливо смешала всё, что требовалось по рецепту. Я доверяла ей.

И только я заплатила, отсыпав сверху пару монеток, как владелица поманила меня пальцем. Мол, иди сюда, пошушукаться надо.

В лавке было пусто, колокольчик у входа молчал, таинственность была излишне, но госпожа Яголс обожала ритуалы. И делать вид, что её лавка пользуется успехом, и в любой момент сюда заявится толпа покупателей.

Я не спешила её расстраивать. Рецепты госпожи Яголс хороши, но слишком новаторские. Если гранд-мастеру в силу его положения такое простительно, то даме из западных земель, да ещё и без диплома — нет.

Однако я её любила. Она никогда не экономила на посетителях, самолично проверяла товар. Он у неё был отменного качества. С примесью сосновых иголок, конечно.

— Я слышала, что новый декан вашего факультета ищет Огненный розанчик. Скажи ему, что я могу достать. Стоит дорого, но того стоит. Сама знаешь, у меня контрафакт — высший класс.

И госпожа Яголс улыбнулась, потирая руки.

— Зачем ему?

— Тебе видней. Вы с ним на одном факультете. Наверное, огонь решил вернуть. Или врагов спалить в лихорадке, я в такие дела не лезу.

И замахала руками с острыми наманикюренными коготками. Огненный розанчик в наших краях не растёт и к применению запрещён, именно потому, что с его помощью легко сделать как укрепляющий чай, так и сжигающий внутренности яд.

И не успела я сказать, что ничего декану передавать не буду, как в дверь вошёл он сам.

Я чуть не икнула, и тут меня посетила очередная идея: а что если это знак Богов? Мол, вот тот, Оливия, кто тебе поможет на пути к цели. Пробудит огонь, так сказать!

Мысль мелькнула и пропала под холодным взглядом декана.

Если бы знала, что он сюда придёт, вовремя спряталась бы под прилавок! Теперь он будет думать, что я его и впрямь преследую.

Но всё оказалось хуже. Намного хуже.

Глава 10

Глава 10

— Доброго дня, господин Амистад! Проходите. Я вас сразу узнала, ваши портреты, как и лица других преподавателей, у нас как талисманы. А мы только о вас и говорили, верно, Оливия?

Госпожа Яголс приосанилась, как боевая лошадь, услышавшая звук полковой трубы. И это было бы смешно, если бы не было так грустно.

Декан уставился на меня с презрением напополам с жалостью, и я снова почувствовала, что краснею. И пятнами покрываюсь.

Тут никакой чай гранд-мастера не поможет!

А владелица перед драконом разливалась соловьём, совсем не обращая на меня внимания, зато размахивая моим именем как флагом. С чего-то она решила, что я прям дружбу с деканом вожу.

— Если нужно достать, что не слишком разрешённое, то вы пришли по адресу.

— Это Оливия Перла вам сказала? Я зашёл полюбопытствовать.

— А смотрите, за смотр и пробу я денег не беру. Только товар у меня особый, вы такой у прочих не найдёте. Видели, в лавке госпожи Сингл висит череп козла? Так это она купила на ярмарке, повесила для порядку, а у меня такого нет. Вот чесночья голова, самолично сплела от дурного глаза.

— А я смотрю, что у вас посетителей нет. Чесноком тянет так, что даже сосновых иголок не ощущаешь, — на губах декана заиграла ироничная улыбка.

Я поспешила попрощаться с госпожой Яголс, хотела выскользнуть тихо из её лавки, но не тут-то было.

Бруно Амистад, будто у него глаза на затылке находились, сказал повелительным тоном:

— Стойте, мисс Перла. Что вы здесь делали?

Повернулся ко мне с самым строгим видом, и я так и застыла на пороге, сжимая в руках бумажный пакет с травяным сбором.

— Дайте сюда. Я имею права, ведь если вы решили использовать запрещённые смеси для того, чтобы сдать зачёт, то мне нет смысла тратить на вас лишний час.

Ишь, какой занятой! Смотрел на меня, как удав на кролика, а мне хотелось плюнуть в дракона огнём. Или вязкой слюной. Жаль, Морда с нами нет, он бы меня защитил!

— Это чайный сбор по рецепту гранд-мастера, господин декан. Извольте убедиться. Вот и рецепт у меня имеется.

С оскорблённым видом я протянула бумажный кулёк и рецепт дракону. На рецепт он взглянул бегло, отдал мне сразу, а вот пакетик развернул, принюхался. Закрыл глаза, сразу обострив свой хищный профиль, я даже увидела, как под его кожей переливается серебристая чешуя. Зрелище, конечно, завораживающее.

— По рецепту, говорите, мисс Перла? Что вы, кол проглотили, или кляп? Говорить будете?

Декан снова посмотрел на меня так, будто мысли прочитать хотел. Или правду вытрясти прямо здесь.

— По рецепту, господин декан, — пискнула госпожа Яголс, досадуя, что такой важный клиент совсем не интересуется её личными чайными смесями. — Но он совсем обычный. Взгляните лучше на эту баночку, для вас приберегла. Гречиха с мануалой лернийской. Дарит спокойствие и ясность ума.

Декан поморщился, будто услышал щебетание глупой птахи над самым ухом.

— Вересковая пыль тоже туда входит? В обычный рецепт?

То ли он обращался ко мне, потому что смотрел в упор, то ли к хозяйке лавки, она, по крайней мере, решила ответить за нас обеих.

— Так она не запрещена. А вот Огненный розанчик — дело иное.

— Если вы ещё раз скажете мне про контрабанду, я не стану закрывать на ваши делишки глаза и сообщу куда следует. Вы лишитесь лицензии и своей чайной лавки. Предупреждаю последний раз, будьте осторожны в словах и делах, госпожа Яголс.

Под его взглядом владелица лавки съёжилась и забормотала извинения напополам с проклятиями. Но так, чтобы декан не слышал.

— А вы не спешите, мисс Перла. Пойдёмте, кажется, вы всё хотели угостить меня обжигающим напитком? Я принимаю предложение. Удивите меня.

Он тронул меня за локоть, как бы поддерживая при выходе, что было весьма кстати. Я уже чувствовала себя как на раскалённой сковородке и едва не ступила мимо порога.

Даже пальто запахивать не хотелось, до того жарко стало!

— Сами говорили, что эта часть бытовой магии удаётся вам лучше всего, — продолжал декан, продолжая идти рядом.

Со стороны, должно быть, вся наша беседа выглядела так, словно декан отчитывает нерадивую, но совестливую адептку. Прохожие, сокурсницы и даже просто незнакомые адептки, кидали на меня сочувствующие взгляды. А на моего спутника — весьма кокетливые.

— И ваш прошлый декан нахваливал ваш чай.

Всё это было неспроста. Наверняка ловушка, но я ухватилась за протянутую соломинку и распрямила плечи:

— Всё так, господин Амистад. Приготовлю для вас первоклассный чай.

— И если сможете, считайте, зачёт сдали.

Я встала как вкопанная. Дракон обернулся и кивнул мне. Мол, скорее, а то передумаю.

И когда я поравнялась с ним, добавил:

— Но это если ваш чай, мисс Перла, подойдёт для меня.

— Он вам понравится, господин Амистад, не сомневайтесь.

— А я не сказал, что он должен понравиться на вкус. Я сказал: подойдёт. Не удивлён, что вы не услышали разницы!

Глава 11

Поговаривали, что любой девушке или женщине приятно находится в обществе дракона.

И внешность у них импозантная, такая, что посмотреть приятно, и в общении они могут быть обаятельны.

Могут, если захотят.

Мой декан, Бруно Амистад, белогривый чешуйчатый, был станет и высок, силён и красив, но крайне раздражающий тип. Немудрено, что он нажил могущественного врага, который сослал его в «Академию бытовых умений».

Интересно, из-за чего он лишился своего огня?

Я думала обо всё об этом, пока шла по коридору Академии к его кабинету.

В административном крыле было тихо и безжизненно. Люди с гобеленов, сидящие за обильно накрытыми столами, смотрели на меня с укоризной. Казалось, они вот-вот погрозят мне пальцами: негоже в храме бытовой магии быть такой бездарной!