Измена. Не прощу тебя, С, никогда!

— Выдыхай, Амелия. Ты всё подробно мне разжевала, каждую встречу пометила маркером. Мне и делать ничего не нужно. Всего-то набрать номер и сказать пару слов, — успокоила её я. Выключив компьютер, подхватила папку с документами и встала.

— Ты мне льстишь, — фыркнула Амели, но глаза её сверкнули довольством. Она посмотрела на часы и вдруг хлопнула себя по лбу. — Совсем забыла сообщить водителю о том, что теперь он обязан ждать тебя после работы, чтобы отвезти домой. М-да, не думала я, что мы так задержимся... Что ж, тогда побуду сегодня твоим личным шофёром. Идём.

Я попрощалась с Александром Тимофеевичем, и мы с Амелией спустились на нулевой этаж, где была расположена подземная парковка.

— Может, я лучше вызову такси? — с сомнением пробормотала я, когда мы подошли к голубой Тойоте. Амелия рассмеялась, щёлкая брелоком.

— Какое такси, Алина? Садись!

И как бы я ни отнекивалась, спорить с настойчивостью девушки было бесполезно. Ей бы не секретарём быть, а руководителем. Вот кто легко за собой народ поведёт: Лерман Амелия Александровна!

Я назвала адрес, и автомобиль плавно выехал с паркинга.

— А ты очень уверенно держишься за рулём.

— Спасибо, отец учил. Если бы не его уроки, с первого раза я бы на права не сдала, — призналась с улыбкой Амелия, поглядывая в зеркала заднего вида. — А у тебя права есть?

— Нет, я боюсь водить, поэтому даже не пыталась, — с тоской провожая глазами проносящиеся за окном многоэтажки, поджала губы я. Настроение испортилось, стоило подумать о том, что меня ждёт по возвращении. Точнее, кто. Сергей. Нетрудно вообразить, какую волну протеста вызывает одна лишь мысль, что я его увижу. Слава богу, хоть совместный ужин я пропустила.

— Алин, ты чего погрустнела? Я что-то не то сказала?

— Нет, всё нормально. Просто домой не хочется.

Я была готова к тому, что последует закономерный вопрос. И желала раскрыться ей — чистосердечно, без утайки. Не столько оттого, что нужно было в очередной раз высказаться, сколько оттого, что отплатить Амелии за честность той же монетой было бы справедливо. Она рассказала мне историю своей семьи. Кем я предстану, если уйду от ответа?..

— Почему? — ожидаемо спросила девушка. И я с трудом, но сумела изложить всё сухо и по делу. То ли перегорела, то ли слёз попросту не осталось, но ни одной не проронила.

— Ого, ничего себе! Да у вас Санта-Барбара похлеще нашей, — светофор моргнул красным, и авто замерло. Голос повернувшейся ко мне Амелии наполнился сочувствием: — Это реально ужасно. То, что пережили мы, было давно — мы уже смирились, выкарабкались кое-как. А твоя рана ещё свежа. К тому же каждый день приходится изображать, будто вас не связывает общее прошлое, будто ты ни сном, ни духом о двуличии муженька сестры. Умирать изнутри, но раз за разом улыбаться. Это кошмар! И поверь, я прекрасно понимаю, что ты сейчас испытываешь, — загорелся зелёный свет, и мы тронулись с места. — Если тебе будет некому выплеснуть эмоции, можешь звонить мне в любое время дня и ночи.

— Я говорила, что ты очень похожа на своего отца? — я улыбнулась, ощутив в груди приятное, щекочущее тепло. — Он, когда узнал, что случилось, сказал мне ровно то же самое.

— Видимо, это у нас семейное, — негромко засмеялась девушка, а после разумно рассудила: — Но мне кажется, тебе удобнее будет позвонить мне, чем ему. Всё-таки обсуждать такое проще с ровесницей, нежели с мужчиной, умудрённым жизнью.

— Твоя правда, — не могла я не согласиться. Мы подъехали к родительскому коттеджу, и Амелия удостоила меня внимательным взглядом.

— Уверена, что всё будет хорошо?

— Расслабься, я и не с таким справлялась. Твоего же брата не испугалась, значит, и тут не пропаду, — на самом деле я, конечно, немного покривила душой, но мне не хотелось, чтобы Амелия тревожилась за меня.

— Ладно, убедила, — шатенка тряхнула волосами. — Завтра в восемь за тобой заедет водитель.

Я кивнула:

— Спасибо, что подвезла, — и махнула рукой, покидая тёплый салон автомобиля. Лишь после того, как Тойота, мигнув фарами, скрылась из вида, я с удручённым вздохом побрела к воротам

Дверь я открывала с явной опаской. И по большей части не из-за Сергея, а из-за родителей. Мне ведь ещё им нужно было о своей работе сообщить. Если папа и поймёт мою позицию, то в маме я не была так уверена. Она, как обмолвилась мимолётом Амелия, считает меня нежным пиончиком, который не может за себя постоять. Но в этом она ошибается. Я не тепличное растение, чтобы постоянно меня оберегать, и шипы у меня имеются.

Дома было на удивление тихо. Мама сидела в гостиной с книгой в руках. Ни Сергея со Светой, ни отца не было слышно. Я могла бы проскользнуть наверх без лишних объяснений, но с моей стороны это было бы верхом эгоистичности и невоспитанности. Поэтому я бросила папку на тумбочку в прихожей, переобулась в любимые мягкие тапочки и шагнула в гостиную.

— Привет, мам!

Мама вздрогнула и тут же отложила книгу.

— Алина, где ты пропадала весь день? Ни звонка, ни сообщения! Я же волнуюсь, — подлетев ко мне в мгновение ока, озабоченно затараторила она. — Почему у тебя отключён телефон?

— Разрядился, не успела написать тебе, — виновато вздохнула я. Собравшись с духом, решительно посмотрела ей в глаза, вонзая ногти в ладони: — И, пожалуйста, перестань постоянно за меня переживать! Я уже взрослая и достаточно самостоятельная, чтобы не отчитываться перед тобой о каждом своём шаге, — но стушевалась, сбавив обороты, когда мама возмущенно вздёрнула брови. — Кстати, а где Света? — чтобы перевести тему и отвлечь родительницу, поинтересовалась я. Получилось. Мама отпустила меня, нахмурившись и сунув руки в карманы шёлковых домашних штанов.

— Они с Сергеем сегодня ночуют у его родителей, — медленно произнесла она, а я чуть не завизжала от радости! Такой расклад мне очень нравится! Одной проблемой меньше. Осталась разобраться с последней — и можно облегчённо выдохнуть. — Так где ты была весь день?

— А вот этот вопрос куда занимательнее.

Однако моя предвкушающая улыбка маму ни капли не смягчила: она продолжала недовольно щуриться.

— Ну?

— У меня для вас с папой есть важная новость, которая не терпит отлагательств, — торжественно сообщила.

— Ладно, — настороженно покосилась на меня мама, — пошли. Он в кабинете, как всегда.

Едва мы вошли в отцовский кабинет, мама сходу объявила, что «твоя дочурка принесла нам срочную весть». Она опустилась в кресло, папа сидел за своим рабочим столом, а я осталась стоять.

— Дорогие родители! Сегодня я устроилась на работу в одну фирму, — с чувством провозгласила я. В кабинете установилась тишина. Предки переглянулись. А потом мама театрально ахнула, схватившись за сердце, и открыла было рот, собираясь возмутиться, но её опередил отец.

— Любопытно! И что за фирма, позволь узнать? — поглаживая бородку, осведомился он.

— Макс! — негодующе воскликнула мама и подскочила с кресла. Но родитель поднял руку, останавливая её, и выжидательно уставился на меня.

— Неважно, пап, — отмахнулась я. То была не моя прихоть: один из пунктов соглашения о неразглашении, которое я собственноручно подписала, учитывал и это желание родных выведать подробности о моей должности. — Главное, что мне там нравится. Кроме того, мои способности впервые в жизни оценили по достоинству! И что бы вы сейчас мне ни сказали, я с этой работы не уйду, — обозначила я заранее и сложила руки на груди, приподнимая подбородок, демонстрируя тем самым непреклонность и серьезность своих намерений. — Вы же оба знаете, как тяжело мне далась практика... Работать в папиной компании без нервов я бы не смогла. А мне надоело сидеть на ваших шеях. Я хочу сама всего добиться! Понимаете?

— Милая… — начала мама, но отец вновь её прервал.

— Алиночка, мы не против, чтобы ты работала, если ты этого желаешь.

Я воодушевилась. Говорила же: папа меня поддержит. А вот мама…

— Максим!

— Цыц, женщина! — притворно сердито рыкнул отец. Уголки его губ подрагивали от сдерживаемой улыбки, в глазах скакали смешинки. — Дочь, можешь работать, но, прошу тебя, не забывай о семье. Звони хоть иногда, мы же волнуемся. Не добавляй матери седины.

— Не поняла, — теперь угрожающе уперла руки в бока родительница. — Это ты сейчас тонко намекнул на то, что я седая?

Они ещё немного попрепирались в шуточной манере, и в итоге мама сдалась. Даже без скандала. Вот что значит влияние папы. Если бы я один на один с ней говорила, точно поссорились бы. А тут она не то что не злилась — ещё и ужином доченьку накормила. Всё-таки у меня прекрасные и понимающие родители.

Глава 29.

Утром я чуть было не проспала всё на свете. Проснулась, и пришлось в скором темпе собираться. Водитель меня терпеливо ждал, а потом по каким-то узким улочкам домчал до компании Лермана. В этот раз я уже заходила по своему пропуску. И это было на удивление приятно. Я почувствовала себя частью чего-то большого и важного. Такого со мной не было никогда. И сейчас ужасно мотивировало.