После Развода. Наследник для дракона

И снова у него кровь в венах закипает. Сердце сводит. Разъедающе, горячо ноет.

А она сидит на стуле, словно величественная королева на троне. В её голубых глазах ледяной холод — холоднее только в проклятых землях, пожалуй.

Сердце колотится, как сумасшедшее.

— Здравствуй, — говорит он, приближаясь.

20

— Вы ели, госпожа целительница? Бледная вся, — неожиданно говорит Данмар, опережая мой порыв высказать ему всё.

Отламывает хлеб. И глядит на меня. Прожигает взглядом, оставляя огненные борозды.

Луиза бегает мимо нас туда-сюда, носит тарелки с приятными ароматами. Ричард тоже сидит за столом, рядом с Данмаром, конечно. Тоже отламывает мягкую краюху свежего хлеба, жуёт.

— Зато вы, господин генерал, весьма румяны. Не то, что утром, — шиплю я, стиснув зубы.

Он действительно выглядит хорошо, быстро восстановился! Неужели я помогла? Какой ужас.

— Благодаря вашим стараниям, — подтверждает он.

А во взгляде вспыхивают звериные огоньки.

В памяти невольно всплывают острые моменты близости в его проклятой карете. Сердце щемит.

Я тут же гоню от себя порочные воспоминания. Пошёл он.

Данмар неожиданно ловит меня за запястье и тянет к столу.

Шепчет тихо:

— Садись. Не ела же ничего.

Я решительно отнимаю руку. Внутри бушует дикий шторм. Шквал эмоций обрушивается волной: топит, душит. Сердце рвётся на части.

— Я не буду с тобой есть за одним столом, — говорю жёстко. — Нам нужно кое-что обсудить. Выйдем?

И киваю на дверь.

Теперь уже я зову его на разговор.

Не дожидаясь ответа, разворачиваюсь, беру с вешалки пальто и выныриваю во двор.

Морозный воздух трезвит, придаёт сил. Дышу глубоко, изо рта вырывается пар.

Слышу тяжёлые шаги за спиной. Где-то из глубины памяти опять неосознанно всплывают далёкие ощущения. Я узнаю его шаги из тысячи: я столько раз слушала вой вьюги, когда его ждала. Снова ощущаю укол в груди.

Всё в прошлом. Мы расстались. Конец!

Набрав воздуха в грудь, я резко разворачиваюсь:

— Значит, так, господин генерал, — складываю руки на груди. — Оставь меня в покое! В полном!

Он пожирает меня взглядом.

Долго молчит. Смотрит.

Я прищуриваюсь, зло дышу. Тоже смотрю. У нас безмолвная дуэль.

— Катя… — произносит он медленно, хрипло.

Шумно набирает воздуха в грудь. Не сводит взгляда.

Дикий огонь в глазах. Буря! Там всё! Глубина бездонная, мрак, осколки прошлого.

Я жду ответа. Но он молчит.

У меня по коже прокатываются мурашки толпами. В горле вырастает ком.

Я сглатываю и крепче обнимаю себя руками. Внутри клокочет ярость. Нервы на пределе!

Не выдерживаю.

— Я тебе больше не Катя. Отвали от меня и от моего сына, Данмар! — голос срывается. — У тебя есть жена, войска — иди туда. А тут, чтобы ноги твоей не было! У меня своя жизнь.

— Всё не так просто, Катя. Ты не понимаешь, — рычит он.

Пар вырывается у него изо рта. Подступает ко мне рывком. Очень близко.

Но я не отступаю. Он не прогнёт меня, не напугает. Я собираюсь стоять до конца.

— Что я не понимаю? Опять одни загадки, господин генерал!

А он опять молчит. Оглушительно молчит! И скрежещет зубами.

Сердце готово выпрыгнуть из груди от ненужной близости.

Проклятый Данмар!

— Ты не понимаешь, насколько всё близко, — шепчет он. В глаза густая тьма.

— Что “всё”? — вскидываю подбородок.

— Тебя ищут.

21

Генерал Данмар

Она кричит на него, выливает эмоции, что он её бросил, что женат на другой.

— Отвали от меня, Данмар!

Он выше неё, сильнее. У него мощная магия, безграничная власть в королевстве, он командует несколькими сотнями тысяч вооружённых до зубов воинов, а она на него кричит.

И он позволяет ей.

Огнём горит у него в груди от патовости ситуации.

Котёнок дрожит от холода, обнимает себя руками. Щёки горят от мороза, а алые губы приоткрыты.

Ему бы сейчас схватить её, прижать к себе и согреть. Успокоить.

Жилы тянет от напряжения. От тяги. Он скучал по ней.

Как же он, проклятие, скучал по ней!

— Ты не понимаешь, насколько всё близко, — шепчет он.

Катя, ты даже не представляешь масштаба опасности! Скоро всё решится, здесь! — хочется заорать ему.

Данмар злится и сжимает кулаки от бессилия. Он не может сказать ей! Это он знает! Он! Знает! Пять лет назад всё вскрылось, и он догадался! Но больше никто не знает. И он не может произнести слова вслух: с тех пор как был ранен демоном, возможно, на нём какая-нибудь следящая магия! Сейчас Катя всего-навсего его бывшая беглая жена — неугодная ко двору селянка, и он хочет с ней спать — это понятно и очень по-человечески.

Данмар сжимает зубы и только цедит абстрактно, надеясь, что это заставит её быть осторожной:

— Тебя ищут.

Генерал не может больше ничего объяснить стоящей перед ним женщине. Исключено.

Но проблема в том, что котёнок ждёт ответов. Ругает его. Ненавидит.

И у него сердце рвётся на части, оставляя кровавое месиво в груди. Как же он хочет сказать ей всё. Как же хочет!

Он пытался решить проблему, убрать угрозу, но война затянулась. Он погнался сюда, в Третогор, чтобы закончить дело.

Ради этой цели Данмар живёт уже пять лет.

Катя

— Скоро узнаешь, котёнок, — говорит генерал, сжимая зубы до скрежета. — Дай немного времени. А пока я хочу, чтобы ты привела в сознание Хартмана! Мне нужно скорее допросить его. Сделай это, Катя.

Данмар понижает голос, взгляд его полыхает пламенем.

Я чувствую, как будто мне слегка приоткрывается завеса, которая скрывает важную тайну. Но тут же всё захлопывается.

— Значит, передумал отправлять меня в монастырь? — шиплю я.

Внутри всё кипит.

— Я ещё с тобой не закончил, — криво усмехается он и добавляет строго: — Я уеду на несколько дней. Жди меня, поняла? — и кивает на солдат-охранников.

— Иди к чёрту!

Я разворачиваюсь. Стремительно двигаюсь к крыльцу. Уже у двери оборачиваюсь через плечо и добавляю:

— Не приходи сюда больше!

Данмар прожигает меня взглядом. Стоит один посреди заметённого снегом двора. Знаю, что голодный. Больно. Как мне больно. Но я решительно захожу в дом.

— Мам, а где генерал Данмар? — говорит Рик, подбегая.

— Его срочно вызвали, Ричард, — отвечаю резче, чем хотелось бы.

Сын обмирает и идёт в гостиную с поникшей головой.

Нет, Ричард, вы не будете с ним общаться! Тебе это не нужно. Ты привяжешься к нему, а он уедет к своей семье, разобьет тебе сердце. Он это прекрасно умеет.

Далее подзываю к себе Луизу и отчитываю:

— Он, — киваю на дверь, — хоть и наместник и хозяин в этом городе, но не в этом доме, пока я тут живу! Не пускай его!

— Хорошо, леди Тереза. Господин генерал обидел вас? — спрашивает взволнованно.

— Обидел, — отвечаю. — Не пускай.

— Поняла вас.

А потом иду писать ответ кардиналу Людвигу, что получила его письмо с опозданием и нехорошее случилось.

Вечером играю с сыном, пытаюсь развеселить его, потом ужинаем. Приносят доклад о состоянии больных в госпитале, читаю. Убеждаюсь, что всё в порядке и иду спать. Пытаюсь лечь пораньше — утром на дежурство, но сон не идёт. В голове роятся беспокойные мысли. Странное поведение Данмара.

Он что-то скрывает. Не договаривает. Упорно молчит!

Ужасно хочу узнать, что у него за тайны. Кто меня ищёт? Для кого я могу представлять ценность? Или угрозу? Может, для его молодой жены?.. Чувствую укол в сердце — разве я могу быть угрозой для молодой принцессы? О, я ей не соперница. Тогда что?

Меня мучают подозрения и странные мысли. Я хочу докопаться до правды.

Я ещё не успеваю уснуть, как посреди ночи раздаётся стук в дверь.

Торопливо выбираюсь из постели, зажигаю лампу и иду открывать. Может быть, вызывают из госпиталя, кому-то стало плохо.

Сонная няня появляется в гостиной, кивает мне и идёт открывать.

— Кто там? — тихо спрашивает она.

А я тревожно жду, сжимая в руке лампу.

— Леди Тереза! Откройте, это кардинал Людвиг! — доносится хриплый голос.

22

Дверь открывается. На порог ступает невысокий старичок с аккуратной седой бородкой. На нём чёрный меховой плащ, из-под которого проглядывает чёрная мантия и сияющие знаки ордена на груди. На голове маленькая белая шапочка.

— Кардинал! — взволнованно шепчу я. — Откуда вы здесь?

— У меня мало времени, нужно поговорить! — говорит он властным голосом.

— Я пойду на кухню, поставлю чай, — отзывается Луиза и семенит мелкими шажками, туже закутываясь в толстый домашний халат.

Кардинал Людвиг берёт меня за руку и ведёт в гостиную.

— Вы не могли так быстро получить моё письмо, — подозрительно морщусь я. — Что привело вас сюда?

— Отсутствие ответа от вас и привело! Выехал спешно три дня назад, когда понял, что наш с вами секрет готов раскрыться. И он раскрылся!

Не успеваю подтвердить, что Данмар действительно уже знает, что я сбежала из монастыря. Кардинал продолжает:

— Я встретил по дороге отряд, который генерал послал за мной. Конвоиры, у-у-у! Слава богу, я с ними разминулся! Но они скоро развернутся и нагонят меня. Расскажите, что известно Данмару о ритуале, о ребёнке, о вашей силе? — взволнованно говорит кардинал. — Хочу знать, за что мне будут голову отрывать!

— Он не посмеет вам ничего отрывать, вы неприкосновенны для закона!

— Закон сейчас в руках Данмара! — качает головой кардинал.

— Ладно. Ребёнок усыновлён, он поверил, — отвечаю я. — А о моей силе мы толком не успели поговорить — Данмара отвлекло нападение демонов. Я придерживаюсь версии, что вы пробудили во мне магию, которая дремала.

— В чём-то это правда, поэтому мы не солжём, — кивает кардинал. — Просто не будем говорить, что энергию для пробуждения вашего дара дал Данмар. Никому нельзя знать, что мальчик — его, даже самому Элаю. Иначе он первый уничтожит его, забрав обратно силу.

— Я это прекрасно понимаю, — соглашаюсь я. — И благодарна вам, что сохранили мой секрет.

— Я знаю вас пятнадцать лет, леди Кэтрин. С того момента, как Элай привёз вас ко мне испуганной девочкой, — мягко улыбается кардинал. — Уже тогда я полюбил вас, как дочь.

— Да, я помню, как вы успокаивали меня и учили обживаться в этом мире, пока…

— Пока ваш генерал сражался. А потом он вас забрал.

Перед глазами проносятся воспоминания о первом времени жизни в другом мире. Всё новое, необычное и опасное. Элай спас меня от демонов и привёз в монастырь на попечение старого кардинала — своего наставника. Лишь кардинал Людвиг знал, что я попаданка, и хранил секрет. Я прожила под покровительством кардинала некоторое время, а потом Элай вернулся, и наша встреча была, как взрыв кометы. Мы успели истосковаться друг по другу, сразу же обвенчались. Генерал увёз меня с собой в лагерь и тогда для всех объявил, что я — селянка, паломница из другой страны, все поверили. Мне было непросто привыкнуть к иной жизни, но потом я всему научилась. Потому что любила мужа.

Вспоминаю то время, и сердце кровью обливается.

— Но мы часто бывали у вас, — с теплотой говорю кардиналу.

— Ага, приезжали между войнами, отдыхали в моём доме. Я любил, когда вы у меня бывали. Элай был мне, как сын.

— Пока не нашёл новую жену? — язвительно отвечаю я и отворачиваюсь к окну, чувствуя болезненный укол.

А там глухая ночь, воет вьюга, и снежные хлопья бьются в стекло.

— Пока не стал что-то утаивать от меня, — ворчит кардинал.

Я резко поворачиваюсь к нему.

— Вы тоже считаете, что он что-то скрывает?

Мы встречаемся взглядами.

Сердце ускоряет ритм.

— Я думаю, что пять лет назад что-то произошло, но Элай это скрывает, — шепчет заговорщицки кардинал Людвиг. — А что известно Вам, Кэтрин?

— Он чуть с ума не сошёл, когда увидел меня здесь. Ведёт себя странно. И ещё сказал, что меня ищут, — отвечаю я. — Если надо мной и моим сыном висит опасность, я должна узнать правду! Как нам его разговорить, Ваше Преосвященство?!

Кардинал долго молчит, хмурится, а потом произносит:

— Я знаю один способ.

23

Я бросаю взгляд на дверь кухни, где готовит чай Луиза. Хоть мы и говорим тихо, я переживаю, чтобы няня ничего не услышала.

— Не волнуйтесь, леди Кэтрин, — говорит кардинал. — Я повесил над нами купол тишины.

— Вы предусмотрительны. Говорите же скорее, что за способ?!

— Вы целительница — и знаете о свойстве капель эльревира…

— Эликсир правды, — усмехаюсь я. — Ваше Преосвященство, вы серьёзно? Думаете, что преемника короля можно просто опоить и расспросить? У же него магическая защита от влияния. И даже если нам удастся её обойти, Данмар же потом нам голову оторвёт!

— Оторвёт, — соглашается кардинал, поджав губы. — Поэтому я в это раньше не лез, но теперь, когда дело напрямую касается вас, леди Кэтрин… Вас-то, может, он и не тронет.

— Интересно почему? — я удивлённо приподнимаю бровь.

— Я вижу, что у него к вам что-то осталось.

В горлу подступает ком.

— Не говорите ерунды, — отрезаю я и с трудом сдерживаю порыв вновь уставиться в ночь за окном.

Когтистая лапа сжимает сердце.

— Вы не знаете, но Данмар всё это время жертвовал в монастырь большие суммы на ваше содержание, леди Кэтрин, — тихо говорит кардинал. — И регулярно, чуть ли ни каждую неделю, интересовался, как там в заточении поживает его бывшая жена. Я отвечал, что вы включились в общественные работы, живёте счастливо. И я в общем-то не врал. Я дал вам новую жизнь под другим именем далеко от стен монастыря и дело, которым вы по призванию должны заниматься.

— Значит, это его деньги вы мне посылали? — шиплю я.

— Я посылал вам деньги, которые вы заслуживали.

Мы оба замолкаем. В комнате воцаряется напряжённая тишина.

Я слышу, как кровь стучит в висках. Я дрожу от напряжения, как натянутая струна. Я не понимаю поступков Данмара и ужасно хочу знать, что им движет!

Хмурюсь, тру лоб. Думаю, как поступить. И ясно понимаю, что пути назад нет. Я уже не смогу оставить всё, как есть. Мне нужны ответы. Возможно, знание правды поможет мне защитить себя и сына.

— Я согласна, — киваю я.

Кардинал Людвиг наклоняется и заговорщицки шепчет:

— Защита от влияния у Данмара пропадает, когда он истощает свои ресурсы на защитные щиты в битве. И пока не восстановится…

— Он уязвим. Я знаю. Значит, нам нужно дождаться, когда он вступит в бой, — шепчу я.

А у самой сердце дрожит. Битва — это всегда страшно: кровь, ранения, смерти. И хоть теперь Данмар мне давно уже не муж, я всё равно молюсь, чтобы битв на его пути было как можно меньше. Но, боюсь, что в краю, где демоны регулярно нападают на границы, это невозможно.

— Выждем, — киваю я.

Кардинал Людвиг остаётся на ночь у меня в доме. А утром я знакомлю его с сыном: кардинал видел моего сына лишь младенцем. Ричард сразу интересуется высокопоставленным гостем, расспрашивает о столице, об укладе в монастыре, о правилах, по которым живут священнослужители. Рик по природе любознателен. Но я вижу в глубине его синих глаз печаль. Неужели так сильно грустит по несостоявшейся прогулке с Данмаром? Внутри поднимается злость на бывшего. Зачем он появился в нашей жизни?!

Приезжает дежурная коляска, чтобы отвезти меня в госпиталь, и мы с кардиналом выходим во двор — я зову Его Преосвященство с собой, хочу показать, как у меня всё устроено.

Но тут случается неизбежное. Во дворе появляются конные гвардейцы.

— Это за мной, — ворчит кардинал. — Догнали наконец.

— Ваше Преосвященство, мы должны доставить вас к преемнику короля, генералу Данмару. Таков его приказ, — говорит старший из гвардейцев.

— Что ж, доставляйте! — отвечает кардинал.

Сердце подпрыгивает к горлу. Конвоиры внушают страх! Данмар настроен решительно, а если он будет пытать кардинала? Может быть, для меня лучше всего сейчас схватить сына и бежать?!

— Что мне делать? — шепчу, с мольбой глядя на старого друга.

— Леди Тереза, — окликает меня поджидающий возничий. — Нам бы поторопиться, ночью привезли много раненых.

Этого ещё не хватало! Я мечу взгляды с кардинала на возничего, с возничего на гвардейцев. Я должна ехать в госпиталь, у меня нет выбора!

— Всё будет нормально, — говорит кардинал Людвиг. — Мы с Данмаром только поговорим, и он меня отпустит.

— Обещайте! — говорю я.

— Обещаю, идите, — кивает кардинал.

И я запрыгиваю в дежурную коляску. Мы мчим в госпиталь.

— Почему раньше за мной не приехали?! — ругаюсь я.

— Ночная смена решила дать вам поспать, днём ещё раненых привезут.

— Откуда столько? Что случилось?!

24

— Говорят, генерал Данмар дал бой на границе, — отвечает возничий. — Нелегко им там пришлось.

Господи, если столько раненых, то у него очень плохи дела! Сердце бешено колотится о рёбра.

Весь день проходит в тревоге. Я много работаю. Привозят новых пострадавших, мне некуда их класть. Применяю целительную магию, обрабатываю раны. Тех, кто быстро восстанавливается — сразу выписываю.

Когда наступает затишье, я проведываю генерала Хартмана. Он по-прежнему без сознания, но выглядит лучше: раны заживают, водный баланс в норме. Данмар чуть не угробил его, когда пытался привести в сознание. Хочу разозлиться на бывшего мужа, но не получается — всё перекрывает оглушительная тревога.

Как он там?

Хоть бы кто рассказал что-то внятное!

Весь день я расспрашивала раненых, что же произошло. Узнала, что Данмар отбил атаку на пограничную крепость. Огромное войско демонов начало наступление, и их чуть не взяли в осаду. Но демонов удалось остановить, а потом Данмар пошёл на контрудар и обратил врагов в бегство. Данмар снова для всех герой.

А вечером в госпиталь неожиданно заявляется кардинал Людвиг в перепачканной одежде.

— Вы целы?! — кричу я, осматривая его.

— Цел, — коротко кивает кардинал, но лицо его осунувшееся, а глаза переполнены тревогой.

Он отводит меня в сторону, отряхивая полы плаща от прилипших соломинок, и тихо шепчет на ухо:

— Я не сказал ему ничего лишнего, не волнуйтесь. Данмар сперва орал на меня, как бешеный, потом посадил в темницу, а сам ушёл воевать. А когда вернулся… — голос кардинала низко задрожал. — Весь сам не свой. Бледный, как смерть. Сказал, что король демонов Рагнир здесь, и скоро они сойдутся в решающем сражении тут, под Третогором. А посему Данмар приказал мне немедленно забрать вас с ребёнком и увезти в безопасное место.

Я сглатываю.

— Если вы не передумали его допросить, — говорит кардинал, — то сегодня единственный шанс… Утром я должен вас увезти.

— Я поняла.

Грудь сжимается от волнения. Опаивать преемника короля — опасная затея, но я должна знать, что мне грозит!

— Где он сейчас? — спрашиваю дрожащим голосом.

— Остался в приграничной крепости. Истощённый.

— Прошу вас, кардинал, поезжайте ко мне домой и предупредите Ричарда, что я сегодня не приеду. Вы побудете с ним, пока я не вернусь?

— Это теперь главная цель моей жизни, — отвечает кардинал. — “Иначе не сносить мне головы”, — цитата Данмара, — отвечает кардинал.

Дежурство заканчивается, меня сменяет лорд Эстон. Я собираю чемоданчик с лекарствами и артефактами. В нём у меня набор на все случаи жизни. Нахожу капли эльревира и прячу пузырёчёк в карман, а потом натягиваю пальто и мчу на дежурной коляске в приграничную крепость. Ужасно волнуюсь.

У ворот меня встречает знакомый офицер. Я принимала роды у его жены полгода назад и помогла родиться на свет его сыну.

— Леди Тереза! Не ожидали вас тут! — улыбается офицер.

— Слышала о битве, приехала узнать, не нужна ли помощь, — говорю я. — Вы же народ суровый, пока совсем не упадёте, в госпиталь не наведаетесь.

— Это так, — кивает военный. — Хорошо, что вы пришли! Тяжелее всего сейчас генералу — он взял на себя основной удар.

— Тогда проводите меня к нему.

Поднимаюсь по холодной каменной лестнице. Кровь стучит в висках. Нервы натягиваются, как струны. Я боюсь встречи с НИМ и в то же время хочу, предвкушаю. Скучала. Мы снова в крепости на краю света, как в далёкие времена, когда были мужем и женой.