Попаданка. Я изменю этот мир.

Старое платье вместе с очищенным бельем отправилось в аккуратную сумочку в тон.

Кроссовки я сменила на удобные туфли на устойчивом каблуке, а волосы уложила мягкими крупными локонами. Когда я закончила, из зеркала на меня смотрела уже совсем другая девушка.

Не растерянная жертва, а уверенная в себе женщина. Я медленно улыбнулась своему отражению. Вот так-то лучше.

Оставив сумочку в комнате, я вышла в коридор и начала спускаться в таверну. Олоур уже ждал меня внизу. Свежий. Идеально выбритый. Безупречно одетый.

Да по нему вообще невозможно было сказать, что вчера он пил со мной на равных! Настоящий благовоспитанный сьер. Пока я спускалась по лестнице, его взгляд медленно скользил по мне. Неотрывно. Внимательно. И где-то глубоко внутри я довольно ухмыльнулась.

Именно такой реакции я и добивалась.

Выпрямив спину, я плавно подошла к столику и вежливо кивнула Волду. Тот выглядел… ошарашенным.

— Ты что творишь? — прошипел Олоур, едва я села напротив.

Я удивленно на него уставилась.

— В каком смысле?

— Захотела сдать нас обоих жандармам?

Я возмущенно поджала губы. Вот стараешься тут, красоту наводишь, а тебя сразу обвиняют в государственной измене.

— Да о чем ты вообще?!

Олоур раздраженно наклонился ко мне ближе.

— Вчера вся таверна видела растрепанную девушку без вещей, которая искала жандармов и жаловалась, что ее ограбили. А сегодня ты спускаешься вниз в новом платье, с укладкой и макияжем, будто приехала с приема у королевы!

Я открыла рот. Потом закрыла. А ведь… черт. Он прав.

— Ну и что мне оставалось делать? — зашипела я в ответ. — Надевать вчерашнее?!

— О, прошу прощения, — наигранно ужаснулся Олоур. — Как я вообще посмел предложить вам подобное варварство?

Я закатила глаза.

— Поздно ворчать. Что сделано — то сделано.

— Именно это меня и пугает, — пробормотал он.

Подозвав Лэйс, Олоур заказал завтрак. Я заметила, что официантка тоже смотрит на меня слегка подозрительно. Прекрасно. Теперь я местная загадка дня.

— В любом случае, — продолжил блондин, — оставаться здесь надолго нам нельзя. Ты уже привлекла слишком много внимания.

— И чем же мы будем заниматься? — настороженно уточнила я.

В серых глазах Олоура мелькнул азарт.

— Покажу тебе другую часть города. Там и проведем наши… эксперименты.

Я медленно приподняла бровь.

— Эксперименты?

— Нужно же понять, на что именно способна твоя магия, Марго.

После этих слов внутри почему-то стало одновременно страшно… и безумно интересно.

Глава 9

Горячая яичница с жареными колбасками, которую принесла Лэйс, оказалась просто божественной. Ароматный травяной отвар мягко стирал остатки похмелья, возвращая меня к жизни после вчерашнего вечера.

Завтракали мы с Олоуром молча.

Я сосредоточенно уничтожала еду, а блондин время от времени задумчиво поглядывал в мою сторону, будто пытался решить сложную математическую задачу.

И почему-то мне казалось, что этой задачей была именно я.

Когда с завтраком было покончено, Олоур расплатился и галантно сопроводил меня к выходу из таверны.

На улице стояло яркое солнечное утро.

После вчерашнего серого неба город словно преобразился — ожил, задышал, наполнился красками. Каменные улицы золотились в солнечных лучах, вывески лавок выглядели наряднее, а прохожие уже не казались такими угрюмыми.

Олоур осторожно взял меня за руку и повел к стоянке кэбов, запряженных лошадьми.

Я невольно оживилась.

В своей жизни я каталась в карете всего один раз — во время школьной поездки в Санкт-Петербург. Тогда мы с Машкой скинулись на короткую прогулку возле Эрмитажа, и я потом еще неделю чувствовала себя героиней исторического романа.

Сейчас же я едва не подпрыгивала от предвкушения. Правда, ровно до того момента, пока не увидела выражение лица Олоура.

— Что? — насторожилась я, забираясь внутрь экипажа.

Мужчина тяжело вздохнул и сел напротив.

— Тебе совершенно не хватает грации.

Я возмущенно засопела.

— Чего?!

— Когда мужчина подает даме руку, предлагая помощь, воспитанная леди обязана ее принять. Иначе это выглядит как оскорбление.

Я закатила глаза.

— А приличных сьеров, случайно, не учат читать нотации девушкам каждую минуту?

— Если девушка ведет себя как стихийное бедствие — учат, — невозмутимо парировал он.

Нет. Ну точно невозможный человек.

— Куда мы вообще едем? — поспешила сменить тему я, пока не придушила его прямо в кэбе.

Олоур расслабленно откинулся на спинку сиденья.

— На набережную.

Я тут же прилипла к окну, забывая обо всем на свете. Первые минуты поездка казалась сказочной. Ровно до первой кочки. Потом до второй. А потом я поняла, что романтика карет существует исключительно в книгах. Трясло так, будто колеса были квадратными. Во время особенно сильного рывка меня буквально подбросило на сиденье, а затем повело в сторону.

— Ай!

Не успев даже толком испугаться, я почти рухнула на Олоура, но мужчина среагировал мгновенно. Сильные руки уверенно обхватили меня за плечи, удерживая от падения. Его лицо оказалось буквально в нескольких сантиметрах от моего. Я чувствовала тепло его дыхания. Видела, как расширились серые зрачки. Как слегка сбилось дыхание. И почему-то сама замерла, забывая о том, что вообще-то нужно отстраниться.

Мир будто на секунду затих. Остались только мы двое. И этот странный, напряженный момент между нами.

Новая встряска резко вернула меня в реальность. Я поспешно опустила взгляд и осторожно высвободилась из его рук.

— Спасибо, — пробормотала едва слышно.

Олоур негромко кашлянул и отвернулся к окну. Слишком быстро. Слишком демонстративно. Будто сам хотел скрыть собственное замешательство.

Остаток дороги мы ехали молча. Я старалась отвлечься, рассматривая город. Сначала тянулись торговые улицы — бесконечные лавки, мастерские, рынки и пекарни. Повсюду сновали люди, гремели телеги, слышались крики торговцев. Но чем дальше мы ехали, тем красивее становился город. Торговые кварталы сменились широкими улицами с зелеными парками и фонтанами. Появились аккуратные прогулочные аллеи, изящные мостики, скамейки и невероятные особняки. Дома здесь не были высокими — максимум три этажа, — но поражали своими размерами и роскошью.

— Мы приближаемся к центральной части города, — пояснил Олоур, заметив мой восхищенный взгляд. — Таверна Волда находилась почти на окраине.

— Это… невероятно, — выдохнула я.

И это было правдой. Город выглядел так, словно кто-то смешал старую Европу, фэнтези и дорогую открытку из туристического буклета.

Кэб остановился. На этот раз я максимально осторожно выбралась наружу, стараясь не опозориться перед своим слишком правильным спутником.

Олоур одобрительно хмыкнул.

— Прогуляемся пешком, — он подставил локоть.

И я неожиданно для самой себя приняла его. Так мы и пошли вдоль улицы. Со стороны наверняка казались красивой парой. Хотя желание придушить друг друга периодически никуда не исчезало, но это уже детали.

Иногда Олоур все-таки снисходил до объяснений и рассказывал о городе, местных традициях или жителях. Правда, стоило мне задать слишком много вопросов, как он начинал раздраженно хмуриться и отвечать с язвительной усмешкой. После чего желание устраивать допрос исчезало само собой.

Но когда мы наконец вышли к набережной… Я остановилась. И просто потеряла дар речи. Это было невероятно. Даже Венеция нервно курила бы в сторонке.

Кованые перила, украшенные фигурами фантастических зверей, тянулись вдоль всей прогулочной зоны. Повсюду цвели яркие цветы, собранные в пышные композиции. Над водой порхали крошечные светящиеся существа — то ли бабочки, то ли сверчки.

Люди неспешно гуляли вдоль моря, смеялись, разговаривали, любовались спокойной гладью воды. А в воздухе пахло цветами, солью и свежестью. Я настолько засмотрелась, что Олоуру пришлось легонько подтолкнуть меня вперед.

— Закрой рот, Марго, — тихо усмехнулся он. — Иначе кто-нибудь решит, что я вывел в город деревенскую родственницу.

— Очень смешно, — буркнула я, все еще озираясь по сторонам.

Мы устроились на террасе небольшого уютного кафе с видом на море. Олоур заказал чай и пирожные, а потом неожиданно внимательно посмотрел на меня.

— Работы предстоит много, — недовольно произнес он.

Я приподняла бровь.

— Для начала давай обсудим, где мы будем брать деньги.

На губах мужчины появилась странная улыбка. Та самая, после которой мне обычно начинало становиться тревожно.

— А вот сейчас и проведем наш первый маленький эксперимент.

Олоур достал из кармана небольшой мешочек и вытащил монету. Металлическую. С непонятными символами по краям и крупной цифрой «три» в центре. Он положил ее передо мной.

— Попробуй создать иллюзию этой монеты.

Глава 10

Я переводила ошарашенный взгляд с монеты на Олоура и обратно, изо всех сил надеясь, что мне просто послышалось.

Но нет.

Каждый раз я натыкалась на его абсолютно серьезное лицо — самоуверенное, наглое и до невозможности довольное собой.

— Смотрю, ты совсем блаженный? — наконец выдавила я.

Судя по тому, как едва заметно дернулся уголок его губ, мнение мое ему категорически не понравилось. Но, к моему сожалению, воспитанный сьер сдержался.

— Кажется, тебя что-то смущает? — невозмутимо поинтересовался он, будто не предлагал мне только что стать профессиональной фальшивомонетчицей.

— Смущает?! — зашипела я, наклоняясь вперед. — Да ты вообще в своем уме?!

— Я-то как раз в своем, — спокойно парировал блондинчик. — А вот ты, похоже, до конца не осознала, насколько плачевно твое положение.

И снова удар точно в больное место. Этот невозможный человек прекрасно знал, куда давить. С каждым разговором мне все сильнее казалось, будто Олоур медленно, терпеливо опутывает меня невидимыми нитями, как кукловод. Направляет. Подталкивает. Загоняет в угол так ловко, что ты сама начинаешь считать его решение единственно верным.

И ведь самое ужасное — я понимала, что он прав.

Если сейчас встану и уйду — куда дальше?

Без документов. Без денег. Без понимания законов этого мира.

А еще где-то там бродят психи-сектанты…

От этих мыслей внутри неприятно похолодело и я устало прикрыла глаза.

— Послушай, я не заставляю тебя кого-то грабить, — голос Олоура неожиданно стал мягче. — И не собираюсь просить тебя круглосуточно штамповать казары. Это временная мера.

— Почему именно деньги? — упрямо возразила я. — Можно создавать что-то другое. Украшения. Одежду. Кукол, в конце концов.

— И кто купит их у неизвестной приезжей без имени и репутации? — мгновенно парировал он, лениво ковыряя ложечкой шоколадное пирожное. — Для любого дела нужен стартовый капитал. Тебе потребуется жилье, документы, счета, связи. Без денег ты здесь никто.

— Ну… ты мог бы занять мне.

— Еще чего, — фыркнул Олоур. — А если твои куклы никому не понравятся? Деньги на ветер.

Я обиженно засопела. Вот ведь жмот белобрысый.

— Я помогу тебе легализоваться, — продолжил он уже серьезнее. — Представлю нужным людям. Достану документы. Прослежу, чтобы тебя не обманули на сделках. Но содержать тебя за свой счет не собираюсь.

Он чуть прищурился.

— И не смотри на меня так, будто мысленно уже поджигаешь.

Я поспешно отвела взгляд. Потому что… ну… мысль была. Совсем маленькая.

— Между прочим, — невозмутимо продолжил этот невозможный человек, — я не предлагаю тебе идти работать в увеселительный дом. И домой к себе привести тоже не могу. У меня, знаешь ли, репутация.

О-о-о, сказала бы я сейчас, куда он может засунуть свою драгоценную репутацию…

Но вместо этого только раздраженно выдохнула. Потому что, как ни крути, он снова был прав. Я никого не собиралась обворовывать. Да, это нечестно. Да, любой человек на Земле душу бы продал за такую способность. Но меня никто не спрашивал, хочу ли я оказаться в чужом мире. Так что придется выживать. Хотя бы первое время.

Я мысленно пообещала себе, что это будет единственный раз. Создам нужную сумму — и хватит. А дальше открою собственное дело.

Идей у меня уже было предостаточно, но оставался другой вопрос. А что помешает Олоуру потом шантажировать меня этим? Я ведь о нем почти ничего не знаю. Сегодня помогает, а завтра сдаст жандармам. Или императору.

Словно почувствовав мои сомнения, мужчина вдруг усмехнулся.

— Не беспокойся. Я человек чести.

Я нервно дернулась. Иногда мне начинало казаться, что он читает мысли.

— Даже если ты сейчас откажешься от моей помощи, — продолжил Олоур, — я не побегу докладывать о попаданке, за которой охотятся сектанты.

И опять. Опять он мягко, аккуратно толкал меня к нужному решению.

Я посмотрела на злосчастную монету. Ладно. Только один раз. Сконцентрировавшись, я мысленно приказала:

«Удвойся».

Монета вспыхнула золотистым светом. Я победно улыбнулась… а потом увидела результат. Цифра «три» на поверхности исчезла. Вместо нее теперь красовалась аккуратная сияющая шестерка.

Повисла тишина. Я медленно подняла глаза на Олоура. Тот несколько секунд молча смотрел на монету, будто не веря собственным глазам. А затем… широко улыбнулся.

— Это, конечно, не совсем то, чего я ожидал… — протянул он с явным восторгом. — Но тоже весьма интересно.

Мне категорически не понравился этот взгляд. Вот совсем.

— Далеко пойдем, — довольно добавил он.

И вот это его «мы» прозвучало особенно подозрительно.

— И что теперь? — без особого энтузиазма спросила я.

Олоур пожал плечами, будто речь шла о чем-то совершенно обыденном.

— Теперь будем считать.

И с самым невозмутимым видом блондинчик вернулся к своему пирожному, словно только что не втянул меня в финансовую аферу межмирового масштаба.

Глава 11

В таверну мы вернулись ближе к вечеру — измученные, голодные и совершенно выжатые. За стойкой, как и всегда, хозяйничал Волд: лениво протирал кружки и время от времени перебрасывался парой слов с тучным мужчиной, развалившимся на барном стуле.

Весь день мы с Олоуром провели на ногах. Сначала все казалось вполне безобидным: уютное кафе, пирожные, ароматный чай и обещание показать мне город «целиком и полностью». Идея привела меня в восторг ровно до того момента, пока этот блондинистый мучитель не сообщил, что экскурсия будет исключительно пешей.

— Не боись, — беспечно отмахнулся он. — Пройдемся только по спальному району. Покажу основные стратегические места.

Кто же знал, что этот «спальный район» растянется на несколько километров? Олоуру, казалось, было хоть бы что — шагал себе бодро и легко, словно прогуливался по саду. А я… Я к подобным нагрузкам была совершенно не готова. Особенно на каблуках. Пусть даже устойчивых.

К концу прогулки ноги гудели так, будто их собирались ампутировать без наркоза.

— Изверг, — простонала я, больше не пытаясь скрыть возмущение.

И это еще не самое страшное. Меня, между прочим, бессовестно оставили без обеда. Не знаю, как Олоур, а я к тому моменту была готова съесть целого козленка. Или теленка. Или самого Олоура — в зависимости от того, кто попадется первым.

Впрочем, один огромный плюс у этой пытки все-таки был.

Набережная.

Она оказалась настолько красивой, что у меня буквально перехватило дыхание. Узкая дорога вдоль моря утопала в маленьких кондитерских, лавках и цветущих палисадниках, а дальше тянулись роскошные особняки с огромными окнами, выходящими прямо на воду. Я невольно представила, каково это — жить в таком доме: просыпаться под шум волн, выходить ранним утром в беседку с чашкой горячего кофе и вдыхать соленый морской воздух.

Правда, часть набережной была закрыта для обычных прогулок. Там, за аккуратной оградой, тянулась вереница особенно красивых домов. Их территории плавно переходили в ухоженные парки с беседками и каменными дорожками, спускавшимися прямо к морю.

Я даже остановилась, завороженная этим видом.

Вот оно. Настоящая сказка.

Но Олоур, разумеется, не собирался ждать, пока я вдоволь налюбуюсь пейзажем. Он уже шагал дальше, поэтому мне пришлось торопливо семенить следом, вслушиваясь в его бесконечные объяснения.

— Вот административное здание, — сообщил он, указывая на невзрачный дом персикового цвета.

Я удивленно присвистнула. Для места, где вершатся судьбы города, выглядело оно подозрительно скромно.

— Здесь сидит верхушка и служащие. Подразделение подчиняется императору и есть в каждом городе. По сути, все местные законы и проблемы решаются именно тут. Если захочешь купить или продать недвижимость дороже миллиона казаров — сделку обязательно регистрируют под надзором служащих.

— То есть это место твоей работы? — вспомнила я его слова о помощи с юридическими вопросами.

— Нет, — поморщился блондин. — Благовоспитанным сьерам не положено занимать должности ниже верхушки. А сьер Вейсон засел там глубоко и надолго. Я работаю сам на себя.

Он пожал плечами и неожиданно усмехнулся — без привычной насмешки, почти устало.

— Вообще-то, по всем правилам я должен сидеть дома, заниматься делами рода, следить за особняком и приумножать капитал предков. Но это же смертельная скука. Я всегда хотел чего-то большего.

Я невольно посмотрела на него иначе.

За вечными шуточками, хитрой ухмылкой и показной легкомысленностью вдруг проступил совсем другой человек — взрослый, упрямый и по-своему ответственный.

Мы прошли еще несколько домов, прежде чем Олоур кивнул на светло-салатовое здание через дорогу. Его окружал небольшой парк со скамейками и аккуратными дорожками.

— А это лекарское отделение. Если почувствуешь недомогание — смело обращайся. В каждый дом встроен артефакт предупреждения. С его помощью можно вызвать лекаря на дом… или жандармов, если в дом полезут грабители. Или что-нибудь похуже, — задумчиво протянул он, щелкнув пальцами. — Например, нападение нечисти. Ну и в полнолуние некоторым оборотням приходится тяжело. Особенно молодняку. Они могут потерять контроль.

У меня мгновенно пересохло во рту.

— И… как мне от них отбиваться, пока жандармы соизволят приехать?

Олоур удивленно уставился на меня, будто ответ был очевиден.

— Как-как… Для начала под огонь пихаешь слуг. Желательно по очереди, чтобы потянуть время. Пока нечисть ими занимается — жандармы обычно успевают приехать.

Я резко остановилась. В голове не укладывалось, шутит он сейчас или говорит серьезно. Это какие же зарплаты должны быть у слуг, чтобы добровольно подписываться на подобное?! Наверное, я так и продолжила бы стоять посреди улицы с перекошенным лицом, если бы этот невозможный сьер вдруг не расхохотался в голос.

— Ты такая смешная, — пробормотал он сквозь выступившие от смеха слезы. — Все принимаешь за чистую монету.

— Конечно, принимаю! — зашипела я, надвигаясь на него с видом разгневанной фурии. — Я вообще-то тебе доверяю! А ты… а ты…

От возмущения у меня даже слов не хватало.

— Видимо, зря.

Гордо вскинув подбородок, я резко развернулась и направилась куда глаза глядят. Правда, куда именно — понятия не имела. Но это уже были детали.

— Эй! — Олоур мгновенно перестал смеяться и поспешил следом. — Да откуда ж я знал, что с тобой шутки настолько плохи?

— Вот именно! — бросила на него убийственный взгляд я. — Со мной шутки плохи!

— Ладно тебе, не дуйся, — мужчина все-таки догнал меня и пошел рядом. — На самом деле тебе достаточно использовать магию. Можешь даже просто переместиться в безопасное место — и все, проблема решена.

Под эти «успокаивающие» наставления мы подошли к участку, где располагались жандармы и магследователи. Обычное двухэтажное здание сероватого цвета, с небольшим фонтаном во внутреннем дворике. Ничего особенного, если не считать того, что именно сюда наверняка тащили всех местных преступников.

— А вот это, — многозначительно произнес Олоур, — место, куда тебе крайне желательно никогда не попадать.

И тут я была с ним полностью согласна.

Мы двинулись дальше и вскоре оказались в тупике. Его завершал огромный особняк, окруженный высоким кованым забором. У ворот застыли две каменные горгульи, и что-то в их хищных мордах подсказывало: эти твари вполне могут оказаться живыми.

Я попыталась рассмотреть, что скрывается за воротами, но взгляд словно расплывался, не в силах зацепиться за детали.

— Это качественная иллюзия, — пояснил Олоур, заметив мое замешательство. — На такой тихой улице здоровенный замок выглядел бы слишком подозрительно, вот его и замаскировали.

— Замок? — ахнула я.

— Ну да, — пожал плечами блондин. — А какое еще здание способно вместить несколько сотен адептов? Здесь находится Академия Семи Содружеств. В ней обучаются представители всех рас нашего мира.

Мое сердце предательски екнуло.

Академия.

Настоящая магическая академия!

В голове тут же всплыли десятки прочитанных романов: таинственные коридоры, опасные практики, красавчики-магистры и обязательная роковая любовь с ректором. Или деканом. Или, на худой конец, с куратором.

На меньшее я была морально не согласна.

— И я могу туда поступить? — осторожно уточнила я, уже мысленно примеряя форму адептки.

— Думаю, возраст уже не тот, — хмыкнул Олоур.

Я мгновенно насупилась. Это он сейчас так завуалированно назвал меня старой?!

После этого мы бродили по городу еще несколько часов. Мне показали центральную площадь, городской парк, театр, лучшие магазины и, что особенно важно, особняки самых влиятельных сьеров и леди. Именно там проходили музыкальные вечера, роскошные балы и бесконечные светские посиделки, на которых с упоением перемывали кости всем подряд.

И именно в эти дома мне предстояло вскоре попасть. Меня должны были представить высшему свету. От одной только мысли о местном этикете по спине пробегал неприятный холодок.

— Может, мне проще вообще затаиться и никуда не выходить? — с сомнением спросила я у своего «покровителя».

Но мои робкие надежды были безжалостно уничтожены.

— Не думаю, — спокойно ответил Олоур. — По легенде ты — путешественница из богатой семьи, которая решила осесть в нашем городе. А люди с деньгами в тени не сидят.

Наверное, смысл в его словах был. Просто лично я пока бы предпочла сидеть очень глубоко в этой самой тени.

Когда мы вернулись в таверну, свободных мест почти не осталось. Мы заняли столик у стены, и Олоур подозвал Лейси.

Девушка буквально светилась от счастья. Щеки ее раскраснелись, глаза сияли, а улыбка была такой широкой, что ею, казалось, можно было осветить половину зала. Олоур тоже это заметил.

— Ты сегодня отлично выглядишь, Лэйс, — промурлыкал он с привычной хитрой улыбкой, мгновенно вгоняя девушку в краску. — У вас намечается какое-то мероприятие?

— Неа, — радостно мотнула головой она. — Просто сегодня талинина.

Как я уже успела понять, так здесь называли последний день рабочей недели.

— Так что к нам заглянет сьер Винтор, — добавила девушка с таким восторгом, будто речь шла как минимум о местной знаменитости.

Она приняла заказ и почти вприпрыжку унеслась к отцу, а я перевела взгляд на Олоура.

Лицо блондина заметно помрачнело. Интересно… кто такой этот сьер Винтор, раз одно только его имя вызывает у Олоура настолько кислое выражение?

Задать вопрос я не успела. Дверь таверны распахнулась, впуская внутрь высокого брюнета. И у меня самым позорным образом перехватило дыхание. Потому что мужчина был настолько красив, что это должно было считаться преступлением.