Таежно-тундровый роман

Глава 1

Легкий, ласковый, можно сказать, летний снежок сыпался на город, делая его нереальным, призрачным и очень красивым. "Конечно, расскажи кому на материке, что 12 июня у нас метель, не поверят", - подумала я, стоя возле окна и наблюдая как постепенно заметает наш двор.

Но мечтать и любоваться времени не было. Надо было собираться в дорогу. Я перевела взгляд на груду вещей, разложенную на кровати.

-И как мне все это вместить в чемодан, а? Что молчишь, Кеша? Нет мыслей?

-Мяу-у-у! - огромный черный кот лениво потянутся и показав мне пушистый хвост величественно вышел из спальни. - Ну-ну, вот сейчас Яна заберет тебя к себе, там будешь строевым шагом ходить. У нее не задержится, быстро по штанишкам получишь. Это я тебя, бармалея, разбаловала.

Не успела я договорить, как раздался звонок. Яна была, как всегда, пунктуальна.

-Привет, Люд, все-таки едешь? - с порога задала она вопрос, вручая мне пакет с печеньем "Мечта".

-Конечно, теплоход завтра отправляется в 10 часов утра, а сбор на электричку в 6. Проходи, пойдем на кухню, "Мечту" твою слопаем, - улыбнулась я.

-Звучит, знаешь ли, неоднозначно, моя мечта на сегодняшний день - нормальное лето, мне же инвентаризацию неорганизованных источников выбросов проводить, - без улыбки отозвалась подруга.

Я включила чайник и выложила печенье на тарелку.

-Делать тебе нечего, - недовольно пробухтела подруга, - ты хоть представляешь, что такое "Таежный"?

-Ой, не нагнетай. Пионерский лагерь это, а по твоему выражению лица можно подумать, что я отправляюсь в неизведанные джунгли к кровожадным дикарям.

-Люда, поверь опытному спортсмену-пионеру, который был в "Таежном" три раза. Это хуже джунглей. Это - тайга. И пионеры в лагере - это те же самые дикари, только в галстуках.

-Я не собираюсь ходить в тайгу, - возразила я, смеясь, - на территории лагеря все обработано, расчищено. Я буду работать воспитателем в спортивном отряде. Никаких походов, только поездки на соревнования в Красноярск, Абакан и, по-моему, Минусинск.

-Угу, - не меняя недовольного выражения лица Яна кивнула, а потом хлопнула ладонью по колену.- Ты меня, конечно, извини, но не понимаю я тебя, подруга. Сначала из лаборатории в школу ушла, теперь вместо отпуска в лагерь едешь. Что происходит, Люда?

-Ян, не начинай, - я вздохнула и опять посмотрела в окно, снег и не думал прекращаться. - Ты сама все прекрасно знаешь. Я с мужем в отпуск поехать не могла. Слишком противно играть в семью целых три месяца. Это же пока по всей родне пройдешь, да и дома перед родителями притворяться....Они с Алешкой прекрасно отдохнут и без меня. Так лучше для всех.

-Да уж куда лучше-то, - иронично заметила Янка, - жить по-соседски, изображать нормальные отношения. Для чего? Не понимаю, Люда, хоть тресни, не понимаю. Почему вы не разведетесь, если не хотите наладить отношения?

-Мы так решили, чтобы не травмировать сына. Вот закончит он школу, уедет поступать, вот тогда...

-Тогда, дорогая, тебе уже будет 38! Алешка только во второй класс пойдет, ждать 8 лет, чтобы развестись. И ты думаешь Алешка ничего не будет понимать? Да, черт вас возьми, это какой-то особый вид извращения, мазохизм какой-то!

Янка бушевала, возмущалась и со всей откровенностью высказывалась по поводу нашего с мужем решения. Она не могла понять, как можно жить рядом с мужчиной, которого не любишь и который не любит тебя. У них-то с Олегом искры летели как только они встречались взглядами. А мы?

Мы с Борей учились вместе в университете и оба жили в общежитии. И на новогодней вечеринке мне вдруг показалось, что он мне нравится...

-Я вышла за него замуж по "залету", - сказала я, тяжело вздохнув. - Точнее, он женился на мне именно поэтому. Мама моя говорила - стерпится, слюбится, Боря хороший, порядочный. Мы честно пытались "стерпеться, слюбиться", отработали в школе по распределению и в Норильск уехали. Ты знаешь, Ян, когда сюда приехали даже казалось, что все у нас наладится. Трудно было, и новая работа и полярная ночь давила и морозы жуткие. Но ключевое слово - казалось. Мы так и не смогли полюбить, жили по инерции, а последний год, когда эту квартиру получили, так и вовсе не жили, разошлись по разным комнатам.

-У Бориса кто-то есть?

-Не знаю, - пожала я плечами. - Меня это не интересует. Понимаешь, Алешка очень отца любит, ну и как ему сказать, что мама с папой не любят друг друга и будут жить отдельно?

-Ничего не мешает отцу общаться с сыном, - Яна хмурилась все больше и я поняла, что она вспомнила Наташу.

-Вы с Наташкой так и не помирились?

-Нет, - Яна отвернулась к окну. - Ты тоже считаешь, что я должна была ей рассказать про Олега?

-Яна, я не знаю как правильно поступать в таких случаях. Может и лучше бы было, если бы Наташа ничего не узнала про любовницу, Олег бы перебесился и жили бы они дальше, все-таки двое мальчишек у нее... Я же как в школу перешла с девчонками связь потеряла. Да и тобой мы теперь редко общаемся, вот если бы не Кеша, так и не увиделись бы.

-А почему ты вообще из лаборатории ушла? Ты же сама говорила, что школа - это не твое.

-Чтобы с мужем поменьше общаться - ответила я, - и чтобы Алешка на виду был.

-Вот это ты напрасно, детей учителей в школе не жалуют. Вот у нас Вовка Шумилин в классе был, отличный парень, но его мама была у нас классной и вела биологию. И его в классе недолюбливали, считали, что он матери стучит.

-И ты?

-Я - нет. Ладно, это твое дело. Но насчет лагеря хочу тебя предупредить - будь внимательна и осторожна. Мы творили такие вещи, что как вспомню - волосы дыбом становятся. Как все живы-здоровы остались до сих пор остается загадкой.

-Ну, тебя там не будет, значит уже легче, - засмеялась я.

-Это да, но где гарантия, что там не будет кого-то похуже меня. Вот помню, когда после пятого класса мы с Ленкой ездили в лагерь, так воспитателей до полусмерти напугали. Стащили швабру, в ведре проделали дырки, прикрепили там фонарик, всю конструкцию накрыли простыней и постучали в окно к пионервожатым. Визгу было, мама не горюй.

-Вас поймали?

-Ха! - гордо усмехнулась Яна. - Мы сдались сами, когда воспиталка пригрозила оставить весь отряд без сладких булочек на ужин.

-Ну, ради булочек - это сильно! - засмеялась я.

-Ты не знаешь, какие они были вкусные, - серьезно сказала Яна, но потом тоже рассмеялась, - а еще после пятого класса я тоже была в лагере и был у нас там замечательный кружок, в котором мальчишек учили работать с лобзиком и фанерой. Я тоже туда ходила. Чего мы только не делали. Хитрые шкатулки с секретом, объёмные фигурки зверей из склеенной фанеры и, самые лучшие поделки — бумеранги! Выпиливали из фанеры основу, обрабатывали напильником лопасти и выжигали увеличительным стеклом рисунки в стиле австралийских аборигенов. Некоторые ребята, и я в том числе, научились не только возвращать бумеранг, но и ловить его рукой! Но была одна проблема. Если бумеранг при неверном броске падал в траву, то оставался цел, а если скакал по асфальту, то фанера постепенно расслаивалась. Через несколько дней приходилось создавать новый. В мастерской я обнаружила лист толстого стеклопластика и решила, что я самая умная! Два дня, втайне от всех, я пилила и обрабатывала своё будущее «супер-оружие». Я вышла в центр спортплощадки и, со всего размаха, отправила своё создание в полёт! Если бы я тогда, хоть что-нибудь смыслила в аэродинамике, то точно не стала бы так торопиться. Лёгкие фанерные бумеранги начинали возвращаться после 15-20 метров полёта. Мой, тяжеленный, решил никуда не сворачивать, и по лёгкой дуге направился к окну столовой. Бамс и тишина… Хорошо, что никого не задело.

-Тебя наказали?

-Не то чтобы наказали, но на всякий случай и из кружка выгнали. А то ещё что-нибудь придумала бы. Ладно, где твой кот-бегемот? Пойду, Олег должен звонить. Они у меня тоже на материке, а меня в отпуск не отпустили. Мало того, что инвентаризация, так еще канадцы припрутся, выбросы на трубах никелевого мерять. До них, говорят, отходящие газы долетают, типа трубы у нас слишком высокие, - Яна хмыкнула, - ну, это да, труба у нас 180 метров на никелевом. Эти паразиты обнаружили какие-то там вещества в атмосфере и моя задача - доказать, что наш комбинат здесь не при чем. Ну, я им устрою интересную жизнь, - Яна улыбнулась, правда, эта улыбка больше была похожа на оскал и мне даже стало немного жаль бедных иностранцев.

Кеша как будто чувствовал, что его сейчас заберут, спрятался так, что мы искали его добрых полчаса. Наконец, нашли в кладовке, где он маскировался под мою шапку из чернобурки, упаковали в сумку, я положила его миски и игрушки в пакет и погладила Кешу со словами.

-Веди себя прилично, не подведи меня.

Яна ушла, а я вернулась в спальню и опять принялась перебирать вещи. Надо взять спортивный костюм, и куртку, и джинсы, юбку и блузки, а платье брать, купальник, шорты? Вот проблема, в чем в пионерском лагере ходят воспитатели? Никаких особых указаний мне на этот счет не дали. Я усиленно пыталась вспомнить воспитательницу из своего детства. Но в памяти всплывал только образ Лилии Васильевны, моей детсадовской воспитательницы, в белом халате и с пышным начесом на голове. В лагере же я была всего один раз, да и то меня оттуда забрали через три дня по причине открывшегося жуткого поноса. В далеком, 1966 году мы, десятилетние обжоры, объели все яблони, которые росли на территории лагеря. Яблоки, понятное дело, были далеки от зрелости.

Я все-таки положила в чемодан на всякий случай и шорты с футболками, и купальник. Поставила чемодан и сумку в коридоре и вдруг почувствовала страх. Непонятный, на каком-то подсознательном уровне, но такой противный, липкий - он полз по спине и оставлял след холодным потом.

-Фух, - я села на чемодан, привалившись к стене, - что это со мной? Чего мне бояться-то, я же не в одиночный поход в тайгу собралась, а в лагерь. Отряд по спортивной гимнастике, дисциплинированные, девочки и мальчики взрослые, от десяти до тринадцати лет. И тренер опять же... Правда, я его еще не видела, но в ГОРОНО сказали, человек опытный, ответственный.

Я уговаривала сама себя, но страх не отступал, он подкрадывался из темных углов пустой квартиры, заставлял мое сердце замирать и сковывал руки и ноги невидимой, но прочной цепью.

Звонок телефона заставил меня невольно вскрикнуть. Я сняла трубку.

-Люда, я забыла спросить, чем твоего Кешу кормить-то? - голос Яны разогнал страх и вернул мне уверенность.

-Он печенку любит и мясо, рыбу не очень, - ответила я, поднимаясь с чемодана.

-А детское питание ест? Ксюша у нас его очень уважает.

-Еще как! Но у меня его уже не осталось.

-А у меня еще два ящика. Ну все, поняла. Счастливо тебе, передавай привет "Таежному"!

Ночью я почти не спала и когда посмотрела на себя в зеркало, то отражение мне не очень понравилось. Под глазами темные круги, да и сами глаза какое-то испуганные. Только волосы мои были хороши, как всегда - неукротимой, кудрявой шапкой они поблескивали медовым оттенком. Мне всю жизнь задавали вопросы, как мне удается добиться таких кудрей и такого цвета волос и никто не верил, что никак - природа наградила. Приняла душ и не торопясь сварила кофе. Выглянула в окно - от вчерашнего снега не осталось и следа, ярко светило солнце, высушивая асфальт и намекая, что как ни крути, а в Норильск пришло лето.

До Октябрьской площади от нашего дома было недалеко, но тащить чемодан и сумку я не собиралась, поэтому заранее заказала такси. Еще раз обошла квартиру, проверила все окна, занавесила их брезентом, выключила все приборы из розеток и присела на дорожку...

Глава 2

На Октябрьской площади творилось что-то невообразимое - шум, гам, суета и крики.

-Пятый отряд! Все ко мне...

-Третий отряд, построиться!

-Родители заканчивайте прощание с детьми, отходите в сторону!

-Воспитатели, тренеры, пионервожатые - подойти к начальнику лагеря "Солнечный"! - раздался мощный призыв через мегафон.

Я увидела как несколько девушек и молодых людей быстро побежали к полноватому мужчине в костюме и шляпе.

-Так, товарищи, - заговорил он, как только все встали возле него полукругом, - наступает самый ответственный момент - забор детей у родителей. Что вы смеетесь? - несколько девушек хихикнули. - Вы еще не разу, наверное, не участвовали в отправке в лагерь, - он вздохнул. - Давайте разберемся по отрядам и после этого вы постоите детей и будем грузиться. Первый отряд, - громко сказал начальник лагеря.

Я не смогла прийти на организационной собрание, которое проводили накануне отъезда - провожала мужа с сыном в аэропорту. Они летели сначала в Москву, а потом домой в Ростов-на-Дону. Хотя, где теперь наш дом я и сама не могла ответить, или там, где мы родились и выросли, или здесь, в Норильске, где мы живем уже пять лет.

-Здесь! - отозвался невысокий мужчина в джинсах и кожаной куртке.

"Ага, значит это и есть мой тренер, - подумала я и тут же осеклась, - вот глупость какая, с чего это он мой, просто отряд мой".

Сделала шаг вперед и тоже сказала.

-Здесь!

За мной точь в точь повторила наши действия молодая курносая девушка, лет восемнадцати, не больше.

-Людмила Алексеевна Мячкина? - сверившись со списком, спросил начальник, я кивнула. - Вы не были на собрании, - я хотела объяснить, но мужчина не дал мне сказать и продолжил, - на теплоходе познакомимся поближе, сейчас нет времени. Второй отряд...

Я подошла к тренеру и протянула руку.

-Давайте знакомиться, я ...

-Людмила Алексеевна, я не глухой, - совсем недоброжелательно произнес мужчина, - Юрий Иванович Тимченко.

-А я Юля, Юлия Вадимовна, но лучше просто Юля, - затараторила девушка, - Я из педагогического техникума, представляете - я в Норильске родилась, а в "Таежном" не была ни разу, меня родичи всегда к бабушке в Абакан отправляли. И вот...

-Юля, давайте выполнять распоряжение Виталия Викторовича, - резко оборвал девушку тренер, - своих-то я всех знаю, но у нас в отряде кроме моих спортсменов есть и другие дети.

И пошел к толпе детей и родителей.

-Чего это он такой сердитый? - Юля посмотрела на меня.

-Не знаю, - пожала я плечами, - может позавтракать не успел?

Юля засмеялась, но тут же закрыла рот рукой и побежала следом за Юрием Ивановичем.

Начальник лагеря был прав, родители никак не могли распрощаться со своими детьми - кто-то кормил, кто-то обнимал и целовал, кто-то давал наставления.

Юрий Иванович, в отличие от других, построил наш отряд быстро и мы с Юлей невольно залюбовались нашими подопечными - гимнасты все были с ровными спинами, стояли вытянувшись в струнку и даже головами не вертели.

-Дисциплина, однако, - услышала я рядом, повернула голову и увидела молодого паренька, который обратился к Юле. - Привет!

-Привет, Икур, - девушка улыбнулась парню, - ты в 5 отряде?

-Точно, у меня малышня по 8-9 лет, а тебе повезло. Ладно, увидимся на теплоходе, побежал.

-Какой приятный молодой человек, - сказала я.

-Икур? Он из Волочанки, долган, в техникуме со мной учится. Потом назад в свой поселок вернется, в школе будет работать.

-Хватит болтать, - оборвал нас тренер, - дети уже в вагоне сидят, а вы все еще тут топчетесь. Где ваши вещи?

Я подхватила свой чемодан, но Юрий Иванович буквально вырвал его из моей руки, Юля же закинула спортивную сумку на плечо и ловко поднялась по ступеням в вагон.

Дети прилипли к окнам и махали родителям. Наконец раздался гудок, потом еще и еще один и электричка тронулась в путь.

-Внимание, первый отряд! - Юрий Иванович встал в начале вагона и я смогла как следует его рассмотреть.

Он снял свою косуху и остался в облегающей водолазке черного цвета, которая очень выгодно подчеркивала рельефные мышцы рук и груди. На вид ему можно было дать в равной степени и тридцать и сорок лет. Темные, коротко стриженные волосы, серые глаза и ямочка на подбородке, да - еще нахмуренные брови, сведенные к переносице. Интересно, он вообще улыбаться умеет? Весь такой спортсмен-спортсмен. Пока я рассматривала тренера он продолжал говорить.

-Я ваш тренер на эти два с половиной месяца. Кроме меня с вами будут воспитательница Людмила Алексеевна и пионервожатая Юля.

Он сделала призывной жест рукой и мы с Юлей подошли к нему. Я радушно улыбнулась ребятам и проговорила.

-Я рада с вами познакомиться, надеюсь мы подружимся. Я работаю учителем в 8 школе, преподаю химию. И я никогда не была в Дудинке, и не видела Енисея, поэтому с нетерпением жду, когда мы приедем в порт.

-А вот я уже второй раз еду в "Таежный"! - крикнул один из мальчиков. - Меня Сашка зовут, но только я не в спортивный ездил, в обычный.

-И я второй раз...

-А я третий!

-Тогда вы будете нам с Юлей рассказывать и помогать, да? Давайте знакомиться!

Всего в нашем отряде было 25 человек, среди них, насколько я поняла, 10 воспитанников Юрия Ивановича, остальные из секций по легкой атлетике - бег, прыжки в длину и высоту, две девочки были из секции акробатики, крепенькие такие.

И если с детьми первый контакт прошел вполне себе позитивно, этого нельзя было сказать о тренере. Он смотрел на меня не то, чтобы со злостью, но так, словно я ему чем-то мешаю. Неприятный тип. И как я буду с ним работать?

За окном мелькали унылые пейзажи, а Юля вдруг встала, прошла в начало вагона, хлопнула в ладоши и начала говорить.

-А знаете ли вы, что сейчас мы едем по уникальной островной железнодорожной магистрали, проходящей по тундре, вечной мерзлоте. Это самая северная пассажирская и самая северная электрифицированная железная дорога мира!

Юля рассказала как строилась железная дорога из Дудинки в Норильск. Она в те далекие времена нужна была городу как воздух, ведь по ней доставлялось все необходимое оборудование для строительства комбината.

- Летом 1936 года началось строительство дороги к Енисею. Оно велось с двух сторон, из Дудинки и из Норильска, навстречу друг другу. При отсыпке насыпи использовали торф и поваленные стволы деревьев, а с наступлением морозов – пропитанные водой мох с хворостом. Шпалы делали из сырой лиственницы. На реках намораживали дамбы вместо мостов, надеясь отправить до лета хотя бы несколько поездов с материалами и продовольствием из Дудинки в Норильск. Естественно, летом такое полотно приходило в негодность и требовалось восстанавливать путь. Вместо ледяных дамб через реки вскоре перекинули деревянные мосты. В Дудинке выделили 18 вагонеток без кузовов, чтобы можно было погрузить лес. Их катили вручную, кое-где по висящим в воздухе рельсам. Чтоб хоть как-то облегчить тяжелый труд, приходилось использовать силу ветра – на платформу устанавливали мачту и прикрепляли парус, сшитый из одеял. При попутном ветре это позволило увеличить скорость до 25 – 30 км/ч....

Когда девушка закончила рассказ, я спросила.

-Откуда ты все это знаешь?

-Так от деда, он и строил эту дорогу, а потом и от отца - он у меня машинист тепловоза. И кроме того, я очень увлекаюсь историей нашего края. Состою в отряде искателей.

-Вот как, - мне стало немного стыдно, я пять лет в Норильске, а практически ничего о городе не знаю.

За разговорами время прошло быстро и мы увидели Енисей.

-О! - только и могла сказать я.

Хотя я сама выросла на реке, но Дон по сравнению с этой мощью сейчас вспоминался мне ручейком. Темно-серая река была бескрайней как море, другого берега было не видно.

-Приехали, вещи не забываем, строимся, не толпимся, - командовал Юрий Иванович. - Людмила Алексеевна, да не хватайтесь вы за свой чемодан, я донесу.

Какая галантность! С таким лицом это было сказано, как будто я и чемодан не в силах донести. Что он о себе мнит, а? Откуда это пренебрежение.

Но чемодан оставила, нравится - пусть носит, подумаешь!

На пристани нас ждал теплоход "Валерий Чкалов". Енисей превысил все мои ожидания в несколько раз, поразив своим размахом, но и теплоход не разочаровал. Когда-то в детстве я с родителями отдыхала в Батуми, маме дали путевку на турбазу от предприятия, а оттуда мы плыли до Сочи на теплоходе "Казахстан", который показался мне огромным, прямо плавучий город. И я думала, что сейчас увижу небольшой речной кораблик, а "Чкалов" был большим, белоснежным, очень красивым и каким-то аутентичным, что ли.

-Чего вы опять застыли, - я аж вздрогнула от этого командирского голоса, - наш отряд первый, если вы забыли! Побыстрей, мы везде первые, это понятно?

-Понятно, - я быстро пошла за отрядом, который бодро вела к дебаркадеру Юля.

Капитан и команда стояли на палубе далеко не с радостными лицами.

-Недовольные они, ишь морды скривили, - хмыкнула дородная женщина рядом со мной, - детишкам не рады, им бы все отпускником возить, с которых на ресторе заработать можно, а с наших-то что взять? Я сама готовить здесь буду. Не доверяю я плавучим поварам, или как они там называется - коки, стрептококи, тьфу, даже говорить стыдно. Я тетя Маша, главной поварихой в лагере буду, а помощниц местных, из Атаманово возьму, я их и в прошлое лето брала. Бабы правильные, порядки знают, и готовят хорошо.

-Булочки сладкие печь умеют? - я вспомнила Яну.

-А то! Да только выпечку я никому не доверю. Я ж в Норильске не абы где работаю, а в кулинарии "Таймыра".

-Ничего себе, так это вы "Мечту" делаете?

-И ее тоже, - кивнула тетя Маша. - А ты у Юры в отряде воспитательницей будешь?

-Да, - улыбнулась я, - в первом отряде.

-Вот и славно, по глазам вижу - добрая ты душа, и с виду - красавица. Волосы у тебя просто блеск!

Глава 3

При чем тут моя душа и волосы выяснить мне не удалось, мы подошли к деревянному дебаркадеру и вдруг громко зазвучал марш "Прощанье славянки". Почему-то от этой простой, но берущей за сердце, мелодии у меня сами собой на глазах навернулись слёзы. Было в ней что-то необъяснимо щемящее...

-Ой, Людмила Алексеевна, как нам повезло, - Юля подпрыгивая от радости, подбежала ко мне, размахивая каким-то листком, - мы с вами на второй палубе поплывем!

-Что, прямо на палубе жить будем? - улыбнулась я.

-Нет, что вы, в мягкой каюте на четверых, с нами еще врач и старшая пионервожатая будут жить!

Когда она успела все узнать и получить лист размещения по каютам я не поняла. Вожатые и воспитатели построили детей по парам и под звуки марша мы, пройдя через дебаркадер по трапу поднялись на теплоход.

-Обеда сегодня не будет, сухой паек на свои отряды воспитателям получить в музыкальном салоне! - кричала в мегафон какая-то женщина в строгом брючном костюме. - В пять часов собрание вожатых и воспитателей там же, в музыкальном салоне! Тренерам спортивных отрядов тоже быть обязательно!

-Ну, началось, - вздохнул Юрий Иванович, ставя мой чемодан возле каюты с номером 4. - Я буду жить с ребятами в 5 каюте. За едой вместе пойдем, заодно покажу вам, где тут что находится.

-Спасибо, - поблагодарила я тренера, но он ничего не сказал в ответ. Воспитание - высший класс, ничего не скажешь. Я что-то не понимаю, то вещи мои носит, помощь предлагает, а то такую физиономию скорчит, как будто мое присутствие его бесит.

А тренер, словно в подтверждение моих мыслей, добавил.

-И сделайте что-нибудь со своими волосами, соберите их, заколите, что ли, а то не воспитательница, а прямо кинозвезда какая-то, - и хмыкнув, скрылся в каюте.

И что это было? Комплимент? Укор? Как объяснить этому чурбану, что ни одна заколка не удерживает копну моих волос, а от резинок у меня начинает болеть голова. Надо было подстричься все-таки, но я никогда не носила короткие стрижки, и мне было страшновато менять так кардинально свой образ.

Как отплыл теплоход я прозевала, мы с Юлей размещали детей по каютам, получалось, что в четырехместных каютах надо разместить по 8 человек.