Неприкаянная

— А где будем заниматься?

— Сейчас увидишь, — усмехнулся Морган с каким-то странным предвкушением, взял Каролину под локоть и повёл к выходу.

***

Вспышка раздражения в тот момент, когда Каролина смотрела на Роджера Финли, оказалась неожиданной для самого Рида. Она была настолько похожа на ревность, что, пока они с Каролиной под руку шли к залу для переносов, Морган пытался понять самого себя.

Отрицать тот факт, что девушка нравится ему физически, Рид не собирался — не прыщавый юнец, чтобы не понимать подобные вещи. Да и кому бы Каролина не понравилась? Слепому если только. У неё замечательная точёная фигура с высокой грудью и покатыми бёдрами, тонкой талией и упругими ягодицами — всё это Морган прекрасно рассмотрел ещё в тот раз, когда Каролина стояла перед ним в одной ночной рубашке — там, в королевском дворце Мальтерана. Волосы оттенка липового мёда, светло-голубые глаза, пухлые и нежные губы, приятные черты лица, милая улыбка, зубы — белые жемчужинки. Конечно, Каролина не могла не нравиться. Но такое с Морганом было не впервые. На его жизненном пути уже бывали женщины, которые привлекали физически, но никого из них он не ревновал.

А может, это и не ревность вовсе? Просто раздражение и беспокойство. Всё-таки Каролине и так досталось от её бывшего жениха-короля, не хватает ещё и Роджера добавить в коллекцию. Она ведь из тех девушек, которые не умеют просто так, без любви…

Что-то дрогнуло в сердце, и Морган укоризненно покачал головой. Эх, размечтался! Вот уж в кого Каролина точно не влюбится, так это в него.

— Ой! — неожиданно воскликнула девушка и встала посреди коридора. — Пальто! Я его забыла в приёмной у Дайда. Там на вешалке оставила…

— Пальто нам с тобой и не понадобится, — отмахнулся Рид. — Видишь, я тоже без верхней одежды пошёл.

— Тогда хорошо, — кивнула Каролина и вновь зашагала вперёд.

Идея о том, где будет лучше обучать её шаманской магии, пришла Моргану в голову только что и показалась удачной. В конце концов, учиться и правда лучше на природе, но в столице — да и не только — сейчас почти зима, особо не погуляешь.

Зато там, куда он собирался отправиться, лето. Главное, чтобы получилось. Он ведь не может переноситься настолько далеко без разрешения императора. Но Рид надеялся, что получит его позже. Однако Дайда следовало предупредить…

И перед тем, как построить пространственный лифт, Морган отправил краткое сообщение Гектору на браслет связи — чтобы не вздумал снаряжать дознавателей им с Каролиной вслед, предполагая, будто Рид сбежал.

***

В груди предвкушающе, но в то же время взволнованно сжималось, пока Каролина наблюдала за тем, как Морган строит пространственный лифт. А шаман, поймав её взгляд, легко улыбнулся и сказал:

— Ещё немного, и я смогу устраиваться на работу специалистом по пространственным перемещениям.

— Мне жаль, что я не способна тебе помочь, — пробормотала Каролина, чувствуя себя неловко. — Я умею только совсем элементарные вещи, не требующие ни особой силы, ни мастерства. И у меня не хватит…

— На самом деле ты можешь научиться строить лифты, — перебил её Морган вполне уверенно. — Но для этого нужен амулет, который временно растягивает резерв до необходимого. Ну и тренировки, разумеется. Если хочешь, купим такой амулет и…

Рид неожиданно замер, задумавшись и не закончив формулу, и Каролина забеспокоилась.

— Что?..

— У Агнес Велариус магазин артефактов, — выдохнул Морган, помотав головой, будто отгоняя лишние мысли. — Но это потом обсудим. А сейчас…

Несколько взмахов ладонью — и стены лифта ярко засветились, из-за чего Каролина крепко зажмурилась, не желая, чтобы впоследствии перед глазами кружились разноцветные мушки. А когда поняла, что перенос завершился, открыла глаза… и удивилась, обнаружив что-то похожее на вчерашние перевалочные пункты дознавательского комитета — небольшое помещение с площадкой для переноса и тремя рабочими столами, за которыми сидели по двое людей в форме. Не все они были мужчинами — попадались и женщины. Причём за каждым столом один из сидевших явно был жителем Корго — только у них настолько смуглая кожа и чёрные волосы.

— Добрый день, — произнёс Рид, сходя с площадки и держа при этом Каролину за руку. — Нам нужно временное разрешение на посещение Корго. На двух лиц. На три часа.

— Идите сюда, — сказал один из магов за крайним левым столом и кивнул коллеге. — Документы с собой?

— У меня да, — ответил Морган и взглянул на Каролину.

— У меня тоже, — быстро отозвалась она. Каролина и в Мальтеране не расставалась с удостоверением личности — мало ли? — а уж в чужой стране и подавно не собиралась расхаживать без документов. Они лежали у неё в нагрудном кармане платья, в пакете против влажности. С ними ничего не сталось бы, даже если бы Каролина упала в реку.

Посадив обоих прибывших за стол, представитель Корго потребовал документы и начал быстро заполнять анкету временного пребывания. А второй служащий — тот, который был магом, — защёлкнул на запястьях Моргана и Каролины тонкие чёрные браслеты из материала, похожего на кожу.

— Когда ваше время истечёт, они начнут нагреваться, — предупредил он, — и у вас будет примерно десять минут для прибытия патруля по выдворению. Советую не задерживаться и не испытывать судьбу.

— Мы и не собираемся, — понимающе усмехнулся Морган, и их наконец отпустили.

В этот раз Рид не стал строить лифт, но у Каролины сложилось впечатление, что здесь это в принципе запрещено — и с перемещением им помогал один из магов с соседнего стола, сверившись с документом, который ему передал представитель Корго.

Стены лифта засветились… и Каролина, которой уже некоторое время было невыносимо жарко в помещении в тёплом платье, рассчитанном на позднюю осень — а в Корго было лето! — почувствовала себя так, будто её, как яйцо, разбили и бросили на сковородку, чтобы хорошенько поджарить и съесть.

Она распахнула глаза и охнула, обнаружив, что находится на поляне с травой по пояс. Над головой — ярко-голубое небо без единого облачка и жалящее, будто оса, солнце в самом зените. Над травой, сочной и зелёной, с вкраплениями мелких цветочков — белых, жёлтых, сиреневых, — летали толстые и самые разнообразные насекомые. Только за первые секунды, оглядываясь по сторонам, Каролина увидела трёх стрекоз, парочку жирных мух, одного большого шмеля и Защитница знает сколько бабочек.

— Как красиво… — выдохнула девушка, чувствуя, как в глазах поневоле вскипает влага. Что это с ней? От яркости красок вокруг, что ли?

— Согласен, — отозвался Морган с невозмутимостью человека, который не видит ничего особенного в обычном лесном лугу и паре десятков насекомых. — Корго — удивительная страна. Богатая цветами и травами. Зимы тут не бывает вовсе, максимум чуть прохладная осень. Но по этой причине и растения здесь совсем иные.

Каролина пригляделась к деревьям, что окружали поляну, на которой очутились они с Морганом, и удивлённо открыла рот. Она действительно никогда не видела подобных деревьев. Во-первых, стволы у них были ярко-бордовые и блестящие, словно маслом намазанные, да и в обхвате настолько широкие, что потребовалось бы человек пять, дабы обнять эти деревья. Мощные ветки с мясистыми листьями — каждый лист, скорее всего, весил столько, что им можно было убить, хлопнув по голове. Изредка между листьями мелькали пушистые жёлтые цветы, похожие на обычные одуванчики, но здоровенные. Плодов Каролина не заметила.

— Я решил, что тебе будет сподручнее учиться нашей магии там, где сейчас лето, — между тем говорил Морган, пока она рассматривала деревья. — Но в Альганне везде поздняя осень. На юге, конечно, теплее, но не до такой степени, как здесь. Кстати… на тебе есть нижняя рубашка?

— Да, — рассеянно отозвалась Каролина, глядя на то, как к жёлтому «одуванчику» подлетает маленькая птичка с длинным острым клювом. Её крылья мелькали в воздухе настолько быстро, что казалось — их вовсе нет. — А что?

— Ты запаришься здесь в этом платье. Снимай его.

Девушка вздрогнула, словно очнувшись после крепкого сна, и посмотрела на Моргана с удивлением, граничащим с паникой. И отпустила его локоть, за который держалась с момента переноса.

— Но…

— Перестань, не надо тратить время на эту ерунду, — мужчина покачал головой с такой невозмутимостью, будто не он только что предложил Каролине раздеться до нижнего белья. — Я прекрасно знаю, как выглядят рубашки, которые надевают под подобные платья. Не забывай, что у меня дочь. Это такое же платье, только тонкое и белое. Кстати, в Альганне сейчас вошли в моду рубашки, которые пришивают к платьям. Тебе наверняка предложат такое в ателье. Швеи называют их подкладкой.

У Каролины слегка кружилась голова, но она не понимала из-за чего. То ли из-за предложения Моргана, то ли правда — потому что в шерстяном платье было уже не жарко, а гораздо хуже.

— Снимай, — неожиданно рявкнул Рид, поднял руки и начал расстёгивать пуговицы возле шеи девушки. — Ты уже вся покраснела, как помидор. Тепловой удар хочешь получить? От прямых солнечных лучей я нас защитил, но от тепла не могу — это будет мешать занятиям. Магии лучше не смешивать.

Каролина облизнула сухие, как земля в пустыне, губы и вдруг поймала себя на мысли, что ей хочется, чтобы Морган продолжал расстёгивать пуговицы сам. Да, собственно, он и продолжал… Абсолютно не стесняясь, расстегнул все до последней возле талии, развязал пояс и спустил платье с плеч.

Тяжёлая ткань с глухим шелестом упала на примятую траву, и Морган произнёс уже гораздо мягче, глядя Каролине в глаза:

— Ну вот и всё. Перешагивай. Надо сложить, чтобы не помялось. А потом пойдём к ручью.

— К ручью? — шепнула Каролина. Теперь, после того, как она сняла платье, ей было даже немного холодно — губы слегка дрожали. А ещё она чувствовала себя голой. И от этого внутри рождалось чувственное волнение, и плохо соображалось.

— Да, здесь недалеко ручей, — кивнул Морган. Опустил глаза на мгновение, посмотрев на грудь Каролины — и девушка заметила, как у него дёрнулся кадык, будто он сглотнул. — Нам нужна вода.

Больше он ничего не добавил, более того, даже отвернулся, позволяя Каролине закончить приготовления.

Она подняла платье, аккуратно свернула его, а затем, поколебавшись, сняла и сапоги, и тёплые колготки, оставшись босиком. И только потом сказала:

— Я готова.

***

Смешная. Ведь не девочка уже — а смущается, будто девочка.

И несмотря на то, что Моргану, когда он смотрел на розовую и обескураженную его действиями Каролину, хотелось улыбаться, в то же время он желал и совсем иного. Настолько жаркого, что здешняя погода по сравнению с его горячими и тёмными мыслями — просто снежок и холод.

«Она не откажет, она ведь обязана тебе», — шептало подсознание, изголодавшееся по женщине, но Морган держался.

Пока ещё у него были силы держаться.

Когда Каролина сказала: «Я готова», Рид обернулся и оглядел девушку с головы до ног. Поднял брови, обнаружив, что на ней нет даже сапог, и уточнил:

— Уверена? Трава всё-таки колется, да и наступить можно на что-нибудь острое.

— Всё будет в порядке, я часто ходила босиком, — ответила Каролина слегка дрожащим голосом и отвела взгляд, в котором Морган со всей очевидностью читал дикое волнение. — А… мы вообще где? Ну, кроме того, что в Корго.

— Это заповедник. Называется Цертийский лес, — пояснил Рид. — Я как-то гулял здесь, когда… В общем, нужно было успокоиться, поэтому перенёсся сюда. Читал про это место в энциклопедии, ещё когда был мальчишкой. Здесь много интересных животных обитает, даже тигры есть.

— Кто? — Каролина едва не подпрыгнула.

— Не переживай, — хмыкнул Морган. — На людей они нападают крайне редко, и то — если те не маги. На магов не идут никогда. Чувствуют, видимо, что не справятся. Так… Ты разделась, мне тоже нужно. Не переживай, — повторил Рид. — Я не буду полностью раздеваться. Сниму только пиджак и носки.

Каролина пробормотала что-то невнятное, но не отвернулась, продолжая смотреть на Моргана так, будто ей было интересно, что дальше. Он пожал плечами, наклонился и стянул поочерёдно оба носка, а затем снял пиджак. Под ним, тёмно-коричневым и шерстяным, у Моргана была надета тонкая серая рубашка. Её сейчас тоже хотелось снять, поскольку она была мокрой от пота — пока разговаривал с Каролиной, совсем взмок. Но если влагу можно высушить заклинанием, то от запаха подобным образом не избавишься.

— Ты… сними и это тоже… — еле слышно предложила Каролина и стала настолько малиновой, что Морган даже испугался. — Тебе ведь жарко, я вижу…

— Если ты не испугаешься, сниму.

— Чего я должна испугаться? — проворчала Каролина. К её коже возвращался нормальный оттенок. — Я не видела голую мужскую грудь, что ли?

Морган усмехнулся, подавив желание сказать, что она безумно забавная, когда храбрится, — и всё-таки снял влажную рубашку, при этом зачем-то следя взглядом за выражением лица Каролины. И диву давался, что она смотрит на всё это действо с откровенным интересом, более того — даже с какой-то жадностью.

Подобная реакция слишком волновала, поэтому Морган решил, что пора заканчивать. Шагнул вперёд, подхватил под локоть напряжённую девушку и произнёс, стараясь, чтобы голос звучал ровно:

— Пойдём. Ручей с той стороны.

***

Медведь.

Это слово по отношению к Моргану приходило Каролине в голову постоянно. Но сейчас — особенно! Кто бы мог подумать, что он настолько… волосатый…

Каролине было и смешно, и волнительно, и стыдно. Почему она не могла понять. Но действительно губы невольно растягивались в улыбке, а ещё хотелось остановиться и потрогать Моргана. И сразу после этого, представив, как её пальцы утонут в волосах на его груди, а кожа под ними окажется горячей и влажной, Каролина смущалась. Однако видение было настолько ярким, что ей приходилось сдерживаться, дабы не воплотить это в жизнь.

У Огдена на груди волос практически не было. Да что там! Его светлый пушок не шёл ни в какое сравнение с заросшей грудью Рида. Да и остальные габариты… Огден был крепким, но изящным, Морган же… Медведь, что тут ещё можно добавить?

Интересно, каково это — быть с ним… Наверное, совсем иначе…

После подобной мысли Каролина совсем устыдилась. Что она за человек такой? Вместо того, чтобы проникнуться важностью ситуации и настроиться на учёбу, думает о всяких неприличностях. Представляет, как Морган двигается, дышит, трогает её… Нет, это совершенно невозможно!

— Ты чего шипишь? — с любопытством поинтересовался Рид, и к чувствам, которые обуревали Каролину, добавилась досада. Конечно, а чего она ждала? Это она — молодая девчонка почти совсем без любовного опыта, а у Моргана наверняка женщин было больше, чем бабочек над этой поляной. — Наступила на что-нибудь?

— Нет, всё в порядке, — негромко ответила Каролина. — А мы скоро придём?

Под ногами и правда сильно кололось, но девушка, задумавшись о том, о чём не следовало бы, почти не замечала этого. Зато заметила сейчас — и резко захотела остановиться.

— Скоро. Ручей за теми деревьями, — ответил Морган. — А пока мы идём, можешь начать рассказывать.

— О чём?

— О том, как ты жила у Шаха. И чему он тебя учил. Во всех подробностях.

Каролина тяжело вздохнула, чувствуя, что все плотские желания тут же исчезли, да и настроение упало на уровень травы, по которой она шагала.

Про шамана, у которого она провела год, Каролина ничего и никому не рассказывала. Точнее, рассказывала только сам факт — но без подробностей.

— Это обязательно?..

— Да, — кивнул Морган и неожиданно погладил девушку по руке. — Я понимаю, что рассказ будет неприятным. Но я должен знать обо всём.

— Хорошо, — она ещё раз вздохнула. — Я постараюсь.

Деревья перед ними расступились, обнажая небольшое пространство, уходящее вниз примерно на высоту человеческого роста — и там, в овраге, между мелких камней тёк быстрый журчащий ручей. Вода в нём была абсолютно прозрачной, и Каролина, спустившись вниз с помощью Моргана, с удовольствием набрала её в ладони и сделала глоток.

Несмотря на температуру воздуха, вода оказалась почти ледяной. И пахла талым снегом.

Зажмурившись от удовольствия, Каролина сделала ещё глоток… а когда открыла глаза, заметила, что Морган стоит рядом и внимательно смотрит.

— Ты не умеешь брать силу у воды, верно? — уточнил Рид, и Каролина, выплеснув в ручей остатки влаги с ладоней, поднялась на ноги. Покачнулась — одна из ступней неожиданно соскользнула, и девушка едва не упала в ручей. Но у Моргана оказалась отличная реакция — он легко подхватил Каролину, по-хозяйски прижав к себе и ожидая ответа.

— Да, — ответила она с неловкостью, не зная, отчего больше смущается — то ли оттого, что не умеет брать силу у воды — а ведь это самый простой из природных источников! — то ли потому что Морган прижимает её к своему крепкому телу и даже не думает отпускать. А его большая ладонь так приятно лежит на её талии, что хочется продлить это прикосновение.

— Как так может быть? — нахмурился Рид, глядя Каролине в глаза. — Твой учитель должен был научить тебя этому с самого начала. Когда в ребёнке просыпается сила шамана, его наставник первым делом ведёт ученика в лес к воде. Сначала нужно научиться работать с водой, а потом со всем остальным.

— Я не знаю, какими соображениями руководствовался Шах, — ответила Каролина тихо и вздохнула, потому что Морган наконец разжал руки, выпуская её из объятий.

— Садись, — почти приказал Рид, кивая на большой камень, который лежал неподалёку. Он был высокий и сухой, покрытый мхом, будто ковром. — И рассказывай. Всё, Каро. Даже если Шах заставлял тебя сворачивать головы птицам и резать горло кроликам.

Она вздрогнула — и Морган схватил её за руку, вновь помешав упасть в ручей.

— Ты… откуда ты знаешь?.. — просипела Каролина и схватилась за собственное горло свободной ладонью.

Её худший кошмар.

Шах и все животные, которых она убила, до сих пор приходили к ней в самых мрачных и тёмных снах.

***

Откуда он знает?

Морган не удержался от лёгкой усмешки. Каролина, несмотря на то, что пережила в свои двадцать с небольшим лет больше, чем иные люди за всю жизнь, оставалась на редкость наивной. И да — с логическим мышлением у неё было не очень. Иначе она не полезла бы убивать, а затем привораживать канцлера Альтаки, да и сейчас быстро бы сообразила, что иначе и быть не может — Морган ведь шаман. Как он может не знать, откуда чёрные шаманы берут силу?

— Каро, — произнёс Рид спокойно и усадил-таки девушку на камень. Каролина смотрела невидящим взглядом — скорее всего, находилась в кошмаре прошлого. — Ты ведь знаешь, чем чёрные шаманы отличаются от остальных. Обычные шаманы берут энергию природы, могут зачерпнуть своей жизненной силы, но немного и редко. А чёрные используют чужую лифу. Они могут работать и иначе, но чаще всего не хотят, поскольку такой вид шаманства намного эффективнее, но и опаснее. Шах принял тебя в своём доме, пообещав вылечить брата, но как бы он его вылечил, никого не убивая?

Каролина кивнула, бледнея. Закрыла глаза, кашлянула, глубоко вздохнула — и начала рассказывать, не открывая глаз.

Видимо, так ей было легче.

— Да, всё правильно. Кристофер, мой брат… Он родился очень слабеньким и раньше срока. Мама с папой делали всё, чтобы его спасти. Крис несколько месяцев лежал в Главном госпитале Мальтерана, его пересмотрело множество врачей, но все они в один голос твердили — слишком маленький, прогресса никакого нет. Пока ребёнок под «колпаком», в магической коме, он живёт, но его невозможно держать так вечно. Родителей уговаривали отключить приборы, отпустить… Но они не могли. И решили попробовать последнее средство — пошли к шаману.

Каролина замолчала, так и не открывая глаз. Её ладони лежали на коленях, и Морган заметил, как она нервно сжимает ткань нижней рубашки, как дрожат её тонкие пальцы.

— Перед этим я начала видеть странные сны, — продолжила она очень тихо. — Будто брожу по лесу, ищу кого-то, но никак не могу найти. Мне всё время казалось, что моя цель то спереди, то сзади, и я бесконечно плутала в тумане. Позже я узнала, что это был так называемый зов ученика — во мне проснулся шаманский дар и начал звать того, кто мог меня научить.

— Верно, — сказал Морган, как только Каролина вновь ненадолго замолчала. — Но есть небольшая деталь, которую Шах, скорее всего, тебе не сказал. Раз ты плутала по лесу и не могла найти дорогу — значит, твой зов почувствовали сразу два шамана. Шах и кто-то ещё, кто тоже мог тебя научить. Скорее всего, этот шаман был обычным, и он оказался слабее — раз в результате ты осталась у Шаха.

От удивления Каролина открыла глаза и посмотрела на Рида тяжёлым и больным взглядом человека, которому не хочется, но необходимо вспоминать что-то на редкость неприятное.

— А обычно зов слышит кто-то один?..

— Чаще всего — да, — кивнул Морган, погасив в себе желание пожалеть девушку, погладив её по голове. — Шаман и ученик встречаются во сне, а потом находят друг друга и наяву. Неполадки случаются, только если зов «расслаивается», как было у тебя. Или если ученик и наставник далеко друг от друга. Так было у моей дочери Тайры и наследницы. Тай во снах никак не могла найти к ней дорогу, плохо слышала голос и блуждала в тумане.

— И как они встретились? — Каролина явно хотела сменить тему, но Морган не купился.

— Потом расскажу. Давай дальше про Шаха.

Она слегка поморщилась, вновь закрыла глаза, сжала в кулаки ткань рубашки на коленях и продолжила:

— Шах мне сразу не понравился. Он похож на ворона в человеческом обличье. Длинные чёрные волосы, жёлтые глаза, длинный нос, выражение лица у него вечно было пренебрежительным, высокомерным даже. Людей он откровенно презирал, не верил ни во что хорошее и светлое. Не знаю, откуда в нём была такая сильная ненависть, но мне кажется: если бы ему дали возможность извести всех одним щелчком пальцев, он сделал бы это с лёгкостью, не сомневаясь ни мгновения. И я поначалу не поверила, когда Шах сказал маме, что Кристофер выживет. Что он может спасти моего брата. Но взамен хочет, чтобы ему отдали меня на год.

Каролина сглотнула, побледнев ещё сильнее, и Морган не выдержал — сел перед ней на колени, плюнув на то, что опускается прямо в ледяной ручей, и положил руки поверх её сведённых судорогой ладоней. Девушка вздрогнула, отпустила наконец ткань рубашки, но вместо неё вцепилась в Моргана так, будто боялась, что откроет глаза — и вновь окажется в прошлом, рядом с Шахом, от которого она совершенно точно не видела никакого добра.

А Рид неожиданно вспомнил собственную ситуацию и, пока Каролина собиралась с мыслями, рассуждал о том, смог бы он вот так — пожертвовать дочерью ради новорождённого сына? Одно дело — убивать посторонних людей, как делал Морган, и совсем другое — отдать родную дочь. Как потом спать, как жить, глядя ей в глаза?

— Шах сказал, что собирался с тобой сделать?

***

Каролине никогда в жизни не было настолько тяжело говорить. Однако с каждым словом она ощущала себя так, будто вскрывает старые гнойники. Да, больно, неприятно, мерзко, но необходимо.

С кем ещё делиться всей этой гадостью, как не с Морганом?

— Возможно, он сказал бы, — произнесла Каролина, не удержавшись от всхлипа. — Но мама не спрашивала. Наверное, она боялась услышать ответ. Она тогда просто посмотрела на меня умоляюще — и я сразу поняла: не смогу не согласиться. Я, конечно, сама хотела спасти брата, но цена… Да и не простили бы меня родители, если бы я заупрямилась. Это было очевидно, и мне кажется: если бы я тогда не согласилась моментально, мама сказала бы мне это. Но хорошо, что ей не пришлось угрожать… Мне и без этого тяжело вспоминать, как я дала согласие и Шах отправил маму восвояси, заявив, что я остаюсь у него на год. Ровно через год, в тот же день и час, за мной надо будет прийти, а до этого никаких встреч. И вещей мне не приносить — всем он меня сам обеспечит.

Каролина сглотнула, вспоминая волну паники, которая накрыла её сразу после ухода мамы. Она усиливалась, стоило только посмотреть на многозначительную усмешку Шаха.