Приют забытых душ

— И что же мы такого сделали? — с вызовом спросила баба Вера.

— Сделали, сделали! — рыжий перевёл ствол на неё, его взгляд стал злобным. — Вы — остатки тех, кто погубил этот мир. Убийцы, знаит! «Не убий» помните? Все, кто жил до конца мира, виноваты в его гибели! И вы — не исключение.

— И ты! — резко выпалила баба Зоя. — И ты виноват! Разве ты не жил до конца света? Жил! Вижу по твоим злым глазам, что жил! Так что и ты виновен. Что-то не сходится в твоей мерзкой теории. С чего это тебе решать, кто виноват, а кто нет?

— Я очистился! — зло прорычал святой отец.

— Бухал, что ли?

— Я очистился кровью! — рявкнул рыжий, сжав оружие. Ещё миг, и он мог бы выстрелить, погубив бабушек. — Я убил столько грешных, что искупил свою вину перед смертью! Теперь я вправе нести свет другим и карать тех, кто этого недостоин! И если понадобится, я отправлю ещё больше на тот свет! Без сожалений, без раскаяний, без колебаний!

Он так сильно прижал стволы обреза к щеке Зои Павловны, что старушке пришлось отклониться и вжаться в холодные кирпичи коридора. Коля не выдержал.

— Не трогай её!

— Оставь её! — тут же подхватил Руслан, кипя праведным гневом, пару раз пнув клетку. — Она тебе ничего не должна!

— Вот, кстати, и причина, по которой я здесь... — протянул рыжий. Он ещё несколько секунд держал ствол у лица бабы Зои, потом медленно отступил и сел на кушетку, словно собираясь с мыслями. Дети сбились в кучку, замерев от страха, лишь Руслан и Николай стояли отдельно. Николай чувствовал, будто сердца всех детей бьются в унисон, и их гул разносится по коридору, наполняя катакомбы, словно сама тьма ощущает их страх и питается им.

— Что ж, — начал святой отец, взмахнув оружием в сторону клетки, — отоприте их. Я здесь как раз за их душами. Если всё пойдёт как надо, возможно, никому умирать не придётся...

Бабушки переглянулись с тревогой.

— У нас нет ключей, можете обыскать нас.

— Не-не-не... — рыжий покачал обрезом. — Неправильный ответ. Есть замок — значит, должен быть и ключ. Одно не существует без другого.