Техно-пророчество имени П.Р.О.Р.О.К.А

!ГЛАВА 1. УТРО, КОТОРОЕ НАЧАЛОСЬ НЕ С КОФЕ

За окном моросит холодный дождь. Не просто моросит, а с каким-то зловредным энтузиазмом барабанит по подоконнику, будто отрабатывает сверхурочные. Серый рассвет сочится сквозь немытое стекло, превращая комнату в декорации к фильму ужасов категории «Б». Восемь сорок семь. Телефон, зарывшийся где-то в складках одеяла, звонил двадцать минут назад, но я его отключила во сне, приняв за особо навязчивый кошмар. Сейчас он вибрирует без звука, накапливая непрочитанные, как тот самый снег, который обещали, но так и не выпал.

Просыпаюсь не от будильника. Просыпаюсь от осознания, что дышать стало технически невозможно. На груди, с чувством выполненного долга, сидит Байт. Восемь килограммов наглой, пушистой самоуверенности, которая давно уже продавила мой диван до состояния персонального гамака. Он не просто требует завтрак — он взимает дань. Смотрит на меня зелеными глазищами с выражением: «Ну? Я жду. Твоя никчемная человеческая жизнь снова начинается с моей милости».

— Байт, — хриплю я, пытаясь спихнуть кота. Голос звучит как у персонажа хоррора, который вот-вот умрет, но еще надеется дожить до титров. — Ты программа-вымогатель. Ты хоть понимаешь, что вискас — это криптовалюта? А у меня сегодня курс упал. Технический дефолт. Дефолт, Байт!

Кот даже ухом не ведет. Только сильнее впивается когтями в одеяло, прожигая взглядом дыру в моем и без того сомнительном запасе терпения. Вздыхаю. Сдаюсь. Аккуратно, как сапер, выскальзываю из-под него и босиком шлепаю на кухню.

Лего я не видела уже месяц. Оно лежало в коробке. В прошлые выходные приходила племянница, и мы клятвенно собрали его обратно. Но нет. Оно меня нашло. Нога находит конструктор с ювелирной точностью, будто пластиковый кубик специально поджидал в темноте, чтобы впиться острыми углами прямо в пятку.

Звук, который я издаю, похож на запуск реактивного двигателя, смешанный с бранным заклинанием.

— Да чтоб твой API сломался! — ору на одной ноге, прыгая к холодильнику. — Чтоб у тебя патч не установился! Чтоб тебя заDDOSили!

Холодильник открывается с видом «ну и что ты хотела тут найти?». Встречает пустотой и запахом вчерашней безнадеги. Йогурт с истекшим сроком, засохший сыр, банка маринованных огурцов, открытая еще на прошлых выходных. Смотрю на этот ассортимент с философским смирением человека, который уже проиграл, но старается держать лицо.

— Ну хоть сыр не шевелится, — сообщаю Байту, который уже материализовался в дверях. — Уже прогресс.

Кот запрыгивает на стол и начинает демонстративно вылизываться, игнорируя пустую миску. Классика кошачьей психологии: «Я не прошу. Я просто намекаю, что ты — никчемное существо, не способное обеспечить базовые потребности высшего существа».

Насыпаю ему корм. Наливаю воду. Себе завариваю растворимый кофе. Вернее, его жалкие остатки — заливаю кипятком коричневую пыль на дне банки и надеюсь на чудо. С чашкой этой сомнительной жидкости плетусь к ноутбуку.

Пятнадцать непрочитанных. Восемь — мемы от Кости-тестировщика. Два — от начальника с темой «Срочно!» и пустым телом письма, потому что Игорь Викентьевич так и не научился пользоваться почтой. Остальное — флуд в общем чате.

Пролистываю. И натыкаюсь на сообщение от Марка. Новенького. Того самого, которого я еще не видела, но уже ненавижу с подозрением. Отправлено в три часа ночи.

«Коллеги, кто знает, где купить амулет от сглаза для сервера? А то у нас вчера база данных упала, явно порчу навели. Или, может, просто свечу поставить? Напишите в личку, если есть проверенные мастера. С меня благодарность и энергетика)!»

Закатываю глаза так сильно, что на секунду вижу собственный затылок.

— Байт, — поворачиваюсь к коту, который уже доел и теперь довольно жмурится. — Кажется, у меня будет новый коллега. И он идиот. Полный.

Байт смотрит на меня с выражением «ты только сейчас это поняла?». Медленно, с чувством собственного достоинства, падает на бок и подставляет пузо. Типа «чеши, если не хочешь, чтобы я умер с голоду, пока ты там с идиотами работаешь».

— Ипотека, Байт, — вздыхаю я, чеша кота. — Ради ипотеки мы это терпим. И ради вискаса. Ты вообще помнишь, кто тебе вискас покупает?

Байт молчит. Но в глазах читается: «Ты. И поэтому я тебя пока терплю». Отворачиваюсь к ноутбуку, допиваю кофе-мечту и начинаю собираться. За окном все так же моросит. Впереди рабочий день, новый коллега-шаман и куча кода, который никто не писал, кроме меня. Жизнь, определенно, удалась.

Выхожу из такси и поднимаю голову к небу. Дождь усилился, превратив ноябрьский день в безнадежные сумерки. Бизнес-инкубатор «ТехноПарк-5» встречает меня грязными окнами, облупленной вывеской и вечно сломанной турникетной вертушкой. Наша контора арендует здесь угол уже третий год, и за это время я успела возненавидеть этот запах — смесь дешевого кофе, нагретого пластика и человеческой безнадеги.

Лифт не работает, конечно. Поднимаюсь пешком на четвертый этаж, перепрыгивая через лужи на лестнице. Толкаю дверь с табличкой «ООО «Код Абсурда». Девиз: «Мы сделаем это вчера».

В лицо ударяет знакомый запах. Пахнет так, как пахнет в местах, где люди проводят больше времени, чем дома. Прохожу к своему столу, и сердце пропускает удар. Кружка стоит не там. Кто-то посмел передвинуть мою кружку с логотипом «Я люблю тестировщиков» (ироничный подарок Кости) на целых пять сантиметров влево.

Молча ставлю её обратно. Сверлю взглядом отдел маркетинга. Там делают вид, что очень заняты.

— Арина! — из кабинета вылетает Игорь Викентьевич. Начальник в дешевом костюме, с золотой цепью поверх рубашки и сияющей лысиной. Он похож на персонажа из 90-х, который случайно забрел в IT и теперь не знает, как отсюда выбраться. — Зайди! Радость!

Захожу. В кабинете пахнет коньяком и оптимизмом. Игорь Викентьевич потирает руки так энергично, что, кажется, сейчас задымится.

— Мы выиграли грант! Платформа «Красный Квадрат» дает деньги на разработку приложения! Представляешь?!

— Мы всегда что-то выигрываем, — осторожно говорю я, садясь на стул. — В прошлом месяце выиграли спор с налоговой. В позапрошлом — две недели больничного для Кости после твоего корпоратива.

— Это другое! — он взмахивает руками. — Миллион! На разработку приложения для предсказания апокалипсиса!

Медленно поднимаю руку.

— Игорь Викентьевич. Мы калькулятор налогов два года делали. С калькулятором. Налогов. У нас даже проценты считались через раз. Ты уверен?

— Ариночка, — он садится напротив, доверительно наклоняется. Запах коньяка усиливается. — Там такие деньги! Апокалипсис — это модно. Люди хотят знать, когда все умрут. Это же психология!

— Это идиотизм, — поправляю я.

— Это бизнес! — он не слушает. Он никогда не слушает. — Я уже нашел тебе напарника! Фронтендер, гений, креативщик! Говорит, в Яндексе работал, кристаллы расставлял на серверах — и сервера не падали месяц!

Замолкаю. Просто смотрю на него. Он воспринимает это как согласие.

— Завтра выходит! Познакомитесь! Всё, иди работай, техзадание скину!

Выхожу из кабинета. На рабочем месте меня уже поджидает Маша из бухгалтерии — женщина бальзаковского возраста, крашеная блондинка с идеальным маникюром и страстью к сплетням, которой позавидовала бы любая светская хроника.

— Ариш! — она подскакивает ко мне, стреляя глазами по сторонам. — Ты слышала про нового? Марк его зовут. Говорят, он на собеседовании карты Таро раскладывал! Прямо на резюме! Сказал, что карты показали — он нам подходит!

— Маша, — вздыхаю я, включая компьютер. — Лишь бы код писал нормально. Мне плевать, на чем он гадает, хоть на кофейной гуще.

— А вдруг он сектант? — Маша округляет глаза. — Вдруг они тут всех завербуют? У меня дочка, между прочим!

— Маша, у дочки муж и двое детей, — напоминаю я. — Ей уже поздно в секту. Иди лучше отчеты доделай.

Маша обиженно уходит, но через минуту возвращается и подкладывает мне на стол конфету. «Нервы». Улыбаюсь. Маша — дура, но добрая.

Открываю техзадание. Читаю. «Приложение на основе нейросетей должно предсказывать вероятные сценарии конца света с точностью 99.9%. Использовать Big Data, машинное обучение и анализ глобальных трендов».

Смотрю в окно. Там моросит дождь. Мир катится в тартарары, но как-то вяло, без энтузиазма.

— Проще рандомайзер поставить, — бормочу под нос. — Будет выдавать «Бобро пожаловать в ад» каждый вторник. И точность 100%, потому что вторник — это уже маленький апокалипсис.

Костя-тестировщик, сидящий через ряд, оборачивается и поднимает большой палец.

— Арина, ты гений! Рандомайзер — это гениально! Я бы даже платил за такое!

— Костя, ты за «Вконтакте» платишь? — уточняю я.

— Ну...

— Вот и не лезь.

Костя обиженно отворачивается к монитору. Смотрю на часы. Пять часов вечера. До конца рабочего дня еще три, а сил уже нет. В наушниках играет что-то тяжелое, но даже металл не спасает от осознания, что завтра выходит новый коллега-шаман, а послезавтра мы должны начать писать код для предсказания конца света.

Жизнь, определённо, становится слишком сюрреалистичной даже для моего цинизма.

Печатаю в поисковике: «Как понять, что коллега — сектант?»

Гугл выдает ссылку на форум психологов. Закрываю. Вместо этого открываю техзадание и начинаю прикидывать архитектуру. Через час перед глазами плывет, и я разрешаю себе помечтать: если бы апокалипсис случился завтра, я бы даже не расстроилась. По крайней мере, не пришлось бы знакомиться с Марком.

За окном стемнело. Дождь сменился мокрым снегом. Фонари отражаются в лужах на парковке. В наушниках играет что-то тяжёлое, чтобы никто не отвлекал. Сижу, пишу код. Пальцы летают по клавиатуре, глаза горят. Дедлайн завтра. Код не компилируется уже три часа. В офисе тихо. Только гул серверной и редкие вздохи. Костя ушел час назад, бросив «Мне еще тесты гонять». Маша свалила с фразой «Дочка звонит, внуки плачут». Осталась одна. И тишина. И дедлайн. И чувство, что жизнь удалась, если не обращать внимания на детали.

Внезапно кто-то трогает за плечо.

Подпрыгиваю так, что наушники летят на пол. Резко оборачиваюсь. Передо мной стоит Марк — лохматый, в клетчатой рубашке, с рюкзаком, увешанным значками. Чеширский кот, символ «Алисы в Стране чудес», значок «Я люблю Шекспира», ещё какой-то непонятный иероглиф и Йода. Улыбается во весь рот.

— Привет! Я Марк. Чувствую, у тебя тут энергетика тяжёлая. Дай поставлю кристалл на системник, полегчает.

Смотрю на него как на инопланетянина. Глаза сужаются.

— Ты трогать мой комп будешь — я тебе кристалл в одно место засуну. Без смазки.

Марк не обижается. Даже не морщится. Наоборот, смотрит с восхищением.

— О, у тебя мощная защита ауры! Так держать! Я сразу понял — с тобой интересно будет работать!

Он плюхается за соседний стол. До этого стол пустовал. Теперь начинает жить. Марк достаёт из рюкзака маленького дракончика — статуэтку, ставит на монитор. Достаёт пучок шалфея. Нюхает. Кивает. Достаёт ароматические палочки, фотографию Хокинга с подписью «Мой духовный наставник». Раскладывает всё это на столе с видом археолога, нашедшего гробницу Тутанхамона.

Закрываю лицо руками. Сижу так секунд десять. Потом убираю руки и смотрю в монитор. Код не компилируется. Жизнь боль.

— О, а это Костя? — Марк замечает тестировщика, который выполз из-за стойки серверной. — Привет! Слышал, ты тестировщик? А я Марк. Я в энергию верю. А ты?

Костя подходит ближе. Очки с толстыми линзами, взгляд заинтересованный.

— А расскажи про карты Таро! Правда работает? Я слышал, ты на собеседовании раскладывал!

Марк оживляется. Глаза горят.

— О, брат! Это целая система! Карты Таро — это же квантовая физика, только в картинках! Смотри, вот эта карта — «Башня». Это коллапс волновой функции! А «Колесница» — движение энергии по меридианам!

Костя слушает, раскрыв рот. Медленно встаю. Молча иду в туалет. В туалете включаю свет. Смотрю в зеркало. Из зеркала смотрит уставшая девушка с кругами под глазами и выбившейся прядью из вечного пучка.

— Арина, — шепчу своему отражению. — Держись. Это просто работа. Просто работа. Просто идиот с кристаллами. Ты это переживёшь.

Возвращаюсь. Сажусь за стол. Открываю код. И чувствую запах лаванды. Поворачиваю голову. Марк уже воткнул в розетку рядом с моим столом маленькую аромалампу. Чайная свечка горит, масло испаряется. Пахнет, как в спа-салоне, только в окружении серверных стоек и ковролина с кофейными пятнами.

Открываю рот, чтобы высказать всё, что думаю об ароматерапии в рабочее время.

— Для продуктивности, — опережает Марк. — Ты же не против? У тебя третья чакра, кажется, заблокирована. Надо открывать.

Молча надеваю наушники. Делаю громкость на максимум. В ушах взрываются гитары. Код всё ещё не компилируется. Лаванда щиплет нос. Соседний стол живёт своей жизнью — Марк раскладывает кристаллы по радиусу, что-то напевая под нос.

В мониторе мелькает отражение. Смотрю на себя. И вдруг замечаю, что губы сами собой растягиваются в улыбку. Не потому, что смешно. А потому что абсурд происходящего перевалил все мыслимые пределы и вышел на новый уровень — уровень принятия.

— Марк, — говорю, не снимая наушников, но громко.

Он оборачивается.

— Ау?

— Если твои кристаллы упадут на мою клавиатуру, я ими твои чакры прочищу. Лично.

Марк улыбается ещё шире.

— Договорились! Это будет мощный энергообмен!

Вздыхаю. Возвращаюсь к коду. Где-то в глубине души шевелится мысль: «А может, не всё так плохо?» Но быстро её давлю. Потому что с такими мыслями до добра не дойдёшь. Тем более в компании мужика, который верит, что шалфей лечит баги.

За окном метель. Настоящая, декабрьская, хотя ноябрь только начался. Глобальное потепление отдыхает. В офисе ни души. Кроме меня и Марка. Сижу в серверной — здесь теплее и тише. Гул оборудования действует успокаивающе, как белый шум. Дописываю алгоритм. Предсказание апокалипсиса научными методами? Пф. Просто генератор случайных чисел с умным лицом. Теория вероятностей, Big Data и немного шаманства — чем не стартап?

— Держи.

Над ухом возникает кружка с чаем. Подпрыгиваю. Марк стоит рядом — подкрался бесшумно, как ниндзя в клетчатой рубашке.

— Мятный, — поясняет он. — Для гармонии. У тебя пульс скачет, я слышал.

— Ты слышал мой пульс через гул серверов?

— Я слышу энергию, — загадочно отвечает Марк и садится рядом.

Делаю глоток. Чай реально вкусный. Мята, лимон, что-то ещё... Неужели этот человек умеет не только кристаллы раскладывать? Смотрю на него с подозрением.

— Слушай, — Марк заглядывает в монитор. Код для него явно иероглифы. — А почему бы просто не добавить рандом? Ну, генератор случайных бедствий? Выдаёт каждое утро: «Сегодня вероятно: нашествие зомби, потоп или вторник». Все равно никто не проверит.

Тру переносицу. Очень хочется объяснить, почему так не работает. Очень. Но сил нет. Поэтому просто киваю.

— Гениально, Марк. Ты только что переизобрёл гороскопы.

— Правда? — он сияет. — Я всегда знал, что у меня талант!

Сервер гудит громче обычного. Марк заглядывает за стойку, где паутина проводов переплетается в немыслимые узлы.

— О, а тут розетка свободная! — он лезет в рюкзак. — А можно я одну штуку подключу? Для красоты. Она светится красиво, будет как ёлочка!

Даже не оборачиваюсь.

— Подключай что хочешь. Только свет не выруби. И чтобы без пожаров.

Марк достаёт из рюкзака нечто. Краем глаза замечаю странный шар на подставке. Тёмный металл, руны, внутри мерцает синий свет. Он подключает это чудо к серверу через переходник USB. Шар загорается ярче.

— Во, красота! — довольно кивает Марк. — Как новогодняя игрушка! Теперь энергия будет циркулировать правильно!

Мельком оборачиваюсь. Шар пульсирует ровным синим светом. Ну мало ли ламп у гиков? У некоторых целые стойки светодиодами увешаны. Отворачиваюсь обратно к монитору.

— Запускаю тестовый режим, — говорю вслух, больше себе.

На экране бегут проценты. 10... 30... 70... Марк садится рядом. Тесно в серверной, плечи почти соприкасаются. От него пахнет мятой и ещё чем-то древесным. Не кристаллами, видимо.

— Слушай, — тихо говорит он. — А у тебя глаза красивые. Особенно когда ты на код злишься.

Давлюсь чаем. Кашляю. Краснею. Стучу себя по груди.

— Марк, — хриплю. — Иди кристаллы перебирай. У меня дедлайн. И апокалипсис в тестовой среде.

— Апокалипсис подождёт, — философски замечает он. — А красота — вечна.

— Если ты сейчас не заткнёшься, твоя вечность наступит очень быстро.

Марк не обижается. Только улыбается своей дурацкой доброй улыбкой. Синий свет от артефакта мигает чаще. На экране высвечивается: «ТЕСТ ЗАВЕРШЁН. ВЕРОЯТНОСТЬ АПОКАЛИПСИСА: 99.9%». Смотрю на цифры. Потом на Марка. Потом на пульсирующий шар.

— Марк.

— А?

— Что это за хрень?

— Артефакт. С барахолки. Древний, говорят, Глаз Ра или что-то такое. Проводник положительной энергии!

Закрываю глаза. Считаю до десяти.

— Ты подключил древний артефакт к серверу, на котором работает прогноз апокалипсиса.

— Ну да. Для усиления.

— Марк.

— А?

— Ты идиот.

— Это конструктивная критика или просто констатация факта?

Открываю глаза. Смотрю на него. Он смотрит на меня. И вдруг мы оба начинаем смеяться. Просто потому что ситуация настолько абсурдна, что плакать уже поздно.

— Ладно, — выдыхаю. — Пошли отсюда. Утро вечера мудренее. Завтра будем разбираться, что ты натворил.

— А вдруг это не я натворил, а мы вместе? — уточняет Марк, когда мы выходим из серверной.

— Ты подключал.

— Ты запускала тест.

— Ты идиот.

— Это ты уже говорила.

Закрываю серверную. Выходим в тёмный офис. За окнами метель. Марк идёт рядом и улыбается. Почему-то я тоже улыбаюсь. Наверное, от переутомления. Точно от переутомления.

Пять тридцать утра. За окном всё ещё темно, метель утихла, и тишина стоит такая, что уши закладывает. Вползаю в квартиру на автомате. Скидываю кеды прямо в прихожей. Куртку вешать сил нет — падает на пол. Добираюсь до дивана и рухаюсь лицом в подушку, даже не раздеваясь. Последняя мысль перед отключкой: «Кажется, я только что сломала реальность. Ну и ладно. Понедельник всё спишет».

Байт сидит на подоконнике. Сидит не как обычно — расслабленно, с чувством собственного достоинства. Он сидит и смотрит на меня. Изучающе. Так, как смотрят на подозрительный объект, который может быть опасен, а может быть просто мусором. Щурюсь в ответ сквозь подушку.

— Чего уставился? — голос звучит как у умирающей утки. — Рыбу во сне увидел?

Байт молчит. Просто продолжает смотреть. Ладно, плевать. Глаза закрываются сами. Проваливаюсь в сон.

...Но что-то не так. В комнате будто потрескивает. Воздух стал другим — плотнее, что ли? Обычно так пахнет перед грозой, озоном. Только грозы в ноябре не бывает. Да и откуда озону взяться в квартире с вечно закрытыми окнами?

Сплю дальше. Или пытаюсь.

Шорох. Байт спрыгнул с подоконника. Слышу, как его лапы мягко касаются пола, потом дивана. Он ложится рядом, прямо у моего лица, и продолжает смотреть. Открываю один глаз.

— Ты чего не спишь, живность?

И тут я замечаю. Его шерсть... светится. Слабо, едва заметно, но светится. Зеленоватое фосфоресцирующее свечение, как у старых часов с радиевым циферблатом. Тру глаза. Свечение пропадает.

— Байт, — шепчу в подушку. — Если ты светишься, я тебя в ночник превращу. Экономия на электричестве, понял?

Кот молчит. Но смотрит осуждающе. Так смотрят, когда ты сказал полную чушь, а спорить лень.

Закрываю глаза. Проваливаюсь глубже.

И снится мне сон. Серверная. Наш офис. Артефакт — этот дурацкий шар — пульсирует всеми цветами радуги. Марк стоит рядом с кристаллами в руках, ветки шалфея торчат из карманов, и говорит:

— Арина, это не баг, это фича! Пойми, это просто новая реальность!

— Пошёл ты со своими фичами! — ору я во сне. — Отключай это немедленно!

Но он не отключает. Он улыбается своей дурацкой улыбкой и начинает танцевать шаманский танец вокруг серверной стойки.

В реальности я дёргаюсь и чуть не падаю с дивана. Подушка мокрая от слюны. За окном всё ещё темно. Часы показывают шесть утра. Байт уже не рядом.

Слышу шорох на кухне. Приподнимаюсь на локте и вижу: кот сидит у розетки. Просто сидит и смотрит на неё. Потом медленно поднимает лапу и трогает. Разряд статического электричества — искра, треск. Байт дёргается, отскакивает, шерсть встаёт дыбом. Но не уходит. Садится обратно и снова смотрит на розетку. С явным, очень человеческим интересом.

— Байт, — хриплю я. — Ты чё творишь? Током хочешь убиться?

Кот медленно поворачивает голову. Смотрит на меня. Открывает рот — и издаёт звук. Не мяуканье. Нечто среднее между «м» и «я». Получается «м-м-м-я-а-а».

Замолкает. Смотрит удивлённо. Потом снова на розетку.

Я пялюсь на кота. Кот пялится на розетку. В комнате тихо, только часы тикают.

— С ума сошла, — констатирую вслух. — Окончательно. Крыша поехала. Видимо, вчерашний чай с мятой был с чем-то покрепче.

Падаю обратно на подушку. Натягиваю одеяло до ушей. Засыпаю под звук того, как Байт снова пытается трогать розетку лапой.

Понедельник всё спишет. Точно спишет. Наверное.

!ГЛАВА 2. ПЕРВЫЕ БАГИ РЕАЛЬНОСТИ

Просыпаюсь от запаха кофе. Не от звуков, не от шорохов, а от запаха — густого, навязчивого, как в кофейне на углу, куда я бегаю по утрам, чтобы просто доползти до работы. Только это не кофейня. Это моя кухня. И моя кофемашина сломалась месяц назад. Я тогда поклялась купить новую, но ипотека, Байт со своим вискасом, кредит за ноутбук — руки так и не дошли. Семь пятнадцать. Воскресенье. За окном серый рассвет, по стеклу стекают капли вчерашнего дождя. Байт дрыхнет в ногах, развалившись звёздочкой, только хвост подёргивается — видит сны о вискасе. Или о моей смерти. С него станется.

Встаю, бреду на кухню. Запах становится сильнее. Заворачиваю за угол и застываю. Кофемашина работает. Вода булькает, коричневая жидкость капает в кофейник, пар поднимается к потолку. Идиллия. Кроме одной маленькой детали. Вилка не воткнута в розетку. Она лежит на столе. Аккуратненько, рядышком с кофемашиной. Провод тянется к прибору, а розетка пустая. Я проверяю — может, показалось? Нет. Пустая. Совсем.

Стою, смотрю на это чудо техники. Минуту, наверное. Мозг перебирает варианты: галлюцинации, розыгрыш, параллельная реальность, я сошла с ума. Потом перевожу взгляд на стол. Там сидит Байт. Рядом с ним — открытая пачка пармезана. Итальянского. С надписью «Parmigiano Reggiano» и маленьким итальянским флагом. Такая в нашем магазине у дома стоит как половина моей дневной зарплаты. Байт смотрит на меня. Я смотрю на Байта. У него на морде написано: «Ну да, я. И что ты сделаешь?» Один ус, как всегда, торчит вбок. Предательски.

— Байт, — мой голос звучит подозрительно спокойно. — Ты умеешь открывать холодильник. Я это знаю. Ты умеешь перекусывать провода. Я это тоже знаю. Но скажи мне, пожалуйста, ты умеешь заказывать сыр из Италии? Через какой сервис? Доставка в семь утра работает?

Байт молчит. Но в зелёных глазах пляшут чертики. Я их вижу. Они там пляшут канкан.

Наливаю кофе. Кофе как кофе. Нормальный. Даже вкусный. Пью, не отрываясь, полчашки. Потом ещё полчашки. Кофеин бодрит, мозг включает логику: всё хорошо, я сплю, это просто очень реалистичный сон.

Иду умываться. Открываю кран. Из крана течёт голубое. Жидкость цвета ультрамарина. Светится слабо, но светится. Пахнет озоном и мятой. Как жевательная резинка, только жидкая. Подставляю ладони — холодная. Переливается, искрится. Красиво. Страшно. Закрываю кран. Открываю снова. Вода прозрачная. Обычная. Из крана течёт обычная вода.