Тайна синеглазого короля

Кожа Лагорна трескается, миг — и вот уже в небо взмывает дракон. Сердце падает в пятки, когда он закладывает вираж, кажется, что вот-вот спикирует и ударит когтями. Но он просто красуется, а потом летит прочь.

— Ты как? Цела? Покажись.

Горячие руки обтирают моё лицо от грязи, обхватывают его. Рейден впивается в меня взглядом. Странно, но я словно чувствую, как часто сокращается сердце в глубине могучего тела.

— Я в порядке, — отвечаю и отвожу глаза. Когда мы вот так рядом, становится не по себе. Это не та тревога, что внушает мне кровавый отблеск в глазах Лагорна. Но от неё тоже дрожат руки и пересыхает горло. — Нужно найти Нию раньше него, этот урод… Он на всё способен.

И словно в насмешку надо мной, девичий крик пронзает тёмную синеву неба.

Я озираюсь, пытаюсь понять, куда бежать. Хватаю Рейдена за локоть и трясу, обезумевшая от ужаса:

— Пожалуйста! Её нельзя ему отдавать!

— Прости. Это незыблемое правило. Один дракон может поймать лишь одного раба. Если я сделаю это, то уже ничто не помешает Лагорну напасть на тебя, на его стороне будет всё племя. Она носит его ошейник, Кера.

Горячие слёзы текут по моим щекам. Я не понимаю, что он говорит. Это всё какая-то чушь. Какая охота, какие правила? Там убивают человека! Мою единственную подругу!

— Ты же король драконов! — срываюсь я и кричу. — Король! Сделай свои правила!

— Тебе сложно это понять, я знаю. Но вековые традиции — не пустой звук для нашего племени.

— Да ты ведь уже отнял у него добычу, дьявол вас всех разорви. Это ты сказал, что королевская власть выше правил. Ты! — Меня раздирает изнутри, я толкаю его в грудь, отпихиваю: — Ничтожество! Бесполезный! Ошейник на мне, но ты сам раб!

Он содрогается, как от пощёчины.

Перехватывает мои руки. Я сжимаюсь в ожидании боли, но хватка лишь не даёт колотить его и дальше. Долгий взгляд Рейдена обжигает меня, вдоль позвоночника струится холодок.

Последний солнечный луч иссякает, покрывало ночи падает на холмы. Ещё один крик пронзает мне сердце. Дракон коротко выдыхает.

А затем перехватывает ладонь и мчится в ту сторону. Я едва успеваю переставлять ноги, спотыкаюсь, но не время жаловаться — нужно спешить!

За одиноким дубом перед нами вырастает колесо из металла, столь огромное, что приходится запрокинуть голову. Оно торчит из земли стоймя, из центра расходятся стальные прутья.

С трудом можно различить, как на самой вершине стоит мужчина. Одной рукой он держится за прут, а другой… Я в ужасе прижимаю руки ко рту. Девушка болтается в воздухе без опоры, лишь рука на горле удерживает несчастную от падения вниз.. Её пушистые светлые волосы нельзя не узнать: роскошная копна, которую с детства не могла удержать ни одна заколка.

— Сел… — я всхлипываю. Всё размывается от слёз. — Ния…

Сколь проще было, когда опасность грозила мне! Но здесь, внизу, я ещё беспомощнее, чем под тушей Лагорна, могу только смотреть.

Рейден идёт к колесу, под его шагами громко шуршит гравий. Его походка не выдаёт и тени колебаний — это неожиданно вселяет в меня силы. Отмираю и бегу за ним.

— У меня есть идея, — говорю тихо, — закинь меня наверх.

— Нет. Оставайся здесь. А ещё лучше — спрячься.

— Пожалуйста!

— Я помню, что жизнь рабыни пугает тебя больше смерти. Но не дам тебе убить себя таким глупым способом.

— Да послушай же меня. Эй. Эй! — Я стискиваю кулаки. Обхватываю его запястье, вынуждая остановиться: — Рейден!

Он вдруг быстро моргает.

— Первый раз зовёшь по имени.

— Потом порадуешься. Я не могу оставаться в стороне. У меня больше никого нет, кроме Нии, понимаешь? Только она на всём свете! Если я буду там, то смогу отвлечь его или обмануть. Предложить сделку. Что угодно. Лишь бы… Лишь бы от меня был толк.

Дракон не хочет этого делать, я вижу. Но всё же он кивает. Меняет ипостась, в этот раз лишь частично: по лицу пробегает гримаса напряжения, и за спиной разворачивается два кожистых крыла. Он подхватывает меня и устремляется вверх.

Вдали от нагретой за день земли куда холоднее. Порывы ветра такие сильные, что колесо ощутимо дрожит под ногами. Я хватаюсь за металл так, что никакая сила в мире не разожмёт пальцы. Лагорн следит за нами, выжидает. Ния хрипит и царапает его руки, поджимает ноги в попытке зацепиться хоть за что-то.

— Готов признать, — говорит Рейден. Он смотрит только вперёд, на углах челюсти играют желваки. — У тебя есть вкус. Твоя рабыня хорошо смотрелась за ужином. Хочу попробовать и её тоже. Ты обещал десерт, которого так и не случилось.

— Аппетит разыгрался? Вон твой десерт, — мелко хихикает Лагорн. — А это моё. Но если так хочешь… Могу поменяться.

Чёрный взгляд падает на меня. Сердце подскакивает к груди и ломится наружу, сокрушает рёбра в труху. Лицо Нии багровеет на фоне ночного неба. Если другого выбора не останется… Я соглашусь. Пойду на это. Лишь бы спасти её.

— Мы не на рынке, старый друг. Я забираю обеих.

Лагорн выщерил клыки:

— Жадность свойственна всем нам, но ты переходишь границы.

— Границы? — У меня замирает под ложечкой от предчувствия. — Я твой король!

Слова Рейдена сотрясают всё колесо до основания. Пронзительный скрежет бьёт по ушам, колесо накреняется. Я вжимаюсь в прутья всем телом. Не смотреть вниз. Только не смотреть вниз.

Молчаливая дуэль драконов. Глаза Лагорна светятся багровым в темноте. Мне не видно лица Рейдена, лишь его раскрытые крылья и сжатые в кулаки руки. Но я и так могу представить голубой свет, которым горят его глаза.

Кажется, что проходит целая вечность. Все мои нервы натянуты до предела, и каждый — содрогается мелкой дрожью. Руки Нии вдруг безвольно падают. Крик застревает у меня в горле.

— Скука, — цедит Лагон. — Я думал, она хотя бы побрыкается. Как эта.

Мне нет дела до его сальных ухмылок. Дракон отшвыривает Нию, как ненужную тряпку, она бьётся о прутья рядом со мной. Я обхватываю её одной рукой, чтобы не дать соскользнуть с края широкой балки.

— Теперь ты мне должен, — говорит Лагорн тихо. — Запомни этот момент.

Это звучит гораздо серьёзнее, чем всё, что он говорил сегодня. Плохое предчувствие отравляет радость осознания: Ния жива! Она всё ещё без сознания, но дышит.

Пока я отвлекаюсь на неё, драконы меняют ипостась.

Зелёный улетает сразу же. Чёрный, зависнув над колесом, осторожно подхватывает нас огромными когтями. Я обнимаю Нию, и в этой странной клетке мы поднимаемся в воздух.