Полная версия
- С чего ты решила, что моим мужем станет дракон? – немного ошалев от неожиданного утверждения, спрашиваю я, - Я вообще замуж не планирую выходить в ближайшие десять лет. И почему белый дракон?
- Потому, что ты разговаривала с ним во сне, - также хитро улыбаясь, отвечает Верона, - И вчера ночью ты снова разговаривала с ним. А еще жаловалась на какого – то чёрного дракона, который тебя обманул.
Верона игриво посматривает на меня, а я лишь краснею и могу сказать в своё оправдание, что подруга придает слишком большое значение моим снам. Это просто сны! И ничего более.
В понедельник, я в очередной раз убеждаюсь, что в этой жизни у меня талант появляться не в то время, не в том месте.
Вечером я, Амалия и Никки находимся на дежурстве. Наша очередь мыть полы на третьем этаже, в коридоре и в библиотеке. Сначала я машу шваброй в коридоре, а Никки тушит и чистит лампы. Амалия моет пол в рекреации левого крыла. Потом Николь носит воду, Амалия протирает полки и столы в первом зале библиотеки, я чищу подсвечники. Закончив, решаю отнести их во второй зал. Руководство Академии экономит буквально на всём, в числе и на освещении. Поэтому свет в проходном коридоре очень приглушённый. Я распахиваю дверь и неожиданно натыкаюсь на целующуюся парочку.
Каково же было моё удивление, когда я узнаю в целующейся девице, гордую драконессу Рихезу Ормс. А вот молодым человеком является отвратительный перевёртыш Корун Локвуд. Драконесса выглядит смущённой, а перевёртыш раздосадованным, как будто ему очень сильно помешали.
Парень пытается шипеть на меня и угрожать, но драконесса заверяет его, что я буду молчать.
Конечно, я не стану трубить об этом на всю округу. Я не люблю сплетни, не в прошлой жизни, ни в этой. И, разумеется, я не собираюсь выдавать секреты драконессы, достаточно лишь попросить меня об этом.
Я только рявкаю, что парочка могла бы выбрать подходящее время и место для встреч, а не торчать в библиотеке.
Я не собираюсь использовать эту информацию против драконессы, но покрывать этого мерзкого перевёртыша не хочется. Ещё я помню, что Рихеза, сестра генерала Вэрана Ормс. А от этой семейки лучше всего держаться подальше.
Да, ну и вкус у этой гордячки! Если честно я считала, что драконесса умнее. Неужели она не видит, что этот росомаха наглый мерзавец? У него же на лбу большими буквами написано - подлец! Хотя? Любовь зла. Полюбишь и росомаху! Дальше можно не продолжать. Если конечно драконесса способна кого - то любить, кроме себя.
Закончив уборку, мы с девочками отправляемся в ванну, а затем ложимся спать. В спальне постоянные сквозняки, дрова экономят, поэтому стоит холод. Нам повезло, госпожа Салли выделила каждой из нас по два одеяла. Укутавшись потеплее, я проваливаюсь в сон.
Утром, перед завтраком на лестнице ко мне подходит барышня, одетая форму горничной. Я очень удивлена, так как считала, что Учебный совет сократил всю прислугу в Академии. Оказалось, что это горничная, которая прислуживает драконесам.
Рихеза Ормс сама платит жалование этой девушке, которая прислуживает ей и Клер Райтон. Молодая особа, представилась Сарой и сообщает мне, что драконесса Рихеза Ормс ждёт меня в библиотеке.
Я прекрасно понимаю, зачем меня вызывает эта девица. Опять будет угрожать или кичиться именем своих братьев. Как будто я не знаю, что один из них мерзавец!
Я отвечаю Саре, что встречаться с драконессой не буду. Но велю передать, что ей не о чем беспокоиться, я не выдам её тайну и никому не скажу, о том, что видела вчера.
Неделя пролетает очень быстро. Учёба, дежурства, подготовка домашнего задания, работа в теплице. В среду я иду навестить Верону. Мы пили горячий нис с пирогом, который прислал хозяин таверны "Белая утка". Пирог оказался очень даже вкусным. Я заключила очень выгодную сделку. Хотя, наверное, это был шантаж? Согласна, не самый красивый поступок в моей новой жизни. Тем не менее я не жалею об этом.
В пятницу я учила Николь варить мыло из растительного сырья. Доктор Гилмор подарил Вероне в Сочельник пузырёк розового масла. Моя подруга пожертвовала нам несколько капель, чтобы убрать отдушку от сырья. Мыло получилось вполне себе ароматным. И хотя Николь настаивает, чтобы половину сваренного мыла я забрала себе, я отказываюсь.
Я прекрасно понимаю, что Николь и её сестре Айрис нелегко живётся в Академии. Родители девушек простые крестьяне, они не имеют возможности помогать дочерям материально. И хотя до войны их семья была очень зажиточной, сейчас финансовое благополучие семьи Дайн резко изменилось в худшую сторону. Две недели назад, Николь поскользнулась и неудачно упав, порвала свой и без того не новый плащ. Урон нанесён серьёзный, вещь не поддаётся починке. Поэтому Николь уже две недели может выйти на улицу.
У сестёр одна теплица на двоих, где они выращивают в основном лекарственные травы. Айрин оканчивает третий курс лекарского факультета, и ей требуется постоянно упражняться в изготовлении лекарств. Поэтому в теплице не хватает места, чтобы посадить необходимые овощи, зелень или ягоды. Иногда Никки удаётся продать травяные сборы на рынке, но выручить за них сумму, которой бы хватило для двух девушек, просто нереально.
Николь понимает, что на продаже одних травяных сборов не заработаешь даже на самое необходимое. Именно поэтому девушка попросила меня научить её варить мыло.
В воскресенье, после завтрака, я приношу Николь коричневую накидку с бобровым воротничком, которую мне отдала госпожа Салли. Я понимаю, что эта накидка сейчас нужнее Никки. Не может девушка постоянно сидеть в кампусе. Николь радуется, и с радостью наряжается в мою накидку, заявляя, что отправляется на рынок. Там она надеется продать мыло.
Я достаю из шкафа свою старенькую выцветшую тонкую накидку, неопределённого цвета. Сегодня мне придётся пойти в ней. Верона попросила отнести грудной сбор для сына тётки профессора Нейта, госпожи Бьянки Мортон. Я не недолюбливаю эту женщину, но отказать в такой простой просьбе моей подруге не могу.
Мы вместе с Николь выходим из ворот Академии и направляемся к реке. По дороге болтаем о рецептах приготовления детских мазей. Прохожие вполне могут принять нас за родных сестёр. Мы обе одного роста, чрезвычайно стройные, а точнее худые, темноволосые, одеты в форму адепток Академии. Даже прически одиниковые, коса - колосок. Вот только моя накидка очень старая, и откровенно говоря, не украсит даже огородное пугало. Ну и ладно, я же не на бал иду. А Николь идёт в город, на рынок. Ей накидка с бобровым воротничком нужна больше чем мне.
Недалеко от улицы Белошвеек мы с Николь попрощаемся. Я сворачиваю направо, направляюсь к дому госпожи Мортон. Николь идёт на рынок.
Через полчаса возвращаюсь в Академию. Я решаю не заходить в кампус, так как мне предстоят совсем иные дела.
Первым делом отправляюсь в дом супругов Нейт. Поднимаюсь в комнату, которую уже считаю своей. Вытаскиваю из-под кровати небольшой узелок. Именно в нём я храню вещи покойного Вария Линца, найденные в аптекарской карете.
Сейчас я борюсь с огромным желанием бросить этот злосчастный узелок в печь, чтобы забыть обо всём, что с ним связано навсегда.
Однако, это было очень неразумно. Самый родовитый дракон Империи знает, что произошло с агентом Тайной Канцелярии и кто именно виноват его убийстве. Кто знает, возможно, эти вещи мне ещё пригодятся? А если не мне, то кому-либо из моих близких.
По совету Раймонда Нейта я должна надёжно спрятать эти вещицы. Именно сейчас я этим и займусь.
С кошельком монет, которыми меня одарил генерал Вэран Ормс, я уже разобралась.
Спрятав кошель в маленький деревянный туесок, плотно завернув в кусок мешковины, я закопала его в правом углу своей теплицы.
Аккуратно переложив узелок в небольшой глиняный горшок, плотно закрываю его крышкой. Затем беру толстую свечу и зажигаю её. Растопив немного воска, поливаю им крышку горшочка. Получается своеобразная вакуумная покрышка. Теперь воздух не попадёт в горшок, значит, не испортит чернила.
Горшок я также уношу в свою теплицу и закапываю в противоположном углу от того, где прячу деньги. Сверху ставлю высокий деревянный ящик с рассадой огурцов.
Сейчас я от всей души надеюсь, что история с убийством помощника мейстера Вария Линца наконец-то закончится и больше не будет меня преследовать.
На ужин я жарю куриные котлеты, решив подать их вместе с картофельным пюре. Верона готовит овощной салат с зеленью. Вчера ей удалось сорвать первый жёлтый сладкий перчик в своей теплице.
Я обожаю тихие семейные ужины в этом доме. Верона постоянно задаёт мне вопросы о моей прошлой жизни. Я рассказываю ей о передовых технологиях лечения детских и взрослых болезней, литературе, истории, культуре.
Эти неторопливые беседы, остроумные опусы профессора Нейта, тихий смех Вероны дают мне чувство защищённости и принадлежности к чему-то большему.
Вернувшись в кампус, я встречаю в коридоре обеспокоенную Айрин Дайн и мою подругу Амалию. Оказывается, что Николь до сих пор не вернулась. Они уже трижды ходили к воротам и спрашивали сторожа, не пришла ли девушка?
Айрин вновь идет в сад, чтобы убедиться, что её сестра не ушла копаться в теплицу. Амалия обходит прачечную, баню, которая закрыта, библиотеку, но нигде не может найти подругу.
Я спускаюсь на второй этаж, чтобы расспросить девушек, вдруг кто-то из них, видел Николь. Сообща мы решаем, что отправимся на поиски Николь. Однако, мейстер Умлис, который дежурит сегодня вечером, категорически отказывается выпустить нас из Академии в такой час.
Уже стемнело, спустя час дежурные заставляют нас укладываться спать.
Николь Дайн так и не вернулась в Академию.
Мы проворочались практически всю ночь, едва ли уснув на пару часов. Слишком волнуемся о нашей подруге.
Рано утром, на рассвете я бужу Амалию и мы спешно собираемся. Плохое предчувствие грызёт мне душу.
Николь так и не появилась. Что с ней случилось? Где она ночевала? У сестёр Дайн нет родственников в этом городе.
Айрин бежит к воротам и вновь спрашивает сторожа о том, не появлялась ли её сестра?
Я по привычке, вновь бегу к Раймонду Нейту со своей бедой. Профессор только- только проснулся, однако, терпеливо выслушав меня и обещает помочь.
После завтрака, я иду к госпоже Саломее Талбот, она может посоветовать, где и как искать Николь.
Лисана Картье вместе с Айрин собирается идти в Городскую Управу, чтобы подать заявление на розыск Николь.
Раймонд Нейт отпросился со службы и отправляется на поиски. Он должен зайти в больницу для бедных и нуждающихся, два госпиталя, и три приюта. Возможно, Николь потерялась или заблудилась. Есть надежда, что девушка, не рискнув по темноте идти в Академию, пошла в приют или госпиталь.
Мне и Амалии остается только ждать.
В полдень возвращается профессор Нейт. Он выглядит уставшим и очень расстроенным. Его остекленевший взгляд, говорит сам за себя.
Раймонд Нейт сообщает, что три часа назад на окраине города, дворник обнаружил труп девушки в форме адептки Академии. При ней значок и сумка, в которой тетрадь с рецептами лекарственных сборов. Также на девушке надета коричневая накидка с бобровым воротником.
Дознаватель из Городской Управы сказал, что девицу пытались ограбить, а она оказала сопротивление. Кошелек и корзину с мылом не нашли.
Через полчаса в Академию приезжает сам дознаватель и младший секретарь из Городской Управы. Первый хочет установить личность убитой, а также поговорить со свидетелями, кто видел её в последний раз.
Второй разыскивает родственников, кому можно выписать или выслать лист о смерти, а также необходимости сделать запись в приходской книге города Корсунь.
Всё происходило как будто в дурном страшном сне.
Айрин бьётся в истерике, обвиняя себя, что не смогла уберечь сестру. Амалия кричит на дознавателя о необходимости найти убийцу. Лисана Картье утверждает, что она самый опытный перевёртыш в Академии. У неё лучший нюх в округе, и требует показать место убийства. Она сможет взять след убийцы. Также добавляет, что с удовольствием сама его покарает.
А я как будто окаменела. Получается, я была последней, кто видел Николь живой.
Я не знала, что говорить, не могу плакать, не знаю, как утешить Айрин Дайн.
Младший секретарь Городской Управы отправляется в канцелярию Академии.
Айрин лишилась чувств, доктор Гилмор относит её лазарет.
И только профессор Нейт указывает на необходимость заняться похоронами Николь.
Дознаватель просит Амалию рассказать, что вчера утром и днём делала покойная Николь.
Как странно, подумала я.... Вчера утром мы стирали бельё в прачечной, потом упаковывали мыло. Мы болтали, улыбались, и как будто бы забыли на несколько минут о всех проблемах, которые нас окружают. Вчера Николь была жива. Она училась, улыбалась, мечтала. А сегодня её уже нет.
Подойдя ко мне, господин дознаватель раздражённым тоном задаёт несколько вопросов. Его интересует, как вела себя Николь, куда она направлялась? Сколько времени было, когда мы расстались на улице Белошвеек?
Я рассеянно отвечаю на его вопросы, понимая, что ещё не скоро смогу прийти в себя.
Дознаватель требует, чтобы завтра я пришла в городскую управу и дала показания, под запись.
Сейчас ему некогда, он спешит. У людей его ранга очень много работы. В городе беспорядки, грабежи, убийства, поджоги.
Вчера, поздно вечером, недалеко от Академии сгорела таверна "Белая утка". Хозяин и двое слуг погибли в огне.
Глава 32. Прощание…
Все последующие дни можно обозначить только одним словом - туман. Туман за окном, на улице. Туман в мыслях. Туман в голове. Туман в душе.
Я с трудом нашла в себе силы, чтобы пойти к дознавателю и дать показания. Ничего нового я не узнала. В стране война, в городе орудуют воры и перебежчики, на рынке бешеные цены. Николь пытались ограбить, она оказала сопротивление, поэтому её убили.
Версия вполне правдоподобная, если бы не одно но... При ограблении, воры могут ткнуть ножом или заточкой в грудь или брюшную полость,но не станут перерезать горло жертве. Хлопотно, да и крови слишком много.
Мне не составило большого труда сложить два и два. Особенно после того, как я узнала, что в тот же вечер произошёл поджог таверны "Белая утка".
Либо мейстер Ярош зачищает следы, возможно по приказу принцессы Ядвиги и генерала Райтона. Либо это генерал Вэран Ормс выполняет приказ своего принца, который опять же покрывает свою сестру.
Я прекрасно понимаю, что Николь стала случайной жертвой. Убийца просто перепутал девушек.
Мы обе одинакового роста, худые, темноволосые, с одинаковой причёской. На обеих форменные платья адепток Академии. Вот только накидки у нас разные.
Именно моя коричневая накидка с бобровым воротничком была на Николь в тот злополучный день. Возможно, она и стала ориентиром для убийцы. Меня выследили. Как бы ни старалась я спрятаться в стенах Академии, меня всё равно выследили. Спасибо драконам.
Я представляю собой угрозу.
В любом случае, когда станет понятно, что убили не ту девушку, то убийц снова подошлют уже ко мне.
Это моя вина, что Николь убили. И мне придётся жить с этим чувством.
Айрин Дайн безутешна. Она никак не может смириться со смертью сестры. Никакие слова её не утешат, не принесут ей облегчения. Её страдания тоже на моей совести.
Ещё одним ужасным и неприятным событием, становится сообщение от Учебного Совета Академии, что они не несут никакой ответственности за похороны Николь Дайн. Академия находится в тяжёлом финансовом положении, поэтому денег на похороны погибших адептов нет. Погребением должны заняться родственники покойной.
У Айрин Дайн нет таких денег. Родители девушек живут далеко на Западе, в деревне. Пока они получат письмо, если оно вообще дойдёт до них, пройдёт несколько недель.
Лисана Картье занялась сбором денег на похороны Николь. Но мы все понимаем, что большинство адепток не богаты. Да, среди нас учатся дети богатых купцов и магов, но в связи с военными действиями, многие семьи оказались на грани финансового краха. Среди перевёртышей богачей тоже не водится.
Доктор Гилмор обратился к Учебному Совету с просьбой организовать помощь для похорон Николь. Магистр Джарвис дал чёткий ответ, средств нет. Единственное, что они могут сделать, это выделить деньги на похоронный саван.
Тело Николь не могут держать в морге городского госпиталя бесконечно.
Профессор Нейт сказал, что завтра Николь похоронят в общей могиле, вместе с умершими бедняками, бездомными, сиротами из приюта. Если только мы не найдём деньги на достойные похороны.
Лисана смогла собрать чуть больше одного сольда. Ещё сорок медяков дал доктор Гилмор и Одетта Тремашко.
Раймонд Нейт сказал, что заложит свои запонки в ломбарде, и у моей подруги будут достойные похороны. Я ужу решила, что не приму такой жертвы от своих друзей. В конце концов, у Раймонда беременная жена, которую он и сам не может содержать, не смотря на то, что старается, как может.
Я отправляюсь в свою теплицу выкапываю деревянный туесок в котором спрятала кошель с деньгами. Как не противно осознавать, но эти деньги сейчас нужны.
Девица Элен сейчас рыдала бы от горя и бессилия. А Елена Евгеньевна Солдатова, которая живет в её теле, прекрасно понимает, что ни в этой жизни, ни в прошлой, нет ничего бесплатного. Кроме сыра в мышеловке.
Хотя девица Элен, как раз таки попала в эту мышеловку, ловко расставленную драконами. Пусть эти деньги обеспечат достойные похороны Николь.
Я точно не знаю, сколько будет расходов, поэтому решаю взять весь кошель с собой.
Закопав ямку, ставлю лопату в угол и решаю сходить к госпоже Салли. Мне требуется её совет.
Я очень удивлена, когда встречаю в кабинете экономки, больше напоминающий склад, драконессу Рихезу Ормс.
Не знаю, о чём она беседовала с госпожой Салли, но строгая экономка рассыпается в благодарностях.
Оказалось, что драконесса вызвалась оплатить похороны Николь Дайн.
- Мы не нуждаемся в благотворительности драконов, - ледяным тоном говорю я, - Обойдемся своими силами. К тому же вы никогда не были друзьями с Николь.
- Возможно. Но я хотела бы помочь, ведь у меня есть такая возможность, - тихо, но твёрдо произносит Рихеза Ормс, - Сейчас не время проявлять гордость. К тому же я хочу помочь не тебе, а сестре твоей подруги.
- С каких пор, драконы помогают просто так? - гневно спрашиваю я.
У этой высокомерный дряни, хватает наглости говорить о помощи, когда именно её брат виноват, пусть даже косвенно в убийстве Николь.
Я вижу, что на столе госпожи Салли лежит красный бархатный кошель с вышитой эмблемой. Очевидно, это кошель с деньгами драконессы.
- Друзья Николь сами организуют её похороны, - громко и резко говорю я, - До вчерашнего дня, ты даже не знала, как зовут этих девушек. Они же простые крестьянки. Разве высокородные драконессы знают по именам простых адепток из крестьян? Тогда к чему это лживое сочувствие?
- Я хочу помочь семье твоей подруги, - в третий раз спокойно говорит драконесса, - Мне не нужно знать всех по именам, но это не мешает мне сочувствовать чужому горю.
- Мы не нуждаемся ни в чьей помощи!
- Тебе может быть моя помощь и не требуется, - спокойным тоном убеждает драконесса, - Она требуется Айрин Дайн, чтобы проводить сестру в последний путь, к Богине-матери.
Мне хочется вцепиться в волосы этой высокомерной наглой гордячки. А ещё хочется кричать, выть от горя и бессилия.
Я прекрасно понимаю, что Николь к жизни это не вернёт. Как и не принесёт облегчения моей совести. Моя ссора с драконессой не облегчит страданий Айрин. Саломея Талбот видит мои колебания. Она решительным голосом говорит, что друзья и родственники Николь всегда будут благодарны драконессе за столь щедрый дар.
Мне же следует сказать спасибо госпоже Рихезе Ормс и приготовить успокоительную настойку для Айрин. А для себя заварить успокоительный сбор.
Рихеза Ормс, снисходительно смотрит на меня и говорит:
- Я сочувствую тебе. Ты потеряла близкую подругу. Я знаю каково это, терять близких.
А мне хочется кричать, что это твой проклятый брат виноват в том, что мою подругу Никки Дайн убили. Эти проклятые ящерицы виноваты во всех моих бедах. И не только в моих.
Драконесса ещё раз просит госпожу Салли помочь с организацией похорон. Она благодарит экономку и выходит из кабинета, плотно затворив дверь.
Саломея Талбот ничего не говорит мне. Она лишь составляет список того, что нам потребуется.
У меня нет сил, чтобы спорить и что-то доказывать кому-то. Я возвращаюсь в дом профессора Нейта.
Раймонд видел, как я иду по садовой дорожке, и заранее открывает мне входную дверь.
Он выражает соболезнования и крепко обнимает меня. Я могу только громко рыдать на его плече...
Много лет спустя, я осознаю, что именно в тот день я поняла, как важно иметь твёрдое мужское плечо, на которое можно опереться.
В моей прошлой жизни не нашлось мужчины, на которого я смогла бы положиться, которому могла бы безоговорочно доверять. Да, я была замужем, но надёжного друга и защитника в лице мужа так и не нашла.
Боги, спасибо, что в этой жизни вы послали мне Раймонда Нейта.
Мы очень долго разговаривали в тот день, сидя в кабинете профессора. Раймонд и сам догадался, что убийство Николь не было ни попыткой ограбления, ни несчастным стечением обстоятельств.
Он лишь дал мне совет, принять то, что случилось, не пытаться искать виноватых, и отпустить Николь с миром.
Мне приходится вновь пойти в теплицу и закопать кошелёк с деньгами. Я хотела, чтобы эти деньги пошли на похороны Николь, но и здесь драконы опередили меня.
На следующее утро были запланированы похороны Николь. Преподаватели не стали отменять лекции, отпустив лишь только самых близких подруг покойной.
За завтраком я не мог проглотить ни ложки, как не уговаривает меня поесть Амалия Картье.
Отпевание пройдет в церкви Святой Амиры, дочери Богини - матери, которая находилась на территории Урдольского монастыря. Место выбрано не случайно, так как именно на монастырском кладбище и будет похоронена Николь.
Храм выглядит довольно скромно. Здесь нет ни иконостаса, ни икон в пышном обрамлении. В середине зала находится алтарь. Слева и справа подставки для Книги Жизни, которая рассказывает историю создания Гардарики и всего живого. Возле каждой книги, большого размера находится поставец и кандило.
Рядом с алтарём стоит гроб с телом Николь, по бокам подсвечники с белыми поминальными свечами.
Тело покойницы уложено в лакированный светлый гроб из южного клёна. Айрин настояла, чтобы её сестра отправилась последний путь к Богине-матери в своём самом красивом платье. На девушке надето красивое голубое суконное платье с вышивкой. Шея перетянута белым шёлковым шарфом, чтобы скрыть чудовищную рану, которая стала причиной её смерти.
Николь показалась мне такой маленькой и хрупкой, почти ребёнком. Именно такой я её и запомню.
У меня нет чёрного траурного платья, которое можно было бы надеть на похороны. Поэтому я отправилась проводить свою подругу в последний путь в старом шерстяном синем платье, в форме адептки Академии.
Сегодня утром Верона смогла нарвать цветов в общей академической оранжерее, и сделать небольшие букетики. В моих руках маленький букетик нарциссов. Именно эти нежные жёлтые цветы с тонким ароматом будут провожать Ники в последний путь.
Николь похоронили на кладбище Урдольского монастыря. Находясь на кладбище, я практически сразу же понимаю, что далеко не каждому выпадает честь хоронить своих родных и близких в этом месте. Слишком богатыми выглядят усыпальницы монастырского кладбища. Становится понятно, что здесь похоронены далеко не бедные и простые люди. Присутствуют здесь большие мраморные саркофаги, изящные надгробные плиты и рельефные мраморные гробницы. У некоторых могил портретные барельефы. На некоторых надгробиях выбиты эпитафии.
Гроб с телом Николь опускают в землю, затем священнослужитель читает заупокойную молитву и сообщает, что мы можем попрощаться с Николь.
Амалия и Айрин громко плачут, позади меня тихонько всхлипывает Верона, которую утешает муж. Саломея Талбот тихо шепчет молитвы. Обе драконессы одетые в чёрные шёлковые траурные платья выглядят холодными и отстранёнными. Лисана тихонько утирает слёзы.
Я стою совершенно одна, и чувствую себя ничтожной, одинокой, потерянной, и абсолютно беспомощной.
