Колдунья против инквизитора, или Драконьи страсти

В каждой руке неизвестный держал по туфельке.

— Говорят, в мире без магии есть сказка о красавице Золушке, — он улыбнулся, — но Золушка, как помню, потеряла всего одну туфлю, а вы — обе. Зато её ножка вряд ли была меньше и изящнее вашей, — это прозвучало как комплимент, и я невольно покраснела, комкая и пряча носовой платок. — Отчего вы плачете? Могу ли я помочь?

С этими словами он протянул мне туфельки. Я схватила их, торопливо начала обуваться... и, конечно, порвала чулок! Покраснев ещё сильнее, я пробормотала:

— Н-нет, помогать не надо, у меня всё хорошо.

«Интересно, кто это? — настороженно шевельнулась тьма. — Одежда светлая, с чешуйками под цвет глаз… Наверное, кто-то из наших драконов Гелтейрис. Но они, как правило, живут на островах и с серыми не водятся. Это только твой покойный дед построил замок на границе Равусы с Илитаной…»

Выходит, не только.

— Уверены, что всё хорошо? — не отставал незнакомец. Казалось, он готов окутать меня бархатом своего голоса и согреть заботой, но здесь, в зловещем замке Мигрн, не следовало расслабляться. — Разрешите узнать ваше имя, достойная драконесса?

Прочистив горло, я ответила:

— Тейниброса из рода Дэльг.

«Вот так, и будь что будет».

— Приятно познакомиться, — судя по тону молодого человека, он первый раз в жизни слышал моё имя. Я подняла глаза, увидела, что он протягивает руку, и, поколебавшись, сделала то же самое.

— Дьяр из рода Орме, — представился он и вместо рукопожатия по старинке поднёс мою ладонь к своим губам. А я оцепенела, не чувствуя поцелуя, зато слыша, как бешено забилось в груди сердце.

Дьяр из рода Орме. Один из лучших демоноборцев в драконьем мире! Именем этого Дьяра меня часто пугала мать в последние пару лет. Несмотря на молодость — ему не исполнилось и двадцати пяти, — он прославился беспощадной борьбой с демонами, ненавистью к тьме и всему, что могло быть связано с ней.

Опасность, зазвенело у меня в голове. Этот дракон представлял для меня опасность не меньшую, чем Игвар!

— Вам плохо? — обеспокоенный голос собеседника вернул меня в реальность. Я мгновенно овладела собой, и, явственно ощущая, как напряглась тьма, изобразила улыбку на лице.

— Я в полном порядке. Знаете, благородный Дьяр, мне нужно спуститься вниз, моя служанка Релма должна… то есть, я должна поговорить с ней… Простите.

Лепеча какие-то нелепые извинения, я высвободила руку и устремилась прочь, подхватив юбки. Дьяр остался смотреть мне вслед — такой красивый и такой… пугающий. Всё тепло, исходившее от него, исчезло, и мне опять стало холодно.

Цепляясь за перила, чтобы не упасть с лестницы, и преодолевая одну ступеньку за другой, я подумала, что мне теперь всегда будет холодно…

— Госпожа Тейни! Что с вами? На вас лица нет! — Встревоженный голос Релмы, выскочившей навстречу, донёсся как будто сквозь туман. Она завела меня в комнату, плотно закрыла дверь и присела рядом на кровать:

— Госпожа, вас кто-то обидел? Господин Игвар что-то сделал?

У меня не было сил говорить; я молча кивнула и знаками показала, что отныне чувствую к нему непреодолимое отвращение. Релма ахнула и сдавленно произнесла:

— А как же… Вас торжественно объявят невестой господина Игвара… Неужели хотите при всех отказаться от брака?

«Ты не должна выдавать себя, — встрепенулась тьма. — Игвар опасен, он не позволит нам просто улететь домой и спрятаться в башне. Нужен какой-то план!»

Я и сама всё это понимала. Но сейчас, когда разбитое сердце ныло, а лоб стянуло тупой болью, тяжело было придумать что-то дельное.

— Сколько времени до приёма? — спросила я Релму, прижав холодную ладонь к пылающей голове.

— Сейчас шесть с четвертью, — служанка посмотрела на ручные механические часы с примесью волшебства, которые ей подарил ещё мой дед. Релма давно служила роду Дэльг. — А приём ровно в девять.

«Отлично, у нас ещё куча времени. Соберись, Тейниброса! Пришло время действовать, пока не поздно!»

Да уж, что-что, а подбадривать моя тьма умела. Иногда.

— Пойдём в библиотеку, Релма, — эта мысль была внезапной и такой простой, что я подивилась, как не додумалась до неё раньше. Даже со всей телесной и душевной болью, одолевавшей меня. — Помнишь, дома ты перетаскала в башню все книги, какие только нашла? И мы читали их вместе? Я уверена, что библиотека замка Мигрн окажется намного обширнее!

Релма поджала губы, видя моё состояние и явно беспокоясь за меня. Но возражать не стала.

— Пойдёмте, — она поднялась, я тоже, и мы дружно зашагали к двери.

Библиотека, как я знала от негодяйки Сильджаны, располагалась на третьем этаже, и, к счастью, довольно далеко от кабинета Игвара. Я собиралась наведаться туда после свадьбы, как закончатся все хлопоты и волнения… Нет, не время было вспоминать о своих радужных грёзах, о растоптанных надеждах!

Я намеревалась взять себя в руки и стать сильнее. Показать коварному Игвару и его любовнице, чего стоит драконесса Тейни… и её тьма!

По пути я обменялась с ней мысленными репликами и утвердилась в своём решении. Пытаться улететь от Игвара казалось бессмысленной затеей. Он мог поймать меня и начать угрожать Релме. Пригрозить, что выдаст белым драконам мою тайну. Или, сумей я скрыться, жених объявил бы меня в розыск, и куда я денусь во владениях серых? Благодаря своей магии они умели принимать какой угодно облик! А значит, быстро нашли бы беглянку Тейни.

Оставался лишь один выход. И я готова была молиться покровителю всех тёмных — Хранителю Сиэрпенти, — чтобы он помог мне убежать в другой мир!

---

Дорогие читатели! Рада приветствовать вас в новинке. Впереди много приключений, любви и дружбы! Ну и, конечно же, не обойдётся без интриг и героической борьбы со злом.

Буду очень благодарна за ваши звёзды, библиотеки и комментарии!

Глава 4

В библиотеке замка Мигрн меня ждал ещё один неприятный сюрприз.

Обычно драконьи библиотеки имели свой характер, вели себя, как живые существа, с ними нужно было договариваться. Поэтому я заранее прикидывала, как мне поздороваться и что сказать, чтобы Суровая Библиотека — при взгляде на массивные дубовые столы и шкафы я дала ей именно такое прозвище, — позволила взять пару книг. Но все приветствия и поклоны были встречены гробовым молчанием.

«Может, спит?» — буркнула тьма, пока я нерешительно шагала к ближайшим полкам. Релма осталась у двери на случай, если кто-то вдруг появится.

Я кашлянула, протянув руку к толстенному коричневому тому с золотыми узорами на обложке:

— Уважаемая Библиотека… Вы не возражаете, если я…

Ответа не последовало. Я взяла книгу, смахнула с неё пыль, взвесила в ладони. Тяжёлая. Суровая Библиотека не произнесла ни слова, хотя после таких манипуляций точно должна была проснуться. И в голову мне прокралась жуткая мысль: Игвар что-то сотворил с Библиотекой. Тьма беспокойно заворочалась, распуская щупальца, и прошипела:

«Он мог свести её с ума… или убить. Есть разные ритуалы… правда, они тёмные, откуда Игвару про них знать…»

Я вернула пухлый том на место, чувствуя, как по спине пробежал холодок, и мысленно поинтересовалась, как мы без подсказки найдём то, что ищем.

«Знаешь, если Библиотека мертва, это нам даже на руку, — цинично рассудила тьма. — Мешать точно не будет. Слушай, Тейни, — пожалуй, она впервые в жизни назвала меня сокращённым именем, — поисками займусь я. А ты ступай вон туда, к шкафам со сказками и другой несбыточной чепухой. Вдруг здесь расставлены следилки? Я-то их обойду, а ты точно попадёшься!»

Раз, два, три — и по каменным плитам пола быстро-быстро поползла чернильная змейка, скрывшись из поля зрения. Я оглянулась на Релму, скучавшую у двери, и направилась к противоположному шкафу.

Если б тревога не давила на сердце, я могла бы расслабиться и полистать несколько книжек, так и манивших своими названиями: «Вселенная невероятных историй», «Волшебные легенды полуострова Гиркантия» и тому подобное. Но каждый шорох, каждый нетерпеливый вздох Релмы или шипение чернильной змейки заставляли меня вздрогнуть.

В Суровой Библиотеке оказалось так тихо, что мне чудилось, будто бы я слышу, как работает механизм в теле моей верной служанки, крутятся-вертятся колёсики и поднимаются рычажки, даже когда она просто дышит. Хотя говорили, что дыхание механических слуг полностью воспроизводит магия…

— А вы, я смотрю, любите читать, благородная Тейни!

Слабо вскрикнув, я уронила книгу под заголовком: «Для сказочной любви нет преград». И обернулась, трепеща от страха, к шагнувшему навстречу Игвару. Его жёсткие пальцы впились в моё плечо, и серый дракон склонился надо мной, будто коршун.

Коршун. Память подбросила воспоминание о хищной птице, сидевшей на крыше замка Дэльг в тот день, когда я подчинила своей воле демона-кобру. Неужели…

— Что-то случилось, Тейни? — спросил Игвар, не сводя с меня пристальных глаз. За его улыбкой таилось что-то неприятное, и я сглотнула комок в горле. — Почему вы испугались?

— Вы… так неожиданно появились, — я перевела растерянный взгляд на Релму, застывшую у двери. — Я… я не знала, что в Суровой Библиотеке есть потайной вход.

Игвар отпустил моё плечо и хмыкнул.

— Суровой? Это вы её так назвали?

— Да, — не зная, куда деться, я торопливо подобрала книгу и, выпрямившись, прижала её к груди. — Библиотека… такая молчаливая!

— Ещё бы, — теперь во взгляде жениха сквозил поистине могильный холод, и я попятилась, больно стукнувшись об угол шкафа. — Я позаботился о том, чтобы она не болтала и не капризничала, подобно другим драконьим библиотекам.

Я крепче стиснула книгу, чувствуя, как меня всю трясёт.

— Игвар…

— Послушайте, моя дорогая Тейни, — он вновь сделал шаг вперёд, оказавшись на столь близком расстоянии, что я рассмотрела едва заметные морщинки у крыльев крупного, с горбинкой носа. И осознала, что Игвар не просто старше, а намного старше меня по годам; ему, вероятно, исполнилось не меньше двухсот.

Ну конечно, ведь Сильджана была не первой его любовницей… Мысль об этой двуличной твари обожгла как огнём.

— Не трогайте меня, не смейте, лжец, изменник, предатель! Я не ваша! — выкрикнула я прежде, чем успела бы остановить себя. И хотела метнуться к двери, но Игвар не дал мне этого сделать, цепко ухватив за руку.

Бороться с ним было бесполезно, и я замерла, чувствуя себя цыплёнком, пойманным на обед.

— Так вы знаете про Сильджану, — его голос понизился до шёпота, и мне стало по-настоящему страшно. — Любопытно, кто же вам рассказал?

— Я видела, как вы с ней целуетесь. Издалека, — вырвалось у меня.

— Ах вот как. И что же вы намерены делать, моя пленительная невеста? Объявить, что расторгаете наш уговор? И вы имеете наглость думать, что я это стерплю?

Я промолчала, и он тряхнул меня, будто тряпичную куклу, заставив вскрикнуть. Ухмылка на лице Игвара говорила о том, что он намеренно и с удовольствием причиняет мне боль.

— Ну? Отвечайте, Тейни. Или вам нужно преподать урок, чтобы вы стали послушной? — Он грубо стиснул моё запястье, чуть ли не выкручивая его.

— Господин Игвар, как можно! — Возмущённая Релма бросилась ко мне на помощь, но тут же отлетела от жестокого удара.

Я завопила от гнева и ярости, забилась в железной хватке этого мерзавца, пытаясь ударить, укусить, пнуть его. Сделать ему так же больно, как он сделал мне и бедняжке Релме!

Бесполезно. Игвар был намного сильнее… и злее!

— Запомни, Тейниброса, — удерживая меня безо всякого труда, рычал серый дракон, — ты в моей власти. Я всё о тебе знаю! Всё! Попробуй только унизить меня перед сообществом Грайзерис, отказавшись от свадьбы! Тогда я сломаю твою бездушную служанку, а потом и тебя саму уничтожу. Любой неверный шаг — и все узнают о твоём запретном даре. Навеки отправишься в Ирлигард, а там, поверь, намного хуже, чем замужем за мной! Поняла, что я тебе сказал? Поняла?!

— Да, — прорыдала я.

Игвар отшвырнул меня, как ненужную вещь. Я упала рядом с Релмой, обняла её, пытаясь закрыть своим телом. За спиной звучал угрожающий голос жениха:

— Надеюсь, мне больше не придётся учить вас обеих, как следует вести себя с Игваром из рода Мигрн! И ещё, — прибавил он, шагая к двери, — чтобы, как пробьёт восемь, вас и духу не было в Библиотеке! В это время она закрывается. Приспичило же читать свои дрянные романтичные книжонки!

От слёз и невыносимой обиды я слова не могла вымолвить в ответ. И страшилась, что из-за шкафов вот-вот покажется чернильная змейка…

К счастью, моя благоразумная тьма затаилась, не выдавая себя.

Тем временем Игвар опять надел маску любезного жениха.

— А помимо всего остального, не забудьте, моя пленительная невеста, что вам надо готовиться к приёму гостей! — сказав это, он вышел и закрыл за собой дверь…

— Релма, Релма, — бормотала я, плача и ощупывая её бок. Послышалось, будто там что-то хрипит, как сломанная пружина. — Милая, верная служанка! Не бросай меня!

С моей помощью Релме удалось сесть. И я увидела, что часы у неё на руке тоже сломаны: стекло пошло трещинами, а стрелки остановились.

— Ну что вы, госпожа Тейни, — слабо улыбаясь, прошептала Релма. — Мне больно, но я буду рядом, пока механическое сердце не остановится. И пока не иссякнет магия, которая поддерживает во мне жизнь.

Глава 5

Никогда ещё мне не было так тяжело бороться с беспокойством и тревогой, как в этот вечер.

Я улыбалась гостям, приветствовала каждого, принимала подарки в честь нашей с Игваром помолвки, а внутри всё замирало от страха. Сумею ли доиграть свою роль до конца? Не сорвётся ли план, который придумали мы с тьмой, успевшей вычитать кое-что очень важное в библиотечных книгах?

Я смотрела на Игвара преданным взором любящей невесты, терпела, когда он брал меня за руку. Ни словом, ни жестом не показала, как ненавистен мне этот серый мерзавец. Серый коршун.

— Вижу, ты смирилась, — ухмыльнулся Игвар, когда на пять минут мы остались наедине. — Очень этому рад. А то Сильджана переживает, что после случившегося вы не сможете остаться подругами.

Я покосилась на Сильджану, стоявшую невдалеке в бирюзовом, под цвет глаз, атласном платье, которое выгодно подчёркивало её роскошную грудь и тонкую талию. Эти двое издевались надо мной, что ли?

— Такие… мелочи не могут разрушить настоящую дружбу, — отозвалась я сладчайшим тоном, надеясь, что Игвара перекосит при слове «мелочи». Но нет, он одобрительно улыбнулся, и моё сердце сжалось от боли.

Совсем недавно я считала эту улыбку красивой. Совсем недавно я начинала любить Игвара… А он превратил мои нежные и восторженные чувства в прах.

— Начинаешь кусаться, Тейни. Это нравится мне больше, чем слёзы и гневные обвинения. Продолжай в том же духе, — Игвар сжал мою руку выше локтя. Сильно, до боли. Наверное, там останется синяк.

— Предпочитаешь разнообразие? — не сдержалась я. — Скучно с подобострастной любовницей? Видела же, как она на тебя смотрит!

У меня хватило ума не говорить дальше. Игвар мог догадаться, что я подслушала его откровенную беседу с Сильджаной. И знаю, для чего я нужна ему на самом деле.

К счастью, он понял меня по-своему.

— Ревнуешь? Брось, моя пленительная невеста, присутствие любовницы не означает, что я начну игнорировать тебя.

Жених полагал, что я до того влюблена, что немного поплачу, побунтую и соглашусь делить его с Сильджаной. И, может быть, не только с ней.

Видимо, недоумение, возмущение и брезгливость так ясно отразились на моём лице, что Игвар счёл нужным прояснить свою позицию:

— Уверенный в себе мужчина, тем более дракон, имеет право завести сколько угодно любовниц. Я бы понял, отчего ты так злишься, Тейни, окажись ты моей истинной. Но между нами нет связи, и, будем честны, — Игвар сделал небрежный жест, — ты никто. Мало того, что нищая полукровка, ещё и тёмная! Ты радоваться должна, что я не выдал тебя драконам Найварис, а беру в жёны хоть на каких условиях!

До чего же Игвар мерзкий! Сколько всего хотелось высказать ему, а бранные слова буквально жгли язык! Меня успокаивал лишь прохладный шёпот тьмы, твердившей, что я не должна выдавать себя.

Впрочем, Игвару ответ не требовался. Он решил, что наговорил мне достаточно гадостей, выпустил мою руку и отошёл в сторону. Хотела уже облегчённо вздохнуть… но куда там! Скоро мой зловещий жених вернулся в сопровождении Дьяра из рода Орме.

Вот уж сюрприз! Оставалось надеяться, что демоноборец не таскает повсюду с собой артефакт для обнаружения тёмных созданий.

— Достойный Дьяр из рода Орме, — представил его Игвар. — Наши семьи связывает давняя дружба, поэтому я бы хотел, моя пленительная невеста, чтобы вы оказали Дьяру особое уважение.

— Например, пригласив его на первый танец как будущая хозяйка этого замка, — подхватил Дьяр.

Нет, похоже, что он не почуял во мне тёмную. Его глаза по-прежнему лучились теплом, и я прикусила губу. Игвар явно не узнал об эпизоде с туфлями, и за это можно было сказать Дьяру спасибо.

— Приглашаю вас, — неловко кашлянула я, как только зазвучала музыка. Золотой дракон взял мою руку и повёл вперёд, а потом мы начали медленно кружиться. Как только выдалась передышка, Дьяр задумчиво отметил:

— А вы не кажетесь счастливой, благородная Тейниброса.

— Тейни, — поправила я. — Не люблю своё полное имя.

— И в коридоре вы плакали… Простите за бестактность и назойливость, но всё же спрошу ещё раз: могу ли я чем-то помочь вам?

Я взглянула ему в лицо — и вдруг остро, до дрожи захотела расплакаться, положить голову на широкую грудь этого дракона и признаться во всём. Дьяр выслушает меня и спасёт от мерзавца-жениха и его любовницы. И в сиянии золотистых глаз навеки растворится мрачный замок Мигрн…

В моих ушах зазвучала нежная, грустная мелодия, совсем не похожая на ту, которую сейчас играли приглашённые музыканты на скрипках. Поддаться бы влиянию этой мелодии и довериться Дьяру, ни о чём не думая… но нет, нельзя!

«Он борец с тьмой, не только с демонами, а значит, враг!»

— Вы ничем не сможете мне помочь, — прошептала я, опомнившись и дивясь своему минутному порыву. — Прошу вас больше не заговаривать об этом, благородный Дьяр.

— Как угодно, — хмуро ответил он.

На втором круге танца золотой дракон неожиданно произнёс:

— Странно, что я никогда не видел вас в академии Эльдрейни. Вам ведь восемнадцать лет, если я не ошибаюсь? В таком возрасте студенты учатся на втором курсе, как, например, моя племянница Иде, дочь старшей сестры Рунгерды.

Я чуть не сбилась с шага. У меня никогда не проявлялась магия снов, свойственная драконам Гелтейрис, да и огнём я управляла с трудом. Всё задавил тёмный дар, поэтому очевидно, что мне нечего было делать в академии. Даже если б мать осмелилась выпустить меня из башни.

— Я обучалась дома, — вот и весь ответ.

Надо же, успел навести справки обо мне!

— Понимаю, — откликнулся Дьяр. — Даже в наше, казалось бы, просвещённое время не каждая семья отпустит свою дочь в академию.

Мне не нравилась его дотошность. Не нравилось то, каким взглядом Дьяр изучал моё лицо, словно стремясь докопаться до истинной природы моих чувств и желаний.

Нужно было как-то избавиться от него.

— У меня лёгкое головокружение и слабость, — тихо и кротко вымолвила я, опуская ресницы. — Вынуждена отказаться от танцев.

Дьяр церемонно поцеловал мне руку, проводил до обтянутой красным шёлком кушетки, на которой можно было посидеть и отдохнуть. Спросил, не желаю ли я чего-то съесть или выпить.

После того, как я покачала головой и жестом попросила Дьяра уйти, он откланялся и пошёл беседовать с каким-то лысым и очень важным серым драконом, кажется, из рода Ари. Судя по всему, Дьяр больше не рвался ни с кем танцевать.

Зато Игвар добрых полчаса кружил любовницу, то и дело порывавшуюся склонить ему голову на плечо. До меня долетал её грудной, отвратительно самодовольный смех. У меня на глазах Игвар запечатлел поцелуй на полных, ярких губах Сильджаны. Они оба знали, что я смотрю на них, и наслаждались тем, как мне плохо.

«Наивная дурёха…»

«Если честно, иногда меня даже тошнит от её глупости…»

«Вот уж и правда овца — ещё и кудрявая!»

Эти слова до сих пор звучали в ушах. Мучили меня. Заставляли корчиться в невидимом пламени.

Гости делали вид, что ничего не замечают, Дьяр успел куда-то исчезнуть. А если б и не успел, горько подумала я, стал бы он осуждать Игвара, портить отношения с другом из-за незнакомой девицы?

Вероятно, не стал бы.

Приём закончился в половине двенадцатого, когда громко пробили часы на башне замка Мигрн. Как же я обрадовалась! Но тут же приняла страдальческий вид и жалобно сообщила, что у меня острый приступ головной боли.

Это означало, что Игвару придётся самому провожать гостей. Конечно, рычать на меня при всех он не мог, и я получила шанс вырваться из огромной, душной залы, пусть и в сопровождении служанок.

— Сама дойду до своей комнаты, — я прижала руку ко лбу, — осталось всего ничего… Смотрите, и Релма спешит навстречу… Вы свободны!

Механические девушки поклонились и ушли, а Релма медленно и осторожно, не забывая ахать и охать, довела меня до второго этажа. Здесь мы огляделись, прислушались — вроде тихо, никого поблизости не было — и заспешили наверх. В Библиотеку, как и договаривались.

«Нужно мёртвое место, — так рассказывала мне тьма, — зловещее. Чтобы ритуал точно сработал. А поскольку в склеп рода Мигрн нас вряд ли пустят, остаётся только Суровая Библиотека. Вернее, то, что от неё осталось. Пустая оболочка без души, убитой Игваром».

Релма задыхалась, чего с ней раньше не бывало, и я опять услышала хрип сломанной пружины. Мне стало очень страшно — как тогда, в зале для приёма гостей. Смогу ли я в другом мире помочь верной служанке? Найдётся ли тот, кто своей магией починит её механизм?

«Довольно трепыхаться, пошли!» — зашипела тьма, дымком просочившись в замочную скважину. Дверь бесшумно отворилась, и мы с Релмой оказались в мрачном полумраке Библиотеки.

— Стой рядом, пока я буду чертить круг, — дрожащей рукой я задрала юбку и выудила из-за пояса крохотный ящичек. Внутри блеснуло тоненькое лезвие…

Глава 6

Я встала ровно посередине залы — в самом сердце Суровой Библиотеки. И, порезав себе руку, кровью нарисовала круг.

— Мёртвая душа, стань моим проводником в мир, где есть тьма, — чуть слышно произносила я слова ритуала. — Хранитель Сиэрпенти, спаси ту, что обращается к тебе и просит открыть портал в мир, где есть тьма. Демоны Нижнего Мира, он же великий Ньефлихайми, прислушайтесь ко мне, дайте силы, чтобы открылся портал в мир, где есть тьма…

Стало холоднее — и намного светлее. Релма ахнула и обняла себя руками, трясясь от ужаса. Да меня и саму пробрало дрожью при виде того, как морозные узоры покрывают стены и пол Библиотеки.

Круг начал светиться, и я схватила Релму за руку, шепнув, чтобы встала внутрь него. Служанка нехотя повиновалась.

— Фьяс-се ш-шеери ан-ньяс-с-саа, — сорвалось с моих губ, и круг засветился ярче. Тьма уже победно шипела, радуясь, и во мне тоже разгорался огонёк триумфа, когда его погасил яростный вопль от двери:

— Остановись, негодная тварь!

Я рывком вскинула голову, метнула взгляд в сторону Сильджаны, помешавшей ритуалу… и это было ошибкой.

Никогда не смотри в глаза сильному белому дракону или драконессе! А Сильджана доказала, что имеет право называться таковой. Ведь она успела не раз залезть в мою голову, перебирая мысли одну за другой, листая, словно страницы, а я ничего не ощущала! И наивно поражалась тому, как Сильджана понимает меня с полуслова. Радовалась несуществующей дружбе!

— Так и знала, что ты затеяла какую-то пакость, Тейниброса, — белая драконесса шагнула вперёд. — Но сейчас я тебя контролирую. Брось-ка бритву и опусти руки.