Офицерат. Магия в наших умах

— Как вариант — использовать лошадь, — тут же нашел решение Джоук. — В конюшнях полно лошадей-аналитиков, с которыми ты даже сможешь разговаривать.

— Ну знаешь, в конюшню меня еще не посылали! — рассмеялся Юмус. — Вернее, ты первый из людей, кто меня туда отправил.

— Звучит зловеще, — усмехнулся Джоук. — А кто из не-людей отличился?..

— А попробуй сделать выводы, используя имеющиеся данные, — предложил Юмус. — Нет лучшего способа отдохнуть, чем смена сферы деятельности.

— То есть это был кто-то здесь, в Паоме? — мгновенно сориентировался Джоук. — Потому что данных о твоих контактах в Хаордии у меня нет. Ну тогда это даже слишком просто, — он пожал плечами. — Рацио. Есть, конечно, маленький шанс, что ты встретился с Дьябло или кем-то из ее соплеменников, но тогда это было бы первым, о чем ты заговорил бы со мной, едва открыл рот.

— Дьябло? — переспросил Юмус и уже привычно “потянулся” к Джоуку, чтобы считать ответ. Но тот, скроив наихитрейшее выражение лица, мгновенно очистил разум. — Эй, так не честно! — воскликнул Юмус. — Я должен узнать, кто такая Дьябло!

— А я должен узнать твою реакцию, когда ты увидишь ее вживую! — отрезал Джоук. — Поэтому кыш, — он помахал на него, словно разгоняя рябь на воде. — Не трогай мой рабочий инструмент грязными руками.

И тут же не удержал блок, подумав, что, возможно, высказался обидно для менталиста.

— Меня посылают в пешее эротическое путешествие чаще, чем адаптанта А1 в пубертате, — ободрил его Юмус. — А твоя вариация к тому же изящная.

Глава 7

Уже первый из рекомендованных Джоуком ресторанов полностью удовлетворил запросы Юмуса. У них нашелся и особый чай, причем не только на основе черного, но и зеленого, и даже с травяными сборами.

Сделав заказ, Юмус разделся донага и отправился в ванну. Хотел было принять душ, но, увидев размер установленной в помещении джакузи, изменил свое решение.

— Мне определенно нужна уточка… — подумал вслух и хотел было привычно внести пожелание в список особых запросов, когда вдруг понял со всей оглушающей ясностью: не нужно было ничего никуда вносить. Он мог прямо сейчас сходить в магазин и купить себе хоть уточку, хоть пену для ванны, хоть новый фен.

Хотя, последний, наверное пришлось бы поискать — все-таки в супермаркете они, скорее всего, не продавались.

Или да?.. Юмус едва сдержался, чтобы не начать одеваться обратно и не отправиться на поиски этого самого фена. Но все-таки не поддался порыву. Вылил в ванну едва ли не половину флакона пены и забрался в приятно горячую воду.

Он может выйти в город за покупками. Но ценой удовольствия от шоппинга станет нахождение среди сотен людей, атакующих мозг Юмуса своими мыслями. Иуоо, без сомнения, считал подобный дар подарком судьбы, но Юмус в большинстве случаев предпочитал быть не в курсе того, что у симпатичной девушки свидание с женихом ее лучшей подруги, а представительный мужчина только что пнул котенка дочери.

И все же даже просто мысль о возможности что-то сделать самому пенила кровь не хуже специального средства для ванны с поистине отвратительным клубничным запахом.

А глубоким вечером ему вдруг пришло сообщение. Если на выходки в виде покупки записей с боями Тибериуса его охрана смотрела сквозь пальцы, то контакты с внешним миром по Сети строжайше отслеживались. Специальная программа мониторила даже ролики для взрослых, которое он включал — вот только толку от этого не было ни на грош: женщин ему почему-то приводили всегда максимально далеких от того типажа, что он искал на видео.

Сообщение было от Джоука: максимально лаконичное и максимально же дружеское.

“Привет. Еду домой. У тебя все в порядке?”

"Все отлично, провожу кастинг подушек", — ответил Юмус.

В огромном стенном шкафу он нашел их не меньше дюжины. Большие и маленькие, квадратные и прямоугольные, с памятью формы, пуховые, бамбуковые... были даже с гречневой шелухой и конопляным волокном.

“Наслаждайся, — Юмус представил широкую открытую улыбку Джоука. — Пришлю такси за тобой утром в 08-45”.

А еще представил рядом с ним ту хорошенькую блондинку. Наверняка Джоук спешил к ней. Возможно, с букетом цветов в качестве извинения за поздний визит. И совершенно точно он нашел время забежать в душ перед отбытием из Офицерата.

"Ага, только у тебя вместо клубники небось "Горная свежесть" в пузырьке налита", — с тоской подумал Юмус и потянулся за пультом от телевизора.

Он честно не собирался искать ничего такого специально, но легальные и оплаченные платной подпиской каналы для взрослых сами бросились в глаза.

Нажав кнопку первого канала из великого множества, мелькавших на экране, Юмус затаил дыхание, ожидая надписи о невозможности подключения. Но экран быстро моргнул и тут же расцветился множеством иконок-ссылок на различные ролики.

— Боги, боги… — прошептал он восхищенно и ткнул в первый же попавшийся ролик...

После третьего ролика и третьего похода в душ Юмус выключил телевизор. Кажется, завтра ему придется объясняться с Джоуком за перерасход воды.

Но это будет — если будет вообще — только завтра. А сейчас он мог открыть гигантское окно, ощутить запахи живого ночного города и впервые в жизни лечь спать, вдыхая свежий, не кондиционированный воздух.

***

Встреча с милейшей Вандой прошла не так прекрасно, как рисовало Джоуку воображение: он приехал слишком поздно и слишком устал. Он даже попытался отменить встречу, но Ванда его уговорила, о чем, наверное, пожалела и сама.

Нет, в конечном итоге все вышло неплохо, и Ванда уснула, свернувшись калачиком под боком у Джоука, но сам он предпочел бы и вовсе не начинать. Решив, что отныне его свидания или будут начинаться не позже восьми вечера, или он будет их переносить, Джоук закрыл глаза и мгновенно отрубился.

К счастью, ему хватало трех часов, чтобы восполнить силы. Если удавалось проспать целых пять, Джоук и вовсе ощущал себя батарейкой, заряженной на все сто процентов.

По всем утренним прогнозам новый день во вверенном ему королевстве под названием Офицерат должен был пройти легко и безоблачно — это предсказывал и чудесный завтрак в компании Кота, и то, как быстро удалось решить проблему перебоя в поставках мяса. Точнее, как удачно получилось заменить меню завтрашнего дня на рыбное, и как быстро Джоук смог договориться с двумя крупнейшими рыбными хозяйствами. Адаптанты, конечно, спасибо не скажут, но лучше рыба, чем сто одно блюдо из сои и тофу.

Но не успел Джоук насладиться своей маленькой победой, как Чесс принял таблетку с кровью Юмуса, и все покатилось по наклонной.

Опомнившись глубоким вечером, все, что смог вспомнить Джоук, — это бесконечные доклады Гродески и Рузе, сосредоточенного и напряженного Кота и абсолютное непонимание, что делать дальше. Посещение Юмусом вотчины Уиллиса мало чем помогло: как и предполагалось, рой не поглотил разум, превосходящий их, а подчинился ему.

— Ощущение, что я попал в комнату с миллионом эхо, — поделился впечатлениями Юмус, когда Джоук провожал его обратно в лабораторию. — Они только повторяли мои мысли. Ни единой своей, ни у кого.

— Ты почувствовал себя королем мира? — рассеянно пошутил Джоук.

— Нет, я был один в целом мире, — возразил Юмус. — Понимаешь, они говорили не своими голосами, а повторяли моим. Иуоо бы из штанов от восторга выпрыгнул, услышав стройный хор имени самого себя, — добавил с нескрываемой злобой в голосе.

Именно эта злость и заставила Джоука предложить:

— Сходим снова в бар? Расскажу тебе о моем общении с этим распрекрасным человеком.

— Пойдем лучше в мою квартиру? — предложил Юмус. — Закажем еды, посидим. В баре для меня сейчас слишком шумно, — признался, с силой растирая виски. — А в моем телевизоре есть функция караоке.

— Прости, я не подумал, — совершенно искренне извинился Джоук. — Конечно, давай к тебе. Подождешь минут пятнадцать? Можешь выйти в сад, там почти никого никогда не бывает.

— Он настоящий? — спросил Юмус. — Прости, у меня, видимо, профдеформация. В моем бункере есть небольшой сад, но он искусственный. Дорожки из вспененного пластика, растения в горшках, освещение лампами.

— Самый настоящий, — заверил Джоук. — Правда, далековато — нужно обойти весь плац для верховой езды. Но ты можешь попросить Гаса или кого-то из других лошадей тебя подвезти. Я просто не уверен, что управлюсь за четверть часа.

— Я пройдусь, — не скрывая предвкушения, ответил Юмус. — Я давно не гулял просто ради прогулки.

На руке завибрировал браслет. Юмус не стал ждать, пока Джоук ответит на вызов, кивнул и двинулся в сторону плаца. Шел он спокойно, а поза была даже чуть надменной, но Джоук был достаточно хорошим аналитиком, чтобы заметить: Юмус все равно ждет, что вот-вот появятся адаптанты и отконвоируют его в бетонный бункер, зарытый глубоко в землю.

Решение отправить Юмуса в сад было правильным — задержался Джоук в итоге почти на час. Но слова извинения застряли в горле, когда он подъехал на любезно согласившемся его подбросить Гасе к указанной Секретарем точке.

— Спасибо, дружище, — шепнул Джоук, когда конь подогнул ноги, позволяя человеку удобно сойти на землю.

Гас всхрапнул и галопом умчался домой — знакомиться с Юмусом он сегодня почему-то не захотел. Не особо терзаясь раздумьями о причинах такого поведения коня, Джоук осторожно подошел к, кажется, задремавшему Юмусу. Но, как оказалось, тот не спал.

— Он просто хотел вернуться к своей подруге, — пояснил Юмус, с улыбкой глядя в небо. — Ты отвлек их от увлекательного спора о различиях человеческой и лошадиной природы.

— Понятно, — Джоук присел рядом. — Видимо, у них накопилось тем для споров — Джинджер не было в Офицерате почти месяц: Лесли уходил в отпуск и уезжал.

— Здесь так тихо, — признался Юмус. — Но тишина такая вкусная, живая.

— Да, я прихожу сюда иногда, — в свою очередь легко рассказал Джоук. — Особенно весной здорово. Но не я один. Аналитики частенько тут мозги разгружают. Даже Рузе.

— Весной тут должно быть здорово… — Юмус явно хотел, чтобы прозвучало мечтательно, но Джоук услышал тоску. Не будет у него никакой весны в саду. А может, и будет, но лишь ее имитация. — И осенью тоже… листья желтые, красные, пахнет грибами и мокрой землей.

— Нет, за грибами — это дальше надо, в лес. Но я туда не доходил ни разу… Можно как-нибудь дойти, — Джоук тщательно обдумал предложение, прежде чем его озвучить, чтобы не быть неправильно понятым. Потому что предложение было не из вежливости — он действительно с удовольствием прогулялся бы до леса — и потому что было сделано не из сочувствия. Ну, по крайней мере, не только из сочувствия.

— Я хотел бы, — отозвался Юмус. Потом сел, обхватил колени руками. Тонкая рубашка натянулась на спине, очертив проступающие под кожей ребра и острые лопатки. — Я не вернусь в Хаордию, — сказал быстро, отрывисто, будто боялся, что его перебьют и повторить уже не хватит духу. — Если надо — антидот приму, на постоянный трекер соглашусь, но только не обратно в бункер.

Нельзя было сказать, что Джоука сильно удивило это заявление. Оно было прогнозируемым и даже ожидаемым. Чего он не мог предположить — так это того, что решение будет озвучено так скоро и в первую очередь ему.

— Тебе нужно поговорить с Дереком, — уверенно сказал он, взяв секундную паузу на обдумывание стратегии. — Его полномочия позволяют предложить тебе то же, что и мне в свое время. Другой вопрос, пойдет ли на это Хаордия. Прости, но политика не моя сильная сторона. Мой мозг решает задачи другого типа.

— Пойдет, — уверенным тоном ответил Юмус. — Не удивлюсь, если Иуоо согласился на мою командировку с тем прицелом, что обратно я не вернусь. Главное, чтобы он не запросил слишком много за мою свободу.

— Если все так, как ты говоришь, то у него нет выбора, — Джоук действительно был не слишком хорош в политике, и потребовалось некоторое время, чтобы посчитать вероятность правоты Юмуса. — Вернуть тебя обратно он не сможет, если Блейн даст тебе политическое убежище. Отвоевывать тебя силой Хаордия не станет, да и не сможет. Все сильные адаптанты служат в Охране немагических зон, а ее начальник Иуоо не подчиняется.

— К его невероятному сожалению, — полным яда тоном ответил Юмус и улыбнулся.

Увидев эту улыбку, Джоук подумал, что у рассказов о зверствах Юстимуса Ужасного есть основание. Вернее, оно точно такое же, как у молвы о том, что Дьябло и все ее соплеменники — безжалостные убийцы без мозгов, с одними только инстинктами. Они, конечно, убийцы, но при этом их уму могут позавидовать иные аналитики, не говоря о адаптантах и немагах.

Глава 8

— Нет, Чесс, неверно, — Юмус до последнего пытался не обращать внимания на мысленные чертыхания, но они уже давно превратились в ментальные вопли и не давали сосредоточиться на выполнении заданий. — Твоя ошибка в том, что ты пытаешься оптимизировать каждый этап. А надо смотреть на итоговый результат и исходить из допусков. Неважно, что сварщик будет загружен только сорок восемь процентов времени, зато монтажники, а их большинство, станут работать слаженнее.

Честер насупился, мысленно послал Юмуса к такой-то матери и снова взялся переставлять фигурки человечков на мониторе. Так и не достроенный мост немым укором воздевал к небу голые балки.

Юмус же попытался снова направить дрон, больше всего похожий на большого таракана, по несложному маршруту на картонном поле. Когда никого вокруг не было, ему удавалось это без проблем, но даже один человек мгновенно сбивал “прицел” мыслеимпульса, и таракан сходил с маршрута. С помехами в виде размеренных аналитических мыслей Себа Юмус сумел справиться за три дня, а вот “бомбардировка” эмоциями Чесса до сих пор выбивала его из колеи.

Себ считал, что дело было лишь в том, что Юмус в принципе не привык ни к каким раздражителям, и был уверен, что рано или поздно он научится концентрироваться на задаче, не отвлекаясь на ментальные шумы. Но для этого нужны были регулярные тренировки, и свой рабочий день Юмус уже вторую неделю проводил в лаборатории в компании Себа, Честера и головной боли.

— Может, перерыв? — предложил Себ, заметив, что он украдкой трет виски. — Подкрепимся и, глядишь, дело пойдет лучше?

“Да зашибись оно просто пойдет! — ворвался в голову мысленный возглас Чесса. — Еще бы понять только, куда!”

Юмус сдался и зажмурился. Таракан тут же замер, перейдя в режим ожидания.

Честер Винк даже под кровью Блейна оставался экспрессивным. Юмус уже сумел уяснить, что аналитик не всегда равняется книжному червю, но Винк все равно был слишком эмоциональным. Первые два дня Юмус вообще не мог сосредоточиться на своих заданиях, потому что нескончаемый мысленный поток виртуозной брани и непередаваемых сравнений полностью забил “эфир”. С изумлением отметив, что за это время Винк ни разу не повторился, Юмус к четвертому дню начал понемногу привыкать. Вернее, когда задачи были более или менее легкими и ругался Чесс вполсилы, он еще мог не обращать внимания. Но стоило разуму Винка наткнуться на орешек покрепче, как Юмуса едва не сносило заковыристыми оборотами.

— Пойдем обедать, не могу больше, — Чесс с грохотом отодвинулся от стола.

— А можно я тут посижу?.. — просил Юмус негромко и покосился на Рацио.

“Прости, дружище, мне тоже надо поесть”, — ответил тот на невысказанный вопрос и виновато опустил морду — пару раз, когда Юмус оставался с Рацио один, он садился на пол и обнимал пса, наслаждаясь его спокойными эмоциями и мягкой шерстью. Эмоционально он был таким же “мягким и пушистым”, как и на ощупь.

— Не повезло тебе, приятель, — с искренним сочувствием сказал Чесс. И даже не подумал ничего дополнительного, на удивление. — Я — станок отключаемый, а ты круглосуточно пашешь.

— Да уж, в твоей ситуации есть определенные плюсы, — рассеянно заметил Себ.

“Куда я дел эту штуку? — промелькнуло у него в голове. — А, точно, в третьем шкафу лежит.”

От него вдруг повеяло энтузиазмом, но почему, Юмусу удалось узнать не сразу: найдя эту свою “штуку”, Себ унес ее с собой на обед, а потом еще и задержался где-то, отправив Чесса в лабораторию одного. И только вернувшись, показал Юмусу какой-то странный предмет, похожий одновременно на очки и ободок для волос.

— Это ретранслятор ментальных импульсов, — пояснил он. — Спецтехника для координаторов, управляющих дронами. Я тут подумал, что у него ведь призмовый механизм. И если с одного “края” выходит усиленный импульс, то с другого должен выходить ослабленный. Иными словами, если можно усилить исходящий мыслеимпульс, то можно и ослабить входящий. Попробуешь?.. — он протянул “ободок” Юмусу. — Там, конечно, самые примитивные настройки, но, если сработает, я дам задание техникам, и тебе сделают индивидуальный аппарат.

— Давай, — протянул руку Юмус. Заказанный через Секретаря обед принесли быстро, и, благодаря подсказкам Джоука, Юмус сделал идеальный выбор, но ему чертовски хотелось иметь возможность ходить в столовую не только ранним утром и поздней ночью. До того, как оказался в Паоме, Юмус и не знал, что настолько нуждался в общении.

Ободок был прохладным на ощупь и весьма увесистым. Оно и понятно — координаторы носили его ограниченное время, так что техникам не ставилась задача максимального облегчения конструкции. Юмус решил, что за “тишину в эфире” можно расплатиться усталостью в шее, и надел ободок.

— Сейчас он включен, но настроен на “ноль”, то есть не усиливает и не уменьшает, — Себ подкатился к своему компьютеру и быстро защелкал клавишами. — Я буду уходить в минус по десять процентов.

— А не слишком резко? — подключился к обсуждению Чесс, с готовностью забросив так и не поддавшуюся задачу про мост. — Не свалим Юмуса в шок? Ведь, по сути, мы сейчас его оглушим, а любое изменение в функционировании организма ведет к развитию стресса. Адреналин рванет в кровь рекой, мозговое кровообращение усилится многократно — тело будет пытаться вернуться к “базовым” настройкам и…

— Не нуди, — оборвал его Себ. — Я знаю, что делаю.

“Знает он… — обиженно забубнил Чесс мысленно. — А если он сейчас, как я, в кому грохнется, тогда что будет? Его подливом второй крови не починишь…”

— Чесс! — не выдержал уже Юмус. — Ты не мог бы… — он умолк, беспомощно глядя на Себа, и тот сделал Винку знак покинуть помещение.

— Иди прогуляйся, — сказал вслух. — Продолжим через полчаса.

— Лады! — такому повороту Чесс только обрадовался и быстро вышел в коридор, предвкушая приятные посиделки под любимым деревом.

— Давай сразу на все сто, — попросил Юмус. — Надо будет — потом поиграем в плюс-минус.

— Ладно, — с легкостью согласился Себ. Набрал на клавиатуре “100” и щелкнул “Ввод”.

Юмус ожидал, что будет что-то наподобие пребывания в “гробу”, только вместо надоедливой какофонии звуков будет липкая, как сахарная вата, глухота. Но ничего подобного не было: он по-прежнему слышал, как гудят процессоры компьютеров, Рацио шел к ним, негромко цокая когтями по плитке. В коридоре у кого-то зазвонил мобильник, и послышалось приглушенное:

— Да!

“Не сработало…” — разочарованно подумал Юмус.

“Не сработало…” — раздалось в голове.

И все. Тишина.

“Я что, слышу свои мысли?” — подумал Юмус.

“...свои мысли?”— отдалось эхом.

Поправка. Только свои.

— Кажется, работает, — вслух произнес Юмус. — Только с настройками надо подумать, у меня мои собственные мысли в стереорежим вошли.

Себ нахмурился, поиграл с регулятором и…

“Он теперь и себя будет слышать, и меня…”

“...будет слышать, и меня…”

“Да слышу же!”

“Да слышу…”

“Точно слышит…”

“...очно слышит…”

“Прекрати!”

“Прекрати!..”

“Прекрати…”

“Прекра…”

— Выруби! — Юмус схватился за виски. — Верни, как было!

Себ поспешно выкрутил регулятор, и Юмус остался наедине со своими мыслями.

— Все, оставь так, — попросил, вымученно улыбнувшись. — Всего лишь собственное эхо — это, определенно, лучшее, что ты мог для меня сделать.

— Это прототип, мы с техниками еще поработаем, — заверил его Себ.

Рацио сел и впился в Юмуса пристальным взглядом, видимо, мысленно соглашаясь с Гродески. Теперь Юмусу оставалось лишь догадываться об этом.

Как любому обычному человеку. Эта мысль, пронесшаяся в непривычно пустой голове, принялась отражаться раз за разом, будто теннисный мячик отскакивал от стенок ящика.

— Оставь как есть, — попросил Юмус и глубоко вздохнул. — Как тихо! — сообщил шепотом. — И легко.

Не то чтобы так тихо “в эфире” никогда не было — Юмус большую часть жизни провел в бункере. Но даже там его окружали случайно подслушанные мысли техников. А сейчас он остался наедине с самим собой.

Себ улыбнулся, похлопал его по плечу и негромко сказал:

— Но, чтобы работать, тебе придется его снимать. Давай все на сегодня, но завтра продолжим, идет?

— “Глохнуть” и снова “обретать слух” по собственному желанию — о таком никто и мечтать не мог, — Юмус протянул руку, чтобы обменяться с Себом рукопожатиями по уже сложившейся традиции. — До завтра. Касилю, когда он придет смотреть, что мы тут за день наработали, передавай привет и скажи, что теперь он может мысленно высказывать мне все, что накипело.

— Он будет рад, — Себ хмыкнул и вдруг как-то странно покосился на него. — А что, в мыслях он ругается еще хлеще?

— Иногда, — улыбнулся в ответ Юмус. Строго говоря, ему было не положено озвучивать услышанное в мыслях других, если только того не требовали инструкции, но здесь явно можно было сделать исключение. — Чаще всего он сожалеет, что торчит тут с нами, недоумками, вместо того, чтобы провести время с пользой, например добить с тобой ту партию в шахматы, наконец, или обсудить уже “Настоящее завтра”. У него прямо язык чешется поговорить об этой книге, но на бегу не хочется, а нормального времени у вас нет с тех пор, как Офицерат завел себе Винка.

— Ничего, перечешется… — с улыбкой протянул Себ, и Юмус почувствовал, что и он тоже очень хочет обсудить с Рузе эту книгу. — Ладно, я тебя понял. Выходные будут выходными, и пусть вся магия подождет.

— Отличное решение, — поддержал Юмус. — Тогда до понедельника? — Юмус поднялся. — Рацио, друг, тебе тоже хороших выходных.

Ответом ему был короткий взмах хвоста — Рацио увлеченно смотрел в свой монитор. Юмус счел правила приличия соблюденными и двинулся на выход. Ему, как и Честеру, не надо было дважды говорить о том, что работа на сегодня закончена.

***

Джоук выбрал оптимальную фразу для начала разговора. Идеально рассчитал время. И даже надел самый подходящий для обсуждения костюм — чуть подчеркивающий худобу, чтобы вызвать умеренный, не чрезмерный уровень сочувствия, и вместе с тем благородного металлического оттенка, подчеркивающий его нынешний статус. И даже подстраховался, уточнив у Рацио через секретаря, какое у Гродески настроение, — и все равно немного волновался.

— Джоук?.. — Себ определенно удивился, увидев его.

За время работы в Офицерате Джоук общался со всеми понемногу, но никого, кроме Кота, не знал достаточно хорошо. Так что заподозрить, что он, к примеру, зашел поболтать, Гродески не мог.

— Привет, — Джоук улыбнулся — хотел приветливо, но вышло чуть смущенно. К сожалению, тело не слушалось так хорошо, как мозг. — Ты не слишком занят? — ответ на свой вопрос он знал прекрасно: с делами Гродески уже закончил и теперь отдыхал, разгружая мозги просмотром записей Спеладрома. — Я хотел бы с тобой поговорить.

— Ничего такого, что не могло бы подождать, — Гродески нажал на паузу, и на экране замер гнедой конь. — Думаю, не вернуть ли нам со Штормом звание лучших из лучших, — прокомментировал картинку.

— Может, стоит метить выше? — вот теперь Джоук улыбнулся вполне искренне. — Попробуй поучаствовать в забеге с Дьябло. Я читал правила: там нет упоминания, что в скачках может участвовать только лошадь.

— И нанести Шторму смертельную обиду? — хмыкнул Себастьян. — Да он меня к себе близко не подпустит, если только унюхает Дьябло. Да и потом… сам же знаешь, не так важен факт победы, как интересен путь к ней.