Пламя и Пепел. Хроники Истинных Пар

Пролог

Пылающие Пустоши — опасная и загадочная территория, раскинувшаяся на бескрайних просторах выжженной земли. Здесь, под раскаленным солнцем и кроваво-красным небом, пылали вечные огни, а земля была покрыта трещинами, из которых вырывались струи раскаленного пара. Воздух насыщен запахом серы и пепла, а редкие растения, способные выжить в этом аду, имели угольно-черный оттенок и колючие шипы.

Именно это Богами забытое место стало пристанищем для драконов-изгнанников — могучих существ, отвергнутых сородичами за преступления, мятежи или просто за свою непокорную природу. Эти драконы, лишенные былой славы и величия, теперь скитались по пустошам, охраняя свои новые владения и сражаясь за скудные ресурсы. Их чешуя, покрытая шрамами и опаленная огнем, сливалась с пейзажем, а глаза горели яростью и жаждой мести.

Легенды гласили, что в самом сердце Пылающих Пустошей находится Огненный Трон — древний артефакт, способный дать власть над всеми драконами-изгнанниками. Однако добраться до него было практически невозможно: путь преграждали лавовые реки, ядовитые испарения и сами драконы, готовые растерзать любого, кто посмеет вторгнуться в их владения.

Пылающие Пустоши — это место, где выживают только сильнейшие, а каждый шаг может стать последним. Но для тех, кто осмелится бросить вызов этой земле, здесь скрыты древние тайны и несметные сокровища, оставленные теми, кто когда-то пытался покорить этот адский край.

Именно здесь дракон Моргарон распахнул свои янтарные глаза, пробуждаясь от долгого сна. Крылья чешуйчатого носа затрепетали. Но пещера, в которой он добровольно заточил себя после изгнания, была пуста.

Над Пылающими Пустошами, где раскаленный ветер нес с собой запах серы и пепла, раздался драконий рев, от которого кровь стыла в жилах.

Покрытое черной чешуей тело содрогнулось.

«Невозможно», - подумал разъяренный Моргарон.

Но факты говорили за себя. Глубоко внутри дракон чувствовал легкую вибрацию, тонкую нить, которая тянула его в определенном направлении.

Огромный ящер замер, размышляя. Он прикрыл глаза, свыкаясь с новыми ощущениями внутри. Чем обернется для него это неожиданное открытие, что вырвало его из сна? Он чувствовал ее. Где-то там, на севере, среди песков и болот, была она — его Истинная Пара. Та, чья душа резонировала с его собственной, чье сердце билось в унисон с его пламенем.

Кто-то сказал бы «Спасение» или «Удача», но Моргарон знал, что для него эта связь обернется погибелью. Конечно, если он не найдет девчонку первым. А что делать с ней дальше, он знал. Знал так же хорошо, как и то, где она сейчас находилась.

Мощные лапы вынесли Моргарона на обжигающий ветер Пылающих Пустошей, где он расправил затекшие крылья и огласил округу ревом, в котором каждый, кто услышал, мог прочитать только одно:

«Первый изгнанник вернулся!»

Друзья,

задумывались ли вы когда-нибудь, что истинные пары, про которые мы все так любим читать, могли бы стать не просто сильными магами или спасителями мира, но страшным оружием или разменной монетой, товаром или проклятьем мира?

Я придумала мир, где такое уже произошло. Погружайтесь в мир предательства, где давно правят алчность и пороки вместе со мной.

Глава 1

Я открыла глаза. Голова раскалывалась от удара, нанесенного дубинкой. Пошевелившись, не смогла сдержать стон. Сколько времени прошло с момента моего пленения, я не понимала.

Грубые руки вздернули меня вверх, ставя на ноги, которые ослабели на столько, что я сразу же опустилась на колени. Руки были скованы цепями, а рот зажат кляпом. Вокруг меня шумел рынок, заполненный криками торговцев, звоном монет и ревом драконов в клетках. Осознание того, где я находилась, было похоже на снежную лавину, настигающую неожиданно и накрывающую с головой.

Рынок Пепельных Теней — это мрачное и зловещее место, расположенное в самом сердце одноименного города, где царит вечный полумрак из-за песка, поднятого в воздух ветрами. Город, словно погруженный в вечные сумерки, окутан дымом от бесчисленных факелов и костров, а его узкие улочки извиваются, как змеи, приводя к центральной площади, где находится рынок. Воздух здесь пропитан запахом гари и отчаяния.

Рынок Пепельных Теней — это место, где торгуют самым ценным и самым ужасным товаром: живыми существами. Здесь, в тени высоких каменных арок, украшенных цепями и крюками, продают людей и драконов, лишенных свободы и надежды. Крики рабов, звон цепей и рев драконов сливаются в жуткую симфонию, которая разносится по всему рынку.

Людей здесь продают как скот: их выстраивают в ряды, в лохмотьях, а порой и вовсе обнаженных и униженных. У некоторых на теле можно было заметить клеймо, указывающее на их "качество" и происхождение. Рядом с ними, в огромных железных клетках, томились драконы — некогда величественные существа, теперь сломленные и закованные в цепи. А если ящера пленили в облике зверя, то крылья связывали, а пасти затягивали ремнями. Глаза этих созданий были полны ярости и боли, но даже их мощь не могла ничего изменить в этом месте.

Торговцы, одетые в темные плащи с капюшонами, скрывающими их лица, вели переговоры с покупателями, предлагая "товар" на любой вкус и кошелек. Среди покупателей можно встретить как богатых аристократов, ищущих новых слуг или экзотических существ для своих коллекций, так и магов, желающих заполучить драконью кровь или чешую для своих ритуалов. Но самым желанным товаром здесь были истинные пары.

Над рынком возвышалась Черная Башня — зловещее сооружение, где содержались самые ценные и опасные "экземпляры". Ходили слухи, что в ее подземельях проводятся тайные аукционы, на которых продавали товар только парами, а также магов, способных управлять стихиями. Торговля ими считалась незаконной. Попасть туда могли лишь избранные, те, кто готов заплатить не только золотом, но и своей душой.

Рынок Пепельных Теней — это место, где стирается грань между жизнью и смертью, где свобода становится товаром, а жестокость — обыденностью. Это место, где тьма правит бал, а надежда умирает последней.

Все эти мысли и знания пронеслись в голове за считанные секунды, вгоняя меня в уныние и панику. Я слышала, как кто-то торговался за меня, называя цифры, которые звучали, как приговор.

— Смотрите, какая красавица! — кричал торговец, схватив меня за подбородок. — Истинная Пара для дракона! Татуировка – чешуйка к чешуйке! Проверено магией! Кто даст больше?

Именно этот рисунок, возникший неожиданно на моей шее, словно драгоценное украшение, и стал причиной всех моих бед. Кулаки сжались сами собой. Я не хотела быть товаром. Я не хотела быть чьей-то собственностью. Но что я могла сделать? Моя магия, которую я едва начала чувствовать, была бесполезна против цепей, выкованных из драконьей стали, которые сомкнулись на моих запястьях.

Перед деревянным помостом, на котором я так и осталась стоять на коленях, собралась внушительная толпа. Они представляли собой мрачное и разношерстное зрелище. Это сборище теней, алчности и порока, где каждый скрывает свои истинные намерения за маской безразличия или ложной улыбки. Ненависть к каждому из стоящих внизу затапливала все мое нутро, норовя вырваться наружу.

В первых рядах стояли богатые аристократы, одетые в роскошные одежды. Их руки, унизанные кольцами, сжимали кошельки, набитые золотом. Они тихо перешептывались, с холодной расчетливостью, обсуждая меня, как предмет мебели.

Рядом с ними толпились маги и алхимики. Их длинные плащи были покрыты символами и рунами, а в руках они держали посохи или свитки. Они искали не просто рабов, а "материал" для своих экспериментов: людей с редкими способностями или драконьей кровью. Их речи полны загадочных терминов, а жесты резки и точны, как у хищников. Они готовы заплатить высокую цену, но только за то, что соответствует их извращенным интересам.

Прикрыв глаза, мне оставалось только молиться, чтобы меня продали не одному из них. Ведь иначе шансов на спасение или побег не останется. В их лапах рабы долго не живут.

В толпе также мелькали наемники и тренеры гладиаторов. Их грубые лица были изрезаны шрамами, а тела закованы в кожу и сталь. Они оценивали рабов с профессиональным холодным взглядом, проверяя мускулы, зубы и выносливость. Их интересовали только сильные и выносливые, те, кто сможет выжить в боях на арене или стать орудием убийства. На меня они смотрели вскользь, обращая все внимание на запертых в клетках неподалеку драконов.

И, наконец, на окраинах толпы стояли любопытные зеваки — бедняки, бродяги и случайные прохожие. Они пришли не покупать, а поглазеть на ужас и страдания, чтобы потом рассказывать о них в тавернах. Их лица выражали смесь ужаса и восхищения, а глаза жадно впитывали каждую деталь.

Все они, собравшиеся у помоста, — это отражение тьмы, что царит на Рынке Пепельных Теней. Каждый из них — часть этого жуткого механизма, где жизнь становится товаром, а человечность теряется в тумане алчности и жестокости.

- Сто золотых, - поднял руку один из тех, кто стоял в переднем ряду.

- Всего лишь сто золотых, Ваша Светлость? – воскликнул работорговец. – Вы посмотрите только на ее метку! Она занимает всю шею и спускается почти до талии. Не мне вам рассказывать, какой силой обладает ее вторая половина, а, значит, и она сама. Кто даст больше?

- Сто пятьдесят, - откликнулся алхимик в потрепанном балахоне.

Сердце ухнуло куда-то в пятки.

- Триста, - снова вступил в торги тот, кого торговец назвал «Ваша Светлость».

- Триста раз! Триста два! Триста-а-а-а… три! Продано графу Вейну!

- Нет… - сквозь кляп крикнула я, но это превратилось лишь в нечленораздельное мычание.

Граф Малгрейв Вейн — отвратительный человек, чья репутация на Рынке Пепельных Теней вызывает дрожь даже у самых закаленных торговцев. Сгорбленный, но даже несмотря на это он был высоким. С бледной, почти серой кожей, отчего он напоминал оживший труп. Его лицо, изборожденное глубокими морщинами и шрамами, казалось высеченным из камня, а тонкие губы всегда были изогнуты в едва уловимой усмешке. Его глаза, маленькие и глубоко посаженные, словно буравчики, сверлили каждого, на кого он смотрел. А взгляд их был холодный и расчетливый, как у хищника, высматривающего добычу.

Одежды на графе были потрепанные, сшитые из темного бархата и украшенные серебряными нитями, которые уже давно потеряли свой блеск. На его пальцах красовались массивные кольца с черными камнями, а в руке он всегда держал трость с набалдашником в виде драконьей головы, которую использовал не только для опоры, но и для того, чтобы "оценивать" товар, грубо тыкая ею в тела рабов. Вот и меня постигла такая участь, словно он решил проверить, не отдал ли слишком много за такую рабыню, как я.

Малгрейв Вейн был известен своей жестокостью и извращенными вкусами. Он не просто покупал рабынь — он искал тех, кто сможет "развлечь" его своим страданием. Его особняк, расположенный на окраине города, наполнен жуткими слухами: говорят, что в его подвалах содержатся десятки рабов, чьи крики по ночам разносятся по округе. Он коллекционировал не только тела, но и души, наслаждаясь тем, как ломает своих жертв, превращая их в покорные тени.

Когда граф появлялся на рынке, торговцы старались угодить ему, выставляя напоказ самых красивых и сильных рабынь, но он редко бывал доволен. Он медленно обходил ряды, его трость постукивала по полу, а глаза внимательно изучали каждую деталь. Он мог часами торговаться, наслаждаясь унижением торговцев, а затем внезапно покупал рабыню, которая даже не привлекла его внимания, просто чтобы посмотреть, как надежда угасает в глазах других.

Граф Малгрейв Вейн — это воплощение зла и разврата, человек, для которого страдания других — это искусство, а власть над жизнью и смертью — единственная радость в его темном существовании. Его присутствие на Рынке Пепельных Теней, как язва, которая медленно разъедает все вокруг, напоминая, что в этом мире есть вещи хуже смерти.

Откуда я все это знала? Все просто.

Когда ты растешь в мире, полном магии, но сам этой магией не обладаешь, когда в этом мире главное сокровище – это истинные пары и сама связь между человеком и драконом, ты впитываешь с молоком матери не добрые сказки, а ужасные истории. Именно они рассказывали мне о самых темных личностях нашего мира. Именно ими меня пугал брат, говоря о том, что со мной произойдут все те ужасы, которые рассказывали родители.

Если бы он знал, насколько был близок к истине. А ведь ничего не предвещало беды, и самый лучший день обратился для меня днем отчаяния и страданий.

Глава 2

Четыре дня назад

С каждым годом выживать на этой Богом забытой земле становилось все сложнее. Люди из моей деревни уезжали одна семья за другой. И Пепельная роща превращалась из густонаселенного села в заброшенные подворья. Моя семья была одной из немногих, кто все еще пытался возделывать эту неплодородную почву на самой границе с Пылающими Пустошами. Но терпению даже самого уравновешенного и спокойного кузнеца – моего отца – пришел конец.

- Завтра уезжаем. Вместе с Яриком и его семьей двинемся в Туманную Гавань.

- Отличные новости, отец, - широко улыбнулся Каэль.

Мой старший брат часто помогал отцу в кузнице, благодаря чему оброс крепкими мышцами. Хоть мы сильно и отличались с ним внешне, брата я любила безмерно. Его волосы были темные, как смоль, а глаза — серые, как пепел, с твердым и решительным взглядом. Несмотря на свою суровую внешность, Каэль всегда был добр и предан своей семье. Он всегда вставал на защиту слабых, особенно своей младшей сестры – меня.

Вся семья в тот вечер радовалась принятому решению. А на утро, лишь первые петухи запели свою песню на рассвете, мы были уже на ногах. В сундуки укладывалось лишь самое необходимое, а в клетки заталкивали всю живность, которую только могли увезти – куры и гуси, утки и даже свинья. Самим при этом места в телеге не оставалось, но мы готовы были и пешком идти, лишь бы убраться подальше от этого места, которое я вот уже девятнадцать лет считала своим домом.

- Как раз до твоего дня рождения идти будем, - ворчала мать.

- Зато можно будет спокойно выдать ее замуж, - попытался пошутить брат.

Всем было известно, что метки появляются до двадцатого дня рождения. То ли Боги решили, что драконам нужны пары помоложе, толи была иная причина, но факт оставался фактом. И я с нетерпением ждала очередных годин.

- Сплюнь! – прикрикнула я на Каэля. – Беду накличешь!

- Ой, - махнул он рукой в ответ. – Не верю я в это, сестренка. И тебе не советую.

Если брат не выполнил просьбу с первого раза, то уговаривать его было бессмысленно. Мне оставалось лишь насупиться и затащить последний тюк с вещами в груженную до отвала телегу.

- Пора, - кивнул отец и взял под узду старенькую кобылку, которая много лет служила нам верой и правдой.

На окраине нас уже ждал сосед со своей семьей.

Выйдя на проселочную дорогу, убегающую к горизонту, я в последний раз бросила взгляд на Пепельную рощу, которая получила свое название благодаря обугленным деревьями, окружающим поселение. Почерневшие от постоянного пепла, который ветер приносит из Пылающих Пустошей, дома смотрели нам в след пустыми глазницами заколоченных окон.

- Через два дня будем в городе Пепельных Теней, - обрадовал отец. – Там сможем передохнуть.

Многие годы я мечтала увидеть мир за пределами деревни. И вот самый счастливый день в моей жизни настал. Я не могла поверить, что больше меня не будет преследовать запах серы и гари, постоянно напоминающий о близости Пылающих Пустошей, что больше не нужно бояться нападения дракона-изгнанника, который просто проснулся не в настроении, или просто не смог найти пропитания в глубине Пустошей и решил наведаться на наши подворья.

Мы шли несколько часов. Ноги, привыкшие к физическим нагрузкам, шагали легко и непринужденно. Первое время я еще оборачивалась посмотреть, как далеко мы ушли от ненавистной деревни. Но когда она превратилась в крохотную точку на горизонте, я начала смотреть только вперед. В светлое будущее.

Улыбка не сходила с моего лица. Мы перекидывались с братом ничего не значащими фразами. Злиться на него слишком долго я никогда не могла. Каэль шагал впереди посмеиваясь тому, что мои ноги короче и не могут двигаться так же быстро, как его.

Он обернулся ко мне, чтобы снова пошутить, но взгляд его серых глаз метнулся за мою спину. В пасмурное небо над нашими головами.

- В укрытие! – закричал Каэль.

Вот только проблема была в том, что на несколько дней пути впереди нас ждала лишь равнина с редкими обугленными кустарниками и одинокой травкой, пробивающейся через мертвую землю.

- Аэлира! – закричал отец, стоявший около отставшей повозки.

Мы с братом в своих играх оторвались от них на приличное расстояние. И теперь я бросилась со всех ног в сторону родителей.

Но как бы быстро я ни бежала, дракон в небе был быстрее. Я видела, как в скудном свете обеденного солнца, его чешуя блестит золотом даже не смотря на кружащийся в воздухе пепел. Его мощные крылья казались огромными, застилающими небосвод.

Около повозки мы с ним оказались одновременно. Ровно в тот момент, когда мир погрузился во тьму, скрылся в тени под тушей дракона, я нырнула под единственное, что могло скрыть меня от его взора – пространство между колесами на обожженной земле.

Мама уже ждала меня тут, но места всем просто не хватило бы. Прикрыв меня своим телом, она закричала:

- Каэль, Маркус! Сюда!

Но мы обе понимали, что и брат, и отец будут защищать нас до последнего вздоха.

Я слышала звук металла. Это Каэль достал из ножен свой меч, который выковал собственными руками в кузне отца.

Земля содрогнулась, когда эта чешуйчатая туша приземлилась рядом с нами. От страха я не могла вымолвить ни слова. Лишь цеплялась за руку матери и молилась всем известным мне Богам и Духам, чтобы они помогли нам.

Неожиданностью стал голос, прозвучавший совсем рядом. Он точно не принадлежал тем, кто путешествовал вместе с нами.

- Я лишь заберу вашу живность.

И это был не вопрос. Но если он оставит нас без еды, то мы просто погибнем. Денег у нас было не много, а вот путь предстоял не близкий.

- Забирай половину, - предложил ему отец. – Мне нужно прокормить свою семью.

- Я заберу все, человек.

Этот голос гипнотизировал. И я не смогла сдержаться. Отстранившись немного от матушки, подвинулась ближе в краю и выглянула наружу.

На том месте, куда приземлился ящер, сейчас стоял обычный мужчина. И весьма красивый. Легкая щетина делала его загадочным. Только вот глаза его были холодными и колючими, как льдинки на морозе.

Отец стоял перед ним, высоко подняв голову. Лезвие его топора было опущено, но я знала, что он в любой момент готов броситься на обидчика. А вот Каэль, стоя в шаге за спиной отца, меч держал наготове, широко расставив ноги. От дракона их отделяло не более пяти шагов.

Но оба они оказались не готовы к тому, что одним смазанным движением ящер сделает выпад. Отросшие когти на руках полоснули отца по груди. Несмотря на то, что он стоял ко мне спиной, я видела, как брызнула алая кровь на пепельную землю. Мой родитель пошатнулся и припал на колени, а потом и вовсе завалился на спину. И тогда я увидела, что когти дракона просто вскрыли его грудную клетку, не оставив ему шанса на спасение.

Все произошло за считанные секунды. И я, и брат просто застыли на месте, глядя на тело любимого отца, не в силах пошевелиться.

- Старик был глуп, - все тем же ровным голосом без капли эмоции сказал мужчина. – Что скажешь ты?

- Забирай! Мы отдаем свою часть. Только отпусти нас, - это кричал Ярик, прижимая к себе жену и сына. Воином он не был, и меч в руках почти не держал, а потому стоял не рядом с моей семьей, а прятался за своей повозкой.

- Сгружайте и убирайтесь, - не повернув голову в их сторону, проговорил мой ночной кошмар.

- Тихо, девочка. Тихо, - мама успокаивала меня, поглаживая по руке.

Только сейчас я поняла, что по щекам катятся слезы, размазывая осевший на лицо пепел. Я видела, как тяжело было и матери, но она держалась. Держалась ради меня. Значит, и я должна быть сильной! Ради нее и Каэля.

Все то время, что Ярик выгружал клетки с живностью, дракон не отрывал взгляда от моего брата. Тот смотрел в ответ прямо, не преклоняя головы. Как по мне, лучше бы мы отдали все свои пожитки, но выжили сейчас. Да, пришлось бы не сладко, но так были бы шансы жить дальше.

Зная Каэля, я понимала, что он не отдаст то, что принадлежит ему.

А Ярик с семьей тем временем уже сели на повозку и, погоняя вздрагивающего от ужаса мерина, тронулись в дальнейшую дорогу. Колеса весело застучали по земле, давно превратившейся в камень, оставляя нас наедине с ужасом.

- Так что, парень?

Брат сомневался. Отсиживаться и ждать я больше не могла. Скинув руку матери, я полезла в сторону мужчин. Она пыталась схватить меня за ногу.

- Лира, нет!

Но было поздно. Меня заметили, и взгляд золотистых глаз пригвоздил меня к месту, как только я встала на ноги.

- Аэлира, уйди, - рыкнул брат.

- Нет-нет, - махнул рукой мужчина. – Пусть скажет.

- Забирай животных и дай нам уйти.

На тело отца я старалась не смотреть, чтобы снова не разрыдаться. Где-то вдалеке прогремел гром, словно сама мать природа собиралась взбунтоваться.

- Знаешь, милая, - шагнул в мою сторону дракон. – Я передумал.

- Передумал? – удивилась я. – Так мы можем ехать дальше?

- Конечно, - впервые я увидела, как его губ коснулась улыбка. Вот только глаза оставались холодными. – Только твой брат и та женщина, что стоит за твоей спиной. Мать?

- Я… не понимаю…

- Что же тут не понятного, дорогая Аэлира? – еще шаг ко мне. – Ты полетишь со мной.

- Нет!

Крик Каэля и взмах мечом заставили ящера отвести от меня взор. Но брат не смог нанести ему хотя бы царапину. Пощечина оказалась такой сильной, что молодой парень отлетел на несколько метров и замер неподвижно рядом с отцом.

- Каэль, - прошептала мать и кинулась к нему.

А я не могла даже пошевелиться от ужаса, потому что дракон подошел еще ближе ко мне. Как во сне, я наблюдала его руку, тянущуюся к моей шее. Как он сжал ее, перекрывая мне кислород.

Шею словно обожгло раскаленным пламенем. Огонь начал затапливать все мое нутро, пробираясь в легкие, желудок, во все органы. Я горела изнутри. Еще немного и, казалось, я просто разлечусь на миллион искр.

- Проклятье! – впервые я услышала эмоции в голосе этого изверга.

Он отдернул руку, а я смогла вдохнуть живительный воздух. Закашлялась, упав на колени, и вскинула взор на мучителя. Его рука, которой он только что держал меня, почернела до локтя, обуглилась, как головешка в печи.

- Сегодня мне повезло, - усмешка на его губах была грязной, как и его мысли.

Он снова схватил меня. На этот раз за руку и потянул на себя. Все, что мне оставалось – это сопротивляться. Я упиралась ногами в землю, но они скользили по гладкой поверхности, лишь поднимая облачка пепла. Я отталкивала его от себя, но он был твердым и крепким, как скала.

- Аэлира! – мама кинулась мне на помощь, схватила дракона за руку, пытаясь разжать его пальцы на моем запястье.

- Мама, нет, - пыталась я ее остановить, но было поздно.

Свободной рукой этот тиран сжал шею моей матери. Я услышала отвратительный звук ломающихся костей. Позвонки хрупкой человеческой шеи не выдержали звериной хватки. Последнее, что я увидела сквозь желтую пелену, упавшую на глаза, была моя мать, брошенная сломанной куклой под мои ноги. Внутри меня снова разливалось пламя, готовое поглотить все вокруг.

Что происходило дальше, не знаю. Но когда я пришла в себя, дракона рядом не было. Осмотревшись, увидела сначала убитых родителей и брата, а затем и горстку пепла рядом со мной, которую ветер уже начал разносить по равнине.