Время не властно над ней.

Мама поклонилась ростовщику, как полагается по отношению к тому, кто выполнил все обязательства. Да, княгини в этом мире тоже имели обязанности. Например, чтить монархов, князя и родителей мужа или вот таких редких специалистов. Мы уходили скоро, торопясь попасть на лохань, идущую до крепости Змогор. Необходимо было забрать вещи в таверне незаметно и сразу же сговориться с капитаном. Из рассказа Старейя мы помнили, что наша лохань отправляется ближе к ночи. Какие-то там течения препятствовали отплывать без начала морского прилива. Течения придадут необходимый толчок и помогут сократить путь вдвое. Собственно, мы уже знали, что без ночных течений лохань не сможет быстро пересечь морской путь.

У самой таверны замерли, не зная, как незаметно войти и выйти. Не хотелось бы, чтобы хозяин передал Игору о нашем отбытии в незапланированное время.

- И связаться, договориться с капитаном, штурманом или купцом надо бы уже сейчас до того, как прибудем на лохань, - мама поджала губы, с трудом уже удерживая наши покупки. Они хоть и были облегчены свойствами зачарованных сумок, но уже весили прилично. Скарбом мы обрастали с неимоверной скоростью, а две женщины это беда. Нам все нужно здесь и сейчас, вдруг в крепости ничего не будет.

Мое внимание привлек паренек моего возраста. Он ловко подбегал к прохожим и предлагал им местную рукописную газету. Ага, ведьма не придумала книгопечатание, а замахнулась сразу на фото и средства связи. Дураком будет князь, если не использует ее ум в пользу своего княжества. Отдала маме сумки, заставив тем самым прислониться к ближайшему забору. Она опасалась выпустить из рук, хотя я пыталась поставить их на землю. И направилась прямиком к пареньку. Выглядел он бедно, наверняка не откажется подзаработать, а чтобы не предал, возьму с него клятву молчания.

- Привет, все распродал?

Он лениво оглядел меня с ног до головы, оценивая.

- Что за дело ко мне, барянина? – широко открыла глаза, удивляясь его проницательности. Не похожа моя одежда на барянскую. Даже ростовщик сомневался, - что лупишь глазенками. Знала же, что к Ваньке Черному по деликатным делам и обращаются, - рассмотрев мое удивление, присвистнул, - не знала, к кому подошла? – покачала головой, понимая, что выгляжу глупо, - не боись, подошла ты к нужному человеку. Я помогу, чем смогу. Что надо сделать? Обокрасть кого? Убить? Пытать? Подставить?

И вот этот паренек сможет предоставить все услуги по озвученному списку? Дела?

- Дело у меня деликатное, но никакого криминала, сможешь помочь? Сколько стоят твои услуги?

- Смогу, это точно, а цена зависит от дела, - он начал было озвучивать расценки, но я пресекла подобную попытку. Ни к чему мне знать, сколько стоит убийство.

- Меня зовут Алексия. Вижу, что обратилась по адресу. Но только надо бы принести клятву молчания. Не хотелось бы, чтобы ты сдал нас кому-нибудь.

- Принесу, заключим магический договор. По рукам?

- Показывай свой договор. Может, там все слишком мутно, - проснулись во мне купеческие замашки, взлелеянные родным отцом. А тот возьми и достань из стопки газет пустой листок. Провел по нему ладонью, и там появился текст.

- У нас свой маг имеется, зачаровал одноразовый договор на совесть. Читай! - прочитала. Все там было ясно. Они обязуются оказать нам разовую услугу в размере неуказанной суммы и молчать о деле, а мы оплатить эту сумму вперед. С сомнением покосилась на Ваньку, - как расскажешь, что за дело, сговоримся о цене. Но ты не думай, мы берем всегда честно и используем самые новые магические артефакты. Если согласна, рассказывай.

Я и рассказала о нашем деле. Договор показался честным. Да и заплатим мы ему сколько бы не предложил. Выдавать себя и свою магию колдовством в княжестве без необходимости не стоило. Теперь парень удивленно посмотрел на меня, покосился на маму.

- Не сложно. Вещи заберем, помогу встретиться с купцом. Знаю, в какой таверне он останавливается. Дам сопровождающих, чтобы, значит, две барянины без присмотра не остались, опасно у нас тут. Приморский город как никак. И не лупи глазенками, - мне хотелось и рассмеяться и поругаться с ним. Походя навязал пару лишних услуг. Сколько все это будет стоить? – три золотых устраивает?

Дорого, но приемлемо. Деньги у нас таким номиналом имелись. А не обманет?

- Хорошо? А что будет, если вы нас обманете?

- Вот деревня, магия накажет. Договор магический-то!

Парень сработал быстро. Свистнул, к нему подбежали двое мальчишек и девчушка. Они о чем-то пошептались, потом он велел ждать у дома в конце улицы, показал направление и махнул мне, мол, иди. Я и пошла к маме. Тихо поведала ей о договоре.

- Эх, и бедовая ты у меня. А вдруг обманут и в рабство на острова увезут? – показала ей договор. Она потянула меня к нужному дому. Достала, спрятавшись за моей тонкой фигуркой, двадцать пять золотых. Я удивленно спросила, зачем столько, - один золотой плюсом, если твой Иван хорошо все сделает. Стоят подобные услуги намного больше. И двадцать монет купцу за проезд.

Паренек, который совсем не мой, несмотря на заявление мамы, прикатил к нам на телеге. Прошло всего минут пятнадцать.

- Сгружайте. Это Саныч. Он со своими сыновьями вас проводит, куда договаривались. Пора платить.

С сомнением проверила в телеге наши вещи. Все было на месте. Как они провернули это? Не расскажет! Вон какой стоит важный. Отдала ему в руки золотые и тихо сказала на ушко.

- Спасибо огромное за помощь, Иван! Пусть твой путь сопровождает удача. А золотой – это чаевые. В столице за такие услуги берут дороже. Сработали вы хорошо, буду советовать своим знакомым.

Он приосанился.

- Знамо, что мы помогали нашей княгине с большой скидкой, - ответил уже Ваня мне на ушко, - плывите с богом! Не сомневайтесь, Саныч проводит вас до самой лохани.

Маме расскажу обо всем потом. Хотелось иметь такого друга. Мог же и меня распознать, но не побрезговал вести дела с темной. Нас привезли почти к самому морю. Мы находились на пригорке, отсюда оно было очень хорошо видно.

- Вы идите к купцу, Прошка проводит, а ты, мелкая, оставайся.

Маму отпускать было не страшно, верилось Ванькиным словам, что Саныч не обманет. Загляделась на ряд ровненьких местных кораблей, стоявших у причала. Мы были в порту, а этих лоханей не видели.

- Почему эти лохани стоят в стороне от причала порта?

- Так здесь личный причал Смоляного. Купец уж больно бойкий, давно смекнул, что так будет дешевле. Дом не купил у нас в городе, а приморскую землю выкупил у городичего.

Мама вернулась спустя полчаса, за которые я извелась и успела пожалеть, что отпустила ее одну. С ней шел небезызвестный купец. Иван Смоляной чем-то напоминал моего деда. Кряжистый, уверенный, умный зоркий взгляд, подмечавший все вокруг. Он лишь мимолетно мазнул по мне своим цепким взглядом.

- Саныч, друг, - похлопал мужика по плечу, - порадовал, привез дорогих мне людей, - выдохнула, значит, все сладилось, - вези дорогих мне барян к третьей лохани и передай капитану, чтобы потеснились там и освободили места в центре рядом со мной.

Купец помог маме забраться в телегу, придерживал ее как-то ласково, даже вызвал неосознанное чувство неуверенности. Разве не так обходятся с любимой, с нежностью и заботой? Мама в телеге кратко поведала, что купец сразу узнал ее и читал верительную грамоту от Егора и Старейя невнимательно, даже денег с нас не взял. Велел дожидаться на лохани, когда он прибудет туда официально. Слишком многие узнают маму.

С беспокойством посмотрела на приближающееся море. Запах его усилился, и вечерний бриз щекотал кожу. Сколько из них удержатся от соблазна сдать нас князю? Надавит, посочувствует, прикинется глубоко влюбленным. Хоть применяй дар и читай в очередной раз заклинание времени, чтобы встретившимся на пути нам людям было легко позабыть о нас. Но что-то останавливало.

В книге не указывались ограничения на это заклинание, но моя сущность предостерегала о бездумном его применении.

Глава 5 Море. Испытание стихией.

В тот раз обошлась без заклинания. Отец тоже не предупреждал о его последствиях. Не знал? Сомневаюсь. Теперь уже многое видится в другом свете. Он знал о проклятом темном даре, который мог перейти его детям, но отказался от меня. И его сын наследовал его. Неспроста он приходил тогда в обитель за печатью. Решил сделать его жизнь легче моей? Странная забота о своих детях. Просыпалась в их семье магия темных? Как поступали те другие родители? Он слишком много знает о своих предках с темной кровью, чтобы не понимать, что подобное могло происходить не в первый раз. Они всех детей сдавали орденцам храма на заклание, отказываясь от них?

Лохань отплыла с ночным приливом, мы с мамой не пропустили этого момента, наслаждаясь видом тающего в ночной мгле берега. Лохань была грузовой, здесь не предусматривались места для пассажиров. В одном из помещений трюма, как рассказал купец, оборудованы спальные места для матросов. Ему же отводилось место в закрытой тонкими досками небольшой каюте, рядом с кубриком кока. Вот ее он нам и уступил, заявив, что все равно не привык отходить далеко от происходящего на лохани. Сам привык все контролировать. Знаю, что лохани выходят и зимой в море. Как здесь люди прячутся от мороза? К ночи совсем похолодало, стоило нам выйти подальше в море.

Мы уснули далеко за полночь. Все не могли поверить в то, что пересекли границы княжества. Укутались теплыми тулупами, мы ведь ехали на тот берег зимовать. Проснулась от дикой качки. Поняла, что что-то не так, когда одна из сумок чуть не взлетела к потолку. Сначала она ударила меня ощутимо по лицу, а потом уже взлетела. За ней последовал сундук, куда мы сложили по настоянию купца остальные сумки. Несколько тюков загрузили в трюм к вещам Смоляного.

Мама спала беспокойно. Даже во сне она чувствовала грядущие перемены морской стихии. Разбудила ее, попросила подождать и привязаться чем-нибудь к кровати, которая была прикреплена к полу тяжелыми металлическими болтами.

- Мама, знаю, магия до конца не вернулась к тебе, но прошу, не экономь ее, если будет грозить опасность, примени, не задумываясь.

- Алекса, возвращайся скорей. Если мы вдвоем укрепим эти стены, они выдержат любой ураган и волны.

- Это идея. Давай сразу и укрепим их. И добавим в ту защиту слова, что станут просьбой к стихии.

Строчки сами легли в суть заклинания.

«- Море, будь благосклонно к нам, твоим детям. Вынеси наше судно целым на берег. Сбереги нас!»

Мы переглянулись, почувствовав, как защита оплетает хлипкую каюту. Мама удержала меня на миг, поцеловала в щеку.

- Буду ждать тебя. Вернись ко мне целой и невредимой, - несмело улыбнулась ей. Целых два года я была лишена родительской любви. Сейчас же эта чужая женщина не переставала дарить мне свою заботу. Тихо шепнула.

- Обязательно вернусь, - громкий раскат грома и ударившейся о стены каюты тонны воды вернули в действительность.

Становилось все тяжелее удерживать равновесие, и я поторопилась на разведку. Нет, я лукавлю, на помощь купцу и людям этой лохани. Сильный порыв ветра чуть не снес хлипкую дверь. С сомнением покосилась на стены, просканировала плетение защиты. Темные всполохи отражали атаку водной стихии. В местах соприкосновения моей магии с холодными каплями воды темнота искрилась, словно подзаряжаясь от электричества. Удержит ли она стены каюты от разрушающей стихии?

На палубе было странно тихо. Порывы ветра норовились подтолкнуть меня к пропасти. Лохань опасно накренилась, и я ощутила весь спектр холодного ливня на себе. В миг промокла, задрожала, пожалев, что в этом мире нет дождевиков или плащей-палаток. Надо было покупать одежду не на зиму, а на холодную осень, может быть, и отыскали бы плащи с защитой от водной стихии. Но тут же выровнялась, подгоняемая играми моря.

Лишь спустя пару секунд разглядела двух матросов, привязанных к рулю. Они пытались в одиночку удержать его. Руль опасно кренился. Да уж, никаких тебе укрытий в виде капитанского мостика на лохани не было. Откуда пришла морская буря? Почему море вспенилось и нападает на нас? Ведь ничто не предвещало, что мы попадем в такой водоворот.

Стуча зубами, пробралась к матросам, стараясь перекричать вой волн, спросила.

- Где все? - боясь услышать, что их смыло за борт.

- В трюме. Его задраили, как велит протокол. Нас придут сменить через час. Вы бы лучше вернулись в каюту, маленькая барянина.

- Нет, - не смыло, значит, повоюем. Поступала ли я опрометчиво? Может быть, и да! Но я никогда себя не прощу, если ничего не сделаю, чтобы спасти всех. До этого я не сталкивалась с таким морским ураганом, но даже неопытная маленькая я видела, что здесь не обошлось без чужого вмешательства.

Накинула на матросов защиту, видя их удивленные лица от того, что вода перестала по ним хлестать, и вздохнула. Теперь укрепить лохань, борт, палубу, дно, чтобы они не рассыпались от натиска тонн воды. Наблюдая, как воспряли матросы, получив призрачную надежду, приступила к колдовству. Магия тонкой струйкой устремилась в щели лохани, задраивая их собой. Пошатнулась от натиска очередной волны, которая окатила борт, захватывая палубу, где я стояла. Почему моя защита пропускает водные капли, тогда как на других работает? Откинула ненужную мысль, вернувшись к колдовству. Я не скрывалась, применяя свой дар. Может быть, они оценят и не выкинут за борт?

Вновь не устояла на ногах, захлебнувшись потоком воды, но упрямо выпрямилась, чтобы магичить дальше. Добралась уже до дна, когда при очередной качке лохань буквально взлетела на гребень трехметровой волны. Отступила на шаг, бежать было поздно. Если сейчас лохань перевернется, от нас ничего не останется. Хотя те, кто находится в трюме, могут выжить. Очередная волна подхватит лохань, побросает по волнам и может вернуть все в правильное положение.

Последней мыслью было: «Чтобы лохань смогла удержаться на волнах, нужны рулевые». Накинула лассо на матросов, намертво привязывая их к рулю. Теперь можно и понаблюдать за тем, что подкинет стихия. Мы чудом перепрыгнули с этой волны на вторую, более высокую. Или мне так показалось? Вода пенилась, утробно зазывая в свои чертоги.

- Маленькая темная. Безрассудная, но ты остановила своей магией три пробоины. Трюм перестал заполняться водой. Матросы выкачают ее ведрами и останутся живы, - капитан тяжело вздохнул и обнял меня за талию, постепенно переместив руки на мои, раскинул их в стороны. Создавалось впечатление, что я лечу. Мы слились с капитаном в одно целое. Маленькая я, удерживаемая взрослым мужчиной. Стихия вдруг отступила, стала не страшна. Мужчина словно отгородил собой меня от всех страхов, - пора. Я буду произносить заклинание легкого пути, прокладывать короткий путь через ураган, а ты повторяй за мной.

- Но наш же дар разный? - удивилась его предложению, но не отказываясь, просто стремясь понять, как такое возможно. Он почему-то пренебрег опасностью, решив мне ответить.

- Морские волки передают из уст в уста, что магия темных хорошо работает в паре со светлым стихийником. Мы бы всем составом матросов не смогли бы провернуть подобное. А когда-то моря и океаны бороздили быстроходные корабли, которым не были страшны морские законы. Нам представилась возможность проверить эту легенду, малышка. Повторяй!

И я на автомате повторяла раз за разом слова светлого заклинания. Если мои заклинания напоминали стихи, то его больше походили на песню, посвященную морю. Мы пели синхронно. Его грубый мужской бас слился с моим звонким, детским, чистым голосом. Я видела нашу магию впереди, как она разливается на волнах, указывая путь к безопасному месту. Волна. Еще одна, лохань скользила по волнам, словно заговоренная. Я в восхищении зависала, наблюдая настоящее волшебство. Ай да капитан. Ай да морской волк!

Пусть кто-то кинет в меня камнем, отблагодарив не по-людски. Это того стоило. Когда еще смогу увидеть подтверждение легенды о союзе светлых и темных! К тому же капитан может сжалиться надо мной, прикрыть мою магию своей. На всякий случай у меня в запасе верное решение, заклинание, которое ни разу не подвело. Вновь заставлю всех позабыть о случившемся. А голоса наши продолжали звучать, разбивая грохот бушующих волн.

Музыка моря вокруг зазвучала,
Прощай, безмятежный приют!
Мы к суше найдем верный путь,
В той дали спасенье, безбрежная гладь,
Морские просторы сулят нам уют.

Мы выйдем в тумане,
Минуем стихии,
Чтобы песня морская звучала.
Мы верные нашей стихии,

И в море выходим,

Чтобы видеть надежды рассвет.
Мы сольемся с волнами,

Воздвигнем защиту,

Чтобы стала родной

Морская стихия.

С последними словами впереди показался рассвет. Он освещал тонкой и еще неуверенной полосой береговую линию. Выдохнула, замолкая. Качка до конца не прошла, но пугающие высокие волны остались позади.

- Надо же, а легенда не врет! Это не тот берег, к которому мы плыли, но там тоже найдем приют.

Отпрянула от взрослого мужчины, продолжающего удерживать меня.

- К чему мне готовиться? - сорвался непрошенный вопрос.

- Не бойся, темная. Я всем расскажу, что легенда не врет. Может быть, наконец, люди вспомнят о том, что боги когда-то населили Арутан в равной степени темными и светлыми. Беги в каюту, уничтожь защиту на лохани. Мы прибудем к берегу через несколько часов.

Никто не заметил моей магии, лишь недоуменно косились на целехоньких матросов, а те как воды в рот набрали, пыжились и гордились собой. Видимо, капитан провел с ними беседу. Уже ближе к берегу, беседуя с купцом, мы выяснили, что капитан вольный корсар и не принадлежит флотилии Смоляного. От того он и осмелился скрыть правду ото всех или действительно верит в то, что тьма в дарах может быть доброй.

Все казалось, что капитан смотрит на меня, но взгляд не находил сильного и смелого мужчину. Он ускользал от моего внимания, отрицая мою причастность к спасению лохани. Словно сама судьба ведет нас с мамой, защищая. Несмотря на то, что свобода нам далась нелегко и встречались нам не совсем добросовестные люди, мы пока стремительно приближались к первой отправной точке к нашему новому дому.

Мы с мамой давно не прятались в каюте, наблюдали за ровной морской гладью, удивлялись и поражались вдруг активировавшимся живым существам. Вон огромная чайка парит над парусом, который поднял капитан. А вдали виднеется парочка альбатросов, ловящих себе пропитание. Жизнь за границей урагана приобрела краски, предвещая скорое прибытие к берегу.

Как поняла, мы высадимся далеко за чертой населенных пунктов, но лохань знатно потрепало, и ей необходим будет ремонт. Купец зазывал нас в крепость. Именно туда отправится его обоз. Мы долго шептались с мамой. Логично было бы отправиться в крепость, куда у нас имелись рекомендации, но ее интуиция и мое внутреннее чутье велели идти на Восток. Там имеется другая крепость, которая находится почти на границе с княжеством Ратока.

Мы можем не останавливаться надолго в крепости, минуя ее, и отправиться сразу в следующий пункт, где тоже есть верный человек. Первая крепость принадлежала нашему княжеству. Даже если друг Старейя примет нас хорошо, всегда будет оставаться угроза разоблачения. Ведь людей в крепости много и кто-нибудь может вспомнить княгиню. Как скоро до князя дойдут вести о том, где мы осели? Тем более в этих широтах зима более сурова. Если мы останемся в крепости, то уйти в снежные бури не сможем. Тихое поселение больше манило нас. Там и задержаться можно будет подольше, чтобы собрать экспедицию в земли, которые мне завещала тетя.

Причалили к берегу уже к полудню. Поели на лохани и лишь затем приступили к разгрузке. Купец нас выловил уже на берегу, где мы стояли поникшие и отчужденные. Как нам добираться до той крепости, куда мы хотели уйти? На своих двоих далеко не пройдешь. Сомнения не просто так посетили нас. Вокруг был пустынный берег. Смоляной подошел к нам, когда весь его груз оказался на берегу.

- Что, дамы, раздумываете, как будете добираться?

Дружно кивнули. Я не удержалась, хотя все время пыталась сойти за девчушку своего возраста.

- А вы как перетащите свое добро?

Тот рассмеялся.

- Отсюда в пяти километрах имеется поселок. Я уже отправил туда своих людей за телегами и лошадьми. Этого добра у них много, промышляют выращиванием лошадок. И на вас попросил прикупить пару лошадок. И нанять для вас местных воинов в охрану и проводника, - удивленно смотрели на предприимчивого купца. Он довольно крякнул, погладил бороду и заливисто рассмеялся, – или вы думали, что оставлю вас вот так одних в чужом краю?

Через пару часов мы наблюдали за приближающимся обозом. Несколько лошадок вели в поводу, видимо, две из них как раз предназначаются нам. Смоляной сначала сам обговорил условия нашего сопровождения с воинами, а потом представил нас. Главного из них звали Митрий. Он с сомнением переспросил, сможем ли мы двигаться верхом, не лучше ли нам тоже обзавестись телегой? Мы подтвердили, что осилим путь верхом, а тот с неудовольствием выдал.

- До крепости три дня пути. Мы не будем задерживаться на долгие стоянки. В телеге вы могли бы передохнуть и поспать, а так…, - махнул нагайкой, словно предупреждая нас о том, что мы берем ношу не по своим силам. Купец вмешался.

- Зачем же вы пугаете их? Ночные остановки будут. Смогут передохнуть. Алиша, - обратился он к маме, попытавшись объяснить тяжелый настрой воина, - вы поедете через пустошь, где свирепствуют стаи диких кошек. Каждая стоянка потребует от воинов магических затрат, а магия может пригодиться для боя. Вы же слушайтесь своих сопровождающих, чтобы я не переживал за вас. И да, я им заплатил сполна, чтобы они доставили вас в целости и невредимости.

Но все же была и ложка дегтя. Митрий наотрез отказался брать с собой лошадку с нашей поклажей. Настаивал на том, чтобы могли отправляться налегке. Выручил капитан, наблюдавший за встречей. Он предложил доставить груз прямо в крепость, заверив, что планировал сплавать туда и так. Сомнения не покидали меня, когда смотрела на удаляющуюся широкую спину капитана. Наверняка, мужчина пожалел нас. Но эгоистично обрадовалась. Мы увидимся с этим удивительным мужчиной вновь.

Мама тут же попыталась выяснить, сколько купец заплатил, дабы возместить потраченное, но тот уперся и велел забыть об этом. Тут уже я подключилась. Купец и так нас бесплатно довез до противоположного берега Балката. Смоляной ухмыльнулся и сказал, что раз мы желаем быть ему должными, тогда обязаны пригласить его первым для налаживания торгового пути. Откуда он знает о том, что мы планируем осваивать новые земли, узнали из его рассказа. Ростовщик – его знакомец хороший, он давно намекал, что имеется завещание на земли, и конечно же не преминул посвятить купца, что хозяйка нашлась. Также он выдал нам контакты для связи по артефакту, пообещав вложиться в наши исследования.

Когда это еще будет! Но Смоляной лишь усмехнулся в бороду и махнул нам на прощание, пожелав доброго пути. Вот так мы отправились в путь в смятении и со множеством вопросов. Когда-нибудь мы встретимся с купцом и сможем разузнать больше, а сейчас нам пришлось подстраиваться под галоп лошадей воинов.

Путь выдался нелегкий, два дня пролетели как два часа, вымотавших нас. Румянец, было появившийся, превратился в розовый загар. От солнца, что пекло в этот день, не спасали ни платки, ни импровизированные навесы, которые все воины приладили, примотав к спине.

О зиме уже не думалось, когда выдалось такое жаркое позднее лето. Когда мы приблизились к берегу, то заметили, что ближайшие скалы и бухты утопают в валежнике. Буря достигла и этого берега Балката. Что-то невероятное для этих широт.

Один из воинов оказался не настолько смурным, как их командир. Герга был моложе и все интересовался, откуда мы такие взялись, искренне восхищался нашей терпеливостью. Воины видели нашу усталость, изможденность, но не делали скидку на это, продолжали гнать лошадей. Пустынная местность давно сменилась молодой порослью деревьев, впереди маячил лес. Березы, растущие плотным семейством, сосны, да ели и разнотравье под копытами лошадок.