Орден благородной Алемты

Его рыжеватые волосы — лишь немного короче, чем у самого Каликса — были растрепаны, что придавало ему совсем не королевский вид, а под глазом на щеке отпечатался уголок подушки.

И все равно Каликсу было очень легко представить, что он снова видит корону на голове Яра. Кажется, даже непослушные вихры расположились так, чтобы обвить благородный металл и не закрывать собой драгоценные камни. Чего не получалось — так это вообразить Яра сидящим на троне: все равно что пытаться запереть в комнате ветер.

Облегчившись, Яр протопал обратно и скользнул под мех — ловко, будто нырнул в воду. Накрылся с головой и затих.

Каликс тихонько перевернул страницу. Кони обихожены, хозяин знает, что сегодня они снова останутся на постой в этой гостинице — значит, Яр может позволить себе поспать еще час или два.

Когда Яр проснулся во второй раз, спасенная книжная принцесса готова была упасть в объятия книжного же Рыцаря, а это уже было совсем не интересно. Почему-то в книгах доблестный рыцарь мгновенно терял всю свою доблесть, стоило рядом нарисоваться предмету его обожания, и это было… странно. И немного неприятно. Так что, безо всякого сожаления закрыв книгу, Каликс улыбнулся заспанному Яру и взял в руки толмач.

— Послать за завтраком?

— Там че тáга! — буркнул в ответ Яр, забыв про камень. Каликс подвинул ему толмач. — Там че тáга… — повторил, взяв переговорник в руки.

“Ты такой тяжелый”, — с оторопью прочитал Каликс перевод.

Каликс прекрасно выспался этой ночью. Провалился в сон, едва они с Яром пожелали друг другу доброй ночи, и не просыпался до самого рассвета. Не тревожили его покой ни сны, ни потребности тела, ни смятение плоти. Открывая глаза, Каликс был уверен, что за ночь даже ни разу не сменил позу — так удобно он улегся вечером.

Но, может, он умудрился подхватить лунную неугомонь? В детстве с ним такое бывало и в отрочестве пару раз — после долгого дня мог встать с кровати ночью и бродить по комнате. При этом сам Каликс крепко спал, и добудиться его не было никакой возможности. Лекари связывали это с воздействием полной луны на неокрепший еще ум и заверяли родителей, что ко времени Испытания Веры все пройдет.

Яр между тем зевнул и как-то по-мальчишески потер один глаз.

— Я ходил во сне? — осторожно спросил Каликс. — Мешал тебе отдыхать?

— Нет, — Яр усмехнулся снова.

“Ты закинул на меня руки и ноги”.

— Прости, — покаялся в содеянном Каликс. Сам он не помнил ничего подобного, но Яру незачем было лгать. — Сегодня лягу там, — показал на “женскую” комнату.

— Нир, — отмахнулся Яр. — Нир.

— Я узнал про кузнеца, — Каликс счел разговор оконченным и сменил тему.

— Эр?.. — с самым заинтересованным видом Яр сделал знак продолжать.

— Кузнец, работающий с марилью, живет совсем недалеко. Но хозяин гостиницы слышал, что у него сейчас какие-то проблемы.

“Съездим и узнаем, что там за проблемы”, — решил Яр.

Других вариантов не было в любом случае, поэтому Каликс кивнул и позвал слуг.

***

Кузнец жил не в городе — и это был хороший признак. Значит, кузня была большой и производила много шума, дыма и прочих неприятностей. Так и оказалось. На берегу небольшой, но быстрой реки коптили небо сразу три больших плавильных печи, а абсолютно все стены и крыши каждой из многочисленных построек блестели от огнеупорного зелья. Вот только при всем своем размере кузня оказалась на диво пустынной — лишь худой серьезный паренек со светлыми волнистыми волосами до плеч крутился во дворе у печей.

— Кузнец? — переспросил паренек, оборачиваясь. — Это мой отец. Он в город уехал, будет через пару дней, — вытер куском ветоши руки, скрестил их на груди. Под запачканной сажей кожей тут же вздулись мускулы и вены. — Если надо что — мне скажите, я передам. Если лошадь подковать — это и я смогу, — он покосился на неподкованного коня Яра.

Каликс кинул взгляд на Яра, но тот не спешил вступать в диалог.

— Нам нужно поговорить с твоим отцом, — сказал он тогда. — У нас большой заказ. На мариль.

— Мариль?.. — переспросил парень удивленно. — Не работаем с марилью, — покачал он головой. — Прошу простить, Сир… — он замялся, явно не зная, как правильно обратиться к Каликсу.

— Сир доблестный Рыцарь, — подсказал тот сам. — Хозяин гостиного двора, где мы остановились, сказал, что здешний кузнец работает с марилью. И у вас все для этого есть, — он кивнул на огромные печи.

— Так это… — парень хмуро на него посмотрел. — Работали раньше. Но там же маг нужен. А нету мага. Больше нету.

— И куда ж это он делся? — поинтересовался Каликс. Раз научившись работать с марилью, маги до последнего держались за этот приработок.

— Она, — поправил его парень. Поджал губы, сжал руки в кулаки. — Это была моя мать. Она умерла.

— Свет Звезды хранит память о ней, — поспешно сказал Каликс, одновременно пытаясь найти выход из положения. — А если мы приведем мага? Уговори отца, мы хорошо заплатим.

— Если найдете — тогда и поговорим, — ответил парень как-то слишком уверенно, но затем спохватился и добавил уважительное: — Сир доблестный Рыцарь.

Глава 11

К дому магички они подъехали уже после обеда. Их так же встретил орел, а стоило подойти к дому ближе, дорогу перегородила большая змея. Угрожающе шипя, она раскрыла огромный, черно-алый капюшон, неотрывно глядя на визитеров.

Сама магичка появилась через четверть часа.

— Нет, — сказала она, не дав Каликсу раскрыть рот. — Ищите другого.

Каликс моргнул от удивления, а окружающие деревья вдруг рассмеялись каркающим вороньим хохотом. Конь, окрещенный Тамерком, вздрогнул, да и Вокданнир тоже напрягся.

Яр усмехнулся и заговорил, сжимая в руках толмач:

“Ты следишь за нами? Любопытная магичка. Ладно, не тяни время. Какова цена?”

Тон речи показался Каликсу оскорбительным, но магичка, как ни странно, даже не нахмурилась. Наоборот, посмотрела на Яра оценивающим взглядом и кивнула.

— Ладно… — протянула так, словно и правда отказала поначалу только для вида. — Его сына, — и ткнула в Яра пальцем.

— Не забывай, с кем говоришь! — сурово осадил ее Каликс. — Рыцари Ордена Утренней Звезды никогда не станут торговать детьми!

Магичка закатила глаза и опустила палец ниже.

— Его, — повторила с нажимом, и до Каликса дошло, что она показывает на коня.

Звезды, так она говорила о лошади! Плата за работу с марилью — это чтобы Вокданнир покрыл ее кобылу! Ну что же, оставалось надеяться, что конь не совсем точно перенял привычки своего всадника.

— Об этом тебе лучше не со мной говорить, а с ним самим, — сказал Каликс.

Хотел было еще уточнить, а будет ли работа считаться оплаченной, если родится кобылка, а не жеребчик, но вовремя вспомнил, что перед ним друидша. Наверняка она знает, как все устроить.

В отличие от Каликса, Яр вовсе не обрадовался, почитав перевод требования магички.

— Нир, — сказал он твердо.

“Говори, сколько в деньгах”, — потребовал сухо.

Каликсу стало любопытно, а что такого необычного она увидела в Вокданнире. И почему ей нужен именно его сын, а не жеребенок от Тамерка. Для конюшен Ордена отбирались только лучшие кони, рослые, сильные, способные с легкостью возить не только рыцаря, но и доспехи, и даже если приходилось менять их во время походов, владельцам гостиниц полагалось прилагать все силы, чтобы животное было возвращено в Замок.

Магичка тем временем неотрывно смотрела в глаза Яру. Под ее тяжелым, жестким взглядом стало бы неуютно даже Королю, но Яр не уступал.

— Денег не возьму, — наконец сказала магичка. — Помогу не вам, а ему, — и, сжав худую руку в кулак, с силой опустила ее вниз, имитируя движения кузнеца, кующего раскаленную деталь тяжелым молотом.

“Как поможешь?” — спросил Яр. Условия сделки он явно собирался обговорить в подробностях.

— Вылечить, — магичка сжала толмач так, что побелели пальцы. — Кýпите и привезете все, что скажу.

“Что сможем”, — поправил Яр.

— Но сделаете для этого все, что в ваших силах, — магичка выжидающе посмотрела на него, и Яр приложил руку к груди.

— Гир.

Каликсу хотелось задать вопрос, а что же насчет марили, но он не вмешивался. Переговоры вел Яр, и он явно знал, что делал.

К тому же идея с доспехом из марили принадлежала Яру. Каликса вполне устраивало то облачение, что было у него сейчас. Годы, проведенные в постоянных тренировках, дали возможность почти не чувствовать веса металла на своих плечах.

— Уезжайте, — приказала магичка. — Завтра в полдень буду у кузни.

Яр кивнул, но толмач не убрал.

— Га зи вокданбáрт? — спросил он и передал камень магичке раньше, чем Каликс успел прочитать перевод.

— Там, — магичка махнула рукой. — Езжайте по дороге мимо дома, а на развилке у мшистого камня сверните налево. Тебе, тамерк, понравится, — добавила она, почему-то хмыкнув.

— Халим теберай, — Яр тоже усмехнулся в ответ, забрал толмач и кивнул Каликсу на указанную дорогу.

Строго говоря, Каликс всеми силами старался избегать окольных путей, чтобы не попасть в ситуацию, схожую с той, в какой они познакомились с леди Варрован. Не потому что опасался быть ограбленным, просто не хотел брать на душу лишний груз необязательного смертоубийства. Но если дорогу указала сама магичка, то, скорее всего, разбойников там они не встретят.

— Спасибо, — поблагодарил он ее. — Как твое имя? — спросил, запоздало осознав, что они вообще друг другу не представились.

— Вашшаса, — теперь усмешка магички стала горькой. — Какая разница, Сир благородный Рыцарь? Будет у вас новый доспех — это ведь все, что вас интересует на самом деле, верно? — и, не боясь, что Рыцарь Утренней Звезды сочтет себя оскорбленным, она исчезла в доме, напоследок громко хлопнув дверью.

— Планéм! — поторопил Каликса Яр. Ему явно не терпелось попасть туда, куда вела дорога.

Каликс не стал дожидаться, пока змея-страж снова раскроет свой капюшон, и тронул с места коня.

Первые пару миль они ехали по самой обычной лесной дороге. Даже довольно широкой и хорошо наезженной, что говорило о том, что сюда безбоязненно приезжают горожане. Потом путь им преградил большой камень. Указанное магичкой направление уводило в сторону от дороги, и пришлось ехать друг за другом по узкой тропинке.

Лес сгущался с каждым шагом. Ветви уже низко нависали над тропинкой, и рослому Каликсу то и дело приходилось нагибаться. Копыта его тяжелого коня утопали в толстом слое опавших еловых и сосновых иголок, а через какое-то время им уступил место влажный, сочный мох.

Запах воды Каликс почувствовал куда раньше, чем увидел лесное озеро. Неожиданно большое, не меньше ста метров в поперечнике, почти идеально круглое, оно блестело в лучах солнца. Берег, кроме небольшого участка у тропинки, зарос сплошной стеной рогоза. Его спелые соцветия качались на легком ветру и стукались друг о друга с глухим звуком. Порой такие удары оставляли в воздухе пелену вырвавшегося наружу пуха. Он плыл по воде, подобно колдовскому туману.

На опушке стояла жара, хотя в лесу было прохладно. Птичий гомон стих, только изредка всплескивала озерная рыба, да потревоженные лошадьми лягушки грузно плюхались в воду.

— Вокдан… — выдохнул Яр и прямо верхом на коне начал раздеваться. Ему это вполне удалось — только, чтобы снять штаны, пришлось сесть боком. А потом Вокданнир поднялся на дыбы и с места взял в галоп, врезаясь в камыши всем телом. Раздался плеск, а потом довольное ржание. А через несколько секунд Яр вынырнул уже метрах в десяти от берега.

— Лем да! — крикнул он и махнул рукой, явно приглашая присоединиться.

Каликс с сожалением покачал головой. Он не умел плавать.

Удержаться на воде в полном облачении не был в состоянии ни один Рыцарь. А наставники Ордена не считали нужным тратить время и силы на обучение отроков умениям, никогда не пригодящимся им в бою.

Но жара усиливалась, а вода манила. Тамерк беспокойно переступал с ноги на ногу — видимо, тоже хотел охладиться. Решившись, Каликс спешился, снял с коня седло, оставив только уздечку, и принялся раздеваться сам.

До магички путь был достаточно близкий и уже знакомый, так что Каликс рискнул выехать с постоялого двора без доспехов. Поэтому раздеться и снять с коня упряжь ему ничего не стоило. Тамерка он отпустил — тот пошел по пути Вокданнира, и за его судьбу Каликс не беспокоился. Сам же он вернулся к месту, где берег не был покрыт камышом.

Траву от воды отделяла узкая полоска рыжего песка. Каликс осторожно ступил на нее, опасаясь, что дно окажется топким, а вода — холодной. Но песок был твердым и уверенно держал вес Каликса, а вода в озере оказалась неожиданно-теплой.

Каликс медленно зашел по пояс — с этой стороны дно полого уходило вниз, и ему понадобилось сделать почти десяток шагов, — плеснул воды себе на грудь и плечи.

Солнце заискрилось в каплях на коже, а макушку немедленно припекло, словно солнце настаивало, что в прозрачную воду нужно окунуться с головой. Каликс подумал о том, во что превратятся волосы без травяного отвара, но потом прикинул, что от живой озерной воды безо всякого мыла беды не будет, и решился.

Вода обволокла тело приятной прохладой, и, вынырнув, Каликс всерьез пожалел, что не может присоединиться к уплывшему уже едва ли не на середину озера Яру.

Вокданнир, к слову, от хозяина не отставал и, к невероятному удивлению Тамерка и самого Каликса, регулярно нырял, полностью уходя под воду на довольно длительное время.

Рыцарский конь, хоть и плавал хорошо, все-таки держал морду высоко над водой.

Каликс нырнул еще раз — присел на корточки и снова встал на ноги. Полуденный зной больше не досаждал, тело окутала прохлада.

Яр, очутившийся уже на середине озера, оседлал нагнавшего его Вокданнира, и они нырнули вместе, легко скользнув в глубину. Не показывались на поверхности воды долго — Каликс даже сбился со счету, сколько, — а когда вынырнули, были уже у противоположного берега.

Впрочем, суша этих двоих интересовала только с той точки зрения, что по ней можно было разогнаться и снова с разбега занырнуть в воду.

Тамерк подплыл к Каликсу и, постояв немного на мелководье, пошел в тень деревьев щипать траву. Сам же Каликс опустился в воду как в ванну, наблюдая за резвящимся принцем и его конем. До сих пор он считал, что название “Водные земли” было всего лишь нарицательным, но, кажется, вода действительно имела для этих двоих большое значение.

Он успел насидеться в воде, высохнуть на берегу и снова забраться в озеро, когда солнце опять стало припекать, и лишь тогда довольный Яр наконец подплыл ближе.

— Вот почему она сказала, что тебе понравится? — спросил его Каликс.

Яр с улыбкой покачал головой.

— Да нир баталем там, — напомнил он.

Тут из воды прямо под ним вынырнул Вокданнир, и Каликс с изумлением увидел, что его ноздри плотно сомкнуты — как никогда бы не смог сделать обычный конь.

Яр уселся на гладкой, лоснящейся на солнце спине — мокрый и улыбающийся. Мокрые волосы больше не скрывали серьгу, и та завораживающе блестела на солнце, притягивая взгляд.

— В твоем краю много воды? — снова спросил Каликс, не ожидая ответа. Это было очевидно.

Может, не все подданные Водной страны имели с водой такую связь, но очевидно, что они сильно отличались от здешних жителей. И жрецы, скорее всего, поклонялись не Звездам, а воде.

Неподалеку от берега снова плеснула рыба. На миг над водой показалась серебристая спина, в воздух взвились прозрачные капли.

— Вода, — кивнул Яр. — Вокдан.

Видимо, это слово он понял бы на любом языке мира.

Посмотрев на Каликса как-то странно, он закусил губу, кажется, о чем-то раздумывая, а потом сжал серьгу, заставляя проявиться корону.

— Балéм да, — бросил отрывисто и развел руки в стороны.

Сначала Каликс решил, что ему предлагалось полюбоваться на Короля в свете солнечного света — что он и делал несколько долгих секунд. А потом спокойная вода озера пришла в движение — сначала побежала рябь, а затем и волны, становившиеся все сильней. Причем ветра по-прежнему не было, а вода двигалась не к берегу, а словно била в одну точку — в Яра, сидящего на безмятежно жмурившемся коне.

Каликс забеспокоился, что сейчас волны захлестнут Яра с головой, но перед ним словно выросла невидимая преграда. Становящиеся все более высокими водяные валы упирались в нее, вздыбливались стенами. Вода в озере кипела, растревоженный рогоз суетливо стучал длинными, жесткими, как ремни, листьями.

Берега обнажились, потому что вся вода стягивалась к Яру. Каликс видел раков, спешащих убраться в свои норы, рыбешек, беспомощно извивающихся на влажном песке.

А потом Яр протянул руку, сунул ее прямо в водную стену, поднявшуюся уже выше его роста верхом на Вокданнире, и… вытащил за хвост огромную рыбину.

После этого вода немедленно опала, возвращаясь к своему безмятежному спокойствию в родных берегах, а Яр бросил рыбу на сушу, спрыгнул с коня, ополаскивая руки, и достал из свертка одежд толмач.

— Да нир вашшáса, — сказал он, предвосхищая закономерный вопрос.

“Я не маг. Королевская Кровь позволяет управлять водой. Маги — всего лишь жалкое подобие настоящих Королей”.

— У вас маги только водой управляют? — поинтересовался Каликс. — У нас разные есть. И такие, как она, друиды, — кивнул в сторону леса, где далеко за деревьями скрывался домик магички, — и управляющие стихиями. Король и Орден терпимо относятся ко всем, кроме некромантов.

“Бастарды, — презрительно выплюнул Яр и сжал серьгу, убирая корону. — Все маги — бастарды истинных Королей. Скрещиваются как попало, вырождаются. Противно смотреть”.

Он натянул штаны и снова взял толмач в руки.

“Какая Кровь у вашего Короля? — поинтересовался затем. — Огонь?”

— Не знаю, — Каликс пожал плечами. — Он не маг. И Настоятели Орденов — не маги. Наши маги живут сами по себе, но конечно, подчиняются воле Короля и законам.

“Разумеется, он не маг! — Яр осуждающе на него посмотрел. — Он — Король! Ты — его рыцарь и не знаешь, в чем его сила?..”

— В мудрости, — без раздумий ответил Каликс. — Король никогда не принимает решений под влиянием эмоций или не разобравшись, в чем дело.

“В мудрости?.. — протянул Яр с нескрываемым уважением. — Никогда не слышал о таком колдовстве. Ты ешь рыбу? — резко сменил он тему. — Эта очень вкусная. Меня уже скоро тошнить начнет от мяса”.

— Мне не положено, — Каликс посмотрел на затихшую рыбину. — Это деликатес, достойный исключительно королевского стола.

“Тебе повезло, — хмыкнул Яр. — Любой стол, за который я сяду — королевский. Но можно обойтись и совсем без стола. Ты можешь развести костер?”

— Могу, у меня с собой есть огниво, — Каликс еще раз глянул на рыбу. — Ты сумеешь ее освежевать? У нас этому долго учатся.

“Либо эта штука барахлит, либо ты сказал неправильно, — покачал Яр головой. — Освежевать значит снять шкуру, а рыбу достаточно просто разделать. И да, у нас это умеют даже дети”.

Каликс кивнул и хотел было предложить ему нож, но тут выяснилось, что в голенище сапога Яр носил свой — вот только какой-то очень странный, с дыркой посередине. В эту-то дырку радостно и легко полетела крупная полупрозрачная чешуя.

Каликс подобрал одну чешуйку. Величиной с золотую монету, она была гибкая, прочная и отливала на солнце всеми оттенками зеленого, голубого и желтого.

Яр тем временем перевернул рыбу на другой бок и так же ловко снял чешую и там. А потом одним быстрым, сильным движением вспорол рыбье брюхо.

В его движениях угадывался немалый опыт, давший Каликсу доказательство верности слов: в Водных землях с рыбой умели обращаться все, от Королей до детей.

К счастью, с костром он тоже умел обращаться неплохо — конечно, ночевать в лесу ему не приходилось, но вот разводить огонь из сырых дров в старых нечищенных каминах жизнь заставляла много раз.

Вскоре огонь уже весело трещал, а Яр нарезал своим диковинным ножом рыбу на длинные полоски. Эти полоски он затем нанизал на ореховые прутья и воткнул по кругу от костра, чтобы те наклонялись над огнем. Прошла буквально минута, а мясо уже побелело и даже подрумянилось. Яр покрутил палочки, поворачивая сырой стороной к огню, подождал еще минуту и выдернул их.

— Неужели уже готово?.. — поразился Каликс.

— Тапалáта, — улыбнулся Яр и сделал вид, что облизывает пальцы.

Каликс скептически отнесся ко времени готовки продукта, но решил не спорить. Достал из подсумка жестянку с солью, открыл и поставил между ним и Яром.

Первый кусочек рыбы показался слишком мягким. Каликс заставил себя отвлечься от непривычной консистенции и прожевать его. Зато второй кусок он уже схватил с прутика жадно, даже не посыпав его солью.

Это было очень вкусно. Других эпитетов Каликс подобрать не смог, целиком поглощенный процессом поедания рыбы. Мясо, мягчайшее, без грубых волокон, сочное и неожиданно жирное, показалось ему пищей, достойной самых лучших из живших и живущих Королей.

— Вкусно! — Каликс действительно облизал пальцы, ему показалось преступным потерять хоть каплю сока.

— Гир, — согласился Яр. — Тапалáта… — и нанизал на опустевшие прутики еще рыбы.

***

— Спокойной ночи, Сир Благородный Рыцарь, — хозяин поспешил откланяться, дав пришедшему с ним слуге забрать поднос с остатками ужина.

— Да хранит вас свет Звезды, — принес ему стандартную благодарность Каликс.

Хозяин самолично нанес визит после того, как Каликс отказался от горячей воды, предложенной слугами. Не скрывая беспокойства, хозяин принялся спрашивать, что послужило причиной такого решения, и немного расслабился, только когда Каликс сказал, что они уже совершили сегодня омовение.

Забравшись в озеро еще раз, после того, как они с Яром прикончили рыбу и отдохнули, лежа на мягкой траве, Каликс наконец осознал, куда они попали. Самое настоящее колдовское озеро, личный тайник магички. Простому люду сюда не попасть — отводящие чары будут путать дороги и сбивать с пути. А даже если кто и набредет случайно, в воду не полезет ни за какие посулы. Наверняка в охранниках у магички не только вороны, орлы и змеи, тут и водяных запросто встретишь.

За хозяином еще не закрылась дверь, а Яр уже принялся сбрасывать одежду.

— Решил лечь пораньше? — поинтересовался Каликс, взяв толмач.

Сам бы он уснул в седле по дороге от озера сюда, если бы проплыл хотя бы половину того, сколько одолел Яр. Он и Вокданнир пробыли в воде, пока солнце не спряталось за верхушки деревьев и по поверхности озера не поплыл холодный, липкий туман. Видимо, ночью озеро было опасно даже для тех, кто оказался у его берегов с разрешения магички.

Он передал толмач Яру, и тот завалился с ним на кровать, так что пришлось подойти к нему, чтобы прочитать ответ.

“Да, и ты тоже ложись”.

— Я и так большую часть дня провалялся на берегу, — возразил было Каликс, но внезапно ощутил даже не усталость, а общую расслабленность всех мышц. — Но наверное, ты прав, надо ложиться, — он встал и, подбросив в камин еще пару поленьев, направился на “женскую” половину.

— Нир, — сказал Яр, и Каликс слишком хотел спать, чтобы возражать.

Лег, накрылся мехом. Казалось, они все еще были на озере — запах воды так и стоял в носу. А может, это пахло от волос? Каликс сдерживал себя, чтобы не принюхиваться слишком очевидно.

Они не стали мыться по возвращении в гостиницу. Зачем, если и так провели в воде много часов, а потом ехали в прохладе раннего вечера. Волосы, вопреки опасениям, не стали жесткими и непослушными без мыла и травяных ополаскиваний, а наоборот, лежали красивыми волнами и не спутывались без расчесывания.

Глава 12