Полная версия
Так что, наверное, надо наслаждаться, пока есть такая возможность. Я распласталась по кровати в позе звезды, свернулась клубочком. Заползла на одну половину, переползла на вторую… ой, нет, это была середина. И дальше на третью. Она была какая-то бесконечная, и такая удобная. В меру жесткая, хотя я лежала поверх покрывала и одеяла!
Такое мне раньше только присниться могло. Я листала страницы соцсетей, подсматривала за жизнь блогеров и думала: а каково это, вообще так жить? И вот здравствуйте, я на кровати драконьего принца!
А можно…
Я все-таки встала с постели, отогнула покрывало вместе с одеялом и, как была, в одежде, заползла на матрас и подушки. Конечно, спать в легкой пижамке не то же самое, что спать в одежде горничной, но… что имеем, как говорится. Когда еще такой шанс предоставится!
Подушки и одеяло меня словно обняли, укрыли в своем согревающем тепле и мягкости невероятной, нежной ткани. Будь я котиком, я бы замурчала, но я была злой капибарой. Поэтому просто зажмурилась от удовольствия, поелозила. В нос ударила тонкий аромат свежего белья и горьковато-ореховый, с какими-то ванильно-сандаловыми нотками — принцева парфюма.
Сама не знаю, зачем, я его с наслаждением втянула, снова зажмурилась, закрутилась в одеяло и… провалилась в сон.
6. Нортон
Как сделать так, чтобы парень потерял интерес к девушке? Задача не из простых, если Кир по уши увяз в новой игрушке. Настолько увяз, что завалил свой любимый зачет, на другой не явился вовсе, а Смирра теперь рвет и мечет, хотя раньше ревновать принца даже не думала.
Видеть страдания драконессы даже было приятно: не ему же все время страдать? Но приз стоил того, чтобы вступить в эту игру, а Нортон обожал игры. Еще он хотел заполучить Смирру в свою постель, не просто заполучить: трахнуть ее хорошенько, а после бросить, как в свое время сделала она.
Испытывал ли он к ней какие-либо чувства? Привязанность, нежность, влюбленность? Когда-то да, но потом она же сама все это разрушила. Он готов был носить ее на руках, а она выбрала корону. Использовала его, Нортона, а теперь он использует ее. Заодно Кириана, которому пора понять, что не все достается исключительно ему, и Катю, которой просто не повезло быть похожей на его бывшую, быть балериной и печь торты. Интересно, иномирянка принцу рассказала об этом своем умении? Не просто так она сегодня была в муке.
Как сделать так, чтобы игрушка стала не нужна? Она должна надоесть или стать непривлекательной. Учитывая, как их принц-отличник съехал по учебе всего лишь за пару недель, первого придется ждать долго, а Смирра нетерпелива. Поэтому Нортон выбрал второй путь — сделать так, чтобы Кириан больше Катю не захотел. Сложно, но можно.
Первое, что пришло на ум — просто соблазнить девчонку. У Кириана эго размером с его дворец, он разочаруется в той, которая побывала под другим драконом. Это, в общем-то, и было причиной, по которой Смирра разорвала с Нортоном связь, остерегалась того, что принц учует чужой аромат на ее коже даже после использования очищающих заклинаний. Катя не обладала магией, так что спрятать следы страсти не смогла бы при всем желании.
Потом Нортон получит разок по морде от лучшего друга и парочку ночей в компании будущей королевы Плиона. А Катя отправится в Бюро в поисках лучшей жизни! Она все равно пешка в его игре. Была с самого начала.
Впрочем, перехватив Катю в коридоре, Нортон вновь оценил наряд горничной, который навевал определенные фантазии. Он даже на секундочку задумался: а Смирра такое для него наденет? Правда, в следующее мгновение решил: зачем ему маскарад от драконессы, если можно взять эту, готовую?
Трахнуть похожую на бывшую девчонку, любимую игрушку Кириана — было в этом нечто занимательно-возбуждающее. Но стоило ему потянуться к этой розе, как она тут же выпустила шипы. Какие шипы? Колючки. Даже Смирра не была такой агрессивной, как эта дикарка!
Нортон хотел извиниться, войти к ней в доверие… А нарвался на волну возмущения. Словно иномирянке плохо живется. Что такого с ней ночами делает принц, если у нее уже с утра убийственное настроение? Не удовлетворяет? Хм. Так может, девочку от Кириана нужно спасать? Сам Нортон колючек любил, благодаря своей внешности он привык к женскому вниманию, когда не приходится особо напрягаться, чтобы заполучить ту или иную женщину, игры в недотрогу ему нравились. Хоть какое-то развлечение. К тому же, отказ Кати вызвал у дракона стойкое раздражение: даже Смирра перед ним не устояла, а она графиня, не иномирянка из отсталого мира. Ломается же так, словно будущая королева она.
Дверь его комнаты в общежитии распахнулась, ударилась о стену, до смешного напомнив эпизод в родном доме. Разве что Нортон лежал на диване и размышлял, а вместо Смирры на пороге появился сам кронпринц. Такой же злой, как его бывшая недавно. Даже глаза горят драконьим огнем.
— А вот и наше высочество, — хмыкнул Нортон. — Почему пропустил зачет? Занимался чем-то более интересным?
— Тебя забыл пригласить, — прорычал Кириан, приближаясь к дивану. От него в стороны расходились волны королевской магии, прижимая к любой поверхности того, кто поддался их влиянию. — Не приближайся к Катрин, если не хочешь неприятностей! И не смей к ней прикасаться!
— Ты из-за этого не пришел на зачет? Замывал ее в ванной?
Принц до хруста сжал кулаки, а взгляд его стал совсем недобрым.
— Ладно-ладно, — Нортон примирительно поднял ладони, — это была шутка. Держу руки при себе. Вообще-то, я хотел перед Катей извиниться. Все-таки она живой человек, личность, пусть даже дикарка. У нее есть чувства.
— С каких это пор тебя интересуют чужие чувства, Норт?
— Вот сейчас было обидно. Я девочку сюда притащил, отдал тебе, чтобы ты о ней заботился, а она на тебя день и ночь горбатится. Естественно, я захотел извиниться перед Катей.
— Не называй ее так, — сверкнул взглядом Кир.
— А как мне ее называть? Это ее настоящее имя.
— Просто забудь о ней, — отрезал принц. — Увижу еще раз рядом с Катрин… вызову на бой.
Даже так? Нортон сглотнул, потому что одно дело получить разок по морде, совсем другое — драконий бой с наследником престола. Как бы не было обидно это признавать, на победу в такой битве у него мало шансов.
— Из-за девчонки-подарка? — выплеснул он раздражение на Кириана, который развернулся, чтобы уйти. — Серьезно?
— Ты сам только что сказал, что она личность, — бросил принц через плечо. — Я тебя предупредил. Не порть нашу дружбу.
Кириан ушел, а Нортон бросил ему в след «леветалку»: дверь с грохотом закрылась.
Не порть дружбу? Ты сам испортил ее, когда твоя венценосная семейка выбрала Смирру на роль будущей королевы!
Нортону хотелось причинить Кириану такую же боль, какую он сам тогда чувствовал. Вот только бой… Это слишком. Настолько ли ему нужна эта Катя? А Смирра?
Если у Кириана, кажется, первая половина дня не удалась, то у Нортона все валилось из рук во второй. В конце концов, он плюнул на все и вернулся в свои комнаты, чтобы столкнуться с драконицей, занимавшей все его мысли.
Смирра расхаживала по его гостиной в состоянии тихой ярости.
— И что тебя так расстроило, малышка, что ты снова пришла ко мне? — поинтересовался дракон, запирая дверь. Настроение начало стремительно улучшаться.
— Я просила тебя избавиться от этой дикарки, но она снова в его постели! — прорычала Смирра.
Нортон красноречиво приподнял бровь, и она выпалила продолжение:
— Я хотела порадовать Кириана, пришла к нему в спальню, а там эта… Спит в его кровати!
— А ты думала он ее имеет только возле стены? Или в кресле?
У драконицы сделался такой вид, словно она собиралась откусить ему голову.
— Ты обещал мне, — капризно заметила она.
— И забираю свое обещание назад, — признался Нортон, падая в кресло и наблюдая за девушкой из-под опущенных ресниц.
Смира не подвела: ее большие глаза стали еще больше.
— Что?!
— Кириан пригрозил мне вызовом. Мне это надо? Нет.
Она закусила губу, задумалась, а затем плавной походкой направилась к креслу и уселась Нортону на колени. Провела ладонью по его груди, забираясь под рубашку, посылая по всему его телу сноп возбуждающих мурашек. И даже не скроешь от этой стервочки реакцию собственного тела.
— Тебе надо это, — довольно хмыкнула она. — Наше сотрудничество может быть взаимовыгодным.
— Для того, чтобы Кириан ее выгнал, нужно, чтобы он в ней разочаровался, — приоткрыл часть своего плана Нортон, подставляясь под ее умелые руки. Он же сам всему ее научил! Как делать так, чтобы дракон терял голову.
— Он ревнив. Как все драконы. Соблазни ее, и дело с концом.
— Иномирянка совсем дикая. Она меня к себе не подпускает.
— Пригласи ее на бал! — предложила Смирра. — Я не знаю ни одну девушку, которая бы устояла перед таким приглашениям!
— Рута меня прибьет, — простонал он.
Драконесса сместила ладонь ниже его живота и сжала, отчего у Нортона потемнело перед глазами от острого желания задрать ей юбки и насадить на себя.
— Зато ты получишь мою благодарность и благосклонность.
— Да, моя королева, — выдохнул Норт и недовольно зашипел, когда она подскочила и упорхнула из его комнат.
Стоило довольной Смирре скрыться, на лице дракона расцвела ехидная улыбка. Сама того не подозревая, девушка подала ему гениальную идею. О да, с этим планом он сможет сбить корону с головы будущего короля, неприятно удивить бывшую и заполучить Катю в свою постель.
7. Катя
Усталость имеет свойство накапливаться, но об этом я и так знала. Иногда (особенно под Новый год), когда готовила десерты без передышки, а потом еще и бежала работать в балетную школу, я потом все праздники валялась без задних ног и жевала тирамису, запивая его чаем.
Вот и сейчас: вырубилась, а проснулась ближе к вечеру. По крайней мере, за окнами было темно, только искрились огоньки гирлянд на стенах. Кириан вернулся! Я подскочила на кровати, как ужаленная, не хватало еще спать в комнате со змеей! Ладно, с драконом, это ящерица, большая, но какая разница!
— Ты почему зелье не выпила? — донеслось из стоявшего у окна кресла.
— Заснула, — с опаской ответила я.
Обычно все наши встречи заканчивались тем, что меня пытались сделать «своей иномирянкой» буквально, но сегодня он ко мне как-то не торопился. Что дало мне возможность спокойно выбраться из кровати и даже направиться к шкафу, чтобы поменять белье.
— Ты куда собралась?
— Постель сменю.
— Я же сказал, это теперь не входит в твои обязанности, — Кириан поднялся и направился ко мне. Когда он не ходил в академической форме, то надевал одну из своих ста шелковых рубашек, обычно белого цвета и темные брюки. Не зная даже можно было сказать, что королевская казна зажала денег на луки наследника.
— То есть я просто могу идти? — поинтересовалась я.
— Как ты себя чувствуешь?
Такого вопроса я точно не ожидала, по крайней мере, не от него. Поэтому сейчас ненадолго подвисла.
— Хорошо, — ответила, ожидая очередного подвоха. Ну, как в том анекдоте: «Дорогая, аспирин хочешь? — Зачем? — Чтобы голова не болела. — Так у меня не болит голова. — Ага-а-а-а-а!»
— Хорошо? — уточнил он, остановившись в полуметре от меня.
Это тоже было на него непохоже, обычно принц спокойно вторгался в мои личные границы, нарушая их, а заодно и все что можно и что нельзя. Но я привыкла, я уже давно поняла, что иномирянки для них вроде котиков: никто же не спрашивает, перед тем как взять котика на ручки или начать чесать пузико.
— Очень, — честно призналась я. — Ничего не болит, я не задыхаюсь, голова не кружится. Так что если мне ничего не нужно убирать, я просто пойду?
— Если хочешь, — пожал плечами он. — Но если хочешь, можешь остаться. Поговорим.
О чем может котик говорить с человеком? А иномирянка с драконом? То есть я ему: «Я свободный человек!» — а он слышит «Мяу-мяу».
— Нет, спасибо, — вежливо отказалась я. — Мне надо немного привести в порядок свои полки в комнате. Ими как-то не было времени заниматься.
— Хорошо. Иди.
И все? Они откуда этот лосось привезли? Может, он как-то странно влияет на драконов? Не так как на меня кукурузный хлеб, конечно, но…
— Хорошего вечера, — пожелала я и быстро, пока дракон не опомнился (или лосось не выветрился), скрылась за дверью.
Дел у меня и правда было невпроворот. Я до сих пор ничего не знала о мире, в который попала и в котором мне теперь жить. Ни книг, ни прогулок. Максимум я бегала между административными корпусами, чтобы отнести принцево белье в прачечную, за пределами академии не была ни разу.
Чтобы найти путь к свободе, мне надо было хотя бы как-то ориентироваться здесь, поэтому пока принц добрый (или пока лосось не выветрился, ага), буду пользоваться ситуацией.
Еще один сюрприз ждал меня перед моей комнатой. Сюрприз, а именно выходящий из нее секретарь Кириана. Поскольку парень был молодой и видный, разве что ростом не вышел, из комнаты доносилось хихиканье и возбужденные женские голоса.
— Добрый вечер, Катрин, — произнес Марстер, который за все время нашего знакомства едва ли пару слов мне сказал, — ваши вещи доставили, я проследил, чтобы их разложили и развесили в новый шкаф.
Вещи? Какие вещи?
Именно этот вопрос я и задала секретарю.
— Новая одежда, обувь, всякие женские принадлежности. Если вам не хватит или потребуется что-то еще, говорите. Его высочество распорядился, чтобы вы ни в чем не нуждались.
Да-а-а-а, лосось был заборист!
Я заглянула в комнату, и все голоса тут же стихли. Девушки уставились на меня как на двуногую капибару. Мгновенно сделали вид, что ничего только что не было, и вообще каждая занимается своими делами.
— Марстер, а можно попросить, чтобы мне ничего больше не приносили? — спросила я, вернувшись к секретарю.
— То есть как ничего? Совсем? — растерялся тот.
— Совсем. Мне всего хватает, меня все устраивает. Если вдруг его высочество разродится на очередной аттракцион неслыханной щедрости, поговорите, пожалуйста, сначала со мной.
Секретарь потер густую шевелюру, но потом неожиданно улыбнулся и кивнул:
— Хорошо.
— Хорошо, — я улыбнулась в ответ, — чудесного вечера.
В комнате меня снова встретила тишина. Такая, что упавшая иголка прозвучала бы набатом, и я, если честно, прекрасно понимала, с чем это связано. Когда с детства живешь в приюте, как никто другой знаешь, что целый шкаф игрушек (в моем случае одежды) для девушек, которые живут небогато — это целое состояние.
Шкаф занял половину и без того небольшой комнаты, и я, приблизившись к нему, просто распахнула дверцы, даже не вглядываясь в то, что туда разложили. Девушки, живущие со мной, были примерно того же размера, что и я, поэтому я вообще не раздумывала перед тем как сказать:
— Девчат, налетайте!
8. Катя
— А ты нормальная, иномирянка, — сказала одна из моих соседок по комнате. Это была темноволосая девушка с такими густыми волосами, что ей приходилось стягивать их в очень плотную косу, но коса все равно получалась толщиной в руку.
Остальные закивали. После того, как я открыла для них двери гардероба, разговор склеился как-то очень быстро. Девушки быстро перестали смотреть на меня как на диковинку и даже накрыли на стол и позвали меня к чаю.
— Катя, — представилась я повторно, когда мы все оказались за одним столом.
— Эрна, — отозвалась девушка с густыми волосами.
— Мика.
— Литта.
Все мы работали горничными, но девочки убирались в административных помещениях, в кабинетах преподавателей и аудиториях, а мне достались комнаты принца.
— Вообще-то мы думали, что ты зазнайка, — сказала Литта, рыжеволосая улыбчивая девушка с веснушками.
— Почему? — удивилась я.
— Потому что ни с кем не знакомишься.
— Да мне особо некогда было.
— А правда, что ты у самого Кириана горничной работаешь?
— Только горничной?
— Он к тебе приставал?
Да, женские коллективы везде одинаковые: больше всего интереса к личной жизни, но я была не против поделиться чувствами, да и в целом — поговорить.
— Приставал — да, но у нас ничего не было.
— И поэтому он подарил тебе целый гардероб? — недоверчиво уточнила Эрна.
— Почему он мне его подарил, до сих пор загадка. Но может быть, потому что я чуть не умерла. Я попробовала хлеб, от которого у меня началась аллергия…
Все тут же заахали и начали расспрашивать про мой мир, про то, что у нас там происходит, как, и что вообще едят иномиряне. Но и мне тоже было интересно послушать. Как выяснилось, на Плионе популярна кухня, собранная со всех уголков самых разных миров. Оно и неудивительно: каждого привлеченного иномирянина или иномирянку надо было чем-то кормить и желательно так, чтобы не получилось так, как получилось со мной. В итоге здесь собрались жемчужины кулинарного искусства (включая десерты) отовсюду, и мне сразу же половину захотелось попробовать, а другую половину — приготовить самой! Чтобы посмотреть, что из этого получится.
Помимо прочего, девушки-соседки оказались бесценным источником информации, которой мне так не хватало. Например, я узнала, что «немагически одаренных» (второе название иномирян) в академии было не так много, но они были — и некоторые даже учились на факультете артефакторики! Просто в их программу не включали магдисциплины или включали, но для общего ознакомления, без экзаменов, чтобы они могли понимать, как построить ту или иную схему при создании артефакта. А обо мне, оказывается, уже успели пойти слухи, что я согреваю постель принцу, и потому так занята. Чему я совершенно не удивилась — после тех крупиц знаний о Плионе, которые у меня были, предположить, что я просто работаю у него горничной, не мог никто. Наоборот, многие посчитали, что это прикрытие, чтобы принц мог держать при себе игрушку-любовницу даже в академии.
Пришлось развеять сомнения и огорчить девушек, но ничего интересного и горяченького на тему принца я им сообщить не могла. То есть могла, конечно, что к нему регулярно приходит Смирра, но вот это было совершенно точно не мое дело, и если о себе я могла говорить спокойно, мне скрывать было нечего, то разводить сплетни о других — последнее дело.
— Но почему ты выбрала быть горничной? — искренне изумилась Эрна. — Он же может дать тебе все!
— Не может. Например, чувство самоуважения. Или уверенность в себе, если я перешагну через себя и свои принципы.
— А какие у тебя принципы?
— Я считаю, что то, что он мне предлагает, может быть только по любви. Уж точно не из расчета.
— И ты хочешь всю жизнь быть горничной? — напористо спросила Эрна. — Просто провести всю жизнь… вот здесь?
Она обвела ладонями комнату, в которой мы собрались. Посредине здесь стояла восьмиспальная кровать, конструкцию которой мне было описать сложно. То есть это было такое монументальное двухъярусное сооружение, с каждой стороны которого располагалось по две ниши — спальные места. Там же внутри были полочки, куда можно положить свои личные вещи или гигиенические принадлежности, артефакты вызова и так далее. Под спальными местами располагались глубокие ящики — аналоги комода, куда можно было сложить одежду. Много ее ни у кого не было, поэтому всем хватало.
Помимо этого гиганта, здесь был столик, шесть стульев. Вообще-то должно было быть восемь, и с нами должны были жить еще четверо девушек, но пока места пустовали, поэтому два стула утащили в соседнюю комнату, где такие же поломались. На столе стоял местный чайник, читай, пузатый кипятильный артефакт, над столом висела полочка, где можно было хранить всякое печенье, конфеты или поставить посуду: чашки и блюдца, стаканы, графин. Благодаря принцевой щедрости, теперь в комнате еще появился шкаф, и на этом все.
Ах, да. Еще было небольшое мутное зеркало перед входом. Как я могла забыть.
— Всю жизнь не хочу, конечно, — призналась я. — Но я хочу чего-то добиться сама. Пока не знаю, как, не знаю, чем я могу быть полезна этому миру, но я постараюсь.
Меня немного напрягал тот факт, что Кириан сказал, что теперь я не буду горничной, но без дела я точно сидеть не стану. Вон как он мои мадленки уплетал! Буду на кухне помогать, если потребуется. Может быть, так получится заработать хотя бы какие-то, но первые свои деньги в этом мире.
— Кстати, твое печенье произвело фурор, — будто мысли мои прочитав, сказала Литта. — Все преподаватели и аристократы в восторге.
— Правда? Ну хорошо, — искренне обрадовалась я.
— Но я бы на твоем месте была осторожнее, — сказала Мика. — Тата очень амбициозная и очень гордится тем, что ходила в подмастерьях у ученика самого Ламбера!
Мне уже самой захотелось к этому Ламберу наведаться! Надо будет спросить у принца, как далеко распространяется моя свобода. Возможно, получится сходить погулять в город. Купить я ничего не смогу, конечно, но хоть пройдусь, подышу воздухом, посмотрю на праздничную столицу. Я хотела спросить, когда у девушек выходной — возможно, они захотят погулять вместе, но не успела: в дверь постучали.
— Букет для иномирянки, — сообщил слуга академии удивленной Эрне.
Букет был похож на тот, который я видела в балетной студии, поэтому совершенно не удивилась, когда прочитала карточку.
«Кате от Нортона. С глубочайшими извинениями».
Как я уже сказала Кириану, свои извинения Нортон может засунуть туда, куда… в общем, кажется, надо было сказать это Нортону. Прямым текстом.
— Подождите, — попросила я слугу. Вытащила карточку, взяла перо, обмакнула его в чернильницу.
«Нортону от Кати. Засунь свои извинения себе в задницу», — написала на обратной стороне.
— Букет верните отправителю, — попросила мужчину и захлопнула дверь.
Не знаю, кто удивился больше: тот, кто букет принес или девушки. Я же как ни в чем не бывало вернулась к столу и начала составлять блюдца и чашки на поднос. Посуда сама себя не помоет!
9. Кириан
— Ты уволил доктора?
Я сидел за столом в своем кабинете, а Марстер расположился в кресле напротив: вместе мы проходились по списку моих текущих дел.
— Да. Ваш отец будет недоволен, он работал во дворце много лет.
— Это не отменяет того, что он проявил халатность в отношении здоровья Катрин, — припечатал я жестко. Как вспомнил потерявшую сознание на моих глазах девушку, так снова яростно сжал кулаки. — Это недопустимо для врача в принципе, не говоря уже о королевском. Что касается отца… Найди доктору замену, и его это устроит.
Марстер сделал пометку в своем вечном блокноте. Везде таскал его за собой с самого первого дня работы на меня и писал карандашом, хотя уже давно изобрели непроливающиеся чернила.
— Узнал, кто такой «мистер Грей»? — перешел я к следующему вопросу.
— Да, — кивнул помощник, — мне как раз прислали ответ из Межмирового бюро.
Марстер достал из кармана небольшой конверт, в которые обычно помещали записки. Я не ошибся, ответ от Бюро был лаконичным:
— Из известных мистеров Греев в данном немагическом мире особенно выделяются два, — зачитал вслух записку Марстер, — Дориан Грей и Кристиан Грей. Первый — книжный герой великого писателя, оставившего огромное культурное наследие, Оскара Уайльда, книгу про второго написала… К-хм… Какая-то баба.
— Что? — переспросил я. — Бааба?
— Женщина по-дикарски. Тут так написано, ваше высочество, — поспешил заверить меня помощник.
— Так который из них и кого порол?
— Это все, что есть в записке.
— Значит, отправь им новый запрос. Сразу спроси, почему он наказывал женщин. Мне это важно.
Марстер был профессионалом, но даже он поспешил тему перевести.
— Катрин уже доставили ваши подарки и завтрак, ваше высочество. Кукурузный хлеб заменили на цельнозерновой, все проверили. Она его съела, и ей понравилось. Но, если что, у нас доктор был на подхвате.
