Новый год вверх тормашками, или Варварский захват

Затем за нами пришли. Два стражника в более лёгких, чем у воинов в лесу, кожаных доспехах жестами показали следовать за ними.

Нас снова повели по бесконечным каменным коридорам, но на этот раз не в тронный зал, а в некое подобие зала для аудиенций поменьше. Здесь было светлее, высокие окна пропускали бледный зимний свет. В центре стоял длинный дубовый стол, за которым сидели король Ричард, маг Элрик и ещё несколько важных на вид мужчин в длинных одеждах. Вдоль стен стояли придворные –– мужчины и женщины в добротных, но не вычурных нарядах. Все смотрели на нас с холодным, не то чтобы враждебным, но отстранённым любопытством. Как на диковинных зверей, которых вот-вот представят публике.

И среди них был ОН.

Лорд Каэллан стоял чуть в стороне от общей группы, прислонившись плечом к каменному косяку. Он был в более простой одежде: темный кафтан поверх рубахи, высокие сапоги, но без доспехов. Его руки были скрещены на груди, а взгляд… Его взгляд сразу же нашел меня в нашей маленькой кучке и приклеился. Он не сводил с меня глаз. Напряжённый, тяжёлый, изучающий. И на его лбу, начисто вымытом, чётко виднелась красная царапина, идущая от линии волос к брови. Знак. Мой знак. Он не скрывал его, напротив, он будто выставлял напоказ, как вызов. Как напоминание.

Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки, и опустила глаза, прячась за спиной Марго. Бесполезно. Я чувствовала его взгляд на себе физически, как прикосновение ледяной иглы.

Король Ричард что-то тихо сказал Элрику. Маг кивнул и поднялся.

— Люди извне, — начал он. Его голос звучал в тишине зала громче, чем накануне. — Король Остерферда выслушал доклады. Лес Судьбы сделал свой выбор. Пары нашлись ещё для троих.

Он сделал паузу. Последующее за этим волнение было предсказуемым. Двумя истинными оказались как раз-таки молодожены. Лена и Андрей схватились за руки, на их лицах вспыхнуло облегчение от того, что их оставят в покое. Третьей оказалась Елизавета Петровна –– к её изумлению и ужасу, из толпы придворных вышел седой, сурового вида мужчина в простой, но добротной одежде конюха или лесничего. Он молча поклонился ей, и на его лице я увидела не растерянность, а спокойное, решительное принятие.