Целительница для проклятого дракона

1

Элис Олден

Это было не просто фиаско — провал.

Я замерла в страхе и ожидании. Всего через пару минут меня вызовут к лорду-ректору на ковер и вынесут страшный приговор: “Вы отчислены!” До боли закусив губу, я постаралась отрешиться и подготовить доводы в свою защиту, что в сложившейся ситуации было почти нереально.

Я знала, что ждет впереди — отчисление и дорога к жениху. Официально, после утреннего происшествия меня признали виновной во взрыве женской академии прикладной магии и целительства.

Надо же, в первый учебный день сделать немыслимое: смешать запрещенные реактивы и вызвать отсроченную реакцию. Колба задымилась только к концу пары, а потом задрожала и начала трещать. Хорошо, что в лаборатории был всего десять будущих целительниц. Нам удалось быстро выбраться и укрыться в деревьях аллеи, а защитный щит Аллегры спас нас от неминуемой смерти, зато камня на камне не осталось от самой лабы.

— Олден, — услышала властный мужской голос и вздрогнула. — Элис Олден?

Я повернула голову и застыла, как молнией пораженная. Это был он.

— Да, — голос мгновенно осип, а мне захотелось спрятать голову в песок, но я лишь теснее прижала к себе Мухажора — единственный экземпляр во всей империи Харбос.

— Прошу за мной, — коротко бросил мужчина, развернулся и направился к административному зданию.

Понуро опустив голову, я поплелась вслед за лордом-ректором.

Мне бы простили такой относительно небольшой урон древнейшей академии магии, в которой обучались только девицы из высшего света, преимущественно, чтобы удачно выйти замуж, но как оказалось ущерб был слишком большим: общежитие, полигон для дрессировки магических существ, теплица… В общем, теперь-то однозначно, остается только выйти замуж и даже не мечтать о настоящей жизни вне темницы брака. А я ведь даже чемоданы не успела распаковать до конца.

Тем временем мы добрались до административного здания, и я вошла в кабинет.

— Раскаиваетесь? — черные брови ректора академии боевых драконов сошлись на переносице, а взгляд прожег меня насквозь.

— Очень, — подняла на него глаза полные надежды.

Честно-честно, я раскаивалась и готова была понести любое наказание, кроме отчисления. Это было бы просто несправедливо. К тому же у меня дар…

Мне никак нельзя было вылетать из академии, или из того, что от нее осталось. Возвращаться некуда. Родители погибли, а опекуну лишние нахлебники были не нужны, у него хватало и своих детей. К тому же, он вступил в полные права наследования, выделив мне мизер на приданное, более напоминающее подаяние у храма. Стыдно признать, но у наследницы множества владений некогда, больше ничего не осталось. Теперь все принадлежало Херману Олдену и его семье.

Нет, дядя, разумеется, попытался позаботиться о моем будущем, для начала обручив с кем-то, почти в двое старше меня, которого я даже в глаза не видела, а потом отправил ему все мое скудное приданое, тем самым не оставив выбора. И тогда я попыталась сбежать в первый раз. Да-да, это значит, что их было несколько. Меня поймали и прочитали длиннющую нотацию о морали и нормах поведения для истинной леди. Речь была впечатляющей.

Вторая попытка побега почти удалась, но меня вновь поймали прямо у ворот академии бытовой и прикладной магии. Не сразу, но дядю удалось убедить, оставить мою скромную персону тут и даже поспособствовать в поступлении. На бюджет.

Но у него было одно условие…

— Меня зовут лорд-ректор Лернок, и теперь в моих руках судьба адепток вашей академии. Директриса Хамфис после всего произошедшего слегла с ударом, а винит во всем именно Вас.

Он поднялся со стула и приблизился к окну. Пейзаж за окном его интересовал больше, чем судьба какой-то безрукой девицы.

Я нервно сглотнула, но это не помогло унять трепетно бьющееся сердце.

— Меня отчислят? — задала я самый важный вопрос.

Лорд-ректор повернулся ко мне. Взгляд скользнул по моей жалкой фигурке с ленцой. Создалось впечатление, что все это ему и даром не сдалось, а его самого просто вынудили взяться за непутевых барышень.

— Да, — подписал он приговор.

Я застыла, словно молнией пораженная.

— Молчите? — он сложил руки на груди и покачал головой. — Неужели Вам нечего сказать?

2

А о чем было говорить? Если отчислят, то я тут же отправлюсь к “теплые” объятия дядюшки, а затем в кротчайшие сроки буду выдана замуж… за лордда-ректора. Благо, что он пока не узнал меня. Я и сама в глаза не видала своего жениха, уверена, как и он невесту, но фамилия отпечаталась прекрасно в моей голове — Лернок.

— Прошу Вас…

— Что? — в его глазах появился заинтересованный блеск, а я лишь крепче прижала к себе Мухажора, ища в нем силы и поддержку.

Дыхание перехватило, и воздух стал колючим, словно тысячи ледяных игл пронзали легкие. В носу защипало так сильно, что казалось, будто слезы вот-вот хлынут неудержимым потоком. Сердце колотилось в груди, как пойманная птица, и каждый удар отдавался в висках оглушительным эхом.

Выбора не было. Ни малейшего шанса на спасение. Это было не просто фиаско, а полнейший провал.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить разбушевавшиеся эмоции, но это не помогло. В горле стоял ком, а глаза предательски щипало. Слезы были так близко, но я не могла позволить себе эту слабость. Не сейчас, когда все было так плохо.

— Мне нужно это место, — обычно мужчины не любили женские слезы, но я надеялась хотя бы жалостью взять его. — Если меня отчислят, то…

— Лорд-ректор, — в кабинет влетел один из его учеников, прибывших вместе с Лерноком, — Все твари разбрелись по территории. Всех отловить не получилось. Остается только выжечь землю, чтобы никто из опасных не выбрался за ворота.

Что? Уничтожить вымирающие виды магических животных? Немыслимо!

— Да как вы можете! — слезы в миг высохли, а я преисполненная решимости была готова бороться до конца.

— Адептка, ждите моего возвращения и тогда… мы поговорим с Вами более обстоятельно. А пока — ждать!

С этими словами лорд-ректор вылетел со своим учеником за дверь, оставив меня хватать ртом воздух от негодования.

Ну, нет. Ждать я не собиралась. Если уж себя спасти не удастся, то хотя бы бедных зверушек отвоюю у извергов-драконов. Разумеется, среди них были и особо опасные, но ни один из них не нападет без острой необходимости. Ну вот, например, трёхглавая змея! Да она укусит только если на хвост наступить, а крылатая жаба…

Быстро поставив на стол своего плотоядного Мухажора и, подхватив юбку, я ринулась на спасение бедных тварюшек. За сутки до начала занятий успела неплохо исследовать территорию, и пусть здесь была всего два дня, из которых первый учебный не удался, но все же больше и дольше, чем боевые драконы.

Да им только дай волю, так разрушат все похлеще, чем вышла моя нелепая случайность — все разнесут по камушкам!

Уже на улице я увидела ректора и его ученика спешащих к полигону — место, откуда и сбежала живность. Вот только если бы они заглянули хотя бы в один учебник, то знали, что все беглецы хоть и размещались днем на открытом и залитом солнцем полигоне, все же предпочитали тень и влагу, а тут было всего пару мест, в которых можно было спрятаться. Разумеется, я решила время не терять даром и направилась в первое пришедшее на ум — небольшой заросший прудик, похожий на ареал обитания крылатых жаб и трехглавых змей.

Идти на них с голыми руками было опрометчиво, а в моем случае магия совсем не поможет, потому что целитель не дрессировщик. Но в данном случае лучше было положиться на удачу, чем допустить уничтожение уникальных созданий, которых можно было пересчитать по пальцам одной руки на весь континент.

— Иди сюда, родимая, — я увидела наконец трепещущие крылышки и потянулась к ним.

В деле с жабами действовать стоило сзади. Схватил, сунул в мешок и не смотреть в глаза, чтобы ненароком не получить плевок в лицо.

Мешка не было. Зато был энтузиазм, которого должно было хватить с лихвой.

Схватив за мягкое место под крылышками, я быстро отправила беглянку в подол, подняв верхнюю юбку почти до пояса. Если быстро всех отловлю, а их не больше пары десятков, то глядишь никто и не заметит, в каком виде я расхаживаю по территории академии. Павшей академии под натиском целительниц.

Да-да, пока все девушки нашей академии собирали вещи, чтобы отправиться к боевым драконам, а пачкалась в заболоченном прудочке в стремлении спасти всех, кого негодяи-драконы хотели спалить, чтобы самим не страдать и других мучить.

Крылатые жабы никогда не были одни, рядом с одной всегда был партнер-самец, которого они защищали, и если сейчас я поймала упитанную самочку, то где-то неподалеку был и он — пугливый и сиротливо прячущийся маленький жабец.

— А вот и ты, кроха, — я потянула руки к сиреневому земноводному, но гад только отпрыгнул в сторону. — А ну иди сюда, родной.

— Это Вы мне? — донеслось над головой, и я знала, кому принадлежал этот голос.

Попалась.

3

— Лорд-ректор? — я захлопала ресницами, пытаясь сделать вид, что встреча оказалась случайностью. — А что Вы тут делаете?

Финт не вышел, а меня с коленей, уже изрядно измазанных в грязи, подняли на ноги и поставили на землю.

— Прекрасный вопрос, но скорее, что забыли тут Вы, когда я сказал оставаться на месте! — зло прорычал мужчина, склонившись к моему лицу.

Притвориться дурочкой был лучший вариант.

— Оставаться на месте? Странно, вероятно, я просто не расслышала, — искренне изумилась и вновь захлопала ресницами.

— Кому я сказал, ждать меня в кабинете? — Рычал лорд-ректор, сверля меня взглядом синих глаз, пронзительных и холодных, как зимнее небо.

Низкий и властный голос эхом разносился по коридору административного здания по пути в кабинет, заставляя дрожать стены и сердце. Зато я бережно несла в подоле спасенышей, чем была безмерно довольна.

Была ли разница, что мне уготовано, если я смогла сберечь чью-то жизнь?

— Вы меня слышите, адептка Олден?

Оставалось лишь кивнуть.

— Слышу-слышу, — эхом отозвалась я.

Мужчина остановился и открыл дверь кабинета передо мной, запуская внутрь.

— Прошу. Сейчас нас ждет более обстоятельный разговор.

Прежде, чем войти, я обернулась, бросив взгляд на пару невозмутимых боевых-адептов, прибывших вместе с ректором. Вид у них был потрепанный, но несмотря на это лица оставались каменными.

У одного растекался синяк под глазом — скорее всего ударил булавохвост, а у второго подпалены волосы, сплетенные в тугую косу. Тут вероятнее всего постарался огнеплюй. И этих чудесных созданий они собирались уничтожить.

Я лишь покачала головой и вошла вслед за ректором.

— Лорд-ректор, мне очень жаль, — проговорила я с запалом, но запнулась под тяжелым взглядом мужчины.

— А я безумно рад, что не придется возиться с ходячим приключением! — взорвался эмоциями Лернок.

— Позвольте мне учиться, клянусь, Вы не пожалеете, — взмолилась, заглядывая ему в глаза.

Даже не знала, какие привести аргументы. Их просто не было.

— Я уже жалею, что решил переговорить с Вами. А ведь меня сразу предупредили, что это бесполезно и нужно сразу отчислять.

Интересно, кто был столь добр.

— А хотите, — в голове промелькнула шальная мысль, — Я отловлю сама всех сбежавших магических существ? — огонь надежды загорелся в душе и тут же погас.

— Тех самых, которые по вашей вине теперь разгуливают по территории взорванной вами академии?

Едва ли ректор не услышал скрип моих зубов, но нужно было действовать решительно, иначе я обречена была провести всю оставшуюся жизнь под его же гнетом.

— Позвольте мне просто остаться в академии. Я стану самой прилежной ученицей на всем белом свете, — взмолилась я. — Клянусь, Вы не пожалеете о своем решении.

Ректор начинал заметно нервничать. Я молчала, опустив глаза. Лернок тяжело вздохнул и продолжил:

— Свободны, — рявкнул он так громко, что сердце ёкнуло.

Я почувствовала, как кровь прилила к лицу, но, справившись с эмоциями, я набрала полную грудь воздуха, чтобы привести новый довод в свою защиту. Пусть лучше лопнет моя совесть и гордость, чем выстлана дорога на вылет из академии.

Он был, конечно, прав, но я готова бороться до конца за свое место под светилом.

— Вы не понимаете, — прошептала я. — Это не просто глупость взбалмошной девчонки — это мой единственный шанс.

Он покачал головой.

— У Вас есть потенциал и талант, но лучше Вам вернуться домой под крыло родителей и заняться чем-то более полезным и безопасным для окружающих.

Я всхлипнула и уткнулась лицом в ладони. Он молчал, давая мне время успокоиться. Когда я подняла голову, он смотрел на меня с сочувствием.

— Вас подкупил мой опекун? — спросила я, осипшим от волнения и безнадеги голосом, посмотрев ему прямо в глаза.

— Что?! — взревел Лернок, нависнув надо мной.

Казалось, что еще мгновение и его руки сомкнутся на моей шее и придушат, чтобы сама не мучилась и другим не доставляла неудобств.

4

Я замерла в ужасе и затаила дыхание. Сердце колотилось, как бешеное, грозясь выпрыгнуть.

Но умирать, так бодро, чтобы после слагали легенды о павшей в борьбе за правду и против коррупции бедной несчастной сиротке, которая просто хотела учиться.

— Только не говорите, что лорд Олден не дал Вам взятку, чтобы Вы нашли повод избавиться от меня. Я все знаю! — лучшая защита — нападение.

С каждым моим словом густые брови мужчины все больше и больше сходились на переносице, а на щеках играли желваки. Но хмурым взглядом меня не напугать. Не в этот раз.

— Адептка Олден, — взревел он, поднявшись со своего места. — Вон! Немедленно.

— Да, куда я пойду?! — я приняла точно такую же позу и совершенно позабыла, что в подоле принесла… парочку жабокрылов.

Земноводные издали свое «Ква» чем отвлекли на себя внимание ректора.

— Только не смотрите им в…

Но было уже поздно. Самочка испугалась за безопасность своего самца и плюнула в лицо Лернока. Он не сразу понял, как и яд действовал не сей момент, а лишь спустя несколько секунд.

Его лицо в миг покраснело, а на шее выступили полные крови жилы.

Только не это. Чтобы не навлечь еще большую беду, я схватила жабокрылов и спрятала за спиною, крепко сжав в руках, чтобы не выскользнули. Тогда жертв будет гораздо больше.

— Олден, — заорал, что было сил ректор, сверля меня краснющими глазами. — Что это за дичь?!

— Жабокрыл, — пискнула я. — Девочка. Не больше году от роду.

Эти подробности были ни к чему, но я все же чувствовала себя спокойнее, когда цитировала учебник.

— Олден!

Стоило брать ситуацию в свои руки и срочно. Иначе на лице ректора останутся глубокие шрамы.

— Да не кипятитесь. Того гляди крышку сорвет, — выдала я, медленно отступая к двери.

Выглянула. Ах, вот они.

Поманила пальцем двух юных боевых драконов, которые стояли тут же, словно верные стражи своего хозяина. Они не сразу сообразили, окинув меня презрительным взглядом, но, когда я сунула им в руки каждому по жабокрылу, все поняли и выпучили от удивления глаза.

— В вот так сильно лучше не удивляться. Они любят ласку и реагируют на угрозу, — посоветовала парням, которые тут же застыли, словно пораженные молнией. — Так-то лучше. Главное, без резких движений.

Пришло время возвращаться в кабинет. Ректор не то, что отчислит после такого — шею свернет и будет ведь прав, гад.

— Лорд-ректор, я тут, я с Вами, — поспешила его успокоить, если так можно было сказать. — Только не двигайтесь. Я все сделаю быстро, но немного больно.

— Не нужно, — отшатнулся мужчина, едва я приблизилась. — Регенерация…

— … Будет длиться неделями, которые выведут Вас из строя, а я все же целительница. Талантливая, как Вы заметили, не так ли?

Ответа не последовало, да и не нужно было. Я и так знала, что мой дар — рулетка. То работал, то нет. Но в нынешних условиях, я — это все, что у него было.

Схватив со стола графин с водой, плеснула себе на руки, чтобы смыть хотя бы какое-то количество грязи и оказать первую неотложную помощь. Главное правило всех целительниц гласило: “Дерди голову и ноги в тепле, а руки в чистоте”. Так что, взмахнув кружевом, я обнажила ноги и рванула сорочку, доходившую до колен. Когда заветный кусок чистой ткани был уже в руках, я вновь схватила графин и намочила ткань.

— Готовы? — неуверенно спросила я.

— А есть выбор?

Лицо Лернока уже начало покрываться пузырями, так что иных вариантов ни у него, ни у меня не было.

— Приготовьтесь. Будет больно.

Я осторожно коснулась его лица мокрой тряпицей, а сама принялась молиться всем богам, чтобы только не убил ненароком. Склизкий яд легко смывался, но кожа была сильно воспалена и уже выглядела очень страшно, местами почти свисая лоскутами…

Процедура была безумно болезненная, но на лице моего невольного пациента не отражалось ни единой эмоции. Ни один мускул не дрогнул на его лице.

Проницательные синие глаза были закрыты, а у меня появилась возможность рассмотреть его вблизи.

Ректор Лернок словно каменное изваяние застыл: плечи расправлены, спина прямая, но дыхание оставалось ровным, размеренным, словно ему вовсе не больно. Его грудь едва заметно поднималась и опускалась. Подбородок был твердым, как гранит, а скулы — острыми, словно высеченными из мрамора. Даже раны от яда жабокрыла не портили его лица, которое я так старательно изучала. В этом застывшем выражении было что-то пугающее и завораживающее одновременно. Я чувствовала, как мое сердце сжимается от страха и желания коснуться.

Все же, никто не осудит. Лернок был моим женихом официально, хоть и не узнал во мне своей невесты.

5

— Вам пора собираться, — услышала я, встречаясь глазами с лордом-ректором, когда все закончилось.

Оставалось лишь смиренно кивнуть и понуро опустить голову. В любом случае, я сделала все, что было в моих силах, чтобы задержаться тут.

Ну здравствуй, дядя. А с Вами, Лернок, мы встретимся позже. У алтаря.

— До свидания, — обернулась уже без особой надежды.

— До скорой встречи, адептка Олден, — как-то странно прозвучало, но я отмахнулась и вышла в коридор.

Парни, вытянутые по струнке, казалось, что все это время даже моргать боялись. Они застыли каменными изваяниями и отчего-то напоминали своего лорда-ректора.

Я лишь покачала головой, но из загребущих лап их все же забрала живность, чтобы ненароком не получили свою порцию яда. Хотя, в данном случае за парочку жабокрылов я переживала больше, чем за драконистых адептов.

— Олден, — из кабинета выглянула голова ректора. — У Вас дар.

Как будто бы я не знала.

— Верно, — согласилась я, не понимая зачем констатировать факт.

Ну подумаешь, смыла яд и немного ускорила регенерацию. Если бы рана была более серьезной, как например, при укусе трехглавой змеи, то не факт, что я даже успела моргнуть, как хладный труп уже был готоов.

— Со всеми уцелевшими вещами через полчаса сбор на площадке. Считайте, что заработали билет в академию боевых драконов. Но я не даю шансов просто так. Так что с умом воспользуйтесь им.

Мои глаза расширились от удивления и радости. Я была готова петь и танцевать от восторга. Сердце колотилось в груди, словно готово было выпрыгнуть. На лице появилась широкая улыбка, а губы дрожали от сдерживаемых эмоций. Я не могла поверить своим ушам и глазам.

— Вы не пожалеете, — горячо заверила я, не сдержавшись привстав на цыпочки и поцеловав ректора в щеку.

Мужчина застыл от удивления. Таким черствым сухарям было чуждо все человеческое, но я и сама не ожидала от себя подобной реакции. Даже его адепты и те замерли с открытыми ртами. Правильно, это вам не жабокрылов в ручках держать.

— Простите, — пискнула я.

— Олден, — зарычал Лернок, — Вы еще тут?

Дважды повторять не пришлось. Я подхватила одной рукой своих жаб, в второй юбку и почти в припрыжку помчалась по коридору на улицу. Там у места, которое мы раньше назвали общежитием, бытовички доставали остатки вещей из руин.

Они окинули меня мрачными взглядами, как только я появилась в зоне их видимости, но не произнесли ни звука, а лишь понимающе переглянулись.

— Я остаюсь, — радосто воскликнула я, объявив о своей радости всем.

Как оказалось, не все ее разделяли.

Аллегра покачала головой, её тонкие брови нахмурились, а на лице отразилось раздражение. Её волосы, собранные в небрежный пучок, слегка растрепались от усилий над разбором останков былого общежития.

Она скрестила руки на груди, но взгляд был полон осуждения.

— Пока мы тут завалы разгребаем, — её голос звучал холодно, с нотками сарказма, — Она во всю воркует с молодым ректором, слышали, девочки?

О, да, именно этого я очаровательного яда от нашей красотки и ждала.

Я лишь пожал плечами, не собираясь оправдываться. В её словах была доля правды, но своих мотивов раскрывать ей не собиралась. Аллегра отвернулась, продолжая делать пасы руками, чтобы камень за камнем поднимались и вставали в ровные ряды на аллее.

Жабокрыл заерзал в руке и я посмотрела на него. Этой секунды хватило, чтобы в следующее мгновение поднять глаза и в ужасе вскрикнуть.

На меня летела каменная плита, а прикладной магией я не обладала и остановить ее было нечем.

— Остановить безобразие, — услышала я голос подобный удару грома и сердце вновь начало биться.

Мощная фигура моментально оказалась рядом, всего в шаге от меня. Лернок выставил руку и огромная каменная глыба разлетелась мелким крошевом во все стороны. Часть попала и на меня, но особого урона не нанесла.

— Спасибо, — едва переведя дыхание, проговорила я.

— Кто это начал?

— Она! — выкрикнула Аллегра.

Взгляд синих ледяных глаз тут же пронзил меня насквозь.

— Отчислите? — с вызовом ответила.

Отчаянно и смело, но оправдываться мне было не за что.

— Не сегодня, — процедил Лернок сквозь зубы. — Все разбирательства продолжим уже в на моей территории. И вам, девочки, там предется несладко.

Это были не просто слова, а обещание, которое он непременно исполнит.

— Взяли вещи и на построение, — рявкнул лорд-ректор, отворачиваясь и шагая в сторону полигона, где до сих пор пытались отловить магическую живность.

— Мы Вам не… — попыталась взмутиться Аллегра, но вокруг нее вспыхнуло и погасло огнное кольцо, а ведь Лернок даже не обернулся.

Спрятав улыбку в кулачок, я ахнула.

— Где мои жабокрылы?!

На поиски ушло еще с час, и когда я все же добралась до площадки, у административного здания, то все уже изрядко устали… ждать меня.

Под возмущенные и откровенно озлобленные взгляды, я встала в строй, прижимая к себе жаб, пока в кармане мирно спала трехглавая змея, которую я попутно нашла в кустах.

Передо мной тут же один из адептов-боевиков поставил небольшую сумку — то, что уцелело и было обнаружено на руинах общежития. Пожитки были скудными, зато Мухажор гордо ворочил головкой цветка. Видать, охотился перед поездкой.

— Барышни, собираемся и грузимся. За воротами нас ожидает десяток экипажей, которые доставят вас в академию боевых драконов. Порядки у нас жесткие, но справедливые. дальнейший инструктаж уже на месте. Всем понятно?

И повисла тишина. Такая, что только мертвым с косами стоять.

Я бросила украдкий взгляд на своих. Девочки молча переглядывались и ждали какого-то особого приглашения.