Полная версия
— Она в участке, — произнес маг, зная, что это не самый подходящий ответ.
— Что? Она еще и преступница?! — взревел монарх, его глаза сверкнули гневом.
— Нет-нет, что вы, Ваше Величество! Это исключено! — запаниковал маг, стараясь объясниться.
— Т Тогда что она там делает? — спросил король, чувствуя, что ситуация становится все более запутанной.
— Ну…
— Гурстанд! — рявкнул король, потеряв всякое терпение, его голос звучал как грозовый гром.
— Ее сегодня выловили в море патрульные и доставили в участок, — наконец произнес маг, надеясь, что эта информация сможет успокоить монарха.
— Мертвую? — просиял Каэль, его настороженность на мгновение сменилась надеждой.
— Нет-нет! Живая, — замахал руками маг, пытаясь предотвратить любое недопонимание. — Правда чуточку замороженная…
— Чуточку? — уточнил правитель, его голос звучал с легкой иронией. — И на сколько чуточку?
— Полностью… — тихо ответил Гурстанд, осознавая, как запуталась вся ситуация. — Но вы не волнуйтесь! Я быстренько приведу ее в норму!
— А может, не стоит торопиться? — задумчиво протянул король, его眉шнка склонилась к размышлениям.
— Как это? — Эйриш опешил от такого заявления, не понимая, к чему такая осторожность.
— Ну ты же сам сказал, что она жива. Значит, это для нее безопасно. Вот и пусть еще во льду постоит, — произнес король, выражая свою непреклонность.
— Но…
— Никаких «но»! Доставь ее в замок. Пусть постоит в тронном зале, а позже я решу, что с ней делать. Ну что стоишь?! Выполняй! — рявкнул он так, чтобы у мага не возникло никаких сомнений в его словах.
— Слушаюсь, Ваше Величество… — произнес маг, собравшись с мыслями и готовясь к выполнению непростой задачи.
***
Под покровом таинственной, загадочной ночи, обернутую в плотную, темную ткань, глыбу загадочной субстанции ввезли через «черные» ворота старинного, величественного замка, дабы примерить любопытные взгляды слуг, которые могли заметить что-то необычное и странное. Бичевая веревка, очень крепкая и надежная, плотно стягивала «груз», не позволяя тряпице упасть на землю и открыв тем самым всему миру то, что было скрыто. Молчаливые, безмолвные служители порядка, которые всегда выполняли свои обязанности, молча внесли ношу в тронный зал Его Величества, царствующего короля Каэля Верзуса Орзера Третьего на троне, и быстро удалились, чтобы не вмешиваться в происходящее. Все это время придворный маг, который был сосредоточен на своих делах, ни на шаг не отходил от того, что скрывалось под этим таинственным покровом.
Как только появился король, величественный и уверенный в себе, Гурданы, придворный маг, почтенно склонился перед ним, олицетворяя всеобщее уважение к высокой власти.
— Как вы и приказали, Ваше Величество, девушка доставлена, — сообщил он, косясь на льдину, которая явно не предвещала ничего хорошего.
— Кто-нибудь видел, что там скрыто? — уточнил правитель, испытывая любопытство.
— Нет, правитель. Страже было сказано, что это особая ледяная фигура в подарок от вашего брата, который, как вы знаете, часто присылает различные дары.
— Умно, — довольно улыбнулся Каэль, поощряя магу за хорошо выполненную работу. — Ты уже осмотрел ее?
— Еще не успел. Если вы позволите, то сделаю это прямо сейчас, не откладывая в долгий ящик.
— Надеюсь, ты помнишь, что пока не стоит ее размораживать? — с настойчивостью напомнил король.
Маг вздохнул, чувствую неловкость, но перечить королю не посмел, понимая всю серьезность ситуации.
— Помню. К сожалению, в таком виде магические кристаллы, которые я собираюсь использовать, могут сработать не в полной мере, — предупредил Эйриш с легким беспокойством.
— Не важно! — с явным недовольством отмахнулся король, явно не собираясь углубляться в детали.
— Ваше Величество… — замялся маг, вновь вызвав недовольство правителя. Но в этот раз, собравшись с мыслями, он все же взял себя в руки и продолжил. — Вы уж простите мне мою дерзость, однако, я должен настоятельно предупредить вас. Хоть девушка и замерзла в результате воздействия мощной магии, при длительном воздействии лед может оказать на нее негативное влияние. А это скажется и на… — неожиданно прервался, когда Каэль одарил мага испытующим взглядом, отчего тот непроизвольно запнулся, сглотнув тугой ком в горле, — …на продолжение вашего рода.
— Я услышал тебя! А теперь займись своим делом, не тяните время! — яростно велел король, подтверждая свою неуёмную власть.
Маг осторожно развязал веревку, словно боялся повредить то, что скрывалось от его взорчивых глаз, осторожно стараясь не навредить. Затем, с трепетом, снял тряпицу, долго всматриваясь в льдину, сквозь которую был заметен лишь размытый силуэт, будто облаченный в тайну самого времени.
— Если вы позволите… — начал он с некоторым сомнением.
— Делай, что считаешь нужным, — равнодушно махнул монарх, явно проявляя скуку.
Взяв все ту же тряпицу, он начал рьяно натирать поверхность глыбы, тем самым полируя ее до блеска, стремясь увидеть то, что скрывалось. Уже вскоре через прозрачный лед стало видно девичье, нежное лицо.
— Хороша… — довольно протянул Гурҙан, восхищаясь изображением.
— Кх…
— Простите, Ваше Величество. Это я не подумав ляпнул, — быстро поправился он и, немного нервничая, достал из стоящего неподалеку небольшого саквояжа несколько камней, которым дала жизнь природа.
То и дело прислоняя их ко льду, водя туда-сюда, он внимательно вглядывался в то, как они меняют свой цвет, начинают светиться, тухнуть, мигают, создавая воистину волшебное зрелище. Продолжалось это долго, словно бы время замерло в ожидании чего-то важного. Наконец Каэль не выдержал, воспылав раздражением.
— Сколько можно?! — возмутился и закричал король.
— Я почти закончил, — сообщил придворный маг, примиряясь с тяготами своего ремесла. — Могу с уверенностью сказать, что это действительно ваша истинная.
— Но я не чувствую ее! — с недовольством воскликнул король, отказываясь верить.
— Всему виной ее ныне бедственное, странное состояние. Да и после того, как освободите ее от оков льда, некоторое время организм должен будет восстановиться. Лишь тогда вы в полной мере ощутите вашу непередаваемую связь.
— Я дракон! У меня нюх такой, что и сквозь камень могу учуять что угодно, — не согласился правитель, проявляя всю свою независимость.
— Увы, но не в этом специфическом случае. Я уже говорил вам, что девушка была вморожена в момент применения магии. И магия это была настолько сильной, что я на сегодняшний день не знаю ни одного мага, который бы обладал чем-то подобным, берущим за душу.
— Энея… Уверен, что без этой своенравной, непредсказуемой богини тут не обошлось. Вот, все-таки правильно, что жители Эйсинкора когда-то перестали ей поклоняться. Такой взбалмошной и своенравной богине не место в этом мире, я так считаю.
— Молю вас, Ваше Величество, не стоит так отзываться о богине Энее. Нам всем и так сполна досталось за то неуважение, которое продемонстрировали наши предки по отношению к ней. Столько столетий все мучились, бились с трудными судьбами, не в силах обрести свои истинные пары. И то, что она наконец-то даровала вам вашу душу-пару, говорит о многом. Видимо, она все же решила простить всех нас, несмотря на всё.
— А я просил ее прощения? Мне оно ни к чему, — с отстранённостью произнес он, с недовольством отметая идеи о покаянии. Впрочем, так же, как и эта истинная.
— Зачем вы так? Вы же знаете, что самый сильный наследник может появиться только от той, кто предназначена именно вам, ваше Величество.
— Глупые правила, просто глупые! — заявил он, выразив недовольство.
— К сожалению, ни мне, ни вам не дано обойти их. Вы вынуждены подчиниться, как бы это вам ни не нравилось. Тем более, что в пару вам досталась красивая, полностью здоровая женщина. Вот только есть одно «но»…
— Какое еще «но»?! — насторожился король, предчувствуя нечто плохое.
— Дело в том, что эта девушка… Как бы это сказать… В общем, она не с Эйсинкора, — настойчиво произнес маг с нотками серьезности в голосе.
— Как такое возможно? — в недоумении воскликнул король, не в силах поверить.
— Я полностью уверен, что она иномирянка. И, полагаю, что если к этому причастна богиня, то это и не удивительно.
— Час от часу не легче! И что мне с ней тогда делать? — правитель, поднявшись с трона, начал расхаживать молча по залу, терзаясь вопросами. Маг только и делал, что крутил головой, отслеживая его путь. Вдруг Каэль резко остановился, словно что-то очень важное пришло ему на ум, и загорелось в его уме решение. — А впрочем, что я теряю? Запру ее в башне, пусть живет там, вдали от глаз. Придет время, она родит наследника. После этого можно и в храм ее сослать с глаз долой. А у меня есть гарем, все так иначе, зачем мне менять из-за какой-то истинной свой уклад жизни? Я все решил! Гурдсан! Передай слугам, чтобы обустроили для нее скромную, уютную комнату в главной башне, где она будет в безопасности.
— Но…
— Делай, что тебе сказано! — рявкнул правитель, отчего маг с испугом побледнел, осознав всю серьезность приказа.
— Слушаюсь… — произнес маг, понимая, что у него нет выбора.
Глава 3
Оставшись один на один со своим загадочным и необычным «подарочком» от богини Энеи, Каэль присмотрелся с любопытством к скрытой прозрачной толщей девушки. Здесь было глупо спорить с могучим магом — она и впрямь была хороша собой, но это ничего не меняло. Холодное, как лёд, сердце короля не способно любить — в этом Его Величество был целиком и полностью уверен, до мельчайших подробностей. Да и зачем нужна эта неуловимая любовь? Она лишь притупляет ум и делает любого слабым и уязвимым, как тростник на ветру. Этого правитель, каким бы сильным он ни казался, не мог допустить ни в коем случае.
Подняв с пола грубую и несоразмерно изношенную ткань, он накинул ее небрежно на глыбу льда, чтобы скрыть девицу от своего взора, и отгородить себя от мыслей о ней. «Лучше бы она и вовсе замерзла насмерть» — подумал с досадой, раздирающим его душу, Каэль.
Неожиданно внезапно мужчине пришла в голову одна мысль, которая показалась ему весьма привлекательной. Не мешкая ни минуты, спешно и решительно Его Величество вышел из тронной залы, приказав страже и днем, и ночью стеречь двери, никого не впуская и никого не выпуская, словно это был вопрос жизни и смерти. Как раз-таки последние слова и повергли служивых в полное недоумение и растерянность.
— И кого это мы не должны выпускать? — хохотнул один из стражников, когда король, словно призрак, скрылся из виду.
— Видимо, тараканов, — поддержал его веселье второй, подмигнув в шутливом настроении.
— Хватит вам чепуху городить. Молите богов, чтобы Его Величество вас не услышал. А то вылетите отсюда в два счета, — недовольно проворчал третий стражник, явно испытывая сомнения.
— Да чего ты такой серьезный, Марсуэль? Ну подумаешь, повеселились мы немного? Уже и пошутить нельзя, что ли? — перестав смеяться, добавил первый, стараясь развеять мрачную атмосферу.
— Ваши шуточки всем нам могут боком выйти в самый неожиданный момент. Тем более, что вон какой король злой был. Никак случилось чего, может, в самом деле, что-то стряслось.
— Если бы случилось, то мы бы одни из первых об этом узнали и были в курсе. А раз в замке, как обычно, тишина, то и переживать не о чем.
Пока стражники продолжали активно спорить, Каэль уже спустился к выходу, не обращая внимания на их разговоры.
— Ваше Величество? — удивился встретившийся у него на пути советник, который нервно поправил свои очки. — Я думал, что вы в своем кабинете. Могу быть вам чем-то полезным, если придаст это какую-то важность?
— Мне нужна карета. Прямо сейчас! — скомандовал король, не оставляя места для вопросов.
— Что-то произошло? Я видел, как в замок наведывались служители порядка. Неужто случилось что-то серьезное, что требует особого внимания? — заподозрил Брайфорд.
— Нет! Да и вообще, Брайфорд, не стоит совать нос туда, куда не следует. Это не ваше дело, — Каэль одарил советника многозначительным и строгим взглядом.
— Простите, Ваше Величество. Просто я беспокоюсь о вашей безопасности, о вашем благополучии, — начал оправдываться советник.
— Для этого есть начальник королевской охраны и стража. Кстати, где Лойфуд? — неожиданно вспомнил он.
— Я сегодня, к сожалению, не видел начальника охраны, — пожал плечами Ирвис, явно неготовый к таким вопросам. — Но, если вы желаете, я разыщу его, это будет не сложно, — предложил советник, стараясь не вызвать недовольство короля.
Король лишь кивнул, скривив губы в легкой улыбке. Не мешкая, Брайфорд направился на поиски Маркуса Лойфуда, попутно приказав слуге, что встретился ему на пути, тщательно подготовить карету для Его Величества, чтобы всё было на высшем уровне.
Начальник королевской охраны едва ли не бегом спешил к королю, зная, как тот не любит ждать и ценит каждую секунду. Его прямая спина выдавала напряжение, а сведенные к переносице густые брови делали и без того широкий лоб еще более выразительным, выделяя всю его строгость. Идеально сидящий мундир с начищенными до блеска пуговицами подчеркивал его громадную фигуру, больше похожую на каменную гору, внушающую доверие.
— Я здесь, Ваше величество! — отрапортовал он на ходу, не теряя ни единой минуты.
— Собирайся! — приказал Каэль, внушительно и безапелляционно. — Ты едешь со мной.
— Куда? — по-деловому уточнил мужчина, явно ожидая каких-то объяснений.
— Меньше вопросов. Карета уже у входа, ждет нас, — пояснил король.
— Слушаюсь! Только предупрежу стражу, чтобы выдвигалась следом, на всякий случай, — предложил Лойфуд, стараясь учесть все возможные варианты.
— Нет! — отрезал правитель, его голос звучал неожиданно, словно гром среди ясного неба. — Мы едем вдвоем, только вдвоем.
Это очень сильно удивило начальника королевской охраны, а еще больше насторожило, о чем он и поспешил сообщить королю.
— Ваше Величество, не сочтите за дерзость, но смею доложить, что такая поездка небезопасна и вовсе весьма опрометчиво и рискованно. Я хоть и неплохой воин, но все же, случись вдруг нападение, вряд ли смогу защитить вас должным образом в одиночку.
— Не переживай. Не думаю, что кто-то, даже самый проницательный заподозрит, что в самой простой карете едет король, — улыбнулся правитель, его улыбка была не совсем уверенной.
— Простой? — опешил Лойфуд, не веря своим ушам.
Король не ответил, лишь вышел на крыльцо, где уже стояла и правда самая скромная карета, что служила средством передвижения для придворного мага, забытая всеми. Запряженная в нее гнедая кобыла, переминаясь с ноги на ногу, дожидалась, когда же ей разрешат сорваться на бег.
— Куда мы едем? — спросил начальник королевской охраны, когда карета наконец тронулась в путь, как будто саму судьбу не звали.
— В Храм всех божеств, — сообщил Каэль, его голос звучал серьезно.
— Мне казалось, что вы зареклись больше не приходить туда, когда-то обещали не возвращаться, — удивленно произнес Лойфуд, ощутив внутреннее беспокойство.
— Обстоятельства изменились… — уклончиво ответил король, глядя в окно, не выдавая своих истинных намерений.
Видя настрой правителя и его дурное настроение, Маркус предусмотрительно промолчал, не став развивать тему, прекрасно зная, что, когда придет время, Его Величество и сам все ему поведает. Оставшийся путь они преодолели молча, погруженные в свои мысли, и ощущая тяжелую атмосферу, как облака, закрывающие солнце.
Карета остановилась у главного магополитена столицы Кравеста, величественного и загадочного города, в сердце которого бьется дыхание Вселенной. Именно здесь, на главной площади, были сосредоточены все важнейшие порталы, ведущие в любое место мира, где справедливость и богатство сочетались с магией и чудесами. И только тут был один из них — тот самый уникальный, что открывал переход в нейтральные земли Эйсинкора, где мудрость ценят больше всего.
Среди высоких неприступных гор, возвышающихся над облаками, был построен величественный храм, который притягивал к себе взгляды всех искателей истинного просветления. Все жители мира, от мала до велика, когда-то посещали это священное место, чтобы поклониться богам четырех стихий: Энея — богине земли, Заралис — богу огня, Оврантей — богу воздуха и Тресмонт — богу воды.
По преданию, пятьсот лет тому назад, когда Кравестом правил отец Каэля, а у остальных во всех уголках мира были иные короли, на одном из роскошных пиров все они восхваляли богов-мужчин: пели им песни, поднимали за них кубки, отмечая их могучее влияние. Но кто-то, рассуждая о вечности, предложил поднять кубок за богиню Энею… Тогда короли, как настоящие гордые ежа, отличились. Отказались поднимать кубки за «бабу», пусть и богиню. «Ее удел, как и остальных женщин, мужа ублажать, да детей рожать» — пренебрежительно заявил кто-то из них, и остальные с удовольствием поддержали его словами, не понимая всей глубины своего оскорбления.
Богиня не выдержала и пришла на пир, окруженная аурой неземной силы, чтобы заявить о себе. Красивая, величественная, грозная. Прокричала проклятье, причем каждый, без исключения, услышал своё, но суть одна, истинных у королей больше не будет, ибо они не понимали истинного значения своих поступков. «Вы, мужланы, еще у меня попляшете!» — уходя, бросила обиженная и бескомпромиссная богиня Энея.
На самом деле все это началось еще задолго до праздника, когда в битвах, в бесконечной борьбе за власть, короли Эйсинкора, подобно кораблям в бурное море, забыли, что главное предназначение и мужчины, и женщины любой расы — это потомство, это след, который они должны оставить на земле. И чтобы найти свою истинную, как раз нужна богиня. Она, с своей мудростью и интуицией, умело подбирала подходящую девушку, связывала их нити судьбы, чтобы между ними зародилась не только связь истинных, но и настоящая, искренняя любовь. И за последние пятьдесят лет ее храмы, когда-то полные жизни и надежд, оказались самыми бедными.
За все это время в королевских семьях не было потомства, что вызывало глубокую печаль. Повезло лишь тем, у кого, как у отца Каэля, уже были дети — искорки надежды в потемках, но и таких было, увы, совсем немного. И вот свершилось чудо! Правители Эйсинкора наконец-то поняли свою ужасную ошибку. В праздник всех божеств жреца главного храма, под звуки священной музыки, решили воззвать к богине Энее свои искренние мольбы. И, о чудо, богиня их услышала…
Вспоминая все это, Каэль усмехнулся, словно понимая, что радовались все вокруг. Он видел, как счастливились, как возликовали пришествие милости строптивой богини, но вот только он не разделял всеобщего счастья и веселья. Его сердце, словно каменный лёд, было слишком сильно сковано льдом, что царил не только на заснеженных землях Кравеста, но и в его холодной душе, где бушевали тёмные мысли.
Начальник королевской стражи, как преданный служитель, быстро подошел к смотрителю магополитена, и тот тут же настроил им портал, чтобы они могли продолжить свою миссию.
— Прошу вас, Ваше Величество, — расшаркивался смотритель перед королем, стараясь ему всячески угодить, словно осознавая всю важность момента.
Каэль молча, с непростительной суровостью, шагнул в портал. Пространство вокруг заискрило, засверкало и поплыло в бесконечности. Буквально через мгновение двери открылись, и правитель Кравеста, и сопровождающий его Лойфуд вышли в небольшом здании магополитена в нейтральных землях, которые были наполнены мистикой и спокойствием. Оно располагалось буквально в нескольких шагах от храма Всех божеств, этого грандиозного сооружения.
Храм Всех божеств, как благородный страж, располагался на самой вершине одной из цепи гор, словно вознесенный на пьедестал, чтобы все могли видеть его во всей красе. Величественное здание из белоснежного мрамора казалось ледяной глыбой среди каменистой породы. Всем своим видом оно указывало на то, что это не просто место поклонения, это главная святыня и воплощение веры всего Эйсинкора. Храм Всех божеств, увенчивающий вершину горы, не просто возвышался над окружающим миром — он довлел над ним, словно воплощение неумолимой силы и божественной власти.
Белоснежный мрамор, отполированный до зеркального блеска веками, отражал солнечный свет, создавая ослепительное сияние, которое было видно даже за десятки километров. Здание, построенное в стиле, сочетающем элементы классической архитектуры и некой неведомой древней эстетики, поражало своей масштабностью и гармоничностью. Высокие колонны, украшенные замысловатой резьбой, изображающей мифических существ и сцены из легенд Эйсинкора, поддерживали огромный купол, устремленный к небу, словно сам храм стремился прикоснуться к безбрежной вечности.
Его поверхность, покрытая тончайшей мозаикой из разноцветных камней, переливалась всеми цветами радуги под лучами солнца, словно отражая многоликость божественного пантеона. Перед храмом, на обширной террасе, вымощенной гладкими плитами серого камня, стояли статуи, изображающие четырех богов Эйсинкора, которые охраняли это священное место. Каждая статуя, высеченная из единого куска темного камня, была неповторима, передавая всю мощь и индивидуальность божества, напоминая о важности созидательной силы.
— Останься у входа и жди меня здесь! — скомандовал правитель, толкнув массивную дверь храма, словно она была преградою на его пути к истине и власти.
Начальник королевской охраны хотел было возразить, но король остановил его предупредительным жестом, уверенно и решительно шагнув в дверной проем, оставляя за собой эхо своих шагов. Внутри храма, в просторном зале, господствовала полумрачная атмосфера, нарушаемая лишь мерцанием множества свечей, расставленных вдоль стен, создавая волшебное свечение, как символ надежды в тёмные времена.
Воздух в этом удивительном и священном месте был наполнен благовониями, создающими ощущение глубокого умиротворения и священного благоговения. Стены зала были искусно покрыты великолепными фресками, изображающими важнейшие события из поразительной истории Эйсинкора — величественные битвы, грандиозные торжества, загадочное появление богов. В центре этого прекрасного зала, на высоком, внушительном постаменте, с гордостью стоял огромный алтарь, украшенный ценными драгоценными камнями и редкими, изысканными металлами. Алтарь, казалось, излучал мягкое, теплое свечение, которое притягивало взгляд и наполняло сердце человека чувством божественного, непостижимого присутствия.
Помимо главного зала, храм имел множество дополнительных помещений — капеллы, обширные библиотеки, уютные жилые комнаты для преданных жрецов. В глубине храма, в строго запретном для простых смертных помещении, хранились священные реликвии Эйсинкора — уникальные артефакты, наделенные невероятной силой и магической мощью. Эти бесценные реликвии защищали жрецы, которые прошли строгий отбор и провели многие годы своей жизни в подготовке. Они хранили безмерные тайны богов, передававшиеся из поколения в поколение, и служили главным связующим звеном между божественным и земным мирами. Храм Всех Божеств не был просто зданием — он являлся живым организмом, дышащим глубокой историей, искренней верой и колоссальным могуществом богов Эйсинкора.
Глава 4
— Ваше Величество, — почтенно и с глубоким уважением склонился перед королем Краверса древний жрец храма, как только заметил его величественное появление в святилище. — Рад вновь видеть вас в столь священных стенах нашего храма, где множество поколений молились и искали благословение. Давно же вы у нас не были, и ваше отсутствие ощутимо сказалось на благосостоянии нашего народа.
— Хватит, уже, расшаркиваться, — презрительно отозвался король, отчего улыбка старика тут же сошла с лица, как осенние листья падают с деревьев. Казалось, его мощный голос поднялся к самым сводам храма, завибрировав там и усилившись в стократ, словно отразился от мозаичных стен. — Мне Богиня нужна, живо! Как вы там с ней связываетесь? Какова процедура? Есть ли какие-то ритуалы, которые я должен соблюдать?
