Спасти Золотого Дракона - 2,3,4

- Это Итель, - сказал незнакомец. - Моя супруга.

- Хорошо бы ещё узнать, кто ты... - заметил Лайгон не очень почтительно, и Феронд укоризненно глянул на брата.

Маг и сам подумал, что ведёт себя слишком нагло по отношению к тем, кто был добр к нему и, чтобы не казаться совсем неблагодарным чурбаном, он тоже поднялся и слегка поклонился невысокой плотной женщине:

- Рад знакомству, Итель, - искренне улыбнулся он.

Женщина в ответ тоже чуть поклонилась и улыбнулась, но ничего не ответила. Незнакомец пояснил её молчание гостям:

- Итель считает, что плохо говорит на общем языке, хотя это не так. И всё же мы обычно общаемся на наречии недлов. Но ничего, она послушает наши разговоры и быстро вспомнит язык.

Лайгон изучающе смотрел на недлу. Она была похожа на ту, что он увидел, очнувшись. Короткие волосы, глаза со странными зрачками, удобная, совершенно не женственная одежда и удивительно нежные и красивые для недлов руки. Влюбиться бы в недлу он не смог, но рядом с этим полуседым мужчиной она выглядела весьма мило, хоть они и смотрелись странной парой. Маг улыбнулся, глядя на них. И без того приветливый незнакомец рядом с любимой женщиной преобразился в архиобаятельного приятного собеседника. Что-то в его взгляде изменилось от присутствия недлы, и теперь маг мог с точностью сказать: перед ним не враги.

Какое-то чувство смущения охватило его. Ему стало неудобно за себя, за свои слова, мысли и поступки. Незнакомец был добр к нему, брат беспокоился о нём, и оба они не были виноваты в том, что Лайгон не походил внешне ни на кого, и от этого было неясно, кто он. Маг вздохнул. Надо было срочно исправляться и вести себя соответствующе ситуации.

Незнакомец провёл Итель к столу, но кушать они не собирались. Просто уселись на стулья, которые выдвинули из-за стола. Феронд уселся обратно в кресло, передвинув его поближе к магу, и Лайгон опустился на свой стул. Незнакомец что-то пояснял своей супруге на неизвестном валинкарцам языке, и голос его был пропитал неподдельной нежностью. Маг подумал, что показался жителям этой части гор каким-то диким и неадекватным, и от этой мысли мужчина улыбнулся сам себе уголками губ.

Глянув на Феронда, он вспомнил, как испугался за него тогда, после телепортации. Если бы недлы не подоспели, Феронда бы не удалось спасти. Возможно, недл бы не стал убивать самого мага. Обезвредил бы и преспокойно выпил кровь через другую руку... или шею... Сообразил бы, наверно. Сейчас Лайгон смотрел на брата и думал: как бы он смог жить после этого, если бы всё вышло действительно так, что Феронда не стало? А ведь он так и не сказал ему, что ужасно рад, что его не убили. Впрочем, он не был уверен, что теперь это важно. Маг видел, что брат полностью разделяет его радость от того, что они оба выжили, и можно было не вдаваться в сантименты и подробности. Однако взгляд зелёных глаз отразил больше, чем Лайгон предполагал. Феронд заметил тревогу, не зная, что она вызвана лишь недавними воспоминаниями.

- Ты чего так смотришь? - спросил он у мага.

- Этот портал чуть не убил тебя... - честно озвучил свои мысли Лайгон.

- Нет, портал просто отнял все мои силы. Я бы пришёл в себя через пару часов... А вот недл действительно чуть не убил меня, - он посмотрел на перебинтованную руку, из запястья которой зубами недла был выдран кусок. - Ты молодец. Я знаю, ты пытался защитить меня...

Лайгон горько усмехнулся, вспоминая свои жалкие попытки противостоять недлу. Да, конечно, старался он от души, и возможно, не бросайся он на противника, тот бы успел высосать половину крови. Но всё же маг гордости от своего самоотверженного желания защитить Феронда не испытывал. Скорее наоборот, это было ярким примером его слабости, и потому он отвернулся от брата, вглядываясь в лицо незнакомца и надеясь, что тот начнёт разговор и не позволит Феронду продолжить начатый.

Незнакомец взгляд зелёных глаз разгадал сразу. Он давно уже закончил говорить что-то недле и терпеливо ждал, пока на него обратят внимание.

- Знаете, - признался он. - Весьма странно, что портал смог открыть Феронд, а Лайгон - нет...

- Почему это? - поинтересовался маг.

- Портал работает на крови рабов, - просветил незнакомец. - Это придумали недлы. Заставили нас проектировать арку, которая станет работать, только причиняя нам боль. Чтобы мы не сбежали, воспользовавшись им: стоит переместиться, и пару часов точно проведёшь в беспамятстве... Нас заставляли переправлять недлов...

- Нас? - переспросил Лайгон, полагая, что ослышался, но собеседник кивнул, подтверждая свои слова, и маг неуверенно начал: - То есть ты...

- Раб недлов, - закончил за него мужчина. - Да, я был им раньше. И арку помогал конструировать, и за волосы был таскан, и о свободе мечтал...

- Почему же мечты... не сбылись? - осторожно спросил Лайгон, начиная медленно домысливать то, что незнакомец умалчивал.

- Кто сказал, что не сбылись? - лукаво улыбнулся мужчина.

Маг прищурился. То есть, мечты о свободе воплотились в жизнь, и тем не менее он здесь, сидит, приобнимает недлу и выглядит счастливым. Мужчина не стар, но и не так молод, как они с Ферондом. Он был рабом, а, значит, ему очень много лет, седина в волосах это подтверждала. Но он жив и вполне неплохо выглядит. Куда лучше того же Мэггона.

- Как твоё имя? - спросил Лайгон, внимательно глядя на собеседника, и не замечая удивление брата: мага никогда не интересовали имена тех, с кем он общался и он никогда не задавал никому такого вопроса.

Незнакомец широко улыбнулся ему, и его глаза сверкнули хитрым добродушным огоньком. Он ответил туманно:

- Ты ведь догадываешься. Вижу, что догадываешься... - маг отрицательно покачал головой, отказываясь выдвигать версии, но мужчина мирно добавил: - Ты верно мыслишь, маг. Я не умею читать мысли, но ты смотришь на меня, как на приведение. Из этого следует, что ты верно мыслишь. Сам ответь на свой вопрос: как моё имя?

- Аринго? - неуверенно спросил Лайгон, и мужчина кивнул, но маг отказывался верить в это и уточнил: - Ты потомок Аринго?

- Нет, - улыбнулся мужчина. - Я и есть Аринго.

- Тогда... - Лайгон взъерошил свои высохшие короткие волосы, пытаясь прикинуть более-менее точную цифру, и продолжил: - Тебе удалось прожить... более восьмидесяти тысяч лет?

Лайгон озвучил свои подсчёты и сразу же его взгляд немного изменился: теперь он смотрел на стоящего перед ним мужчину, как на ожившего мертвеца, познавшего наверняка далеко не мирный секрет вечной молодости. Лайгон смотрел на него с ужасом, совершенно не скрывая своих эмоций, ведь этот тип мог так благосклонно отнестись к ним, чтобы использовать в своих целях. Каких - он даже не хотел предполагать. Взгляд напуганного мага рассмешил Аринго.

- Нет, - постарался опровергнуть домыслы мага мужчина. - Мне нет и четырёх тысяч лет, так что рассчитываю ещё немного пожить... Я не долгожитель и не обладаю сверхспособностями...

- Но... перемещений во времени не может быть в природе! - возмутился маг так, словно Аринго был в этом виноват или мог что-то исправить, но упрямился.

- Их и нет в природе... наверно... - пожал плечами мужчина, не понимая, при чём тут вообще перемещения во времени.

- Но ты жив... Как такое могло получиться? - тихо поинтересовался Лайгон, недоверчиво глядя на Аринго.

Тот посмотрел на мага тревожно. Он не хотел пугать его сразу, и постарался начать издалека:

- Я был совсем молод - чуть старше вас, когда мы выбрались из гор. Да, поверхность прекрасна, с этим не поспоришь... Но для меня у неё один минус - там время течёт быстрее...

- То есть? - переспросил Феронд, который никогда не задумывался о том, что и такое может быть. - Но здесь... Мы же...

- Здесь этого не почувствуешь, - ответил Аринго. - Там тоже. Это заметно лишь, если попадаешь отсюда туда, а потом обратно. Или наоборот. Заметна разница. Время здесь идёт медленно, и процессы в ваших организмах тоже замедляются. Замедляются мысли, действия, стук сердца - абсолютно всё. Но это настолько пропорционально, что вам кажется, что всё идёт так, как должно, поскольку ваш разум не способен воспринимать и обрабатывать информацию с той скоростью, с которой мог делать это в Валинкаре. Этот ореливий, из которого тут многое создано, он обладает различными свойствами, и от действия тепла Светила он способен влиять на составляющие всего сущего, замедляя время... Та часть, где мы сейчас и та, где вы были в плену - наиболее нагреты Светилом, поскольку больше всего времени оно светит на эти горы. Вы поймёте, что я не лгу, лишь оказавшись дома и увидев, как всё вокруг изменилось за время вашего отсутствия...

- Мы сидим в этих горах практически месяц... - пробормотал Лайгон, и закрыл лицо руками, представляя, сколько времени они не были в Валинкаре, и что могло произойти за это время: всё, что угодно.

- Месяц... - эхом повторил Феронд, не до конца представляя масштабы проблемы. - Сколько это во внешнем мире?

- Много... - отозвался Лайгон, отнимая руки от лица и глядя в карие встревоженные глаза брата. - Около двух лет... - подсчитал он, прикинув разницу в настоящем возрасте Аринго и теми годами, что прошли в Валинкаре с момента освобождения рабов.

Несколько долгих мгновений оба валинкарца смотрели друг другу в глаза, осмысляя и прикидывая, поражаясь и ужасаясь. Потом Феронд тихо, шёпотом, словно боясь собственного вопроса, спросил у брата:

- Думаешь, они уже похоронили нас?

- Не знаю, - покачал головой маг, переводя взгляд на Аринго. - Смотря, что твой приятель понарассказал им... - он сказал это просто и спокойно, не обвиняя ни в чём брата и не тыкая в него его промахами.

Кареглазый не ответил. Огорчённый тем, что был слеп и не распознал гнилой души в своём приятеле, он был благодарен Лайгону, что тот не попрекал его этим. Молчание затягивалось, грозя утянуть валинкарцев в глубины тоски. Оба понимали, что не время для уныния, но осознавать, что их не было два года, и никто не знал, где они - это было паршиво. Маг мельком глянул на Феронда и быстро отвёл взгляд: ему было ясно, что тот думает о Браве. На этот раз так и было. Лайгон не одобрял этого.

А Феронд действительно думал о любимой, которая два года не знает, что с ним. Он гадал, что с ней могло стать за это время. Красивая и одинокая, она не могла оставаться одна долго. Наверняка расстроилась, когда он исчез. Плакала, переживала первые месяцы, а, может, и год. В Валинкаре наверняка нашлось много желающих утешить. Феронд поймал себя на том, что не страдает от мысли, что она может быть уже с другим. Подлое сознание задавалось другим вопросом: с кем? Ему было интересно, кем она могла заменить его. Конечно, ему бы хотелось, чтобы никем, но если мыслить трезво, то вряд ли она до сих пор ждёт его... Любит - это пожалуй, возможно. Как воспоминание, дорогое сердцу. Любит и иногда вспоминает... Но не ждёт. Феронд быстро прогнал эти глупые мысли. Конечно, любит, и конечно, ждёт. Он вернётся и будет с ней. Всё будет, как и было. Он обещал любить её... Она, правда, не обещала... Но не важно. Весь этот жуткий месяц мысли о ней не давали ему сдаться, и он был уверен в своей любви, единственной и на всю жизнь.

- С вами был ещё кто-то? - спросил Аринго, вырывая Феронда из размышлений, но ответил Лайгон, так как раньше отреагировал на вопрос:

- Да, был один...Оппортунист проклятый... Воспользовался, что мы оказались в плену и сбежал, бросив нас... Ладно, с ним разберёмся потом... Надо выбираться отсюда.

- Простите, - начал Аринго. - Но я не предусматривал удобного оборудованного выхода в Валинкар. Сам я иногда выхожу во внешний мир, но это путь, который Феронду сейчас не осилить... Вам придётся подождать и немного подлечить его, чтобы выбраться... Портал отнял почти все его силы... и неудачное падение, потеря крови...

- Он прав, - виновато отозвался Феронд. - Не думаю, что сейчас я готов в путь...

Лайгон ободряюще улыбнулся ему:

- Мы останемся здесь столько, сколько потребуется, - он перевёл взгляд на Аринго и спросил: - А сколько потребуется?

- Не очень много, не больше недели, - дал примерный прогноз мужчина. - При хорошем питании и целебных отварах он быстро восстановится, и я провожу вас в Валинкар.

Феронд внимательно смотрел на брата, и тот твёрдо ответил, подтверждая ранее озвученное решение:

- Мы подождём. И уйдём отсюда вместе... Знаешь, ты... с этим порталом... В общем, спасибо, что не изучал магию. Я бы никогда не подумал, что ты сможешь открыть портал, который не смог открыть я. Это противоречит логике. Ты спас нас, - признался Лайгон, и Феронд усмехнулся в ответ:

- Не я. Моя кровь.

Маг нахмурился, но пока решил не делиться своими подозрениями. Ему подумалось: Аринго прав, и то, что он не смог включить портал, действительно странно. Он задумался об этом, пользуясь всеобщим молчанием, и довольно быстро пришёл к выводу, что какой-то древний его предок был недлом. Это объясняло и его телосложение, и светлые глаза, и то, что портал не открылся. Иногда гены проявляются через несколько поколений, и Лайгону казалось, что ему просто... не повезло. Или, наоборот, повезло. И именно из-за столь странного набора генов он теоретически мог стать сильнейшим магом... Может, это как раз благодаря крови недлов.

- Скажи, - обратился он к Аринго. - Извини, что спрашиваю... Но бывали союзы между рабами и недлами... так, чтобы рождались дети?

- У нас с Итель трое, - ответил мужчина, и Лайгон улыбнулся: его интересовал не Аринго, но он снова спросил:

- На кого они похожи?

- На меня, - ответил мужчина и пояснил: - Гены недлов слабее. Правда, глаза у всех полукровок всё равно остаются с характерными зрачками. Да и ростом они ниже нас с вами...

Феронд понемногу начал улавливать смысл вопросов и потому слушал ответы заинтересованно, как и вопросы Лайгона. Маг задал следующий:

- А если представить таких детей через поколение, или через два, через десять? Как бы они выглядели?

- Я не знаю... - задумался Аринго. - Через два и три - то же самое, зрачки лунообразные, рост небольшой, но внешность не недловская... А через десять... Не знаю... Пока таковых не было. А почему тебя это так интересует?

Лайгон бросил быстрый взгляд на Феронда. Тот заметил и кивнул, советуя сказать правду. Маг послушался совета и ответил:

- Почему-то моя кровь не открыла портал, значит, к ней примешана кровь тех, кто не владеет магией...

- Это логично, - задумчиво согласился Аринго. - Только на недла ты не похож. Я никогда не видел светло-зелёных глаз, как у тебя. Не прозрачно-светлых, а вполне чёткого цвета.

- Да, но карие глаза раба плюс недловские светло-голубые... - предположил Лайгон, не желая расставаться с правдоподобной, многое объясняющей версией.

- Нет, - уверенно ответил Аринго. - У любого, в ком кровь недла, зрачки имеют своеобразную форму полумесяцев. К тому же первый союз раба и недла - моя любовь к Итель. До этого такого не было. После - да. Поверь мне, я знаю, что говорю. Ты сын Мэггона, а он потомок Нильфа. Я знаю ваш род, и недлов вы ненавидели.

Маг вздохнул. Как ни крути, Аринго было видней. Он лучше разбирался в этих вопросах. Маг решил, что не станет пока забивать себе голову вопросом, чем его кровь отличается от крови его брата. Сейчас это не имело решающего значения. Важно было другое: они с Ферондом застряли здесь примерно на неделю, и перед ними сидел Аринго. Тот самый, о котором Лайгон когда-то читал в полусгнившей книге. Это плохо укладывалось в голове, потому что о такой встрече маг в жизни не мог подумать.

- Аринго... - обратился он к мужчине, не будучи уверенным, что стоит задавать интересующий его вопрос, но всё же спросил: - Куда ты пропал тогда, перед поединком с Нильфом?

- Я ушёл сюда, - просто ответил он.

- То есть? - не понял маг. - Ты сам принял решение уйти? - он кивнул. - Но почему? У тебя были неплохие шансы...

- У меня были все шансы на победу, - кивнул мужчина. - И я бы победил. Именно поэтому и ушёл. Все рабы принимали участие, это был азарт состязания за право быть правителем, и я тоже хотел выиграть, но... Когда я оказался близок к победе, то понял...что пути назад не будет. Став правителем, я буду должен оставаться со своим народом и никогда не смогу вернуться назад...

- Назад? - удивился Лайгон и задал уточняющие вопросы: - В горы? В рабство?

- В горы, но не в рабство... - улыбнулся Аринго. - Портал - это был наш ключ к свободе. Это придумала Итель... - он с любовью посмотрел на свою женщину, и Лайгон улыбнулся: это было истинное, настоящее чувство, которое согревало не только Аринго и недлу, но и всех вокруг, кто видел их отношение друг к другу.

Об этом Элара читала книги своим детям, и этого не видел маг в чувствах Бравы к своему брату. А ещё Лайгон подумал, что не прочь испытать нечто подобное: влюбиться однажды в кого-то, кто действительно достоин этого.

Феронд тоже посмотрел на смущённую недлу, и его больше привлекло не выражение её странных глаз, а факт того, что портал придумала она.

- Но для чего он был нужен? - спросил он, и женщина ответила:

- Он был нужен, чтобы освободить рабов, - она говорила на общем языке вполне нормально, только чуть медленно, зато голос у неё был прекрасным и спокойно-нежным. - Но нас, недлов, которые считались со своими рабами, было ужасно мало... Над нами смеялись, считая глупым проявление сострадания. И мы действительно не могли изменить порядки, даже объединившись с рабами. Кстати, они тоже не все считали свою участь печальной. Некоторым нравилось подчиняться. Из-за этого было сложно что-то затевать, но каждый раз, когда какой-нибудь недл измывался над своим рабом, у меня сердца...

- У них два сердца, - пояснил Аринго. - Причём второе работает только в случае перегрузки первого - обычно, когда эмоции зашкаливают...

- Да, - подтвердила слова мужчины недла. - сердца у нас два, но у многих, казалось, не было ни одного. И потому мы - я и те, кто тоже был не согласен с порядками - решили спланировать что-то масштабное и хитрое. Более тонкое, чем простая попытка революции. Мой брат как раз отправлялся в экспедицию на поиски новых источников пищи и ореливия. Они тогда пропадали почти полгода, и вернулись с вестью, что там, далеко-далеко есть пригодные для жизни пещеры. Тогда я со своими соратниками убедила всех в необходимости создания портала, чтобы было проще сообщаться с тем далёким участком гор. Это было просто. И рабам было приказано заняться сооружением портала. Конечно, мои ожесточённые сородичи придумали этот механизм с шипами, чтобы превратить перемещение в пытку для рабов, но это всё равно был шаг к победе. Шли годы, и в той части гор создавались скульптуры, осваивались копи. Рабы трудились на славу, стараясь сделать горы привлекательными для недлов. Это требовалось, чтобы заманить их туда. Алчные и жаждущие лёгкой жизни на новых неосвоенных и богатых территориях, недлы собрали почти всех рабов и отправились жить туда. Пришлось приложить немало усилий, чтобы в один прекрасный день в этой части гор остались лишь наши соратники и рабы, которые не могли принести пользы в освоении территорий. В тот самый день мы устроили обвал, завалив проход между нашей частью гор и их. И грохот стал сигналом к действиям тех, кто переместился: рабы, к тому времени изучившие все ходы, оставили недлов и вышли на свободу...

- Это было потрясающе, - признался Аринго. - Свежий ветер, Светило, озёра, небо и леса - мы видели это, казалось, лишь в какой-то прошлой жизни. Это был удивительный день. Мы шли долго, наверно, несколько дней, пока не набрели на холм, с которого было видно, что далеко впереди высятся горы. Это означало, что пора остановиться и начать обустраиваться... Дальше вы, наверно, знаете... А в ночь перед решающим поединком я ушёл к Итель. Мне предстояло долго искать вход в эти горы, и я потратил на это несколько лет. Ни один валинкарец не решался приблизиться к горам, и я все те годы и словом ни с кем не обмолвился. Но потом вернулся, отыскал Итель и... узнал, что она и соскучиться не успела - прошло всего ничего времени.

- И что стало с теми недлами, которые пленили нас? - спросил Феронд. - Они, кажется, забыли вообще свою историю. И у них появилась какая-то другая, новая... Они мажутся какой-то светящейся дрянью, и их подземелья не такие, как ваши. Они похожи на тёмные мрачные склепы с кучей обломков статуй...

Аринго печально покачал головой:

- Я не знаю. Не бывал там с тех пор...

- Зато я знаю, - усмехнулся Лайгон, посмотрев на удивлённого Феронда, который, впрочем, был не против выслушать версию брата. - Эти болваны, видимо, не знали о свойствах ореливия, - сказал маг Аринго и Итель. - Оказавшись отрезанными от вас и лишившись рабочей силы, они со временем совсем всё перепутали. Они стали ненавидеть вас, разнесли все статуи недлов, возвели рабов в ранг богов. Они надеялись, что вы... - он ткнул пальцев в сторону Аринго, показывая, что имеет в виду рабов. - ...вернётесь. Уже позабыв, кто вы, и что они ваши хозяева, а не наоборот, они мечтали, что однажды вы вернётесь. Но никто не возвращался. Им пришлось самим начать работать. Они помнили, что вам доступна магия, но позабыли, что вы не пользуетесь ею, и потому создали ловушки для владеющих магией: укрепили все ходы и коридоры ориливиевыми перекрытиями. Я там был вообще бессилен. Они думали, что мы... вернее, он... - Лайгон указал на Феронда. - ...их бог. Злы они были на него, и на меня тоже. Но это вы итак знаете. В общем, ужас какой-то... А главное, непонятно, как можно было так деградировать за столь короткое время? - задавая этот вопрос, Лайгон полагал, что он риторический, но не все считали так же.

- Я не хотел пугать вас заранее... - неуверенно начал Аринго. - Но... то, что они добыли столько ореливия... нужно очень много этого металла, чтобы полностью погасить всю магию... и то, что теперь из-за этого там столь много его, сколько не было прежде... - он смотрел на своих гостей и видел, что они не понимают, что он пытается сказать им. - Он замедляет, я уже рассказывал...

- Подожди... - пришёл на помощь маг. - То есть... Три недели, что мы пробыли там... это не два года по-валинкарски? - он нервно сглотнул, ожидая ответа.

- Да... - глухо отозвался Аринго. - Это больше... Намного больше...

- Сколько? - прямо спросил Феронд, напряжённо глядя в светло-карие глаза.

Аринго вздохнул:

- Я не знаю, я не был в тех краях с тех пор, как был рабом. И сложно рассчитать такие вещи... Это можно узнать, только пожив и там, и тут, и в Валинкаре... Только сравнив...

Феронд и Лайгон переглянулись. Это открытие всё осложняло. Маг облизал губы и спросил, сам не зная, у кого:

- То есть, могло пройти и десять, и двадцать, и сто лет?

Сперва никто ему не ответил, но потом Аринго всё же подал голос:

- Да. Но ведь ваши жизни по-прежнему длинны, не так ли? Значит, все ваши родные ещё живы и даже не успели состариться...

- Они-то не успели, но... - Феронд тяжело вздохнул и решительно встал на ноги. - Мы должны выбираться отсюда!

Лайгон видел, как брата передёрнуло от боли при резком движении, но тот постарался не подать вида, что далеко не здоров.

- Феронд, - вздохнул маг. - Мы уже не там. Здесь время не так ускорено... или замедлено... Не суть. Здесь мы можем побыть немного, пока ты не поправишься...

- Но мы не знаем, что творится у нас дома! - предпринял он слабую попытку настоять на своём.

- Вот именно! - подтвердил Лайгон. - Мы не знаем! Возможно, тебе понадобится сила... Феронд... Пара месяцев на фоне нескольких лет... или десятилетий отсутствия роли не сыграет. Твоя Брава дождётся тебя...

Феронд вздохнул. Лайгон вспоминал его девушку едва ли не чаще его самого. Обычно это немного расстраивало мужчину, так как он начинал чувствовать себя предателем, чьи мысли должны вертеться вокруг возлюбленной, но они упрямо обходят эту тему стороной. Но сейчас Феронд просто улыбнулся и насмешливо заметил:

- Ты же первый кричал, что она меня не любит.

- Любит, Феронд... - усмехнулся Лайгон, весьма довольный тем, что брата не расстроило его замечание, а даже наоборот. - Любит... как умеет. Вот только не к такой любви стремиться надо, - он кивком указал на Аринго и Итель. - Они любят друг друга, и это видно сразу. А Брава дождётся, потому что лучше тебя в Валинкаре нету, а ей нужно только самое лучшее.