Таежно-тундровый роман

Я закрыла дверь и направилась назад к костру, как вдруг кто-то обхватил меня сзади за плечи.

-Ну, наконец-то, - прозвучал странно-хриплый голос Павла, - я тебе дождался. Ты когда встала я сразу понял и пошел следом...Пошли ко мне, пока там костер горит, никто нас не хватится.

-Паша, ты в своем уме! - возмутилась я, пытаясь высвободиться. - Ты что себе позволяешь? Отпусти меня немедленно.

Освободиться не удалось, а физрук повернул меня к себе лицом и попытался поцеловать. Я увернулась.

-Да хватит тебе, Людочка, мы же взрослые люди. Ты мне нравишься, я тебе тоже, понятно же было еще на теплоходе...

-Что тебе было понятно? - я со всей силы ударила его по рукам, но он меня так и отпустил. - Я же сказала - замужем! И никакие свидания и уж тем более романы мне не нужны. Чего не понятного?

-Ой-ой-ой, какие мы недотроги, не надо врать, а то я. не видел, какими глазами ты на меня смотрела.

-Я не знаю, что ты там видел, но я тебе ничего не обещала и никаких одолжений не делала. Да отпусти ты меня!

-Отпусти девушку, Паша, тебе же ясно сказали.

Господи, только не это! Скандал в самом начале смены - это явно не то, что всем было нужно.

-Шел бы ты, Юра, мимо, - зло бросил физрук, - мы тут сами разберемся. Тебя небось Вика заждалась.

И так противно хмыкнул, что меня передернуло. Но руки свои от меня убрал. Я поправила рубашку и не оборачиваясь, чуть ли не бегом рванула на поляну, к костру. А там было весело, включили магнитофон и ребята танцевали.

-Пойдемте танцевать, - потянула меня за руку Юля, - классно, правда?!

-Иди, Юля, я посижу немного, посмотрю.

А танцевали почти все, даже Виталий Викторович снял пиджак и вовсю веселился, выдавая что-то вроде твиста.

Костер догорел, его тщательно залили и стали расходиться по отрядам.

Надо было вставать с бревна и вести детей в коттедж, но на меня напал какой-то столбняк.

"Неужели я веду себя так, что можно себе такое позволять? - размышляла я. - Ну, улыбнулась я ему пару раз, разве это повод для таких предложений?"

-Люда, с вами все в порядке? Ребят пора укладывать.

-Да, все нормально, - я стряхнула с себя неприятные мысли и улыбнулась тренеру. - Спасибо вам, Юра, мы меня здорово выручили. Не могу понять, как такое вообще могло случиться. Что он себе там себе нафантазировал. Я повода не давала...

-Да не переживайте вы так, - тренер подал мне руку, помогая встать, - Пашка - известный ловелас, ни одной новой юбки не пропустит. А тут такая..., - он вдруг закашлялся. - Короче, держите себя с ним построже, а если нужна будет помощь - обращайтесь.

-Спасибо.

Мы шли позади детей, которые радостно обсуждали начало смены.

-И вот еще, у меня с Викторией ничего нет, - ни с того ни с сего заявил тренер.

-Да это ваше личное дело, - пожала я плечами, не понимая как реагировать.

-Понятно, что личное, вас вообще не касается. И вообще завтра кросс с утра. 4 километра!

И пошел вперед. У меня глаза на лоб полезли. Что это было? Только я начинаю думать, что он нормальный человек и мы сработаемся, как он вот такие выбрыки устраивает. И вот кросс бежать я точно не собираюсь, путь даже не надеется, больше он меня не проведет - я воспитатель, и не обязана тренироваться, а то в следующий раз он меня еще на бревне кувырки делать заставит.

Я подошла к спальне девочек, которые и не собирались спать. Они обсуждали ребят из других отрядов.

-Да ну, баскетболисты дылды одни, что девчонки, что мальчишки. Вот хоккеисты - совсем другое дело. Я с одним танцевала, Серега зовут.

-А я с Сашкой, волейболистом, - похвасталась другая. - Он меня на свиданье пригласил.

Ох, мамочки, глаз да глаз за ними, тринадцать лет - не зря назвали переходным возрастом. Первые влюбленности, первые разочарования...

Я открыла дверь и зашла в комнату. Девочки затихли.

-Замечательный сегодня был праздник, да? - сказала я.

-Ой, суперский! - загомонили девчонки.

-Но завтра у вас кросс и тренировка, поэтому дорогие мои, давайте-ка укладываться.

-Людмила Алексеевна, а расскажите нам что-нибудь, - попросила Лена, симпатичная девочка с темными глазами и темными косичками. - Мне мама всегда на ночь что-нибудь рассказывает.

-Да что же вам рассказать? Из сказок вы вроде уже выросли.

-Что-нибудь страшное!

-Да ну, Ларка, лучше что-нибудь про любовь.

-Хорошо, я расскажу вам про девочку, которая мечтала о принце...Итак, в одном маленьком рыбацком городке жила девочка по имени Ассоль...

Девочки слушали затаив дыхание, а я удивлялась сама себе. Никогда не замечала за собой таланта рассказчика, а тут сама так увлеклась, что слова лились сами собой и перед глазами стоял прекрасный образ Грея, но почему-то он до безобразия был похож на нашего тренера.

Глава 6

С утра я демонстративно надела платье и босоножки. Тренер ничего не сказал, посмотрел хмуро и побежал. Был он в шортах и майке, и черт бы его побрал, выглядел до безобразия привлекательно.

Но видимо сглазил меня кто-то. М-да, кто-то... понятно кто! Не успела я насладиться зрелищем широкой тренерской спины, как услышала жужжание и тут же почувствовала жгучую боль прямо в середине лба. Я замахала руками и закричала.

-Чего? Чего такое? - ко мне подошел дядя Вася, пожилой мужчина, который в лагере отвечал за порядок на территории, и сейчас что-то высаживал на клумбе.

-Ой, меня кто-то укусил, - я чуть не плакала от боли, - оса, наверное, или пчела.

-Давайте посмотрю, - он подошел ко мне и внимательно принялся разглядывать мой лоб. - Пчела, вот жало торчит, идите лучше в медпункт, пусть доктор жало вытащит, а то у меря руки грязные.

Зинаида Михайловна вытащила жало, обработала место укуса.

-Аллергия есть на пчелиный яд?

-Понятия не имею, - честно ответила я, - меня как-то раньше пчелы не кусали.

-Вот неприятность какая, откуда она только взялась, ведь всю территорию лагеря обработали от насекомых, чтобы ни комаров, ни мошки не было. Ладно, давай я тебе укол сделаю, на всякий случай.

Когда я вернулась к коттеджу, почувствовала, как что-то давит на глаза.

-Мамочки родные! - всплеснула руками Юля, которая шла от умывальников с полотенцем.- Что это с вами?

-Вот в старые времена вас бы за японского шпиона приняли, - обрадовал меня дядя Вася. - И в лагерь бы отправили далеко не пионерский.

Через полчаса глаза заплыли окончательно, лицо распухло и я не представляла, как я в таком виде покажусь ... детям... Да ладно, я о Юрие Ивановиче, будь он неладен, подумала в первую очередь.

-Юля, я на завтрак не пойду, ты уж сама детей отведи, ладно?

-Да о чем вы говорите, конечно!

-А я пойду еще раз к Зинаиде Михайловне схожу, может еще укол сделает.

Но день у меня не задался однозначно. Стоило мне выйти из коттеджа, как я увидела возвращающихся детей во главе с Юрием. Дети тут же окружили меня и засыпали вопросами, что со мной случилось.

-Вот что бывает с теми, кто не бегает кроссы по утрам, - выдал версию тренер и мне до чесотки в руках захотелось треснуть его по башке.

-Людмилу Алексеевну укусила пчела, - пришла мне на выручку Юля. - А вы, ребетя, давайте-ка быстро - умываться, переодеваться и в столовую, - и когда дети побежали в коттедж, добавила. - Юрий Иванович, над такими вещами вообще-то не смеются.

-А кто смеется? Я говорю о том, что вот побежала бы с нами и ничего бы не было. Очень больно?

-Нет, приятно, - огрызнулась я и пошла в сторону медпункта.

-Мила, ну, не злитесь...

-Как вы меня назвали? - если бы я могла, то вытаращила бы глаза, но они уже вообще не открывались, куда уж там - таращить.

-Ну, вы же Людмила, значит можно звать и Людой и Милой, - проговорил, я бы сказала, даже ласково, но тут же сменил тон. - Пойдемте, провожу, пока с вами еще чего-нибудь не случилось.

И не дожидаясь моего ответа, взял меня за локоть и повел. Я сначала хотела вырвать руку и сказать что-нибудь такое иронично-острое, но его рука была такой неожиданно теплой, да и говорить мне было трудно, язык распух.

-Мать честная, Люда, это кто ж тебя так? - тетя Маша в белоснежном халате и колпаке стояла возле административного дома как назло вместе с начальником лагеря к которого челюсть отвисла от лицезрения моего личика.

-Пчела, - прошептала я.

-Так надо холод приложить! Первейшее дело. Юра, бегом за мной, сейчас из морозилки тебе мясо дам.

Тренер завел меня в медпункт и пошел с тетей Машей. Зинаида Михайловна уложила меня на кушетку.

-Дышать тяжело?

-Нормально, - прошептала я, - язык мешает.

-Капать будем, - решительно сказала врач, - медсестра моя еще не приехала, она самолетом летит до Красноярска. Но я и сама умею.

Она принесла штатив, установила на него большие бутыли с растворами и я почувствовала как в вену вошла игла.

-Вот, я мясо замороженное принес, - услышала я голос Юры.

Мне стало смешно, шикарный натюрморт из меня получится - с мясом на лице и с капельницей.

-Спасибо, Юра. Ты иди на завтрак и нам принеси что-нибудь, пожалуйста, тетя Маша тебе не откажет, раз мясо доверила, - серьезно проговорила Зинаида Михайловна, а меня разбирал смех еле сдерживалась.

Слава Богу, отек начал спадать, и я даже смогла поесть каши и чай выпить. Тетя Маша через некоторое время и сама пришла.

-Пришла в себя? Ну, и славно. А Юрка-то за тебя сильно переживал, сам бегом поел и к тебе рванул, я только и успела тарелки на поднос поставить.

-Спасибо, тетя Маша, только я его не видела, он поднос доктору оставил и ушел.

-А ты не смотри, что он колючий такой, сердце у него доброе, да и сам он парень видный. Только вот с девками ему не везет. Вика эта шаболда, погналась за деньгами, а когда ей от ворот поворот дали, опять к Юре начала подкатывать. Но он ее на пушечный выстрел не подпустит больше, потому как вранья не любит.

-Тетя Маша, а что в прошлом году в лагере случилось? - спросила я. Давно собиралась поговорить с поварихой, да все случая не представилось.

-Что случилось, - задумалась женщина, - да вроде ничего такого не случилось. Девочку-вожатую выгнали, с малолеткой связалась, а еще в Атаманово археологи работали из самой Москвы. И рядом с селом, и на острове что-то искали. Ну, и к нам захаживали. Так вот Вика с одним и загуляла, в Москву с ним собралась, дурища. А он через месяц уехал и адреса не оставил. Ох, заболталась я с тобой, сегодня у воспитателя из 3 отряда день рождения, торт надо сделать. Пойду.

Я пролежала в медпункте до вечера, и Зинаида Михайловна, убедившись, что отек проходит, приказала пить супрастин пять дней и отправила спать.

На лавочке возле нашего коттеджа сидели девочки, а мальчишки устроились на лестнице, которая уступами спускалась к Енисею. Там же сидел и дядя Вася.

-Так вот, ребята, село Атаманово основал еще в 1647 году атаман Емельян Васильевич Тюменцев, помощник воеводы Андрея Дубенского, основателя Красноярского острога. Когда казакам разрешили для прокорма сеять хлеб за пределами острога, Емельян Васильевич построил для своей семьи дом на берегу Енисея, у Атамановского быка, Камня, по-местному. Это место, где кончается сложный для навигации участок порогов длиной 10 км. В этом месте обычно останавливались на отдых те, кто шел на судах вверх и вниз по Енисею.
В 1718 году, после «расказачивания», Емельян Васильевич и сам перебрался жить в Тюменцево – так стала назваться деревня, позже ставшая селом Атаманово. Вместе с Емельяном Васильевичем здесь же жила семья служивых (теперь уже крестьян) Еремеевых. От атамана Емельяна Васильевича и его детей Дмитрия и Аники (тоже атаманов) пошел многочисленный род Тюменцевых. На протяжении двух с половиной веков община в Атаманово формировалась на основе двух родов – Тюменцевых и Еремеевых.

-А вы кто? - спросил Сашка. - Тюменцев или Еремеев.

-Тюменцев, - усмехнулся дядя Вася. - Я вот на старости лет решил сюда, на историческую Родину, так сказать, перебраться. Дом от прадеда остался. Но скучно мне одному в доме, вот на лето в лагерь ваш устроился.

-А что в том селе интересного-то? - хмыкнул Толик.

-Много чего. Один Камень чего стоит. Вид с него просто потрясающий. Как на ладони – красавец Енисей, прибрежные хвойные боры, огромные валуны на правобережье. И сам Камень хранит много тайн, старожилы Атаманово говорят как конвой гнал колонны заключенных в тайную пещеру Камня на строительство секретного города «Девятки». И люди исчезали бесследно...

Тут я решила вмешаться.

-Это конечно, выдумка, ведь так дядя Вася?

-Конечно, - быстро ответил мужчина. - Вот археологи в прошлом году нашли у нас "писанные камни", так наскальные рисунки называют. Это вот чистая правда. Шесть фигур обнаружили - лося, а может и марала, косули, и человека, остальные не разобрали еще, кто там нарисован.

-А увидеть эти рисунки можно?

-А где вход в пещеру?

-А правда, что здесь на острове клад зарыт?

Дети забросали Тюменцева вопросами, мужчина замахал руками.

-Да нет никакой пещеры, и клада никакого нет, сказки это, а вот рисунки есть, но увидеть их непросто - они со стороны реки на каменных плитах расположены, туда без специального альпинистского снаряжения не попадешь. Спокойной ночи, ребята, за цветочками ухаживать не забывайте. Поручаю вам полив.

-Спасибо!

-Мы не забудем!

Дядя Вася ушел, а мне опять стало очень тревожно, тот же противный, липкий страх сковал все тело, по спине будто холодная змея проползла.

-Как вы, Мила?

-Ай! - подпрыгнула я.

-Да чего вы так пугаетесь-то? Я - не пчела, кусаться не буду.

-Кто вас знает, - пробормотала я, а тренер засмеялся, да так открыто и весело, что и я улыбнулась. - Нормально, отек сходит, и лоб уже не горит.

И потекли спортивно-пионерские денечки. Зарядки, линейки, тренировки, кино, дискотеки, вечерние разговоры и подготовка к Дню Нептуна. с каждым днем становилось все теплее, и вскоре детям разрешили купаться в бассейне.

Глава 7

Я уже познакомилась со всеми воспитателями и вожатыми, да и с персоналом. Тетя Маша все время подсовывала мне булочки, но я отдавала их вечно голодным мальчишкам. Кормила в лагере по принципу "кто сколько съест", в добавках не отказывали, но по вечерам, мальчики все равно были голодные. Я ежедневно рассказывала детям разные истории, пересказала все фантастические романы, которые мне довелось прочитать мальчишкам и все романтические истории девочкам.

В общем-то, работа воспитателя в нашем отряде была не такая уж сложная. Юля проводила с ребятами все свободное от тренировок время, играла с ними в разные игры, плескалась в бассейне. По утрам я теперь делала с детьми зарядку, но кроссы не бегала. Да тренер больше и не настаивал.

А еще Василий Егорович Тюменцев полюбил наш отряд, частенько по вечерам приходил к нашему коттеджу и рассказывал разные истории - и про казачьих атаманов, и про подземный тоннель под Енисеем.

-Вы вот только представьте себе, ребятки, - голос дяди Васи становится тягучим, таинственным. - Нос теплохода рассекает водную гладь, к берегам идет волна… А в это же самое время под днищем корабля с одного берега реки на другой проезжает автомобиль. Штурман и водитель не видят друг друга. Не слышно и гула моторов. Но никто не переживает: ведь столкновение невозможно...

- Я просто не в состоянии представить себе столь неправдоподобную картину…, - проговорила я, действительно не представляя как под такой толщей стремительно несущейся воды могу ездить машины?

-И, тем не менее, это не фантазия – а самая настоящая действительность. Хотя вы правы, Людочка - ширина Енисея здесь более 600 метров и непостижимо как можно под дном такого потока пробить такое сооружение. Сначала акваторию обследовали водолазы. В 1952 году появился отряд военных моряков. ЭПРОН – экспедиция подводных работ особого назначения. Тогда началось строительство гидротехнических сооружений. В нем участвовали лучшие кадры военных специалистов – гидротехники, водолазы Военно - Морского флота. Моряки разравнивали дно Енисея. Под толщей воды бурили в граните шпуры, прокладывали траншеи и трубопроводы. Создали уникальную систему водоснабжения для охлаждения реакторов. Никакое из подобных сооружений не могло сравниться с ней по мощности, гидрологическим условиям, надежности эксплуатации.

-Ничего себе!

- Да, трудно представить, как работали водолазы на Атамановских Камнях. Ведь на перекате скорость течения вырастает в несколько раз. В гидрокостюмах, а вес каждого 85 килограммов, моряки передвигались по дну ползком. Им приходилось не только сражаться с бурным течением, но и страдать от холода. Даже в июльскую жару енисейская вода остается ледяной. Дв это вы и сами знаете.

Такие вечера я очень любила, дядя Вася был прямо летописцем своего края, все знал и про Атаманово и про весь окрестный район. А еще мне нравилось, что в такие вечера я могла сидеть рядом с тренером и изредка ловить на себе его взгляды.

То, что со мной происходит было недопустимо. Я замужняя женщина, и у нас с мужем договор. Я должна прежде всего думать о сыне, а не о... Вот бы еще своему сердцу это объяснить так же доходчиво, и телу, которое загорается от его взглядов, а когда мы смотрели фильм в клубе, и его рука случайно, а может и не случайно, коснулась моей руки, как током шибануло. Вот и как это понимать. Он же мне не нравился - грубый, бесцеремонный, мужлан неотесанный. Так что случилось, что со мной вдруг произошло? Нет, надо задавить эти неуместные чувства в зародыше. Вот зачем он так смотрит, а?

А еще эти танцы идиотские, дискотеки. Воспитателям там присутствовать по должности было положено. Вот все и присутствовали. И принимали активное участие, что называется - танцуют все!

Я старательно избегала медленных танцев. Но наш физрук своих попыток очаровать меня не оставлял. На последней дискотеке опять чуть скандал не случился. Я разговарила с Ксенией Петровной, воспитательницей 8 отряда, и вот он, красавец, нарисовался.

- Людочка, не откажешься потанцевать со мной?

"Откажусь!" - именно так хотелось ответить, но как-то неудобно было грубить на людях, а еще и Ксения Петровна подтолкнула меня прямо в объятия Павла. И началось.

-Ты до сих пор на меня сердишься? Ну, извини, неправильно понял. Может человек ошибаться?

-Я не сержусь, но надеюсь мы все прояснили и возвращаться к этому недоразумению не будем.

-Но ничего не мешает нам остаться друзьями, ведь так?

-Не будет мешать, если ты перестанешь так меня прижимать к себе! - я попыталась отстраниться и тут столкнулась с буквально горевшими яростью глазами Юрия. И откуда он только взялся, ведь на дискотеки он не ходил, говорил - это ваша с Юлей территория, сами там следите за детьми.

-Сорри, просто у тебя такая тонкая талия, не рассчитал...А чего ты на наши посиделки после отбоя никогда не приходишь? Почти все собираются.

-Я рано встаю, и рано ложусь спать.

-Ну, и зря, там весело бывает,

Когда танец закончился, как-то так получилось, что Юрий оказался рядом и зло произнес, обращаясь к физруку.

-Ты опять свои ручонки распускаешь, не понял что ли с первого раза?

Я ответила быстрее Павла.

-Все в порядке, мы уладили недоразумение...

-Ах, в порядке, ну тогда извините, что помешал, Людмила Алексеевна.

Опять заиграла музыка и объявили белый танец. Виктория как черт из табакерки выпрыгнула рядом с нами и схватила тренера за руку.

-Юра, потанцуем?

Ох, как же хотелось наступить ей на ногу! Каблуком как хряснуть, чтобы неделю хромала.

-Я не танцую, Вика, и ты это прекрасно знаешь, - грубо отрубил Юрий и вышел из клуба.

Виктория повернулась ко мне, смерила презрительным взглядом и обратилась к Павлу.

-Ну, ты-то точно танцуешь, - протянула руку физруку, которую он без промедления взял и повел красавицу в толпу танцующих.

А мне так хотелось уйти, но нельзя - работа, есть работа.

-Людочка Алексеевна, - подлетела ко мне Юля, - а отпустите меня сегодня, меня Икур погулять пригласил. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста...

-Ну, как тебя не отпустить, иди конечно, - улыбнулась я.

Я проверила спальни, пожелала всем спокойной ночи и пошла в свою комнату. Но спать мне не хотелось. Вышла на балкон.

-Я не знаю кто придумал эти коттеджи, но огромное ему спасибо. Это же потрясающе, балкон с таким видом, - прошептала я. - Только за этим стоило в лагерь поехать

Енисей блестел в свете полной луны и я смотрела то на реку, то на огромную луну. Смотреть на текущую воду можно бесконечно. После нескольких минут такого созерцания я пришла в совершенно необычное состояние. Мне стало легко на душе и неизвестно откуда появилась уверенность, что все будет хорошо. Великий дар природы – вода уносит все переживания. В душе остается покой и безмятежность. Слушать шум реки, вдыхать ее запахи - это было так волнительно. Лагерь спал, и вдруг в тишине я услышала хрипловатый голос.

…Луна плыла среди небес
Без блеска, без лучей,
Налево был угрюмый лес,
Направо — Енисей. …

Повернула голову и увидела на балконе башенки, которая находилась рядом с моей комнатой и где располагался красный уголок тренера.

-Как будто про сегодняшнюю ночь, - тихо проговорила я, не отводя взгляда от тренера.

-Мама моя очень стихи Некрасова любила, часто мне их вместо сказок читала. Я "Русские женщины" до сих пор помню.

-Удивительно...

-Да не очень-то удивительно, она у меня русский язык и литературу преподавала, а родом из Енисейска была.

-А вы откуда родом? - сердце стучало так громко в моей груди, что мне казалось он тоже слышал этот безудержный стук и от этого становилось совсем невыносимо.

-Я в Норильске родился... А вы, Мила?

-Я из Ростова-на-Дону. Там родилась, училась, университет окончила, - хотела сказать, что замуж вышла, но проглотила эти слова, - а пять лет назад в Норильск переехала.

Снизу послышался смех, да такой противный, наигранный, что не узнать было невозможно. Внизу, прямо под нашим коттеджем заливалась Виктория, как будто ее щекотали тысяча чертей. А физрук что-то рассказывал нарочито громко и тоже посмеивался. Другого места во всем лагере, понятное дело, не нашлось. Они решили ревность что ли вызвать? Смешно, ей Богу.

-Что-то прохладно стало, да и спать пора, - сказала я.

-Да и я пойду, - ответил Юрий, - завтра у нас отдых, а в понедельник, как вы знаете, я еду в Красноярск на три дня со своими. Вы тут будьте повнимательнее, и зарядку эти дни сами проведете. Если что, обращайтесь с Александру Викторовичу, он поможет.

Александр Викторович - тренер волейболистов, мужчина был крупный, пятидесяти пяти лет, и воспитателем у него в отряде была его жена, а вожатым - младший сын. Такой вот семейный подряд.

Пожелав друг другу спокойной ночи, мы разошлись по комнатам. Смех и громкий разговор под окнами продолжался еще пару минут, потом все стихло, а еще через пять минут вернулась и Юля.

Вожатая хотела войти тихо, но как это обычно бывает, когда стараешься не шуметь обязательно что-то заскрипит, упадет или сам споткнешься. Юля налетела на стол, с которого упало круглое настольное зеркало.

-Ой, - вскрикнула девушка, - разбилось. К беде...

-Ерунда какая, - сказала я, хотя и мне стало не по себе, - суеверия. Сейчас заметем, а завтра выбросим.

-Ага, суеверия, - испуганно прошептала Юля, - вот у меня случай был, смотрелась я значит однажды в зеркальце пудреницы и вдруг её уронила. Пока она падала, я дважды ловила ее, но она как бы выпрыгивала из рук. В итоге, зеркальце разбилось на мелкие кусочки. А вечером мы с мамой так поругались, ужас просто. И главное не понятно даже из-за чего, так - слово за слово, неделю не разговаривали потом, а вы говорите - суеверия.