Вкус драконьей любви

Ну а дальше у меня начинается помутнение рассудка, не иначе…

Крепче его обняв, встаю на цыпочки, после чего дотрагиваюсь губами до его губ, и не проходит и секунды, как мужчина перехватывает инициативу, заставляя меня порывисто вздохнуть.

Его тёплое дыхание, горячие руки, скользящие по моему телу, требовательные губы и язык, – от нахлынувшего наслаждения стало тяжело дышать. Целоваться оказалось настолько приятно, что аж дух захватывало! Несмотря на затуманенный разум и дрожащие конечности, я с энтузиазмом принялась повторять всё то, что он вытворял с моими губами. Не сказать, что получалось, но, судя по тому, как мужчина усилил натиск и тяжело дышал, ему нравилось.

В какой-то момент понимаю, что меня с силой прижали к холодной стене, но не заостряю на этом внимание. В порыве страсти чего только ни сделаешь…

Наши дыхания смешались, я водила руками по его плечам и спине, ощущая, как внизу живота начинается какое-то сладкое томление, заставляющее меня теснее прижиматься к горячему, упругому телу.

Из-за рядом стоящего мужчины, исступленно меня целующего, я, казалось, не только потерялась в пространстве, но и во времени. Меня даже не останавливает тот факт, что мы в людном месте. Никогда прежде не наблюдала за собой подобного безрассудства. Эти постыдные прикосновения, эти горячие влажные поцелуи, от которых земля уходит из-под ног... Если бы не сильные руки, давно бы растеклась лужицей у его ног. Никогда не думала, что я могу быть такой нежной. Я ведь его не знаю, тогда почему меня так накрывает от него?

– Я тебя хочу, – с жаром прошептали в моё ухо, и я с силой закусила губу.

Что мне делать? Попробовать воплотить свой изначальный план в реальность или оттолкнуть его? Хочу третий вариант – не торопить события и продолжить общение, узнавая его ближе с каждым новым днем, но думается мне, что такого варианта просто не существует. Уверена, что Шон относится к тому типу мужчин, которые не продолжают общение после ночи «любви», и даже если я его отвергну, боюсь, его интерес угаснет так же быстро, как и зажёгся. Ну а я… А что я? У меня проблема, и мне её надо решить в кратчайшие сроки. Синеглазый дракон, сам того не зная, являлся моим спасителем.

– Поднимемся наверх? – смущенно выдавила я, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.

– Наверх? – удивился мужчина, перестав покрывать поцелуями мою разгоряченную шею. – Почему туда? – Его изумление настолько искреннее, что мне аж неловко стало.

Ну почему-почему… Потому что я планирую сбежать от тебя, как только реализую свой коварный план, а сбегать лучше всего из того места, в котором более или менее ориентируешься. К тому же нанятый мной портальщик будет меня ждать за углом, так что…

– Чтобы не терять времени… – я хотела, чтобы мой голос звучал соблазнительно, но получился какой-то писклявый, смущенный визг. Однако Шон, моргнув, решительно кивнул и, переплетя наши пальцы, потащил к выходу из душного зала.

Значит, его накрывает от меня так же, как и меня от него. Приятное открытие.

Инициатором непристойного предложения была, конечно, я, но по мере того, как мы поднимались по витиеватой лестнице, я начинала трусить, жалея о своих же словах. Как бы то ни было, Шон – незнакомец, который очень кстати подвернулся мне под руку, и предстоящая близость с ним, что уж греха таить, пугала до чёртиков.

Не знаю, что отразилось на моем лице, но дракон резко остановился, и не успеваю я вскрикнуть, как меня, словно пушинку, подхватывают на руки.

Стараясь скрыть волнение, я обняла его за шею и нервно улыбнулась.

– Всё хорошо? – его хриплый голос будоражит мою бедную душу.

Вместо ответа я потянулась и... поцеловала его щёку. Бархатная кожа с изумительным ароматом...

Мужчина с шумом выдохнул и с ноги открыл дверь, ведущую...

Боже, сейчас всё и случится!

Глава 4

– Должна признать, что ориентируешься ты здесь очень хорошо, – хмуро произнесла я, пытаясь слезть с его рук. – А говорил, впервые.

– Впервые, Арнелия, – хрипло прошептал он, позволяя слезть с его рук. Ну как позволяя... Своими загребущими ручищами огладил все стратегически важные места, заставив меня пылать от смущения. – Это просто врожденная способность – когда знаешь, куда идти, – усмехнувшись, добавил Шон, водя большими, горячими ладонями по моей спине, особенно уделяя внимание открытым участкам тела.

Я закусила губу и принялась озираться. Обычная комната для утех. Не то чтобы я достоверно знала, как выглядят такие комнаты, но тёмно-алые бархатные стены, приглушенный свет и огромная кровать – просто не оставляли места для полета фантазии.

По мере разглядывания помещения, меня снова начинали раздирать противоречивые чувства.

Казалось бы, решение принято, но нет, я вновь замираю в нерешительности, как какая-то глупая овечка.

Может, я и есть глупая овечка?

– Мы можем уйти, – с намеком произносит Шон, и я перевожу на него недовольный взгляд. Замер, хищно следя за каждым моим движением, при этом синие глаза горят страстью, возбуждением и чем-то ещё...

Он-то может уйти, а я нет. К тому же он мне нравится, целоваться мне с ним тоже нравится, поэтому долой сожаления!

С этой мыслью я делаю шаг к нему навстречу и впиваюсь в его губы поцелуем, вложив в него весь свой нулевой опыт. Не проходит и секунды, как Шон перехватывает инициативу, и я, едва слышно застонав, начинаю обнимать его за шею и прижиматься к сильному телу.

Ловлю себя на мысли, что внеземное притяжение к едва знакомому мужику начинает меня пугать. Никогда прежде не испытывала ничего подобного. Эти чувства и пугают, и заставляют моё сердце сжиматься от... радости. Ощущаю себя путником, наконец-то добравшимся до источника с живительной влагой.

Что это, магия?

В моменте ощущать гамму неизведанных, обжигающих, лишающих разума чувств, конечно, приятно, но что будет, когда сладострастные мгновения закончатся?

С другой стороны, что толку сейчас себя накручивать? Буду сокрушаться позже.

– И всё же. – Дракон нехотя отстраняется. – Это не самое подходящее место. Давай пойдем ко мне? – Большим пальцем он проводит по моим губам, и я, прикрыв глаза, начинаю часто-часто дышать. Я на пределе. Тело звенит, сердце колет, а внизу живота бушует настоящий пожар. Отрешённо думаю, что я не уйду из этой развратной комнатёнки, пока не получу то, за чем пришла. Моя миссия проста и состоит из двух частей, – переспать с ним, после чего сбежать, не оставив ни единого следа. Эта ночь останется втайне, а посему я вправе делать все, что заблагорассудится.

– Всё нормально, – прошептала я, снова потянувшись к нему за поцелуем. Чувствую себя озабоченной самкой, и ничего не могу с собой поделать...

Мужчина, хрипло застонав, накрывает мой рот властным поцелуем, хватает за бедра и... опускает на кровать. Почувствовав спиной прохладную простыню, непроизвольно скукоживаюсь, правда, стоит мужчине навалиться сверху, забываю обо всём на свете.

Шон начинает покрывать страстными поцелуями моё лицо, потом переходит к шее. Я начинаю таять, и от нахлынувшего наслаждения вновь прикрываю глаза. Правда, смирно лежать и ждать, когда всё случится, меня не устраивает, ведь дико хочется дарить ласку в ответ...

Я приподнимаюсь на локтях, желая поцеловать его, как вдруг замечаю, что зрачки мужчины стали... вертикальными.

– Не пугайся, – хрипло выдает он, борясь с застёжкой на моем платье.

Да я и не пугаюсь, так, слегка удивлена...

– Шон, – сипло пробормотала я, когда дракон начал стягивать с меня платье, – я должна тебе кое-что сказать...

– М-м-м?

Говорить или нет, о том, что я никогда раньше не занималась тем, чем мы собираемся сейчас заняться? Наверное, не стоит, вдруг отпугну...

– Нет, ничего, – с улыбкой прошептала я, с удовольствием отмечая, как моя улыбка мгновенно находит отражение и на его красивом лице.

Захватив в плен мои губы, мне подарили нежный поцелуй, правда, очень скоро на смену нежности пришла страсть, поглотившая нас с головой. И если я окончательно потеряла голову, отдавшись на милость его горячим, умелым рукам и обжигающим поцелуям, то мужчина, наоборот, с небывалым энтузиазмом начал методичную игру, заставляя меня тяжело дышать и выгибаться навстречу его умелым ласкам.

Однако конфуз всё же случился. Острая боль, мой громкий крик и ошалевшие глаза мужчины.

– Ты почему не сказала? – потрясенно выдавливает он, пытаясь отодвинуться. Я, морщась, не позволяю. У мужчины настолько ошарашенное лицо, что меня начинает пробирать смех. А когда он замечает, что я хихикаю, то и вовсе начинает взирать на меня, как на сумасшедшую.

Ещё бы! Весь вечер вела себя, как развратница, давно познавшая, что такое телесные утехи, и вдруг, когда дело дошло до того самого, оказывается, что... девица. Ну смешно же!

– Не останавливайся, – севшим голосом произнесла я, и мужчина, странно усмехнувшись, продолжил движение, от которого у меня мгновенно потемнело в глазах.

– Тебе смешно, – произнес Шон в момент, когда разум окончательно меня покинул, – если бы я знал, то никогда бы не допустил нашу первую ночь в этом месте, – чеканит он, даря внеземное наслаждение. Вместо ответа я кусаю его за плечо и удовлетворенно прикрываю глаза. Нашел время для разговоров...

Боль постепенно утихала, и на смену ей пришли совершенно иные ощущения. Я растворилась в нём, в его жарких прикосновениях, в его одурманивающем аромате...

Никогда прежде ничего подобного не испытывала.

Загадочный мужчина в эти сладострастные мгновения стал для меня целым миром. Наша изнуряющая, но сладкая игра, казалось, продолжалась долгие часы, и когда я обессиленно опустилась на подушки, Шон лег рядом, сгрёб меня в охапку и начал шептать на ухо всякие милые глупости: «милая», «сладкая конфетка», «хочу тебя съесть» и «давай ещё раз»... Я крепко обнимала его, прижимаясь сильнее, и счастливо улыбалась, забыв обо всем на свете.

В теплых, уютных мужских объятиях, не сразу замечаю, что начинаю медленно погружаться в сон.

Этот дракон словно создан для меня... – мысль, заставившая меня резко распахнуть глаза и начать хмуриться.

Боже, сколько времени мы провели здесь?

Паника медленно начинает брать меня в тиски.

Мне пора уходить. Как бы цинично ни звучало, но миссия выполнена.

Я скосила взгляд на спящего рядом мужчину. Бедняжка, вымотался весь...

Медленно скользя взглядом по его длинным чёрным ресницам, бархатной коже и губам, недавно дарившим внеземное наслаждение, ощущаю, как щеки начинают пылать от смущения.

Какой же он все-таки красивый, нежный, страстный... Очень жаль, что мы познакомились с Шоном в момент моего отчаяния, но я рада, что именно с таким ласковым мужчиной я впервые познала, что такое близость.

С рыжим гномом, с которым я долгие недели переписывалась, у меня бы уж точно ничего не вышло, и кусала бы я от досады локти, направляясь во дворец к императору.

Вздохнув, осторожно высвободилась из-под горячих рук, медленно поднялась с кровати и воровато огляделась. Платье обнаружилось на полу, как и бельё. Торопливо подняла одежду и начала одеваться. В какой-то момент замечаю своё отражение в зеркале, – распухшие губы и лихорадочный взгляд, и тяжело вздыхаю.

Как ни странно, но я не жалела содеянном, наоборот, я жалела, что мне приходится уходить, даже не попрощавшись.

Несколько долгих минут я мялась на пороге, не решаясь уйти. Смотрела на спящего мужчину и боролась с диким желанием остаться.

Ну, останусь я с ним, что дальше? Мы, возможно, поболтаем, вместе позавтракаем, а потом-то что? Ну, обменяемся контактами, а дальше? Будем продолжать наше «приятное общение» раз в неделю? Увы, но я этого не хочу. У меня есть планы, в которых нет места для любовных игр. В общем, я пока не готова к отношениям, пусть и к таким, весьма приятным.

Вот вроде все эти мысли кажутся мне разумными, но я словно приросла к полу в этой комнате. Такое ощущение, что отрываю себя от этого дракона с мясом, – настолько неприятно и больно, что хоть вой.

Я с силой закусила губу и, ощутив во рту кровь, тряхнула головой и выскочила за дверь.

Я поступаю правильно, – сделала всё, как планировала, и неважно, что мужчина оказался не тем, с кем я общалась по переписке, ведь главное – цель достигнута.

Опустив стыдливый взгляд в пол и сбегая вниз по ступенькам, я чувствовала себя закоренелой преступницей.

Меня раздирали противоречивые чувства, – я жалела, что ухожу, и радовалась, что мой безрассудный план воплощён в жизнь.

Что это, если не сумасшествие?

В жизни каждой женщины наступает такой момент, когда ощущаешь себя на перепутье, – глупое сердце желает одного, а холодный разум – совершенно другого. В моем случае разум одерживает сокрушительную победу над чувствами. Только вот легче совсем не становится.

Глава 5

Домой добралась без приключений – маг-портальщик терпеливо ждал меня за углом, как и было велено.

Как только оказываюсь в холле, перевожу взгляд на часы и тяжело вздыхаю. Пять утра.

Я провела с незнакомцем всю ночь, и эта ночь, наполненная обжигающей страстью и безграничной нежностью, пролетела в мгновение ока. Не знаю, хорошо это или плохо, но думается мне, что терять голову от едва знакомого мужика – не тот факт, которым стоит гордиться.

Поднимаясь по лестнице, ощущаю, как защипало в глазах. Я с силой тряхнула головой, пытаясь на корню затушить мимолетную слабость.

Боже, да что со мной? Ну совершила сумасбродный поступок, ну и что с того?

Всю свою жизнь я твержу себе, что могу справиться с любой напастью, заучивала данную аффирмацию, как нечто само собой разумеющееся, и маленький эпизод, благодаря которому я на мгновение потеряла голову, не повод усомниться в себе и своих силах.

С этой разумной, по моему мнению, мыслью, я плюхаюсь на кровать и зажмуриваюсь. Несмотря на душевный раздрай, сон не заставил себя долго ждать.

Разбудил меня громкий стук в дверь.

Я резко вскакиваю, до конца не осознавая, где я. Когда доходит, что со мной всё в порядке и что сплю я в своей кровати, вздох облегчения вырывается из груди.

– Ваше превосходительство, с вами всё в порядке? – так и не дождавшись от меня позволения войти, в комнату влетела Авкинья.

– Да, – я протерла глаза.

– Слава богу! – домоправительница возвела очи к потолку и громко всхлипнула.

– Что за реакция, право слово...

– Хорошо, что вы вернулись! Говорят, в столице переполох, ищут беглого преступника.

– Правда? – Я зевнула. Где и есть переполох, так это в моей душе... Но надеюсь, что временно, иначе вся моя распланированная заранее жизнь полетит коту под хвост.

– Перекрыли центральные улицы, проверяют не только ближайшие дома, но почти всех прохожих зевак, – протянула Авкинья, окинув меня задумчивым взглядом. – А как у вас дела? Всё ли... получилось?

– Да. Прошло всё хорошо, я бы сказала даже лучше, чем планировала, – нервно выпалила я, раздражаясь. Не хотелось больше возвращаться к обсуждению этой скользкой темы. И стыдно, и неловко, и... грустно. Потому что Шон, к моему искреннему удивлению, мне очень понравился, и мысль, что я поступила с ним не очень хорошо, сбежав на утро, огорчала меня. Лучше будет забыть обо всём, как о страшном сне, и продолжить жить обычной жизнью.

К счастью, Авкинья допрос с пристрастием проводить не стала, и я, дождавшись, когда за домоправительницей закроется дверь, кряхтя, поднялась с постели и направилась в купальню. Пора брать себя в руки, дел невпроворот.

Приняла душ, сытно позавтракала, после чего засела в кабинете, проверяя документацию, которую вчера игнорировала. Горячий кофе вернул краски в мою жизнь, пусть и ненадолго. Так, закопавшись по уши в бумаги, не сразу услышала настойчивый стук в дверь.

– Арни, ты здесь? – Дверь распахнулась прежде, чем я открыла рот, чтобы ответить, и в кабинет грациозно всплыла, шурша цветочным платьем, Дейзи – моя коллега по академии и ближайшая подруга. – Твоя домоправительница сказала, что ты с самого утра тут восседаешь. Случилось чего? – спросила она, тряхнув копной черных волос.

Красивая, белокожая и статная, однако ангельскую внешность портил скверный характер, почти такой же, как и у меня.

– Случились дебеты с кредитом, и их надо срочно сводить друг с другом. – Я натянуто улыбнулась. Рассказывать подруге о своем ночном похождении не стану. Не то чтобы я не доверяла той, с кем в бытность студенчества жила в одной комнате, просто... стыдно, и всё тут.

– Ты в своем репертуаре. – Подруга села в кресло и принялась рассматривать свой идеальный маникюр. – Что насчет отбора? Когда придут проверяющие?

– Ой, не напоминай. – Я поморщилась, ощущая, как заныло сердце. По идее, мне надо радоваться, ведь я сделала всё, чтобы меня не взяли, но я почему-то не могу этого делать. Из меня словно выкачали все силы...

– В такие моменты я горжусь тем, что простолюдинка, – с жаром произнесла Дейзи, вскакивая. – Дочь мельника, гордая и непоколебимая преподавательница высшей математики и почетный член феминистической партии...

– Политической, – поправила я, закатив глаза.

– Да если бы меня пригласили на отбор племенных кобыл, тьфу ты, невест, я бы устроила самый настоящий бунт! Это унизительно, это оскорбительно, это...

– Ты не помогаешь, – мрачно произнесла я, наблюдая за тем, как Дейзи мечется из угла в угол.

К сожалению, мои соратницы по партии восприняли моё приглашение на отбор к императору так, словно им нанесли личное оскорбление. «Пока мы боремся за права женщин, истекая потом и кровью, какие-то зажравшиеся мужланы устраивают себе конкурсы среди девушек, унижая их честь и достоинство!» – хором заявили они мне на очередном собрании. Я была полностью согласна с девчонками, только вот, в отличие от них, действовала более осторожно, не вступая в прямую конфронтацию.

А смысл?

В мире, где правят драконы, царит патриархат. До вступления в состав империи мы могли безболезненно конфликтовать с местными мужиками, борясь за место под солнцем и надеясь, что подобные склоки могут что-то решить в нашу пользу, но с драконами такое не прокатит. Нужен совершенно иной подход, какой конкретно – пока сложно сказать, но уж точно не демонстрация зубов и обсыпание оскорблениями.

– Ты должна послать этого дракона в зад...

– Ой, всё, – перебила я, тяжело вздыхая. – Давай сменим тему? Ты ела сегодня? Жуть как есть хочется...

Дейзи проторчала у меня до самого вечера, отвлекая меня от мрачных мыслей, но стоило подруге уйти домой, как в области груди снова начало неприятно свербеть.

Надо, наверное, дать себе время на отдых, собраться с мыслями – и с новыми силами приступить к работе и к реализации целей, запланированных ещё год назад. У меня столько дел, что голова кругом. Завтра утром, к примеру, необходимо отправиться на южную ферму, проверить, как идут дела, а на остаток дня я должна посвятить себя докторской диссертации, ведь она сама себя не напишет...

***

Несколько дней пролетели незаметно. Я литрами пила кофе и практически не вылезала из кабинета, – то разбирала отчеты и нескончаемую корреспонденцию, то писала диссертацию. Признаться, научная работа давалась мне непросто, хотя «непросто» ещё мягко сказано, я буквально выдавливала из себя нужные слова, злясь на весь мир. Ради этой дурацкой диссертации я взяла двухнедельный отпуск на основной работе, однако дни отдыха подходили к концу, а качественного текста, который бы вылился в полноценную научную работу, так и не получилось.

В общем, эти дни вышли очень напряженными. К тому же я всё время думала о Шоне, и это, признаться, сводило меня с ума.

Я наивно полагала, что как только выйду из той злосчастной комнатенке, я забуду о синеглазом драконе. Мало того что я думала о нем практически постоянно, так ещё он снился мне каждую ночь. Во сне мы с ним гуляли по лесу, мило держались за руки и дарили друг другу нежные поцелуи...

Честно говоря, видя сны с тем, кого толком не знаешь, попахивает сумасшествием. Тем не менее, я гнала прочь все глупые мысли, надеясь, что в скором времени мой душевный покой восстановится.

Член комиссии по императорскому отбору прибыл ранним утром в понедельник. Я знала дату и время его прибытия, но это не помешало мне в ожидании изнемогать от тревоги.

И вот, час настал, кони поданы, но я словно приросла к стулу в собственной спальне. Если бы не поддержка Авкиньи, не думаю, что смогла бы себя пересилить и спокойно встретиться с распорядителем отбора.

Спускалась я с бешено колотящимся сердцем и дрожащими от нервного напряжения конечностями. Меня так трясло, будто я шла на виселицу. Не знаю, почему я так нервничала. На самом деле поводов для столь бурной реакции нет.

«Меня быстренько сейчас проверят, убедятся, что я не представляю ценности для их драконьего императора, после чего удалятся восвояси», – с этими мыслями, призванными меня успокоить, я воинственно вошла в гостиную.

– Доброе утро, – выдавливаю из себя, натянуто улыбнувшись.

Седовласый мужчина в темно-синем объемном балахоне поднялся с розового дивана и хмуро уставился на меня. От сканирующего взгляда мне стало не по себе.

– Арнелия Лиардан, верно?

– Верно, – я кивнула, лихорадочно размышляя над тем, как именно он собирается меня проверять. Надеюсь, каким-то магическим способом, потому как оголяться перед незнакомцем я уж точно не собираюсь. Хватило одного раза, больше подобной ошибки не допущу.

Дракон достал из кармана блокнот и несколько долгих секунд что-то в нем читал.

– Итак, Арнелия, – сухо начал он, вновь окидывая меня пристальным взглядом. Я поморщилась. Драконья манера общения жутко нервировала. Перед ним графиня, пусть и не потомственная, но всё же, а он обращается ко мне по имени, как к своей личной служанке. – Как давно у вас была близость с мужчиной?

Я поджала губы, ощущая, как к щекам прильнула кровь. Боже, да кто в лоб-то такие вопросы задает? Бестактный старикашка! И всё же не ответить я не могла...

– Пять дней назад. – Я нервно оттянула ворот рубашки, ощущая, как к щекам прильнула кровь.

– Вы состоите с этим мужчиной в отношениях или это был разовый партнёр?

– К чему вам данная информация? – Я вскинула хмурый взгляд на проверяющего. Я хоть и веду себя как покорная лань, но стоит кому-то перейти черту в общении со мной – начну ругаться похлеще рыночной торговки. И дело здесь не только в личных границах, но ещё и в том факте, что я член политической партии, негласным лозунгом которого является защита чести и достоинства представительниц прекрасного пола.

– Для статистики, – сухо ответил седовласый.

Боже, для какой именно? Неужели собирают сведения для будущих конкурсов? Не удивлюсь, если их «прекрасный» повелитель не остановится на одном отборе. А что? Это ведь удобно: каждый год меняешь жён, устраивая дикие конкурсы!

– Состою в отношениях, – соврала я, моргнув. Если скажу, что это был разовый опыт, последствия могут быть плачевными.

– Понятно. – Мой собеседник начал что-то торопливо записывать в блокнот, а я перевожу взгляд в сторону окна и тяжело вздыхаю. Поскорее бы он ушел...

На несколько долгих минут, показавшихся мне вечностью, в гостиной воцарилась тишина.

– К сожалению, Арнелия, мы вынуждены исключить вас из списка конкурсанток, – наконец изрек проверяющий, убирая за пазуху свой пухлый блокнот.

– Почему? – брякнула я, едва сдерживаясь, чтобы не начать улыбаться.

Старик по-птичьи моргнул, после чего хмуро изрек:

– В качестве императрицы рассматриваются лишь юные девы, не познавшие мужской любви.

Я понуро опустила голову, потому что счастливую улыбку сдержать все-таки не удалось.

Провожали мы дракона почти всем домом – Авкинья, я и парочка особо любопытных слуг.

– Свершилось чудо... – пропела я, наблюдая за тем, как с тяжёлым лязгом закрываются кованые ворота. – Я никуда не еду!