Муж мой. Враг мой. Дракон

Я задрожала – зимняя стужа легко пробиралась даже под ткань, – и муж аккуратно обнял меня за плечи, притягивая к себе.

Жар его рук – именно жар, будто Фэнрид умел контролировать не только холод – оказался настолько притягательным, что я невольно прислонилась к горячей груди и даже закрыла глаза, выбросив на минутку из головы все тревоги.

И почему же я чувствую себя защищенной в его руках, словно мы и в самом деле женаты? В этом было что-то необъяснимое, поистине мистическое, как будто чародей околдовал меня, силой дара заставил ему довериться.

Моя ненависть к нему никуда не исчезла, она сидела внутри, но почему-то сейчас спала, и с каждым разом пробуждать ее к жизни становилось все труднее. А ведь мы всего несколько часов как женаты, что будет дальше?

А дальше – он умрет!

Если забыть о моей страшной миссии, то принц пах диво как приятно: свежестью, кедром и корицей. Холодно-терпкий со сладостью аромат, идеальный, как и сам мужчина.

- Прости, - шепнул вдруг Фэнрид, и я напряженно распахнула глаза, доверие ускользнуло как мышь из ловушки, не успевшей захлопнуться.

- За что? – встрепенулась, потому что его слова прозвучали как ответ на мой мысленный вопрос. Вдруг он слышит все, о чем я думаю?

- Я знаю, что эту традицию считают дикой на твоей родине. Если тебе станет от этого легче: мне от нее тоже не по себе.

Ох, нет. Он имел в виду совершенно другое. Моя барьерная руна еще работает.

- Таковы правила твоего дома, - пожала я плечами, стараясь говорить ровно, но ненависть к сопряженному Тумелону наверняка просочилась в каждое слово, с этим ничего не поделаешь.

Это вернуло меня к долгу, о котором я на время забыла. Я здесь не для того, чтобы нежиться в объятиях врага. Я здесь для дела!

На случай, если первая попытка отравления не сработает, у меня было припасено много чего еще, но теперь я не была уверена, что воспользуюсь этими средствами. Как заставить себя навредить человеку, если огромная часть меня сопротивляется и хочет, чтобы принц выжил?!

Произойдет ли между нами физическая близость в эту ночь или я смогу избегнуть ее, не имело теперь никакого значения. Я не чувствовала ни страха, ни предвкушения, ни желания защищать свою невинность. Я была морально разбита.

- Ну, хватит уже морозиться, пойдем в дом, - настойчиво потащил Фэнрид меня в тепло, когда ему надоело сдерживать мою дрожь.

По большей части нервную, хотя и от холода тоже, бесспорно. Я же была в подвенечном платье, а снаружи лютовала настоящая зима – не чета южной.

Плотно закрыв балконную дверь, принц оставил меня в покое и направился к камину, чтобы подбросить поленьев в огонь. Плавно и уверенно, ни разу не покачнувшись, будто совсем не чувствовал действия смертоносного яда внутри.

А может, что-нибудь перепутал Эласар? Не смог соблюсти нужную концентрацию или вообще перепутал флакончики, и я напоила Фэнрида безвредным настоем трав?

Я рассеянно следила за ним, полностью дезориентированная. Разглядывала огромную кровать с высоким балдахином, со вкусом расставленную немногочисленную мебель и горящие в канделябрах свечи, не понимая, что я тут делаю.

Неужели пришел тот самый момент, когда я должна решить: выполнить супружеские обязанности или сразиться?

В мои планы не входило второе – силой чародея не победить. Но готова ли я и дальше притворяться женой, чтобы попробовать отравление еще раз позже?

Возвращался муж осторожно: боялся спугнуть. Ни на миг не отрывал пристального взора, будто думал, что я вот-вот сорвусь с места и побегу.

Или наброшусь на него с ножом, чего уж лукавить. Неужели я именно так и выглядела, что он опасался, как бы я ни выкинула этот фортель снова?

Я нервно сжала покрывало на груди, но он просто прошел мимо меня, легонько задев плечом. Задернул за моей спиной шторы и…

Глава 15. Магия любви

Я вытянулась как струна, почувствовав на затылке его дыхание. Прохладные пальцы коснулись волос, но не затем, о чем я подумала. Муж принялся освобождать меня от шпилек, готовя ко сну.

Я напряженно застыла, не в силах склониться к какому-либо решению. Моя растерянность только росла, ведь человек, которого я считала монстром, вел себя подчеркнуто уважительно. Был нежным и терпеливым, и решимость причинить ему вред угасала с каждым мгновением.

Наконец, волосы распустились по плечам. Отодвинув их в сторону, Фэнрид наклонился к моему плечу, оставляя на нем легкую дорожку из поцелуев.

Меня сковало страхом.

Ненадолго. Странная, приятная слабость прокатилась по всему телу и отозвалась спазмом между ног, когда чувственные губы добрались до уха, медленно двигаясь вокруг него.

Дыхание принца оставалось ровным, но даже этого хватило, чтобы на моей коже выступили мурашки от удовольствия.

Я собиралась предотвратить это, но вместо этого безропотно стояла, прислушиваясь в себе и даже наслаждаясь ощущениями. Это было ни на что не похоже: будто внутри разгорался огонь, нашептывая соблазнительно: «Еще немного, позволь ему еще немного искушать тебя».

Мое дыхание сбилось, когда рука принца вдруг скользнула на мою талию и прижала нас друг к другу. Покорно прогнувшись под высокую фигуру мужчины, я распахнула глаза, удивившись вспыхнувшему внутри огню желания.

Так это обычно и происходит? Притяжение между мужчиной и женщиной неизбежно? Но когда Арис обнимал меня, я ничего такого не чувствовала…

- Идем, - мягко подтолкнул меня Фэнрид в сторону камина, и я послушно опустилась перед огнем, одновременно грея окоченевшие руки и сбегая на время от сильных и непривычных ощущений.

Все это я испытывала впервые и совершенно не знала, чего ожидать. Ясно было одно: падать и умирать, или хотя бы спать, муж не собирается.

Пока я отогревалась, Фэнрид стащил с кровати перину вместе с бельем и подушками и уложил их прямо на полу перед камином.

Я оценила его заботу, да и самопроизвольное ложе пугало меня куда меньше, чем вычурная обязывающая кровать.

Пока я снимала туфли, Фэнрид скинул с себя всю верхнюю одежду, оставшись лишь в нижнем белье: длинных обтягивающих кальсонах и рубашке.

Святые старцы, как перестать смотреть! Свободная льняная рубашка с расстегнутым верхом невольно притягивала мой взор, в прорези виднелась грудь и часть живота с прекрасно развитыми мышцами. Ниже смотреть я не осмеливалась… нет… нет.

Принц развалился на подушках, сложил руки под головой и сладко зевнул. Расслабился: губы растянула усталая, но довольная улыбка, будто он радовался, что может отдохнуть, наконец, после тяжелого дня.

Я напряженно и испуганно на него уставилась, с ужасом ожидая, что он вот-вот отключится, но он продолжал смотреть на меня из-под прищуренных век. Серебро мерцало непрерывно, свидетельствуя о том, что Фэнрид на самом деле вовсе не потерял бдительности.

- Ты тоже можешь прилечь, я не собираюсь брать тебя силой, - сообщил он миролюбиво. – Мы оба устали, мне ли не знать.

Ему ли не знать, - скептически усмехнулась я, покраснев от неприличного предложения. Не то чтобы я не любила корсет, но отдохнуть, находясь в нем, представлялось проблематичным.

- Ты отослал служанок? – заметила я, потому что вокруг не было ни души, дворец в этой части словно вымер.

К тому же, пока мы шли сюда, Фэнрид сделал пару предупреждающих жестов подобострастным слугам, готовым броситься за нами. Я видела это своими глазами.

Ослушаться страшного хозяина они не осмелятся.

Мы тут совершенно одни. Я могла привести свой план в исполнение, не опасаясь свидетелей…

- Свою невесту я могу раздеть без посторонней помощи, – усмехнулся муж, сел и потянулся к шнуровке на моем платье.

С каждым его движением мне становилось легче дышать, но осознание неизбежности брачной связи прибавляло страху.

Платье и корсет отлетели в сторону, оставляя меня в одной лишь шелковой сорочке, и когда я повернулась вполоборота, с удивлением натолкнулась на посланную мне улыбку.

Неземная красота мужа буквально ослепила меня и сбила с ног, темные глаза превратились в настоящие омуты, губы – в магниты. Пришлось моргнуть несколько раз, чтобы опомниться.

Но Фэнрид не позволил мне ускользнуть из его паутины: схватил за плечи и накрыл губами мой рот требовательно и решительно.

Мы целовались, на этот раз – без принуждения. Не было зала, полного гостей, скандирующего традиционные лозунги, не было духовника с его «можете поцеловать невесту».

Были только мы двое, и я отвечала на движение мужских губ с такой охотой, что саму себя побаивалась.

Пальцы сжимали плечи и приспускали сорочку, чувственно скользили вверх и пробирались в волосы на затылке. Мурашки разбегались во все стороны будоражащими волнами, голова кружилась все сильнее.

В какой-то момент губы опустились на подбородок и мягко скользнули к ключице, а затем и ниже. Глаза распахнулись сами собой, когда мою лодыжку обхватила прохладная рука и двинулась по внутренней стороне, задирая сорочку наверх, отчего я непроизвольно сомкнула колени.

Время ускользало незаметно. Я ведь только что сидела, а теперь лежу? Как это вышло? С помощью чего принцу удалось сломить мое сопротивление? Почему мне, черт возьми, так нравятся его прикосновения?

Я резко села, испуганно хватая ртом воздух и ища себя в этом клубке новых и совершенно непонятных чувств. Слишком острых, слишком интимных, чтобы быть моими.

- Что ты со мной делаешь? – с придыханием прошептала я, невольно закрывая глаза от сладкой истомы, прокатившейся сверху донизу от горячих губ, прижавшихся над правой лопаткой, и ладони, остановившейся непозволительно близко к груди.

Пальцы ног поджались от лихорадочного возбуждения, от него бросало то в холод, то в жар.

- Хм?..

- Перестань применять на мне свои чары, что бы ты ни делал, - обвинила я, борясь с острой потребностью обжигающих мужских прикосновений. – Колдовством принуждать девушку поддаться тебе, даже если она по праву твоя жена, нечестно!

Фэнрид замер. Затем отодвинулся, прервав наконец сладкую пытку. Но мне не стало легче, пока нет.

Я взглянула на него обиженно. Он следил за мной недоверчиво.

- Я могу замораживать чувства, а не вызывать их, - произнес он слишком серьезно. А разглядывал меня так пытливо, что я невольно начинала краснеть.

Поднял руку и продемонстрировал голубоватую магию, похожую на тающий дым.

- В случае с тобой даже этого не могу, - напомнил недовольно. – Так что я понятия не имею, о чем ты!

- Но… что же это тогда… - я была так уверена в том, что Фэнрид околдовал меня, что теперь испытывала растерянность.

Если муж не применял на мне никаких заклинаний и любовных напитков, тогда все обретало иной смысл. Влечение, которое я к нему испытывала, было только моим.

Мужчина, которого я должна была ненавидеть, змеёй прокрался в сердце, заставив влюбиться всего за несколько часов? И дрожь в ответ на его ласки была вовсе не поддельной, а истинной.

Или он лжет, - строго одернула я себя, лишая приятных иллюзий. Он монстр во плоти, не забывай!

Глава 16. Иммунитет

Или он лжет, - строго одернула я себя, лишая приятных иллюзий. Он монстр во плоти, не забывай!

Но эти его спокойные глаза… В них не было фальши, и муж больше меня не касался, не пытался склонить к близости.

Да и зачем бы ему понадобились ухищрения, если я и так уже принадлежу ему? Он мог просто стребовать с меня исполнения супружеских обязанностей, не размениваясь на сантименты и нежности.

Из нас двоих как злодей сейчас вела себя именно я. Отравила собственной рукой, да еще и обвинила и недобросовестном применении магии!

Подперев кулаком щеку, Фэнрид смотрел на меня в ожидании решения. Усталости в нем как не бывало. Он все еще не собирался падать замертво от немалой дозы употребленного яда.

Я напряженно раздумывала, почему. И насколько еще хватит крепости его молодого и, очевидно, удивительно выносливого организма.

- Все будет хорошо, - пообещал вдруг муж, на секунду заставив меня уверовать, что все же слышит мои мысли, отвечая на не заданные вслух вопросы.

Но разве он смотрел бы тогда на меня так спокойно, как сейчас, зная о том, что я с ним сделала и планирую в будущем?

- Это вряд ли, - вырвалась из меня горькая досада на судьбу.

Если б только Фэнрид не был моим главным врагом, жестоким завоевателем и убийцей, то мне б не пришлось сейчас мучиться виной, напряженно ожидая смерти красивого, умного и невероятно одаренного мужчины.

Я наслаждалась бы каждым волшебным мгновением брачной ночи с человеком, к которому потянулась сердцем и душой. Он мог бы стать мне мужем не из политических мотивов, а по-настоящему.

Если б, конечно, его сердце не было ледяным, и он мог кого-то любить… Не стоило мне забывать о том, что он ничего не способен чувствовать!

- …вряд ли…

- Почему? – с вызовом прищурился он, и вдруг сделал выпад, резко опрокидывая меня на спину.

Я задохнулась от неожиданности, когда муж навис сверху и, не церемонясь больше, прижал меня к перине коленом. Он больше не старался быть нежным, показывая свою настоящую власть над моим слабым телом.

В животе в ответ вспыхнул негасимый пожар, а дыхание сбилось в неровный ритм – то ли от возбуждения, то ли от страха, то ли от всего вместе.

Испуганно хватая ртом воздух, я смотрела в мерцающие серебром глаза, буравящие меня словно острые, ледяные кинжалы.

Схватив мою руку, Фэнрид прижал ее к своей щеке, наощупь перебирая мои пальцы, украшенные перстнями. Его лицо стало предельно сосредоточенным, в глазах заплясала откровенная издевка, - она же тронула уголки совершенных губ.

Раздался щелчок, когда принц нажал скрытый замочек одного и перстней и выпустил иглу.

Я вздрогнула и потрясенно ахнула, а он, резко дернув меня на себя, перевернул нас в обратное положение, заставив усесться на его бедра.

От ужаса меня буквально парализовало: мысли спутались, и вместо того чтобы испугаться своего очевидного разоблачения, я отчаянно дергала рукой, не желая поранить мужа.

Но это было все равно что бороться со скалой: пальцы чародея превратились в стальной капкан, игла опасно скользила по его коже, приближаясь к сонной артерии, и моя паника росла в геометрической прогрессии.

- Не надо, - пискнула я тоненьким голоском, исполненным неподдельного переживания.

Я уже и так сомневалась в своих поступках, зачем он делает ситуацию еще сложнее?! Я готова была умолять его, чтобы он одумался. Признаться в преступлении, лишь бы остановить от безрассудства.

- Разве не за этим ты оказалась в моей постели? – темные глаза сверкнули недобрым огнем, пугающим хуже, чем самый лютый гнев, которого я заслуживала. Лицо ожесточилось, игла опасно надавила на бьющуюся под кожей жилку. – Делай то, что должна.

От шока и леденящего душу ужаса я безвозвратно онемела.

Что он творит?! Это какая-то извращенная проверка? Или он вознамерился умереть сам?!

Если он вздумал этим странным способом доказать мне, что я не убийца и напрасно взвалила на себя эту роль, то он неправ! Я ведь отравила вино и спокойно смотрела, как он его пьет! Или…

- Ты догадался о яде в том бокале, верно? Ты подменил его!

Не знаю, как и когда, ведь я все время сидела рядом с ним. Но как иначе он был бы до сих пор в сознании?

Принц Фэнрид высокомерно расхохотался над моим абсурдным предположением.

- И все это время ты просто издевался надо мной! – сделала я вывод, снова попытавшись вырваться, но не тут-то было – он держал меня крепко.

- Не так-то просто оказалось убить человека, да, дорогуша? - ухмыльнулся муж широко и надменно, прожигая меня колющим взглядом, полным ледяного огня, и легко преодолевая сопротивление моей руки, пытающейся не навредить. – Но не волнуйся, я действительно выпил твой свадебный подарок до дна. Ничего я не подменял, ты сделала все, что могла. Не твоя вина, что у меня имеется иммунитет ко всем известным науке ядам.