Отвергнутая невеста для Синей Бороды

Нет, пусть сразу убивает! Дернулась, все же намереваясь убежать, тем самым намереваясь раздраконить хищника окончательно, разозлить сильнее, чтобы он, в приступе ярости, быстро, не мучая и не узнав, что я так и не потеряла дар, лишил меня жизни… а не невинности…

Но несмотря на то что он был пьян, реакция была при нем. Дариан стремительно схватил меня за предплечье, его пальцы впились в кожу, не оставляя шансов.

— Стоять! — прорычал низко, разрывая другой рукой пояс халата, а следующим движением, грубым и непререкаемым, он усадил меня к себе на колени, зажав между своим телом и краем стола.

В этот момент в груди знакомо, предательски похолодело. Нет! Только не это! Паническая мысль пронзила мозг. Нельзя показывать, что у меня есть дар! Он почувствует, он поймет! Но как остановить это…

Я застыла, прислушиваясь к себе, стараясь поймать контроль над дыханием, которое срывалось на частые, короткие вдохи. Я пыталась успокоиться, сдержать надвигающуюся волну внутреннего мороза.

А он воспользовался моим промедлением и сменил позу, усаживая меня сверху, насильно разводя мои ноги в стороны, задирая юбку.

Послышался треск ткани. Он разорвал сорочку на груди, сжимая до боли полушарие. Я вскрикнула, цепляясь за его плечи, утыкаясь лицом в его шею, задыхаясь вдобавок его ароматом. Его пальцы принялись яростно терзать слишком чувствительные от холода и грубости вершинки.

Ледяные уколы в сердце внутри заиграли с новой силой, а по телу, вопреки всему, начинало разливаться сладостное ощущение. Меня вело от дара, а мужчина, по-видимому, расценил мою дрожь и сдавленный стон иначе, как слабость и ответное желание.

— Нравится скакать верхом? — глухо донеслось до моего слуха, его губы почти коснулись уха. Это была насмешка. Все же это он был тогда у окна, или ему доложили, что я брала его коня без спроса?

— Я просто… — не успела оправдаться, как его руки сместились на мои бедра, приподнимая и резко опуская меня, имитируя скачку. Живот терся о холодную металлическую пряжку его ремня, а ниже я чувствовала твердый, угрожающий бугор под тканью брюк. Щеки горели от стыда, жар смешивался с леденящим холодом дара, мысли путались, сплетаясь в клубок ужаса и отчаяния…

— Отпустите меня. Я не хочу… — язык еле ворочался, но я все еще пыталась сопротивляться.

— Не хочешь? — он сильнее вжал меня в себя, — Я, может, тоже не хочу иметь в женах шлюху…

Его словесная пощечина немного привела в чувство, остатки разума пробивались сквозь дурманящую негу. Его грубость помогла собраться.

— Так и не делайте меня женой, — попыталась все же достучаться до него, чтобы он не продолжал и брак так и остался неподтвержденным.

Я чуть приподняла голову, откидывая рассыпанные по плечам длинные локоны, чтобы посмотреть ему в лицо, как заметила, что вязь на руке вдруг ярко вспыхнула. Из горла вырвался протяжный стон, тело пробил спазм, и я не выдержала, вцепившись зубами в его шею, прикусывая, чувствуя, как ледяной поток дара вырывается из меня через этот укус, ища выход.

Наступила тишина. Через несколько секунд я поняла, что мужчина не двигается. Его железная хватка ослабла. Оторвавшись от его кожи, покрытой странным, тонким инеем, и неверяще уставилась на его лицо. Глаза были закрыты, черты расслаблены.

Меня все еще штормило от выброса магии, но я кое-как, цепляясь за стол, слезла с его колен. В ушах звенело, по телу пробегали мелкие судороги, а в груди зияла ледяная пустота, смешанная с остатками жгучего стыда.

Я что, убила его?!

Ужасная мысль заставила сердце упасть в пятки.

Но, приглядевшись, увидела, что его грудь ритмично поднимается. Дыхание было ровное и громкое, почти храп. Он пошевелился во сне, его голова склонилась набок, а я дёрнулась, ожидая, что он проснется и всё начнется сначала. Но он просто сопнул, ворочаясь в кресле, погруженный в глубокий сон. Казалось, даже черты лица его немного смягчились, утратив ту жесткую, гневную напряженность.

Не раздумывая больше ни секунды, нацепила упавший к ногам халат и схватила свою книгу, бросилась прочь из библиотеки.

Добежав по темному коридору, вбежала в свою комнату, прислоняясь к двери спиной, словно надеясь, что она сможет удержать мир снаружи.

Меня всю трясло. Я заходила по комнате, заламывая руки, не в силах усидеть на месте. Он был пьян. Богиня, он был отвратительно пьян! Завтра придет в себя и что тогда? Что он вспомнит? Чего мне ждать? Расправы? Или он придет требовать продолжения?

Зачем я рассказала ему про жениха. Еще бы имя назвала… Идиотка! Дар испортил мне жизнь! Осталось только, чтобы из-за него, из-за моей глупости, пострадал ни в чем невиновный Уилл!

И этот сон… Как мне удалось его усыпить? Неужели дар способен и на такое?!

Быть может, он проснется и ничего не вспомнит? Примет все за пьяный бред. Выпил он и правда немало… Эта мысль теплилась слабой надеждой.

Но слуга видел меня в библиотеке. А на столе так и осталась лежать вторая книга, та, что он взял у меня!

Не могла заставить себя вернуться за ней.

ГЛАВА 9

АЙРИС

Я принялась быстро читать книгу, пролистывая бегло длинные, скучные главы с вводной исторической информацией, желая узнать что-то новое, найти хоть какую-то лазейку, объяснение или надежду.