Истинная со скидкой для дракона

По-хорошему, у меня были варианты вообще возвращаться в комнату, когда он будет спать или напроситься к Ларчу. У преподавателей апартаменты больше и там должны быть гостиные. Вдруг найдется диван для меня.

По правде говоря, спрашивать неудобно. Ларч и так для меня много сделал и не хотелось садиться ему на шею. Но в любом случае при встрече аккуратно уточню.

Выскочив в коридор, я добралась до стенда с картой территории академии и внутренней структуры главного здания.

Аваркан огромен, но я постаралась запомнить интересующие меня маршруты и побежала дальше.

Оказавшись в крыле для обслуги, осмотрелась и юркнула в кладовую, где хранился реквизит для поддержания чистоты.

Минут через пятнадцать покинула кладовую, поправляя фартук и тканевые перчатки. Быстрым шагом направилась прямо по коридору и постучала в дверь.

Не дожидаясь ответа, заглянула. Все уже собрались и госпожа Феронски окинула меня сердитым взглядом, поверх дужек изящных очков.

— Проходите, Виолетта, — сухим и недовольным голосом она разрешила мне войти, — Будьте любезны, больше не опаздывайте.

— Прошу прощения, госпожа Феронски, — оттянув края юбки, присела в учтивом поклоне.

— Возьмите сразу свое расписание, — она вытащила из элегантной папочки, обтянутой бледно-розовым шелком, лист бумаги и протянула мне. Кашлянула, обратившись ко всем, — начнём…

Инструктаж от госпожи Феронски занял примерно полчаса, затем я заглянув в расписание, направилась за реквизитом.

На бланке были также прописаны и зоны моей ответственности. Немного смутило, что среди них числились спальни руководства Аваркана. В том числе и покои Рагнара вейн Аргалона.

С другой стороны, мне там уборку проводить, а не беседы с чаепитием.

Рядом раздалось жалобное:

— Ну почему? Опять мне спальня Аргалона не досталась. Не справедливо.

Прислушалась, украдкой покосившись в сторону разговаривающих между собой служанок. Одна из девушек, хорошенькая как кукла, сжимала в дрожащих руках бумагу с расписанием, а ее лицо полыхало от гнева и обиды.

— Я надеялась…— расстроенно бубнила она, — уверена, что эта кикимора специально не дает мне не спальню, ни кабинет ректора. Она портит все мои планы.

— Поменяйся с кем-нибудь, Эрин, — ответила ей другая девушка.

— Да никто со мной не согласится меняться, все знают, что Аргалон не женат, а значит шанс привлечь его внимание есть. Зачем его упускать, мы тут все не дурочки, — Эрин аж смяла бумагу, грустно шмыгнув носом.

— Не торопи события. Аргалон не разорвал помолвку, а только отложил свадьбу. Так что…

Эрин хихикнула.

Быстро же она перестала страдать.

— Моя дорогая, глупышка Рита, знаешь, почему ректор отложил свадьбу? — девушка лукаво покосилась на подругу.

— Эммм… нет. Ходили слухи разные, но я не уверена, что они правдивые.

Я в этот момент, кажется, перестала дышать.

— У Аргалона появилась истинная. Представляешь? Свалилась прямо на него на свадьбе, демонстрируя нижнее белье.

— Какой срам и ужас! — воскликнула Рита, прикрывая краснеющее лицо ладонями.

— Но истинная его умерла и теперь место свободно, — радостно хохотнула Эрин.

Меня аж передернуло. Это надо же так радоваться смерти незнакомого человека из-за мужика.

— А тебе это что даст? — недоумевала Рита.

— Увидишь, — заговорчески ответила девушка, — мне бы только в спальню к нему попасть.

Глава 6

Девушка замерла. Умолкла. Словно почувствовала, что я слушаю их разговор и среагировала:

— Что стоишь? Других дел нет? — повернулась она ко мне.

— Рядом с вами просто ведро стоит. Я его заберу? — указала на нижний ярус шкафа, рядом с которым они находились.

— Да, конечно, — Рита оттащила Эрин, позволяя мне протиснуться к нижней полке.

Прихватив ведро и тряпки со шваброй, я побежала исполнять свои обязанности клининг-сервиса или по местному — просто служанки.

Эту работу я планировала совмещать с учебой.

В академии адептам из народа выплачивалась стипендия и ее размер определяли успеваемость и дополнительные заслуги. Например, возможность попасть под личный контроль в качестве практиканта к профессорам высшего звена — увеличивала сумму.

В своих планах я поставила отметку — постараться выйти на повышенную стипендию, но пока у меня никакой не было. Ее должны были начать выплачивать только со следующего месяца. А пока я нашла себе подработку. В будущем мне в любом случае потребуются деньги, чтобы организовать свою жизнь. Ларч предлагал помочь, но меня совесть закусала — обдирать его и его котов. Он и так много для меня сделал. Поэтому я подготовилась вести двойную жизнь, во многом тоже благодаря профессору.

Сняв парик и поменяв одежду адепта на форму прислуги академии, я двигалась в сторону первого пункта требующего уборки со всем необходимым реквизитом. Главной вишенкой на торте моего перевоплощения был незамысловатый гребень в моих волосах. На первый взгляд просто украшение, поддерживающее такую же простую прическу, но на самом деле артефакт, добавляющий искажения моей внешности. Не сильные, но достаточные для того, чтобы меня не приняли за сестру близнеца Тори Буча.

Главное, артефакт подправил цвет глаз, ведь именно они являлись самой броской деталью на моем лице. Насыщенно синие радужки приобрели более приглушенный зеленовато — болотный оттенок. Кожа побледнела, а подбородок немного заострился.

Магия гребня хоть и эффективная, но не сильная, благодаря чему неуловима, если конечно не устраивать специальную проверку на магическую корректировку личины, которую проходят все адепты. Очень маловероятно, что кому-то придет в голову отдельно проверять прислугу. На это и был расчет. Тори не использовал магию, только немного грима, а Виолетта использует. И если какому-то магу на территории академии не придет в голову гениальная мысль — проверить меня на корректировку внешности или я сама не забреду в ловушки, расставленные по периметру территории, то меня не раскусят.

Оказавшись на месте, я опустила ведро на пол и достала тряпку.

Первая остановка — гостиная боевиков. Сегодня я работаю на территории своего факультета. И к счастью трудиться буду не одна. В таком масштабном помещении порядок наводить пришлось бы долго.

В самой гостиной я оказалась впервые и искренне удивилась — помещение казалось светлым, даже при акценте на темные тона. Лаконично, дорого, по своему стильно. Просторно и уютно. Широкие диванчики черной кожи в центре, люстры матового стекла и серебряные канделябры с вечно горящими зачарованными свечами. Кресла, поставленные друг против друга с квадратными столиками по середине. Шкафы вдоль светлых стен с книгами, портреты мужчин, судя по одежде — боевиков и камин бело-черной кладки.

Прям чувствуется — мужская атмосфера.

Парни здесь тоже присутствовали, но не много. В целом, мне нет до них дела…точнее, до большинства нет, но я заметила на диване в центре Эфрона и Лаоса. Табальт читал какую-то книгу, лениво переворачивая страницы, а Добанеско, вытянув руки вдоль спинки, откинув голову, изучал потолок. Периодически они перекидывались короткими фразами.

Мой инстинкт самосохранения работал и я принципиально держалась от них подальше, сосредоточившись на стирании пыли с камина.

— Как там тебя по имени? Виолетта? — рядом со мной выросла женщина возрастом примерно лет тридцати пяти. Старшая в нашей клининг-группе. — В центре уберись и стол протри.

Ой. Хммм…

— Да, конечно, — неуверенно пробормотала я, косо посмотрев в сторону Дабонеско и Табальта.

— Ну что стоишь? — подогнала меня старшая.

Спорить не стала, осторожно, словно шагая по раскаленным углям, приблизилась, приступая к работе.

Лаос сразу же недовольно покосился на меня и снова уткнулся в книгу, буркнув, обращаясь к другу:

— Им обязательно убираться сейчас? Отвлекает.

Интересно от чего? Он даже не читает, а просто делает вид и явно просто убивает время.

— Понятия не имею, — Добанеско выпрямился.

Пока я протирала стол, головы не поднимала, но мне казалось, что я чувствую на себе взгляд рыжего. Недолгий, скользящий.

Книга в руках Лаоса шумно захлопнулась и я краем глаза заметила, как он безразлично осмотрелся, затем повернув голову в сторону, задержался.

— А вообще эти служанки ничего, молоденькие, есть симпатичные, — задумчиво изрек он.

— И?

— Скучно на мужском факультете. Можно конечно наведаться в гости к бытовичкам или стихийницам…но зачем тратить время, когда под боком так много доступных простолюдинок.

Вот же мерзавцы. Я зло сжала тряпку и стиснула зубы.

— От простолюдинов одни проблемы, — холодно произнёс Эфрон.

— Лично я не против объятий с какой-нибудь смазливой служанкой. Большинство из них точно согласны согреть мою постель в надежде, что я однажды на ней женюсь и она станет вейной.

Абзац. Мне дико захотелось выплеснуть ему что-нибудь в лицо, но к сожалению ведро было далеко. Зато веник под рукой. И я с размаху, но будто случайно, ударила им по начищенным сапогам Табальта.

— С ума сошла, неумеха? — с отголоском ярости возмутился он.

— Ох, простите, мне так жаль…

Не жаль. Еще бы сильнее ударила.

— Осторожнее с этим, Лаос, — произнёс Эфрон, — ты себе так толпу бастардов наплодишь.

— Ну и пусть. Вообще не волнуют такие мелочи. Кстати, смотри, вот та блондинистая кудряшка ничего. Вполне миленькая и форма служанки ей идет.

— Не люблю кудрявых и тем более блондинок, — судя по голосу, Эфрон поморщился.

— И какие же тебе нравятся?

— Никакие. Меня не интересуют ветреные девицы, верящие в сказки, — холодно, будто в пустоту сообщил Добанеско.

В рейтинге мерзавцев года Добанеско занимает почетное второе место, уступив первенство своему другу.

— Какой ты скучный, Эф, — чопорно фыркнул Табальт. И тут же зло рявкнул на меня, — ну сколько можно? Не задевай своим веником мои сапоги!

Самое забавное, что я вообще его в этот момент не трогала. От неожиданности я подняла голову, едва не высказав ответную претензию.

Вовремя прикусила губу, чуть не сказав лишнего. Все-таки не в том я мире и работа мне нужна. Поэтому переломив свою гордость, наклонила голову, учтиво произнеся:

— Приношу свои извинения, высокопочтенные вейны.

Взгляды обоих парней кольнули меня раскаленными осколками.

— И как же ты готова загладить свою вину? — губы Лаоса расплылись в едкую улыбку.

Словами конечно и я только что это сделала. Но озвучивать это не стала.

— Что же ты молчишь?

Мне совсем не понравилось, как Табальт на меня смотрел. Слишком пристально, изучающе и как-то хищно.

— Я извинилась.

— А если мне не достаточно извинений и я хочу большего?

— Можете пожаловаться на меня моему руководству и если они сочтут вашу претензию обоснованной, то меня оштрафуют, — спокойно выпалила я.

Хищные огоньки в глазах Табальта погасли и он скривился.

— Что? — спросил на этот раз растерянно.

Я хотела повторить, но услышала усмешку Добанеско, которая переросла в смех.

— Что смешного? — разозлился Табальт.

— Она молодец, — не прекращая смеяться, отозвался Эфрон. — Это надо же такое ответить. Попробуй рассказать ей сказки, как ты на ней женишься, вдруг сработает.

Табальт покрылся пятнами, а Эфрон сквозь смех бросил в мою сторону беглый взгляд и…задержался. Улыбка внезапно растворилась на его лице. Он вообще уставился на меня так, будто на мне мухоморы выросли.

— Что за идиотизм, Эф? — недовольно и даже зло обратился к нему Табальт, но Добанеско среагировал не сразу.

Моргнул, отвлекаясь от меня и повернул голову к другу.

— Виолетта, работа сама себя не сделает! — раздалось с другого конца гостиной, — высокопченные вейны, просьба не отвлекать прислугу от работы.

— Виолетта? — Эфрон повернулся ко мне. Произнес будто смакуя мое имя.

— Прошу прощения! — поклонившись, я мигом подхватила реквизит и сверкая пятками, умчалась дальше трудиться.

Пока доделывала работу в гостиной, постоянно ощущала на физическом уровне чужой взгляд и активно стремилась не придавать ему значения. Абстрагировалась.

В принципе, мажоры меня и в моем мире бесили и здесь как раз ничего нового для меня не было.

Почему-то в процессе уборки я погрузилась в воспоминание из далекого детства.

Когда-то сын директора школы узнал, что я приемная. Наверное, это ему удалось выяснить покопавшись в бумагах в кабинете отца, куда он заходил как к себе домой.

Последующий год моей учебы в школе превратился в ад. Этот мажор распространил слухи о том, что от меня отказались родители алкаши и остальные родственники сидят в тюрьме. Это прилично отравило мне мою детскую жизнь. Но самым худшим было то, что о своем удочерении я узнала из школьной травли. Мои мама и папа никогда мне об этом не рассказывали.

Вспомнила, как заплаканная пришла к родителям и спросила прямо…Так я и узнала правду. А ведь поначалу надеялась, что сын директора все наврал. Неудачно пошутил. Хотела услышать опровержение, надеялась. Но нет, мама с папой подтвердили — я приемная.

Правда, мажор все равно оказался лжецом. Ведь никто не знал, кем были мои настоящие биологические родственники. Эта информация отсутствовала.

Повзрослев, я посетила детский дом, откуда меня удочерили. Долго разговаривала с пожилой директрисой и та заверяла, что привезла меня полиция, найдя просто на улице. Сама я ничего не помнила и говорить не могла, а настоящие родители так и не нашлись.

Глава 7

Слугам выдавали артефакты—ключи для уборки спален, по завершению мы должны были их сдавать госпоже Феронски. Хотя, если преподаватель захочет усилить защиту своей комнаты, то артефакт не поможет, но это уже не проблема слуг.

Обходя комнаты, наткнулась на несколько запертых. Пожала плечами. Что поделать, имеют право и у каждого свои секреты.

Постепенно добралась до спальни Аргалона. Перед тем как приложить артефакт, замялась. Пульс сбился, губы пересохли, будто от волнения.

Все же вторгаюсь на территорию старого знакомого, с кем желала бы не пересекаться. В тот же момент у меня появилась возможность заглянуть в его личную жизнь и узнать о нем больше. Я солгу, если скажу, что мне это не интересно.

Еще как интересно, до эмоционального выплеска адреналина в крови и звона в ушах. Но боязно до тремора в ладонях.

Я зашла. С тяжелым вздохом и дрожью в суставах.

На первый взгляд ничего особенного.

Добротная и красивая мебель, никаких разбросанных личных вещей. Приятная гостиная с личным кабинетом и спальня. Немного помятая кровать, но заправленная. В кабинете стопки бумаг и никакого хаоса. Похоже Аргалон перфекционист.

Внимание привлекли светящиеся сферы на столе. Задержавшись у них, неосознанно потянула к ним руку, но вовремя одернула.

«Хватит!» — мысленно осекла себя

Я работать пришла, время идет.

Посвятив еще минут пять осмотру, удовлетворяя свое любопытство и вдыхая легкий запах свежей хвои — я приступила к выполнению своих обязательств.

Перед этим правда устроила себе мозговой штурм и попробовала понять, откуда исходит аромат хвои. Он ненавязчиво преследовал меня всюду, пока я стирала пыль. Для меня эта загадка раскрылась, когда я следуя своему обонянию, пошла на запах. Стоило распахнуть шкаф, как приятный, свежий и манящий аромат коснулся кончика носа.

Серьезно? Это у него ароматизатор такой в шкафу или…?

Щеки припекло и я воровато покосилась на дверь и окна, убеждаясь, что никто не видит мои проявления фетишизма…но простите, что поделать, запах и правда вкусный и надо убедиться, что он не химического происхождения.

Потянув за рукав мантию, я принюхалась. Да это он. И ткань какая приятная. Неожиданно для себя зарылась в нее носом.

В этот момент меня будто ударило молнией.

— Ч-что? — шепнула себе под нос и вытащила мантию. Встряхнула, расправив слои ткани.

Вышитый на спине черный по черному узор, разбавленный только серебристыми вкраплениями — изображал нечто вроде герба.

Можно сказать так — ничего особенного. Тут все какие-то гербы носят, а Аргалону по статусу тем более положено. Но не тут то было. Обычно у меня эти фамильные и клановые символики никакого интереса не вызывали, изучала их зевая, когда Ларч заставлял. А сейчас я жадно рассматривала изображение. Оно навязчиво въедалось в сознание и я не могла понять, почему.

Хлопок двери и я вжалась в распахнутый шкаф, расставив руки в стороны.

— Поздравляю с блестящим набором, Рагнар. Не могу дождаться первых состязаний и практик, чтобы увидеть новичков в действии, — смутно знакомый голос, возможно принадлежит одному из мужчин приемной комиссии. Но не факт.

— Благодарю, — отзывается Аргалон. Судя по звуку шагов, они проходят в кабинет, минуя гостиную, а я в этот момент застряла в спальне, со всем реквизитом для уборки.

Мне бы поступить адекватно и сразу сообщать о своем присутствии. Только сначала надо мантию назад повесить. Все-таки копаться в чужих вещах в мои обязанности точно не в ходит…а я еще нюхала одежду Аргалона. Стыдно-то как. Буквально краснею до кончиков волос и поспешно затираю улики. Прикрываю шкаф и готова подать знак, что мол у вас тут уборка в апартаментах проходит, но слышу Аргалона:

— Ты ведь здесь не только ради того, чтобы на моих адептов полюбоваться?

— Не только, — судя по голосу, мужчина словно ждал этого вопроса. Обоих я слышу глухо, удаленно, но разборчиво. — Меня беспокоит твоя позиция.

— Позиция? — хрипловатый тембр Аргалона разбавляется звоном бокалов, поставленных на столешницу.

— Я про тот случай на свадьбе. Не думаешь, что прошло предостаточно времени?

Мое сердце пропустило удар и я припала к двери, вслушиваясь.

— Я все еще не понимаю, о чем ты, — мне показалось, что Аргалон хмурится.

— Отец Маргарет ждёт. С момента, как ты перестал чувствовать истинную, прошло достаточно времени.

— Видимо не достаточно, раз повторный обряд совместимости показал плачевный результат. Если я женюсь на Маргарет и моя сила ее не примет, то вейн Роксет можно потерять дочь.

— Я знаю, Рагнар. Но мне так же известно, что повторный обряд проводился через несколько дней, как у вас исчезли брачные метки. Почему бы не повторить снова.

Послышались шаги, кто-то из мужчин нарезал круги по комнате.

— Не вижу смысла, — отрезал дракон холодно и безразлично, — магия не отзывается и отвергает дочь Роксета.

Минутная пауза и щелчок пальцами.

— У меня есть другая девушка на примете. Менее статусная, потенциал несколько уступает Маргарет, но не критично. Думаю, она может тебе подойти. Проведи ритуал с ней.

— Зачем? — он злился. В спокойном сдержанном голосе дракона ощущался едва уловимый отголосок ярости, — ты прекрасно знаешь, отмеченный истинностью более своей пары не обретет.

— Это легенды. Просто красивые легенды. Они ничем не подтверждены.

Стакан, может бокал или из чего они пили, с грохотом опустился на стол. Судя по звуку — тару пополнили, расплескивая содержимое бутылки.

— Помнишь Видалора? — это спрашивал Рагнар.

— И?

— Когда умерла его истинная, он так и не смог обрести другую женщину.

Собеседник Аргалона громко засмеялся и сквозь смех произнес:

— Видалор давно выжил из ума. Может у него и не было никогда истинной, он ее придумал. Одно знаю точно, жену свою любил и с ее смертью смириться так и не смог. Отсюда все байки про истинность. Истинность такая редкость, что это больше вымысел чем правда.

— А это что?

Я догадалась, что Аргалон продемонстрировал свою руку, где возможно так же как у меня остался след.

— Не отрицаю, что в твоем случае произошло исключение, сбой. Возможно это веселая шутка богов или демонов, а вовсе не истинность.

— Я ее видел…

Кого? Меня?

Во время диалога, не предназначенного для моих ушей, я разучилась дышать, от чего в легких саднило. Но не могла оторваться, цеплялась за каждое слово.

— Рагнар, послушай…ты дорог мне. Но ты сейчас хватаешься непонятно за что. Если у тебя действительно тогда появилась истинная, то она уже мертва. Ты сам это говорил. Тебя больше ничего не связывает с этой девушкой, а значит тебе пора заключить новый брачный договор. Я склоняюсь к тому, что проблема в Маргарет. Роксет мог прибегнуть к хитростям и манипуляциям, чтобы его дочь прошла обряд. Со второго раза манипуляции не сработали. Вот и всё.

Пока гость говорил, Аргалон не перебивал. Неужели согласен?

— Мне нужно время, — вдруг выдал дракон.

Ого.

Странно и непривычно, но мою душу словно укутали теплым пледом. И вроде Аргалон мне чужой и воспринимался как опасность, но то, что он не спешил присматриваться к другим девицам — приятно согревало.

— Сколько тебе нужно времени, Рагнар? — собеседник дракона будто терял терпение. Стал звучать жестче и напористее, — ты все надеешься ее найти? …

Дракон меня ищет?

— …Ты уже искал и цель у тебя была — притащить девку в храм к жрицам, снимать метку. А если не поможет — алхимиков подключить. Что у тебя поменялось в планах?

Что? Он с самого начала хотел от меня избавиться?

Теплый плед, согревающий душу, испарился и вместо него нутро обожгло чем-то едким и ледяным. Вот тебе и истинный… познакомиться не успел, но сразу решил, что мне в его жизни не место. Типичный инквизитор.

Поджав губы, сглотнула образовавшийся в горле сухой ком.

— Ничего не изменилось, — очередным ударом для меня раздались слова Аргалона.

— Тогда в чем дело? Тебе ее труп для разрыва истинности не потребуется. Это само собой произошло.

— У меня есть сомнения…

Я снова сглотнула и на этот раз нервно. Слишком погрузилась в подслушивания, прижалась к дверному полотну и в этот момент оно скрипнуло.

Упс.

На долю секунды зажмурилась.

Паркет скрипнул под тяжестью шагов со стороны кабинета.

Ну все, мне конец.

Кто-то из мужчин, или оба сразу приближаются, а я стою за дверью, как шпион, краснею, бледнею и уже зачем-то хватаю стул.

Что я делаю?

Видимо активизировались потаенные стороны моего сознания, отвечающие за поспешные действия, пока другая часть мозга впадает в панику и ступор.

Вот я уже подпираю стулом ручку двери и схватив ведро со шваброй, вылезаю в окно.

Кошмар!!!

Мало того что высоко, так я еще вместо того, чтобы думать о равновесии, швабру обнимаю и продолжаю вдоль стены смещаться по декоративному выступу.

Спасибо архитекторам Аваркана за то, что создали достаточно широкие междуэтажные карнизы.

Глава 8

Шаг за шагом и я сталкиваюсь с препятствием в виде колонны, или как называется этот бессмысленный элемент отделки, выступающий из стены? Зачем он у меня на пути?

Пошатнувшись, обнимаю выпирающий выступ и с трудом обтекаю его. Почти все делаю одной рукой, второй сжимаю реквизит. Хорошо хоть ведро пустое и не успела его наполнить, но мне все равно кажется, что равновесию оно мешает.

Где я вообще? По идее я достаточно прошла. Должна быть близка к читальному залу или гостиной.

Прижимаюсь щекой к стеклу и с ужасом взираю в окно.

Добанеско сидит на подлокотнике диванчика в опустевшей гостиной и лениво листает страницы книги.

Как по щелчку поднимает голову, уставившись на меня. Его челюсть медленно опускается, а взгляд наполняется удивлением.

Мгновение и он, отбросив книгу, вскакивает и движется в мою сторону.

Я зачем-то провожаю взглядом разлетевшиеся по полу листы и мысленно кричу себе: