Полная версия
С рождения я жила в деревушке у подножия гор и альпинизмом не увлекалась. Напротив, горы всегда пугали меня. Мамин брат погиб в результате схода лавины, и эта история подавалась у нас в семье, как ужастик, с самыми пугающими подробностями: якобы человек умирает под завалами не сразу, а медленно замерзает, до последнего надеясь выбраться.
Я должна была стать пряхой, делать шерстяные и конопляные ткани, но увы, не сложилось. Сейчас я в горах, чтобы окончательно распрощаться с жизнью.
Когда я умерла, родителям сообщили о моей гибели и выплатили щедрую компенсацию, хотя, если честно, Его Светлость Даниэлиус Логре был не обязан, это же я нарушила запрет и пробралась на территорию охоты.
К счастью, кроме меня, у мамы с папой ещё четверо детей: два брата и две сестры. Некрасиво так говорить, но в какой-то мере я была рада, что с меня сняли бремя старшего ребёнка в семье. Я никогда не вписывалась в формат деревенской жизни.
И вот, смерть от рук моей же мечты настигла меня.
***
За воспоминаниями о прошлом я снова едва не улетела вниз. Проехала на пузе до самого края обрыва, но всё-таки уцепилась руками за выступ.
– Фух! – я села в безопасном месте, чтобы перевести дух, и тут поняла: если я не хочу растерять конечности в каменной пропасти, придётся ждать рассвета. Солнце растопит ледяную корку, и можно будет нормально двигаться.
Так я и просидела всю ночь, не чувствуя ни холода, ни голода, ни жажды. В уме красным огоньком мигала тревога: если Дан отправился за мной, то он же может сорваться в пропасть! Успокаивало то, что он уже бывал в этих краях и знает особенности здешних троп.
***
Утром я дождалась, когда солнце поднимется над горизонтом, и только затем выползла из-за каменной глыбы.
Мне всё чудилось, что я слышу голоса людей, хотя вряд ли Дан и его свита так скоро нагнали бы меня. Скорей всего, это просто свист ветра.
И снова лилипутскими шагами, держась за каменную стену, я ползла к цели.
Видимо, холод стал ещё сильнее, раз даже солнце не растопило лёд.
«Эх, я глупая! – ругала я себя. – Надо было хотя бы взять с собой пару кило соли...»
Чем дальше, тем опаснее становилась тропа. Словно горы не хотели пускать меня в то место. Интересно, почему? Чем миру так важна моя не совсем жизнь?
«А может, природе плевать на какую-то там дохлую девицу? Горы просто не обязаны подстраиваться под кого-то там...» – с этими мыслями я не заметила, как полетела в пропасть.
Всё случилось слишком спонтанно. Даже для меня.
Глава 5. Близнецовое пламя
Несмотря на то, что я не чувствую ни холода, ни боли, хруст моих ломающихся костей принёс мне душевную муку.
Звук упущенного шанса и умирающей надежды.
Живой человек от такого полёта без сомнения умер бы. Я получила слишком серьёзные повреждения, на восстановление которых у меня не хватит резерва.
Лёжа на неровных камнях, я долго-долго ждала, когда во мне прогорят последние крохи магии. Пытаться куда-то ползти – бесполезно. Даже не чувствуя боли, с раздробленным позвоночником и ногами я далеко не уйду, сложусь пополам в тех местах, которые у человека сгибаться не должны.
Мне осталось только прислушиваться к печальным «хрусть-хрусть» в организме и ждать наступления «паралича».
Так и вышло: магия во мне кончилась, потратившись на то, чтобы после падения с высокогорной тропы собрать воедино мой переломанный мешок с костями.
Вынуждена признать: я проиграла. Теперь мне ни за что не хватит сил добраться до Бездны. Единственное, что я могу, – проползти на пузе несколько метров, чтобы спрятаться где-нибудь между камней, и надеяться, что меня не найдут до тех пор, пока моё тело не сгниёт.
Если Дан обнаружит меня, смердящую и разлагающуюся, это станет для меня невыносимым позором. Если так случится... Что станет с Даном?
«Нет! Ни за что!» – внезапно закипевшая в груди ярость придала мне немного сил, и я поползла к скале. Неподалёку впереди чернела пещера. Может, она глубокая, и там я найду своё последнее пристанище?
Еле-еле, стирая ткань брюк и ссаживая руки, я ползла к цели.
Меня смутило, что внутрь ведёт хорошо утоптанная тропинка, но в моей ситуации искать что-то получше уже не приходится.
Я волочила своё тело по проходу, подальше от солнечного света, но вскоре оказалась в странном освещённом помещении с горящим очагом.
«Оно жилое... – в ужасе осознала я. – Теперь меня точно найдут.»
– О-о-о, мертвячка. Таких у меня ещё не было, – распевным полудетским голосом проскрипела... старуха?
Уму непостижимо! Как в этих мёртвых камнях может выжить человек? Чем она питается? Неужели тру... Бр-р-р, нет-нет! Вряд ли люди падают с горной тропы так уж часто. Что им тут делать? Но тогда зачем здесь жить?
Я увидела отделившуюся от стены тёмную прихрамывающую фигуру и выдала на автомате:
– Здравствуйте.
– Здравствуй-здравствуй, хотя здравствовать тебе уже не приходится. Хм. М-да... Любопытно, как тебя ко мне занесло.
– Как и всех, полагаю. Я упала с горной тропы, – ответила я, разглядывая чёрный неровный потолок и парящих под ним магических светлячков.
– Да уж, в мою низину постоянно кто-то падает. Кого не забирают свои, приходится стаскивать в трупную яму. Я уж и не помню, когда в последний раз разговаривала с кем-то материальным...
Сначала я хотела спросить, зачем это всё женщине почтенного возраста, но задала другой, более важный для меня:
– А можно и меня туда?
Единственное, чего я сейчас хочу, – затеряться так, чтобы меня не нашли. Гора трупов – чем не последнее пристанище?
Но старуха меня огорошила:
– Э-э, нет. Тебе нельзя. Ты – половинка близнецового пламени[1], тебе нельзя терять свою вторую часть. Иначе нарушишь весь мировой порядок.
– Что ещё за пламя? – может, она о нашем с Даном проклятии?
– Твоя связь с другим человеком. Наверняка вы очень близки и даже родились в один день. Полагаю, это кто-то влиятельный, раз они нашли способ запереть твою душу в мёртвом теле.
«Как?! Как она узнала? Может, эта старуха – горный дух, слуга Бога?»
– Вы так быстро во всём разобрались, только взглянув на меня... – изумилась я. – Кто вы?
– Кто я – это неважно. Старая карга, которой нет места среди людей. Но сегодня я встретила удивительное явление, и в моих силах помочь тебе и твоей половинке.
«Половинке... Неужели наша с Даном связь – это вовсе не чей-то злой умысел или проклятье? Неужели это не было жестокой ошибкой создателя? О боже...»
Слова таинственной женщины отозвались в моей душе теплом, подсознательно я сразу приняла слова про близнецовое пламя за истину. Что-то подсказало: так и есть.
«Искорка моя», – так любил называть меня Дан. Вряд ли он знал про какое-то там пламя. Просто я в самом деле стала для него той самой искрой. Огнём я была, пока не умерла, а теперь лишь искорка, которой давным-давно пора погаснуть.
– Как? – неужели нам можно помочь? В душе снова зашевелилась надежда.
– Ну... – она призадумалась и засуетилась около полки с какими-то амулетами и камнями. – Ты же к Бездне шла, когда сорвалась в пропасть?
– Да.
– У меня где-то завалялась одна порция концентрированной магии и пара маломощных накопителей. Я покажу тебе и твоему парню кратчайший путь до жерла вулкана.
Похоже, кроме окончательной смерти, мне больше не на что надеяться. Чуда не произойдёт.
– Я думала, что, прыгнув в Бездну, оборву нашу связь, и он не станет меня искать. Наше проклятье потеряет силу, и Дан заживёт полноценной жизнью без меня, – поделилась я мыслями.
– Он пойдёт за тобой, поверь мне. Ты недооцениваешь вашу связь. Близнецовое пламя только выглядит похожим на проклятье, на самом же деле это божье благословение, данное избранным при рождении.
– Что же это за благословение такое, что Дан полюбил меня мёртвую?
– Возможно, это испытание, данное, чтобы взрастить вашу любовь и показать всему миру пример. Кто знает...
Да уж, испытание. Патовая ситуация, у которой нет благополучного исхода.
– Я не хочу, чтобы Дан увидел меня такой, – я кивнула на свой убитый вид: колени разодраны до костей, на ладонях тоже почти не осталось кожи и, кажется, я уже начинаю смердеть. Видимо, оттаяла в тепле. Как ещё остались силы говорить и думать?
– Да, времени у тебя мало, девочка. И шанс добраться до жерла только один, – она пихнула мне в рот знакомый серый камешек и всучила кружку с водой. – На вот. Когда камень растворится, большая часть магии уйдёт на залечивание твоих ран. Так что времени у тебя в обрез. К утру ты снова станешь овощем.
– Но я не успею. Отсюда до Бездны идти два дня...
– Пойдёшь по низине. Я привяжу к твоей руке светлячка-путеводителя, он покажет короткий путь.
– Спасибо.
– Ах, да, ещё накопители: их глотать нельзя, поэтому привяжу их тебе под колени. Локально они должны подействовать. Рабочие ноги тебе сейчас важнее всего остального.
Я встала, ощущая, как из тела уходит ватность.
– Ну, беги, девочка! К рассвету, дай бог, доберёшься.
И я побежала.
Пожалуй, стоит поблагодарить вселенную и ту странную женщину, что помогла мне. У меня появился шанс прыгнуть в Бездну.
Больше никаких ошибок. Я доберусь.
***
Старуха была права: очень скоро магия растворилась в организме, залечив мои раны и в то же время лишив меня сил. Какая ирония. Именно сейчас мне плевать на разодранные колени и руки, но жизненно важны силы.
Я бежала, пока ноги не подкосились, и моё многострадальное тельце не растянулось на гладких камнях.
Как-то сразу я поняла: с бегом покончено. Теперь только неторопливый осторожный шаг. Тем более, низина кончилась, и теперь я поднимаюсь в гору. Пока подъём не очень крутой, но, уверена, скоро начнутся настоящие сложности.
Светлячок летел в двух метрах от меня, показывая дорогу, и я смотрела только на него. Мало ли потухнет? Или улетит, не дождавшись меня.
С каждым шагом тело всё больше становилось ватным, ноги заплетались.
А ведь я так близка в Бездне! Я это чувствую!
Если бы я была живым человеком, уже свалилась бы в обморок от переутомления и недостатка кислорода.
– Ну, давай же... Почему накопители не помогают? – злилась я. – Ещё немного... Где эта Бездна?
Я шла и шла по крутой тропе, тратя последние крохи магии. Когда уже казалось, что я сейчас свалюсь трупом на камни, ноги всё ещё каким-то чудом держали меня. Значит, накопители работают. Ещё мне повезло, что тропа сухая, безо льда. Видимо, камни тёплые из-за близости кратера.
Как вдруг:
– Ми-и-ихе-е-ель! – донеслось до меня откуда-то снизу.
«О нет!» – меня захватила паника, но даже она не заставила тело шевелиться активнее.
По мере того, как голос Дана приближался, я волновалась всё сильнее. Что если он поймает меня раньше? Только не это...
Снова мы встретились на рассвете. Заря только-только занялась и, пожалуй, это прекрасное время, чтобы попрощаться с жизнью.
Вдруг мой светлячок нырнул куда-то в пещеру, а я поковыляла за ним. Кажется, Бездна совсем близко... Вот бы...
И тут я упала. Просто свалилась кулем на гладкий, будто вылизанный огнём, каменный пол. Ощущение, словно резко наступил паралич. Я потеряла управление телом.
Всё. Теперь мне уже никто не поможет.
___________________________
[1] Близнецовое пламя — это интенсивная душевная связь с кем-то, кто считается второй половинкой человека, иногда называемой «зеркальной душой». В основе этого понятия лежит идея о том, что иногда одна душа разделяется на два тела.
В книге «Мёртвая Живая» близнецовое пламя – это особое явление, важное для Вселенной.
Глава 6. В Бездне
Мне удалось проползти ещё несколько метров, прежде чем я утратила способность даже моргать. Тут уже ни сила воли, ни отчаяние не помогут. Труп есть труп.
Всё, что я теперь могла – глядеть в потолок, где завис сопровождающий меня светлячок-путеводитель, и прислушиваться к приближающимся голосам.
Страшно.
Они уже совсем рядом...
Сейчас Дан обнаружит меня. А что дальше? Меня отвезут обратно в замок? Вернут мне облик герцогской куклы? Неужели ничего не поменяется? Неужели я не смогла? Вряд ли у меня будет ещё один шанс.
Боже... Мне не хватило сил пройти каких-то пару сотен метров!
***
У свиты Его Светлости господина Логре магические светлячки были куда мощнее моего, поэтому меня обнаружили быстро.
– Михель! Слава богам! – Дан, задыхающийся от бега и недостатка кислорода, бросился ко мне, приподнял и сжал в объятиях. – Как ты могла со мной так поступить! Как ты могла... – одновременно пыхтел и рычал он.
А я, даже если бы могла, ничего не стала бы отвечать.
– Михель? Нет-нет-нет... Ты же ещё здесь? Ты слышишь меня? – он встряхнул меня и тут окончательно понял, что я осталась совсем без магии. – Ты не можешь меня вот так оставить! Слышишь? Сейчас... У меня есть камень. Где же... – он, одной рукой прижимая меня к себе, начал шарить по карманам.
– Ваша Светлость, я могу чем-то помочь? – в поле моего зрения появилось вездесущее скелетообразное лицо Сурона.
– Осмотрись вокруг, найди место для привала. Даю один час на отдых, потом отправляемся обратно.
– Будет сделано.
Дан сунул мне в рот серый камешек из концентрированной магии и пальцем протолкнул его в горло. Сама бы я не смогла проглотить его.
– Сейчас всё будет хорошо. Только не оставляй меня. Михель, искорка моя, я ни за что тебя не отпущу...
Магия уже начала растекаться по моему телу, но я по-прежнему не моргала и продолжала невидящим взглядом смотреть в одну точку.
– Боже... Почему так долго? Почему не действует? – тревожился Дан, вглядываясь в моё лицо. – Здесь нестабильный магический фон, и я даже не могу разглядеть, в чём дело, – по нему было видно, что он смертельно устал. Вымотался в погоне за мной и наверняка не спал.
«Бедный... Как бы я хотела, чтобы тебе не пришлось проходить через всё это. Что же мне с тобой делать?» – у меня пока не было чёткого плана. Я просто лежала безвольной куклой на руках у Дана и выжидала, когда кто-нибудь принесёт ценную информацию.
Вскоре вернулся Сурон:
– Ваша Светлость, в тридцати метрах дальше по тоннелю есть обширная безопасная зала, где можно устроить привал. Места хватит на всех.
– Ты уверен, что там безопасно?
– Да. Там следы пребывания группы учёных, которые были здесь летом. На стенах даже имеются записи и в углу циновки. А также там гораздо теплее из-за близости Бездны.
– Понял. Перемещаемся туда.
– Вы устали. Позвольте мне понести госпожу Михель? – Сурон всегда раздражал меня своим пресмыканием перед Даном. Мне кажется, если бы он вёл себя менее подобострастно, они вполне могли бы быть друзьями, но Сурон нарочно позиционировал себя не выше, чем слуга.
– Я сам, – вряд ли Дан сейчас отойдёт от меня хотя бы на шаг.
– Но, Ваша Светлость, ваша ключица ещё не срослась...
– Я в норме. Отойди, – и упрямый Дан поднялся на ноги со мной на руках. Пошатнулся, но всё же удержал равновесие и прижал меня к себе ещё крепче.
Мне хотелось спрыгнуть с его рук и идти самой, я каким-то десятым чувством ощущала, что ему больно, что он сам без сил... Но я по-прежнему не подавала признаков сознания. Что-то подсказывало: я должна затаиться, чтобы Дан утратил бдительность. Вдруг ещё не всё потеряно?
Наконец, меня уложили на циновку, а сам Дан скривился от боли и схватился за плечо. Похоже, позавчера при падении с лошади он сломал себе ключицу, и целителям удалось лишь слегка подлечить его. Догадываюсь, что он настолько торопился, что не дождался полного выздоровления. Удивительно, как быстро он меня догнал. Хотя... я же долго пролежала после падения в пропасть, из-за этого и потеряла время.
С собой у Дана оказался магический камень, а значит, они с Суроном возвращались в замок, чтобы захватить вещи и собрать отряд крепких охранников.
Они подготовились.
И всё из-за меня. Зато Дан так и не доехал до столицы, чтобы оформить развод. Только бы после всего этого он вернулся невредимым домой...
– Насколько близко Бездна? – спросил мой господин.
– Сотня метров, – доложил Сурон.
«Моя смерть всего в сотне метров, а я лежу здесь...» – пронеслось в голове тревожным импульсом.
– Отдохнём и уберёмся отсюда, – в голосе Дана читалось раздражение.
Он снова посмотрел на меня со смесью беспокойства и обиды.
О да! Я прекрасно понимаю его: маленькая обманщица заговорила ему зубы, чтобы сбежать. Как подло!
Я предала, обесценила его старания и приняла судьбоносное решение втихаря. Дан ещё долго мне этого не простит, запрёт на сто замков, усилит охрану, накажет меня тяжким молчанием... Если я каким-то чудом не сбегу.
Но вот парадокс: ему придётся меня простить, у него нет другого выхода. Бывают чувства, которые не умрут даже если их растоптать. Наш случай из таких.
В конце концов, в чём я не права? Не до старости же Дану жить с нежитью? Это даже звучит мерзко. Он состарится, а я – нет. Он принесёт в жертву себя ради мертвячки. Нет, так не годится.
Я должна исчезнуть. Должна!
Тут чаша весов судьбы снова качнулась в мою сторону: один из герцогских охранников упал без чувств.
– Эй, Дауд! – воскликнули его товарищи. – Что с ним? Кажется, кислородное голодание или переутомление... Я тоже сейчас свалюсь... – голоса слились в гул, а я наблюдала лишь за Даном.
Мой господин, наконец, подошёл взглянуть, что случилось со слугой, а я рванула. Энергии во мне теперь было много, даже больше, чем нужно для стометрового забега. В отличие от уставших живых мужчин.
Я неслась быстрее ветра, так, как не бегала никогда в жизни. В ушах свистел ветер, поэтому я не слышала криков за спиной.
Это мой последний шанс!
Вот и кратер. Ноги несли меня к мысу, художественно зависшему над величественной огненной Бездной. Я на секунду задержалась на краю, провожая взглядом бегущего за мной Дана, и, не отрывая от него взгляда, упала вниз спиной вперёд.
Всё. Сейчас наша связь оборвётся.
Жаль, что я не успела обнять Дана напоследок. Прощай, мой обожаемый, мой любимый мужчина.
***
Время замедлилось. Я падала вниз, а перед глазами проносилась моя вторая жизнь, подаренная Даном.
Да, пожалуй, я могла бы похвастаться необычной судьбой. Тогда, восемь с половиной лет назад, смела ли я мечтать о любви герцога Логре? Однозначно нет.
– Михель, не-е-ет!!! – пророкотал по всей пещере крик Дана.
Это, должно быть, его последние слова, которые я услышала.
Но время замерло, или это мои мысли перед окончательной смертью летают слишком быстро?
А что, если я вовсе не исчезну? Вдруг какая-то сила выдернет меня наверх?
Глядя в персиковое утреннее небо над кратером, я видела ленту нашей с Даном истории. Всё-всё, начиная с самой первой встречи.
«О боже, Дан... Мне будет тебя не хватать...»
Глава 7. Недосягаемый идеал
8,5 лет назад
Миха
Впервые я увидела его, когда он в составе конной процессии осматривал нашу деревню: работает ли мельница и швейное производство, как дела на ферме.
Стояла адская жара, аномальная для сентября, и я заметила, как молодой господин едва держится в седле и вот-вот потеряет сознание. Не знаю, как отважилась, но я подбежала к его лошади и протянула Его Светлости ковшик с колодезной водой.
Прекрасный, как ангел, молодой господин не успел взять посудину, как ту вышибли у меня из рук, а сама я оказалась скручена и поставлена на колени.
– Не велите казнить, велите миловать! – запищала я. – Я всего лишь хотела напоить Его Светлость прохладной водой. Клянусь, у меня не было дурного умысла!
– Как ты смеешь открывать свой рот, грязная девка?! – охранник юного герцога ещё сильнее выкрутил мне руку, да так, что из глаз у меня брызнули слёзы.
– Сурон, хватит! Отпусти её, – у Его Светлости оказался умопомрачительно приятный голос, поэтому я тотчас же забыла о боли, которую испытывала пару секунд назад. А когда прекрасный ангел заговорил со мной, я сама чуть не хлопнулась в обморок: – Как тебя зовут?
– А... Э... – от волнения в голове у меня образовался ступор, а в горле ком.
– Отвечать! – снова гаркнул на меня стражник.
Страшный он, этот, как там его... Сурон. Вроде молодой, но уже седой. Высокий, но худой, как вешалка для одежды. Похож на живого мертвеца или на палача. И выглядит он жутко: в свинцового цвета одежде, вооружённый. Ну, чисто нежить!
– Ну! – меня ткнули в бок ножнами от сабли.
– Миха из прядчих... – наконец, выдавила я, поникнув головой.
Да-да, фамилии у меня нет. Лишь принадлежность к роду деятельности моей семьи. Самое низшее положение, какое только может иметь человек. Почти животное. Вот, назвалась и поняла, что Его Светлость Даниэлиус Миравиан Логре отныне навсегда останется моим недосягаемым идеалом. Возможно, я больше никогда в жизни не увижу его и буду вспоминать этот день как самый счастливый в моей никчёмной жизни.
– Принеси мне воды из колодца, Миха, – неожиданно обратился ко мне молодой господин.
А я... От радости даже подпрыгнула! А затем стрелой понеслась к колодцу.
«Что, если он ещё и голодный? – промелькнула в моей голове мысль. – У меня в узелке есть витушка с маком, свежая, утренняя. Угощу его!»
Булочка оказалась в форме сердца. Именно сегодня у меня было мечтательное настроение, и я решила излить свою непрожитую юношескую любовь в выпечку.
Ну, разве это не судьба?
Его Светлость взял и питьё, и витушку. Откусил на глазах у всего отряда.
– Вкусно, благодарю, – он улыбнулся мне.
Улыбнулся!!!
А я расплакалась.
«Боженька, я уже лью слёзы по этому моменту, зная, что он вот-вот закончится...»
Спустя минуту, стоя с пустым ковшиком в руке, я, не скрывая чувств, ревела навзрыд.
– Чаво, влюбилась штоле? – из-за спины послышался издевательский голос сына мельника.
– Да иди ты! – я небрежно вытерла лицо подолом платья. Не хватало ещё прослыть на всю деревню влюблённой дурочкой.
– Ишь, Миха, на герцога позарилась! – хохотнули мне на ухо.
Увы, скрыть очевидное мне не удалось. Как же глупо я попалась...
С тех пор деревенская молодёжь начала меня задирать. В основном это были ложные вопли о том, что мимо едет отряд из дворца с юным герцогом во главе. Я, окрылённая надеждой, сначала велась, а потом перестала. В конце концов, это унизительно даже для меня.
Спустя полгода на открытие сезона охоты деревенских предупредили, чтобы не совались в лес. А я вдруг поняла, что это мой шанс снова увидеть своего идола. И никто из деревенских задир об этом не узнает!
Хоть одним глазком, мельком увидеть Его Светлость Даниэлиуса Логре...
Мечта погнала меня вперёд, не давая ни есть, ни спать.
Я ушла из дома ещё ночью, затемно, чтобы взобраться на дерево на холме, с которого видно герцогский замок. Специально облачилась в коричневый походный костюм, чтобы не пестреть на фоне листвы и быть максимально незаметной.
Поглазею тихонечко, и никто меня не заметит.
Когда я увидела вдали пыль от конских копыт, сердце у меня сорвалось на бешеный ритм.
«Не стучи, милое, а то загонишься, – мысленно успокаивала я себя. – Я и так чувствую себя глупой... Мне уже почти семнадцать, девки в моём возрасте уже замужем да детей нянчат, а я грежу лишь юным герцогом... Глупая. Совсем глупая...»
Процессия тем временем добралась до леса, а я слезла со своей смотровой площадки на дереве и начала тихонько, прячась за кустами, подбираться к отряду.
