Нищенка в академии драконов

Наконец мы остановились перед массивной дверью из тёмного дерева, инкрустированной серебром. Экономка достала тяжёлый ключ и отперла её:

— Располагайтесь здесь. Вам принесут ужин и всё необходимое. Не покидайте покои без сопровождения.

Не дожидаясь ответа, она закрыла за мной дверь. Я услышала, как поворачивается ключ в замке. Меня заперли?

Только сейчас, оставшись одна, я смогла осмотреться. Комната была огромной — в три раза больше моей каморки в академии. Высокие потолки с лепниной, стены, обитые тёмно-синим шёлком с серебряным узором, массивная кровать под балдахином, письменный стол из редкого дерева, кресла, обтянутые бархатом того же оттенка синего, что и стены.

Повсюду чувствовался безупречный вкус и немыслимое богатство. Серебряные подсвечники с витыми узорами, хрустальные вазы, тончайшее постельное бельё — такого я не видела даже в покоях ректора академии, куда меня однажды вызывали для выговора.

Одна стена почти целиком состояла из окон — высоких, стрельчатых, с цветными витражными вставками по краям. Я подошла ближе и замерла, потрясённая открывшимся видом.

Замок возвышался на скале, нависающей над бескрайним тёмным лесом. Вдали, насколько хватало глаз, простирались изумрудные кроны деревьев, словно застывшее зелёное море. А над ними... небо горело закатом, пламенея всеми оттенками алого и золотого. Оно казалось живым, дышащим, полным скрытой энергии. В этом зрелище было что-то гипнотическое, почти мистическое.

Я прижалась лбом к прохладному стеклу, пытаясь собраться с мыслями. Что случилось с Радоном? Почему тот незнакомец охотился за мной? Почему отец Радона знал моё имя? Вопросы роились в голове, как встревоженные пчёлы, но ответов не было.

Отвернувшись от окна, я заметила ещё одну дверь в боковой стене. Она вела в просторную ванную комнату, отделанную мрамором и серебром. Большая круглая ванна, больше похожая на небольшой бассейн, была вделана прямо в пол. Серебряные краны в форме драконьих голов обещали горячую воду — роскошь, о которой в академии можно было только мечтать.

Рядом с ванной стоял столик с разнообразными флаконами — духи, масла, соли для ванн. Мягкие полотенца, сложенные идеальными стопками, ждали на мраморной полке.

В обычное время я бы, наверное, обомлела от восторга при виде такой роскоши, но сейчас мне было не до того. Я вернулась в комнату и нервно заходила из угла в угол. Сидеть спокойно не получалось — внутри всё скручивалось от тревоги и неопределённости.

Прошло не меньше часа, прежде чем в дверь постучали. Вошла молодая служанка с подносом, на котором исходило паром какое-то блюдо. Аромат был божественным, но аппетита не было совершенно.

— Господин распорядился принести вам ужин, — проговорила она, старательно избегая встречаться со мной взглядом. — И чистую одежду.

Только сейчас я заметила, что моё платье испачкано грязью и пылью, а на рукаве красуется рваная прореха — память о недавних событиях. Служанка поставила поднос на столик у окна и положила рядом сверток с одеждой.

— Если вам что-то понадобится, позвоните в колокольчик, — она указала на серебряный колокольчик на прикроватном столике.

И присев в быстром реверансе, выскользнула за дверь раньше, чем я успела задать хоть один вопрос. Снова щёлкнул замок.

Я развернула сверток — внутри оказалось простое, но качественное платье тёмно-синего цвета, явно из гардероба для прислуги, но новое и чистое. Мне стало немного неловко — видимо, Креги считали, что я не достойна ничего лучшего.

Поковырявшись в принесённой еде — каком-то мясном блюде с овощами и травами, название которого я даже не знала, — я вернулась к окну. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, и драконий лес окутывали синие сумерки. В окнах самого замка зажигались огни, отражаясь в тёмных кронах деревьев, словно звёзды.

Я не знала, сколько прошло времени — может быть, час, может быть, два, — когда дверь снова отворилась. На этот раз вошёл пожилой слуга с неподвижным лицом.

— Госпожа, лорд Крег требует вашего присутствия, — сухо произнёс он, окидывая меня оценивающим взглядом. — Прошу следовать за мной.

Я кивнула, одёрнула выданное мне платье и последовала за ним. Сердце колотилось где-то в горле от волнения и страха. Мы шли по бесконечным коридорам, спускаясь всё ниже. Я пыталась запомнить дорогу, но после третьего поворота окончательно запуталась.

Наконец слуга остановился перед массивной двустворчатой дверью, украшенной резьбой и серебряными накладками. Он коротко постучал и, получив ответ, распахнул дверь:

— Меллина Лавинская, господин, — объявил он, отступая в сторону.

Я шагнула в кабинет и замерла, оглушённая внезапной тишиной. Комната была огромной, с высокими потолками и тяжёлыми тёмными балками. Стены скрывались за книжными шкафами, забитыми древними фолиантами. Огромный камин занимал почти всю боковую стену, в нём потрескивал огонь, отбрасывая причудливые тени.

В центре располагался массивный стол, за которым сидел лорд Крег. По правую руку от него я узнала Гарета — судя по его присутствию, он уже вернулся из своей разведки. Двое незнакомых мужчин расположились в креслах сбоку — оба в тёмных одеждах, с холодными оценивающими взглядами и безупречными манерами. Я скользнула взглядом по их лицам — драконы, несомненно. Та же хищная грация, те же вертикальные зрачки, что и у Радона.

Лорд Крег смотрел на меня так пристально, словно пытался рассмотреть мою душу. Его пальцы медленно постукивали по столешнице — размеренно, гипнотизирующе.

— Подойди, — коротко приказал он.

Я сделала несколько шагов вперёд, чувствуя, как дрожат колени.

— Как Радон? — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать. — Он в порядке?

Лорд Крег проигнорировал мой вопрос, словно я не произнесла ни слова:

— Расскажи о своих отношениях с моим сыном, — его голос был холоден, как лёд на горном озере. — Что связывает тебя и наследника рода Крег?

В его тоне явно слышалось брезгливое недоверие, словно сама мысль о таких отношениях была абсурдной и отвратительной. Он поджал губы, окидывая меня взглядом, в котором читалась плохо скрываемая неприязнь.

— Ничего, — я выпрямила спину, стараясь говорить ровно. — Мы учимся в одной академии. Он... он не выносит меня. Всегда издевался надо мной, как и другие чистокровные.

Один из незнакомых мужчин хмыкнул, словно я сказала что-то забавное.

— Тогда почему он рисковал жизнью, чтобы спасти тебя? Почему вообще оказался рядом с никчемной человечкой? — резко спросил лорд Крег.

От этого слова — «никчёмной» — внутри что-то сжалось, но я удержала лицо. Сколько раз я слышала подобное в академии...

— Я не знаю, — честно ответила я. — Это случилось внезапно. Сначала тот странный человек в таверне, потом он появился на улице и пытался увести меня...

— Человек? — перебил один из незнакомцев. — Ты уверена, что это был человек?

Я замялась.

— Я... не знаю. Он был странный. От него пахло холодом и металлом. И тени вокруг него двигались неправильно.

Мужчины обменялись быстрыми взглядами. В их глазах промелькнуло что-то, похожее на тревогу.

— Что он говорил тебе? — напряжённо спросил лорд Крег. — Дословно, если можешь вспомнить.

В голове вспыхнули слова незнакомца: «Ты особенная, Меллина... Твоя сила — не слабость, а просто другая. Древняя. Опасная... Дитя теней...» Холодок пробежал по спине от одного воспоминания. Но что-то удержало меня от того, чтобы повторить их вслух — то ли страх, который внушал мне этот могущественный дракон, то ли инстинктивное чувство, что нельзя раскрывать всё.

— Я... плохо помню, — солгала я, опустив глаза. — Он говорил странные вещи, но я была как в тумане. Помню только, что не могла ему противиться, когда он позвал меня. Будто воля покинула моё тело.

Лицо лорда Крега застыло, словно высеченное из камня. Один из незнакомцев резко втянул воздух, другой тихо выругался.

— И ты пошла за ним, — это прозвучало не как вопрос, а как утверждение.

— Я была как в тумане, — призналась я, чувствуя, как краска стыда заливает щёки. — Словно он гипнотизировал меня. Я не могла сопротивляться.

Лорд Крег поднялся из-за стола одним плавным движением. Его фигура словно заполнила собой всю комнату — такой от него исходил властный ореол.

— И тогда появился мой сын, — он подошёл ближе, навис надо мной, как грозовая туча. — И решил поиграть в героя.

— Он спас меня, — тихо сказала я. — Я не просила его об этом.

— Разумеется, не просила, — презрительно фыркнул лорд. — Зачем просить, когда можно просто оказаться в опасной ситуации и ждать, пока знатный наследник рискнёт жизнью ради нищенки из Академии?

Я вскинула голову, чувствуя, как внутри закипает гнев. Всегда одно и то же — они считают меня жалкой попрошайкой, охотницей за богатством и статусом. Словно у меня нет гордости, нет своей жизни.

— Я не просила Радона о помощи, — повторила я твёрдо. — И если бы знала, чем это для него обернётся, я бы прогнала его. Лучше бы я пошла с тем незнакомцем, чем видеть, как Радон умирает из-за меня.

Мои слова повисли в воздухе тяжёлым облаком.

— Благородные слова, — наконец произнёс он. — Но слова ничего не стоят.

Он отвернулся и прошёл к камину, уставившись в огонь.

— Утром тебя доставят обратно в Академию, — не глядя на меня, произнёс он. — Обо всём произошедшем будет доложено ректору. А сейчас можешь идти. Слуга проводит тебя обратно в покои.

— А Радон? — снова спросила я. — Он поправится?

Лорд Крег не удостоил меня ответом. Его спина была прямой, напряжённой, словно натянутая тетива. Я поняла, что аудиенция окончена.

Развернувшись, я направилась к двери, чувствуя на себе тяжёлые взгляды всех присутствующих мужчин. За дверью действительно ждал тот же слуга, готовый сопроводить меня обратно в гостевые покои.

Когда я уже выходила, то услышала, как один из незнакомых мужчин тихо произнёс:

— Харвин, ты уверен? Она ведь...

Ответ лорда Крега прозвучал громче, чем обычно, словно он хотел, чтобы я услышала:

— Не всё ли равно? Она не ровня нам. И никогда не будет.

Дверь захлопнулась за моей спиной, отрезая последние слова, но их эхо ещё долго звучало в моей голове, пока я шла по бесконечным коридорам замка Крегов.

13

Ночь в замке Крегов оказалась бесконечной. Я ворочалась в огромной кровати, тонула в мягкой перине, слишком роскошной после моего привычного жесткого матраса в академии. Каждый раз, когда глаза начинали слипаться, перед внутренним взором возникало бледное лицо Радона, его закатившиеся глаза, синеющие губы... Сколько бы я ни старалась, не могла выбросить из головы странного незнакомца в плаще, его пробирающий до костей голос, странные слова о моей "истинной природе". И самое ужасное — лицо лорда Крега, полное презрения и брезгливости, словно я была не человеком даже, а насекомым, случайно заползшим в его идеальный мир.

В комнате было слишком тихо. Тишина давила на уши, нарушаемая лишь редким потрескиванием дров в камине. Я накрылась одеялом с головой, пытаясь спрятаться от этой гнетущей тишины, от собственных мыслей, от странного ощущения, что за мной наблюдают даже здесь, в запертой комнате.

Уже под утро, когда небо за окном начало светлеть, приобретая сероватый оттенок, меня наконец сморило. Сон был тяжелым, похожим на забытье — без сновидений, без отдыха. Словно я просто перестала существовать на короткий миг.

— Госпожа! Госпожа, пора вставать.

Я вздрогнула и резко села в кровати. В первую секунду даже не поняла, где нахожусь — настолько непривычной была роскошная обстановка. Пожилая прислуга с каменным лицом стояла у двери, держа в руках поднос. От него исходил аромат свежей выпечки и горячего шоколада.

— Вам велено собираться, — сухо произнесла она, ставя поднос на столик у окна. — Господин Гарет ожидает вас через полчаса в главном холле.

Меня уже отправляют обратно? Не успели даже сообщить, как Радон. Слова застряли в горле, но я только молча кивнула.

— Завтрак подан, — добавила она, уже направляясь к двери. — Ваша одежда приведена в порядок, — она кивнула на аккуратно сложенное платье на комоде. — Моя помощь требуется?

— Нет, благодарю, — наконец обрела я голос.

Оставшись одна, я подошла к окну. Рассвет только занимался, окрашивая верхушки деревьев далекого драконьего леса нежно-розовым. Небо было чистым, без единого облачка, обещая погожий день. Где-то в глубине души я почувствовала облегчение — скоро всё это закончится, я вернусь в академию, к привычной жизни. К учебе, к работе в "Веселом гноме", к своей каморке, где всё просто и понятно.

Завтрак оказался восхитительным: воздушные сдобные булочки с корицей, хрустящие тосты с маслом и джемом, горячий шоколад в изящной фарфоровой чашке. От одного аромата рот наполнился слюной, и я с удивлением обнаружила, что проголодалась.

Съев скромную часть предложенного — я поспешно оделась. Моё платье действительно было вычищено, а прореха так искусно заштопана, что я с трудом её нашла. Волосы я собрала в простую косу, не зная, есть ли у меня время на что-то более сложное.

Когда я была готова, дверь открылась без стука, и та же женщина, молча указала следовать за ней. Мы снова двинулись по бесконечным коридорам. На этот раз я пыталась запомнить дорогу, но замок казался настоящим лабиринтом. Лестницы, галереи, переходы, однотипные коридоры с одинаковыми дверями. Как они сами не путаются?

Господин Гарет уже ждал меня. В дневном свете он выглядел старше, чем казался ночью, но всё так же внушительно.

— Доброе утро, госпожа Лавинская, — произнес он сухо, коротко кивнув.

— Доброе утро, — отозвалась я. — Господин Гарет, как...

— Повозка ждет, — перебил он, направляясь к выходу. — Нам предстоит добраться до ближайшего города для перехода через стационарный портал.

Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Главные двери замка распахнулись, открывая вид на просторный внутренний двор, вымощенный гладкими серыми плитами. У подножия широкой лестницы стояла закрытая карета, запряжённая парой гнедых лошадей. Кучер, сидевший на облучке, выпрямился, увидев нас.