В когтях чужого мира

И оба охранника попятились от него к краю поляны.

Пока Рэй отвлекал желтокожих, я нырнула под настил и залезла в выдвижную платформу. Я, конечно, побольше, чем корзина, но и кости не зря сегодня искала. Я специально разложила их так, чтобы понять, насколько сильно можно раздвинуть синие нити. И, как оказалось: вполне мне хватит.

Я согнула, сдвинула рычаг, помолилась, чтобы меня не перерезало и оказалась внутри клетки.

— Р-р-р? — вопросительно рявкнули в темноте.

— Тс-с-с, это я, — прошептала я, вытянув вперёд ладонь. Да, ещё помолилась, чтоб меня не съели.

Пальцы тут же утонули в густой шерсти. Влажный нос обнюхал меня с головы до ног, горячее дыхание обжигало кожу.

— Р-р? — опять удивился тигр. По моим волосам прошёлся влажный нос, щекотя и вынюхивая мой аромат. Удовлетворённый тигр опять рыкнул, теперь уже ободряюще и ткнулся мордой мне в живот, словно огромный кот, требующий ласки.

— Ой, — я осторожно почесала ему за ухом. — Ты же не съешь нас, да?

В ответ зверь издал звук, больше похожий на кошачье «мяу», только басом в три октавы.

— Мы уходим, — шепнула ему и подтолкнула к ящику.

Я взяла белеющую в темноте кость и засунула в стык синих нитей. Те приняли кость за еду и принялись ползти вверх.

— Свернись калачиком, — попросила тихо.

И тигр послушался. Пригнулся и пролез сквозь синие нити, держащие решётку.

Я тут же поспешила следом.

Но едва мы выбрались из-под ткани, как перед нами возникли оба охранника. Они стояли, обнажив мечи и полностью перекрывая путь к лесу. Сердце свалилось в поджелудочную — всё кончено.

В этот момент Рэйден со спины ударил обоих по шлемам увесистым камнем! Глухой звон разнёсся по поляне. Я проворно запихнула охранников в платформу и задвинула в клетку. Ещё бы связать и кляпы им в рты засунуть. Ну да ладно.

Ткань клетки колыхнулась, скрывая неподвижных пленников. Тигр тем временем уже ступил в лесную чащу, его полосатая шкура слилась с тенями.

— Быстрее! — шикнула я на Рэйдена.

Тот оглянулся на шатёр Хаоран Вэя, там пока было тихо. И, наконец, последовал за мной.

Как ни странно, тигр не сбежал.

Он ждал нас в двадцати шагах от поляны. Правда, при виде Рэйдена он оскалился, обнажая клыки.

— Нельзя! — строго сказала я, хлопая зверя по боку. — Он помог тебе. А теперь беги!

Но тигр лишь тряхнул головой и коротко рявкнул.

— Что? — я не поняла.

Тигр повернулся ко мне боком и снова рыкнул.

— Залезай! — догадался Рэйден. И не дожидаясь ответа, ловко вскочил на спину зверя, как на коня, и протянул мне руку. — Или ждёшь приглашения от Хаоран Вэя?

— Вот уж точно не жду! — я подобрала юбки и вскарабкалась следом, села перед Рэйденом и схватилась за белую шерсть.

Тигр рванул вперёд. И деревья перед глазами превратились в зелёную жижу.

Мы свалили от Чёрного Яомо!

☯️☯️☯️

Роуд-муви — жанр кино, сюжет которого основывается на дорожном путешествии.

24. Скорость

24. Скорость

Я легла на тигра и прижалась к нему грудью, вцепившись в его шерсть обеими руками. Рэйден сидел позади и придерживал меня за талию, изредко ловил в полёте и не менее феерично ругался. Передвигался тигр длинными прыжками, во время каждого из которых мы подлетели вверх и с матами приземлились.

— Тухлое яйцо черепахи! Да сгинешь ты в сорока четырёх поколениях! Да чтоб на твоей могиле даже вороны не летали! Чтоб ты переродился камнем у дороги, и тебя все пинали! — орал Рэйден, с каждым новым прыжком обогащая мой словарный запас эксцентричных ругательств.

Шерсть, конечно, смягчала удар, но не настолько, чтобы я не чувствовала, как мои внутренние органы пытаются поменяться местами. Горячие руки Рэйдена обнимали меня за талию и ловили, когда я подскакивала особенно высоко.

Бег получился просто невыносимым. И через несколько часов я взмолилась.

— Пощады! Остановка! Привал! Срочно!

Тигр замедлился, а Рэйден зашипел мне на ухо:

— Нельзя, Хаоран Вэй нас найдёт!

— Минуту, буквально, — попросила я. — только землю поцелую. В гигиенических целях!

Я отползла в кусты, где мой организм немедленно начал экстренную депортацию всего съеденного за последние три дня. Американские горки рядом с тигриным аттракционом и рядом не стояли.

— Р-р-р? — раздалось рядом.

— Иду-иду — прокричала друзьям и поняла, что на меня смотрят. Быстро поправила ханьфу и даже рукава стряхнула, хотя в этой ситуации это было последнее, о чём стоило беспокоиться.

На меня действительно смотрели. Вот только это был не Рэйден, и даже не тигр.

Это был огромный бык с шестью рогами и дюжиной глаз, раскиданных по широкому лбу. Жёлтые, воняющие падалью клыки выпирали из пасти, а слюна капала на зелёную траву. Размером под грузовик это чудовище мигало на меня всеми своими глазюками и смачно жевало. Я так поняла, что оно меня заранее пережёвывало. И откуда только взяли такого страшилищу? Не осталось, что ли, милых монстриков?

Я сглотнула и тихо-тихо позвала, почти не шевеля губами:

— Рэ-э-эй, тигруля… тут небольшая проблемка… стоит.

Чудовище фыркнуло, и из его ноздрей вырвалось облако пара, пахнуло тухлыми яйцами.

Мамочка…

— Не делай резких движений, — Рэй позади меня прятался за деревом. Хорошо ему быть тонким и худым, любой кипарис спрячет. А вот моя широкая натура так и норовит нарваться на известность.

Я икнула. Скорее из-за страха, нежели от обиды.

— Это фэй — демон диюя. Он любит девственниц. — пояснил Рэйден. — Ты же девствиница? — Мне послышалась усмешка в этом вопросе. Поэтому я довольно громко и резко икнула ещё раз:

— Нет!

— Да ладно? — наигранно удивился Рэйден.

А фэй побежал на нас.

Ему наперерез бросился тигр. И под наш синхронный с Рэйденом крик ужаса два зверя сошлись в схватке.

Тигр был раза в два меньше быка, но у него были когти и длинные клыки.

— Бежим, — Рэй дёрнул меня за руку, пытаясь увести.

Но я застыла, слушая, как кровь стучит в висках. Мысли в моей голове исчезли.

Осталась только схватка двух безумно красивых существ. И если бык меня пугал, то тигру я хотела помочь.

— Нет! — вырвалась я и вытащила веер из-за пояса. — Мы не можем его бросить!

— Это естественный отбор, — развёл руками Рэй. — Выживает сильнейший.

— Тигр защитил меня, теперь моя очередь, — упрямо заявила, пытаясь сконцентрировать ци на узорах.

И потянулась внутрь себя, туда, где должна быть сердцевина с той самой ци, дёрнула этот шар или сферу и, закрутив, пнула, ускорив ударов веера, в демона. И попала быку в один из глаз на лбу.

— Зря ты это, — охнул Рэй и схватился за голову.

Фэй, до этого со вкусом топтавшийся по моему тигру, повернулся к нам, мигнули одиннадцать недовольных глаз и один подбитый, и демон побежал на нас. А тигруля лежал на земле и мотал головой, пытаясь прийти в себя после жуткого топтания.

Я оттолкнулась от земли и прыгнула поверх демона, приземлилась ему на спину мягкими лапами и вгрызлась в шею.

Движения, сотканные из инстинктов, заставили меня крутануть клыками, чтобы разрывать кожу, подбираясь к вене. И кровь, тёмная и терпкая, гнилая и неприятная на вкус потекла в меня плотными вязкими толчками.

Я кристально ясно поняла, что у демона слабое место — вена под кадыком. И если порвать её — он сдохнет.

Я замотала головой.

Зубы заскользили в грубой плоти.

Резкий полёт, и на меня сверху наступает огромное копыто.

В массе фэй превосходил и меня, и тигра, и легко избавился от меня одним резким брыком, когда задняя часть тела чудовища поднялась выше стволов и с тяжестью упала на землю. Грохот оглушил, а удар выбил последние остатки разума.

Времени придумать тактику нет, остаётся положиться на инстинкты и доверие.

И мы с тигром в паре кидаемся на демона, единой слаженной командой. Как лезвия парных мечей. Где-то кричит Рэйден, и я вижу его магию. Потоки ци окрашены в мягкий голубой, но в них видны чёрные всполохи. Ветер раздувает огонь, тоже созданный Рэйденом, ополяет кожу фэя.

Ещё немного и мы свалим его.

Я ловлю носом ярость и недоумение фэя. Опасный запах.

Но бык поддевает рогами меня в живот. И боль расползается по всему телу. Лапы мгновенно отнимаются, а в глазах темнеет. И я не хочу больше этой мерзкой чёрной крови. Я хочу убежать и спрятаться, и там умереть тихо и незаметно.

Резкая вспышка возвращает меня в реальность.

Чёрная фигура с серебром когтей вливается в битву с грацией танцора и жестокостью мясника.

И от него пахнет смертью и кровью. И ещё немного озоном и грозой. Мне нравится этот запах. Это запах дождя и силы. Он знаком мне на каком-то подсознательном уровне. Лунным светом сияют его когти — отражение моих.

И я готова подчиниться ему, потому что за его спиной сила. И эта сила способна уничтожить весь мир, если он захочет.

Инстинкты говорят, что я должна следовать за ним, слушаться его, если хочу выжить. Противостоять ему — смерть.

Его лицо — каменная маска ярости. Он быстр так же, как мы с тигром. И меток так же, как мы.

И я вновь бросаюсь в бой.

Пока на месте быка не остаётся лишь чёрная скалящаяся тень. Хаоран Вэй развевает её одим движение ладони и тяжело смотрит на меня.

— Два белых тигра в одном отряде — явный перебор, — хмурится он и щёлкает меня по лбу.

Мне тут же становиться очень больно и холодно. Мои голые пятки режут камни, а грудь стынет на холодном ветре. Мурашки пробегают от ног к ладоням.

Остатки ханьфу свисают с моих рук обрывками моей человечности.

И я пытаюсь прикрыть ладонями всё самое дорогое.

Но Хаоран Вэй и Рэйден и даже тигр беспардонно вылупились на выступающие прелести моего компьютерного тела.

— Негодяй озабоченный! — закричала я и с размаху влепила пощёчину самому сильному и страшному магу в четырёх царствах.

За то, что догнал.

За то, что спас.

За то, что совсем не имеет совести.

За что он намного сильнее, чем я могла себе представить.

И только тут замечаю, что руки у меня в крови.

25. Рана

25. Рана

Хаоран Вэй даже не пошевелился, будто мой удар был не сильнее дуновения ветерка. Его чёрные, холодные глаза медленно опустились к моему животу. Острый, испачканный в крови, коготь указал в мой пупок с хирургической точностью.

«Вот и конец игры», — мелькнуло у меня в голове.

И мне не жалко было себя. Но что злодей сделает с тигром и Рэйденом? Я подавилась мольбами. Я понимала, что где-то там лежит моё настоящее тело, но покидать игру категорически не хотела.

И от этого страха: вновь из воина превратиться в инвалида у меня вспотели ладони.

— Ты ранена, — произнёс Хаоран Вэй, и в его голосе не было ни капли беспокойства, лишь констатация факта. Он даже не насмехался. Его тон выражал безумную усталость и бесконечный лёд.

Я хотела возразить, что прекрасно себя чувствую, но в этот момент мир накренился. Запах металла забил нос, алые росчерки поползли по глазам.

Вот я ещё стою на ногах... а вот уже лечу в горизонталь. Последнее, что я увидела перед тем, как сознание уплыло в темноту — это безразличное лицо Хаоран Вэя, на нём не дрогнул ни один мускул.

Очнулась от ноющей боли. Я лежала на холодной земле, а Чёрный Властелин без всякого стеснения тыкал пальцами мне в живот чуть ниже пупка. Ни плаща под спиной, ни попытки прикрыть мою полураздетую фигуру — полное пренебрежение к элементарным нормам приличия. Ну хоть когти свои снял, под ними, кстати, оказались обычные человеческие ладони, мягкие, немного холодные, но очень аккуратные и профессиональные. А ещё полностью чёрные до запястий, будто Хаоран Вэй окунул пальцы в чернила, да так и не смыл.

— Руки прочь от коммунистической собственности, — прохрипела я, пытаясь прикрыться. Голос звучал тихо и слабо, совсем не так грозно, как хотелось бы.

Хаоран Вэй не удостоил это замечание ответом. Его пальцы вонзились глубже в мой живот, и мне показалось, что внутренности выползают из меня наружу. Боль была такой острой, что в глазах забесновались чёрные точки, а в ушах зазвенело.

— Рэйден! — взмолилась я, ища поддержки у друга. — Рэй!

Но тот просто стоял рядом, лишь сжал кулаки и плотнее стиснул зубы.

— Прости, Юи. Твоя рана слишком опасная, — он отвернулся, будто был не в силах смотреть на мои мучения. В его голосе звучала неподдельная боль, но помочь он мне не спешил.

Я даже заметила тигра в зарослях, он сверкал небесным взглядом, но тоже не пытался спасти меня от Чёрного Яомо. Что за несправедливость?! Я же его вытащила из клетки!

Хаоран Вэй между тем продолжал свои издевательства с бесстрастностью учёного, препарирующего лягушку. Его длинные пальцы, больше похожие на холодные хирургические скальпели, методично обследовали мой живот.

— Демонический яд, — констатировал он. — И он уже поразил печень. Ещё пара мгновений — и тебя было бы не спасти.

— Я бы и в следующей жизни тебя достала, злодеище черномордое, — пообещала злобно.

И попыталась поднять голову, чтобы посмотреть на повреждение, но Хаоран Вэй резко прижал ладонь к моему лбу, не давая пошевелиться.

— Не двигайся. Если яд достигнет сердца, даже я не смогу помочь.

Его руки внезапно вспыхнули синим пламенем. Боль стала совсем уж невыносимой. Хотя куда дальше-то? В меня будто заливали раскалённый свинец. А я — не терминатор терпеть такое — я закричала, не скрывая боли и ужаса. Но Хаоран Вэй лишь брезгливо поджал губы и продолжил своё жуткое лечение, не обращая никакого внимания на мои вопли.

Моя короткая и такая глупая жизнь пронеслась перед глазами. Ну что ж я дура такая не родила семерых детей, не передала им свои гены, не оставила после себя радость жизни? И кто теперь меня вспомнит, игроманку проклятую?

Рэйден не выдержал и бросился вперёд, но чёрный плащ Хаоран Вэя взметнулся, отбрасывая его назад, словно щенка.

— Помешаешь — убью, — прозвучало ледяное предупреждение. В воздухе запахло озоном и чем-то металлическим.

Я решила, что вот-вот потеряю сознание снова, и это даже прекрасно, но боль внезапно отступила. Хаоран Вэй отдёрнул руки, на его пальцах дымилась чёрная слизь. Она сливалась с его кожей и извивалась, словно живое продолжение его рук. Паразит демонический.

— Частичка фэя. Ты притягиваешь к себе сущности. — Хаоран Вэй вытер руки о край своего плаща и язвительно спросил: — Готова бежать дальше, тигрица клана Байху?

Я посмотрела в его чёрные глаза. Тонкий белый ободок зрачка сейчас казался особенно ярким. Стоило боли уйти, и я вновь поверила, что я в игре, а это ужасный злодей. Но всего секунду назад, я готова была с жизнью распрощаться.

Это слишком реалистично. Такого не бывает. Да я даже дышать не могла после пережитой боли. Зачем всё это?!

Я попыталась сесть, но тело не слушалось. Рэйден медленно, косясь на Чёрного Яомо, подошёл ко мне и осторожно приподнял. Его руки дрожали.

— Спасибо, — прошептала я, обращаясь к обоим мужчинам. Даже к ненавистному Хаоран Вэю.

Последний лишь фыркнул и повернулся спиной:

— Благодарности не искупает твоей вины. Ты должна мне жизнь. И я обязательно потребую оплату. Ты будешь в сотне. — Это прозвучало как угроза. — Подготовься. — Послышался щелчок. Серебряные когти вновь красовались на его руках. И Хаоран Вэй внезапно развернулся к Рэйдену. — А ты заплатишь за то, что привёл его сюда. Этот демон гнался за тобой. И ему был нужен только ты.

Рэй молчал и не спорил. Его лицо почернело от крови, но угрюмый взгляд был полон ненависти.

Тихо и плавно, словно тень, к нам подошёл тигр и недовольно рыкнул.

И мне показалось, что Чёрный Яомо понял его рык.

— Хорошо. Вначале дотащи девчонку до лагеря, — бросил Хаоран Вэй, развернулся и ушёл в заросли.

Мы переглянулись.

— Мы могли бы сбежать… — прошептала я нерешительно.

А Тигр рыкнул, явно высказывая несогласие. Его хвост хлестал по бокам, живой плетью.

Желание шляться по лесам напрочь отпало не только у него. Да и не очень-то побегаешь в моём состоянии.

— Ладно, — Рэйден быстро помотал головой. — Не может быть, чтобы он был прав, — пробормотал он самому себе и пригладил растрёпанные волосы. — Но он прав. Возвращаемся в лагерь. Демоны не нападают на большие отряды. Только на одиночек.

— И почему мы об этом только сейчас узнали?! — спросила со всем ехидством, на которое была способна с дырявым животом.

Рэйден придержал меня за плечи, помогая сесть, и тут же прикрыл глаза. Одежда на мне висела клочьями. Он накинул мне на плечи своё ханьфу, а сам остался в нижней рубашке и штанах.

Он обнял меня, уткнулся носом в волосы и прошептал:

— Юи, прости. Я виноват в твоём ранении.

— Ерунда, — я прижалась к нему. Мне было приятно чувствовать его тепло. Эта такая несвойственная играм участливость заставила сердце забиться чаще, будто все эти чувства настоящие. — С чего ты взял, что демон за тобой пришёл? Этот чёрный всякую чушь несёт!

Рэйден не стал спорить. Просто помог мне забраться на тигра. И тот пошёл медленно и аккуратно в сторону лагеря, а Рэйден зашагал рядом, придерживая меня, чтобы не свалилась.

Был ли у нас способ уклониться от сюжета или встреча с фэем и была сюжетом?

Или в этом мире нет сюжета?

Есть же игры со свободной волей, если хочешь, можешь стать садовников, хочешь королевой?

Но я вспомнила слова системы и о том, что должна спасти мир. А будучи садовником, не очень-то мир можно спасти.

— Система, кто такой Хаоран Вэй? — пискнула я в темноту.

«Достойный уважения и поклонения властелин и защитник «Четырёх царств» Хаоран Вэй», — откликнулись алые буквы в пространстве.

Я скривилась. Наконец-то система ответила, что-то кроме: «Данная функция недоступна», но подхалимство её меня не обрадовало. Явный подвох. Вот с какой стати системе хвалить этого черноволосого?

Рэйден хмыкнул.

— Отдыхай, — шепнул мне, вложив в мои ладони истерзанный и помятый веер, и невесомо коснулся губами лба.

Я улыбнулась. Вот приду в себя, подлечусь и проверю, как далеко распространяется реалистичность ощущений. Если в этом мире боль настолько реальна, значит, и наслаждение должно быть настоящим. Эта перспектива радовала.

Осталось только уничтожить злодея и жить долго и счастливо.

Но вот вопрос, с уничтожением Хаоран Вэя всё закончится или только начнётся?

Мягкая поступь тигра убаюкивала, шерсть грела, и постепенно я уплывала в сон. Что станет со мной? Мой тигриный облик не испугал Хаоран Вэя, да и Рэйден спокоен.

Но если я начну огрызаться и скалиться? И ещё меня волновало, что я могу причинить вред отряду. Что, если я не смогу контролировать зверя? Что, если я сама стану монстром?

И сквозь гущу дремы до меня донеслись слова Рэйдена:

— Мне кажется, эти демоны охотятся только на тех, кто не принадлежит этому миру.

26. Вина

26. Вина

Хаоран Вэй стоял посреди поляны, и от его фигуры исходила ледяная морозь. Даже воздух вокруг него дрожал от едва сдерживаемой ярости. Его чёрные глаза осматривали лагерь, останавливаясь на каждом из сотни и нарочито медленно переключались с одной фигуры на другую. Серебряные когти перебирали медальоны на шее, рождая тихий звон, прекрасно слышимый в густой тишине.

Воины клана Байху нервничали, переминались с ноги на ногу и с негодованием пилили нас с Рэйденом ненавидящими взглядами. Большинство из них были одеты в походные тёплые одежды, но ёжились в ночной прохладе. Предрассветные часы — самые злобные. Уснувший — не проснётся. А дрожь пронизывает даже землю.

Из-за нас воины всю ночь ползали по зарослям, а теперь ещё несколько часов не уснут.

— Двое сбежали и привели демона. И подвергли опасности отряд. — Голос Хаоран Вэя прозвучал как удар хлыста. — Остальные не остановили их, явно зная о намерениях.

Воины клана Байху зашептались. Ксин покачал головой. А Мэй прикрыла рот ладошкой.

Рэйден резко шагнул вперёд, закрывая меня от чёрных глаз Хаоран Вэя:

— Это я уговорил её. Накажите меня. А Юи ни при чём.

Хаоран Вэй медленно повернул голову в его сторону.

Кровь смешалась на Рэе с грязью. Он едва заметно пошатывался, но всё равно стоял гордо, прямой, как несгибаемый тополь.

Я же сидела на земле и взирала на происходящее сквозь туман усталости. Я ослабла настолько, что даже ярость Хаоран Вэя не пугала меня.

Мы находились перед шеренгой воинов, там, где тигр аккуратно скинул меня на землю. Сам зверь отошёл к краю лагеря и улёгся на землю, полностью отдав нас во власть Хаоран Вэя. Предательская скотина.

А мне жуть как неудобно было, особенно если учесть, что новую одежду мне не выдали, и я куталась в ханьфу Рэйдена, пропитанное запахом крови, сквозь который пробивался отголосок мяты, и это было единственным, что бодрило меня. Я прижалась носом к ткани и почти выпал