Полная версия
Пролог
Тьма поглотила весь мир, луна исчезла за грозовыми тучами, страшно и трудно пробираться светлому эльфу к тому единственному, кто еще может помочь. Когда-то давно мир был совершенно иным. Еще не был обращен в пепел Оржедар, оплот старой власти, его родная обитель, где много веков подряд занимал трон отец. Троевластие правило миром. Род эльфийского короля Эсмарха Светлого был дружен с великим родом Молетти, с родом проклятых эльфов. Союз двух великих родов держал власть над огромными землями. А последний из третьего правящего рода, рода драконов, внезапно исчез.
Пала крепость, убиты родители, погибла старая няня. Мир рухнул. По малолетству принц толком не понял, на чьей именно стороне тогда выступали Молетти. Свидетелей и вовсе ни одного не осталось. Стяги проклятых было хорошо видно из бойниц. Знакомые фигуры, которые он столько раз видел в Малой гостиной, тогда облачились в латы. Он и узнал-то их лишь по подсказке няни, да по кончику черной косы, торчащей из-под глухого островерхого шлема.
Долго принц медлил, не решался обратиться за помощью к старому другу отца, главе рода Молетти. Не решался он прийти к черному замку, просить помощи и поддержки. Слишком много значит эльфийская честь, когда ты наследник высокой крови, а теперь другого пути не осталось.
«Или Молетти предали нас, и тогда я погибну этой же ночью как все те, кто был мне дорог, или буду отвергнут, или же получу руку помощи. Мы такие разные, но все же он эльф как и я. Почти такой же, не считая текущей в роду проклятых мертвой крови, пугающей, черной. Сильные и мудрые маги, чья власть была безгранична теперь стали вынуждены скрываться в родовом замке, в горах» - так думал принц, скользя на камнях узкой дороги.
Юношеские ноги идут по пролету моста, перекинутого на цепях через бездну. Кроме эльфа здесь не может пройти никто, слишком трудна дорога. Тысячу раз он хотел развернуться и понимал, что нельзя. На него устроена охота. Новый король, взявший в свои руки всю власть, что была разделена между тремя, вознамерился уничтожить всех наследников старой власти. Его самого – принца Рендера, наследника эльфийского короля Эсмарха Светлого, и весь род проклятых, включая юную Мирабэль. Может, хоть ей он сможет помочь. Если сейчас ему самому поверят.
Чересчур глухо прозвучал дверной молоток, звук будто смыло дождем в зияющую позади бездну. Однако створ двери приоткрылся сразу, будто бы тут его ждали все эти долгие годы. Острие меча уперлось в кадык, алым свернули глаза старика.
- Ты?! - чего больше в этом голосе - узнавания или злобы? Старик никогда не отличался добрым нравом.
- Я.
- Ты стал так похож на Эсмарха, я уж думал, не его ли призрак ко мне явился в грозу. А сестра твоя где?
- Я не видел ее очень давно.
- Жаль. Проходи, раз уж ты здесь.
- Слуги?
- Нет никого, придут только утром. Мне теперь служат тролли. Ночью уходят, а перед рассветом стремятся скрыться во тьме моих стен.
- За мной гонятся. Я еле скрылся, чтобы попасть сюда.
- Псы короля? На нас пока еще не объявили охоту.
- Вы ошибаетесь, - выкрикнул принц слишком резко и тут же был втянут в сухое помещение замка. Тьма не развеялась до конца, магических светильников нет и в помине, только жалкие огоньки редких свечей разгоняют мрак по углам.
- Я знаю, что говорю. Сядь у камина, обсохни. Здесь тебе оставаться нельзя. Мой замок не должен повторить судьбу Оржедара. Из еды, прости, тоже ничего для тебя нет. Разве что можно пожарить небольшой кусок мяса на углях.
- Я, как и отец, люблю и ем мясо, не то что другие роды светлых. Если вы сомневаетесь, что сюда вошёл принц Рендер, можете проверить. Съём, все, что дадите, перед тем как уйти. Я голоден и устал.
- Верю, мой мальчик, верю. Я в долгу перед Эсмархом и помогу тебе в меру своих сил, но не больше. Мирабэль уже совсем подросла, помнишь ее?
- В детстве вы ее звали несносной девицей, позорящей своим буйным нравом весь род.
- Я этого не забыл. Она такой и осталась, не знает ни отдыха, ни покоя.
Кусок чудесной лесной опенины, обсыпанной пряными травами, быстро сомлел на углях. Юноша занял место за высоким столом, с видимым наслаждением поглощая каждый кусочек, насаженный на красивую латунную вилку, украшенную сверху гербом проклятого рода. Фарфоровая тарелка ничем не выдала секрет яда, которым любезный хозяин ее напитал. Другой бы наверняка умер, будь он на месте наследного принца. Эльф же крепко заснул. Еле слышно дыхание сложно заметить. Но хозяин счел своим долгом убедиться, что напротив него повалилось грудью на стол вовсе не бездыханное тело. Ухмыльнулся чему-то, когда после недолгой возни наконец смог различить еле слышно удары сердца под бархатной кожей.
- Такой же дурак как отец, слепо верящий каждому, кто решится протянуть руку. Моя внучка, моя прекрасная Мирабэль, никогда бы не поступила столь опрометчиво.
Проклятый разместился тут же. До утра предстоит написать два письма. Одно в питомник, так называют место, куда помещают всех безродных юнцов, стирая им память и меняя полностью внешность, чтобы легче жилось потом в новой праведной жизни. Второе – самое сложное. О внучке надлежит позаботиться. Какой бы умной она ни росла, многое ей еще только предстоит узнать об этом дьявольски мире. Воля деда, запечатленная рунами на особом пергаменте проклятой кровью, нерушима никем из потомков. Осталось предугадать грядущее, составить текст таким образом, чтобы расчертить ее судьбу на многие годы вперед, уберечь от бед и злосчастий. Время уходит. Одна за другой красным загораются и тут же затухают древние руны. Теперь сложно поверить, что дети были дружны тогда, когда крепость еще не пала. Но слово, опрометчиво данное другу, выполнить стоит. Тем более, когда наследник оказался по воле судьбы во власти искушенного на каверзы старика. Одна небольшая услуга, и былое величие можно будет вернуть. Все еще можно исправить.
***
Я – Мирабэль, последняя в роду проклятых эльфов, не считая дяди, конечно. Великие Молетти, род, берущий свое начало в туманах Венеции, пал. Мать, отец, тетя, девери, кузены и кузины – все ушли туда, откуда еще никто не вернулся. О причинах можно долго судить, никто не запрещает. По крайней мере, пока среди домыслов не мелькнет упоминание о древней великой крепости, оплоте троевластия, об Оржедаре, о ее великих неуязвимых стенах. Последние из рода Эймарха Светлого погибли в той осаде. Крепость была взорвана на тысячи осколков. Погиб юный наследник. На чьей стороне выступала моя родня – кто знает, как оно было на самом деле, слухи лучше не собирать. Мало ли, что всплывет в итоге, и чем это для меня обернется.
Пухлый конверт серого шелка – завещание, до которого еще только предстоит добраться, способен был бы открыть многие тайны. Еще дед составлял перечень и вложил к нему наставление для меня самой. В этом конверте – все мое будущее. Список собственности, замки, особняки, карты семейных кладов, перечень артефактов, а главное – имя моего жениха. Знать бы, кто он. Дедову волю исполнить придется. И любопытство совсем не порок. Вот только, чтобы заполучить в свои руки эту бумагу, мне, как и любой высокородной, надлежит подтвердить свою взрослость, назовем это так. Пройти последний, решающий, курс обучения в Академии маги и колдовства, заполучить ученую степень магистра. Все было бы не так сложно, если бы не заказы, от которых мне предстоит отказаться, и не один вредный дроу! Впрочем, уверена, я найду способ избежать целого года занятий. Есть дела поважнее!
Глава 1
Мирабэль
Где мне добыть питомцев? Тем более, легально и двоих сразу. Ни один домовладелец не хочет мне продать своего! А все из-за моей принадлежности к старейшему роду. Что в головах у людей? Ладно, эльфы, те всегда недолюбливали представителей нашего ответвления расы. И было за что, если по-честному.
Рекомендательные письма, россыпь благодарностей от клиентов, справочный свиток из городской управы – ничто не действует на этих суеверных жадин. Мы лучше продадим на станцию воздушных шаров, плести и чинить корзины, но только не вам. Бред чистой воды и суеверные предрассудки. Чтобы оформить питомца легально в надежную собственность, я должна или иметь купчую на руках, а ее почти невозможно подделать, да и дроу, наверняка, станет пристально изучать все документы. Или можно попытаться купить того, кто нарушил закон, но только не здесь, столица очищена от преступности до кристального блеска. Еще можно спасти несчастного от неминуемой смерти, например, вытащить из-под колес.
Собственно в прошлый раз я именно так и поступила. Сбила чужого, то есть почти ничейного, красавца своею каретой. Не сильно, он только руку поранил немного, почти не сломал. Этого хватило, чтоб обратиться в лечебницу, где за тысячу золотых мне выправили все необходимые справки. Целых пять лет он жил со мной, пока Академия не осталась далеко позади. Выдержал все, не погиб, счастливо рванул в новую жизнь. Я удачно его освободила и пристроила на службу в соседний мир.
Но тогда и я была намного слабее, сейчас мне энергии потребуется куда больше, чтобы жить. Двое питомцев – это, действительно, минимум. Если будет только один, я его погублю. Мертвая голубая кровь требует жертвы и всегда охотно ее принимает. Отсюда и все предрассудки, которые отмечают мой герб и фамильное гнездо. После окончания Академии о заемной силе я даже не помышляла, работа щедро одаривала и ресурсом, и золотом. Питомец для пополнения собственных запасов энергии мне был решительно ни к чему. Сейчас же следует о себе хорошенько позаботиться, и о безопасности других тоже, тут ректор прав абсолютно, придется это признать. Раз уж мне стала настолько необходима учёная степень, придется терпеть легкий голод и выживать, как умею.
На аукционе удалось выкупить только одного человека. Красивый, высокий, сильный блондин. Метра два ростом и довольно широкий в плечах. То, что мне надо. У такого при должном содержании хватит и сил, и смелости находиться со мною рядом, а главное, давать мне энергию. Всего три года прошло после того, как парень оставил позади питомник. То место, куда определяют всех беспризорных детей, всех брошенных и ненужных, а так же воришек и мелких мошенников с улиц. Многих родители сами подкладывают на порог.
Долгое обучение, кропотливая работа магов, а дальше все зависит от способностей человека. Эльфов там почти не бывает, дроу тоже, лишь изредка встречаются полукровки. Похоже, мой как раз из таких. Уж больно красив, и его мускулистая и подтянутая фигура отличается изящными линиями. Хотя, может, это маги так постарались? Они меняют внешность детей изначально, чтоб им было проще выбрать дорогу потом. На аукцион попадают только те, кто не пригоден более ни к чему, их называют ведомыми. Особенность нервной системы. Без господской руки непременно вляпаются в неприятности, а закон в нашем мире суров. Так зачем выпускать человека на верный суд, когда можно продать и окупить содержание десятка таких же, как он, до возраста легитимной продажи? И еще положить несколько сот золотых в карман управляющего питомником.
Определенно, полукровка хорош, с удовольствием рассматриваю его иллюзорную фигуру, вытянутую из документа. И потом, за него почти не торговались, что странно. Мне парень достался по смешной первоначальной цене, жаль, больше никого выкупить не удалось. Вот где я найду второго такого же, а?
Поставила опустевшее блюдо на дно раковины и тут же залила водой. Ни к чему ему пока знать о моих привычках, испугается еще. Начнем знакомство с каких-то других, более приятных, вещей. Тем более, что он меня еще ни разу не видел, на аукционе я не была, покупала дистанционно, отправив золото и бумаги через камин. Сделала все, чтоб избежать неловких моментов. Как с первой сотней невольников, которых мне отказались продать. Торговалась, не раскрывая своего имени, статуса и, конечно же, расы. А после того, как отправила золото и адрес, куда следует доставить дорогую покупку, отказать мне уже не смогли, сделка была завершена.
Скоро его привезут. Отчего-то меня охватило легкое нетерпение, мандраж. Все же бок о бок нам предстоит прожить в одной комнате больше года, перед тем как я смогу продать парня или отпустить на свободу. С делом всей моей жизни питомец – невозможная роскошь. Никогда на него не будет оставаться достаточно ни времени, ни сил. Бегло осмотрела гостиную, прошлась по кухне. Все прибрано и опрятно, слуги постарались на славу, перед тем как уйти. Впрочем, и особняк этот не слишком большой, ему далеко до моих родовых поместий, что в этом мире, что на Земле. Пять спален, две гостиных, столовая, кухня, штук десять разномастных кладовок, комнаты для прислуги. Огромные окна портят фасад, в моем доме таких быть не должно, но уж что купилось, то купилось. Зато имеется просторный сад, несколько беседок и пруд, есть где прогуляться ночью. Комнату для невольника я выделила рядом со своей на первом этаже, пусть привыкает ко мне. Впрочем, питомниковые редко имеют предрассудки к каким бы то ни было расам, даже к древнейшим и хищным. Их там этому точно не учат, а знания прошлого беспризорного существования безжалостно стирают. В будущей сытой жизни уличные привычки никому не нужны.
Вроде бы предусмотреть удалось все. Запас еды в кладовой, на пару недель его рабу хватит. Я не слишком-то большая любительница бродить по лавкам. Новых вещей купила не слишком много, остальное приобрету потом, когда присмотрюсь к парню, как следует. А еще лучше выберу сразу двоим, чтобы красиво смотрелись в паре. Одежда мужчин должна сочетаться и подходить к моим академическим платьям. Как же я не хочу снова проходить через Академию! А придется!
Глупо прихорашиваться перед приездом раба. Но все же не хочется отпугнуть сразу, а может быть, даже понравиться. В отличие от выбора невольника, выбор жениха для меня предопределен с момента рождения. Старая сделка деда обязательна к выполнению, изменить ничего не удастся. Настанет час, и я обязательно вскрою конверт с завещанием, именно в нем будет означено имя жениха и час нашей свадьбы. Но пока ничто не мешает мне заглядываться на других, жаль только, что я сама всех пугаю. Одна из немногих представительниц древней расы. Внешне, да и по крови, я эльфийка, только с черными волосами и серыми глазами. Все это – особый знак, родовая печать, память о мертвой крови, что течет в каждом из проклятых солнцем эльфов. Мы другие, совсем другие, чем обычные дети леса. Почти не терпим солнца, предпочитаем ночь дню, наша магия – совершенно особая, ни на что не похожая. Мне никогда не удастся воскресить к жизни ни одно из растений, даже наоборот, я просто высосу всю энергию из комнатного цветка, сама того не заметив, и он непременно погибнет. Но зато я могу искать и находить реликвии, давно потерянные вещи, воплощать в иллюзиях чужие воспоминания и удерживать их сколь угодно долго. Наводить морок, и на себя в том числе. Плохо только, что в столице это делать жесточайше запрещено, тут я обязана выглядеть в соответствии со своей истинной расой. Неудобно, словно бы голая, неприкрытая ничем от злых и испуганных взглядов.
То ли дело, когда я работаю. Можно выбрать любой облик, любой наряд, чтобы отыскать то, что желает заполучить мой клиент. Отыскать и забрать, а если потребуется, то выкрасть. Нелегальная, но очень и очень прибыльная работа. Ощущение опасности, угроза провала, хождение по самому лезвию ножа, чужие эмоции и страхи, чужая энергия, которую я могу пригубить и распробовать в своё удовольствие. Немного от каждого, кто обратится, таков уговор. Мне обычно хватает. Редко, когда краду чужую силу без спроса, но такое тоже бывало. Главное, не увлечься, человека особенно легко погубить, высосав из него все. Некоторые из заказчиков принимают меня за вампира. Глупость. Я совершенно не терплю горячую кровь, хуже нее только парное молоко. Холодный кусочек сырого стейка – это чудесно. Меня всегда можно пригласить в ресторан, такое подают почти везде. А от людей я забираю только энергию, незримое, эфемерное вещество. Эльфы куда реже ко мне обращаются, слишком горды и высокомерны, но их сила значительно приятней на вкус. Жаль, ближайшая сделка с заказчиком состоится не скоро. Теперь приходится выкраивать время из учебного графика, жуткая жуть! На второй неделе обучения целых три дня празднуют осень. Я как раз успею добыть их изумрудный ларец, где бы он ни был. Странно, что за такой безделушкой ко мне не побрезговал обратиться старший маг эльфийского короля и согласился ждать.
Роэль
Аукцион, должно быть, самое страшное испытание, которое мне довелось пройти. Казалось бы, что страшного для невольника в том, чтоб показать себя наилучшим образом в ярком свете? В тепле, никто грубо не окрикнет: «Встань, разомнись, крутани головой». Всё это было бы совершенно не сложно. Одна беда – дефект, воплощенный в кратком описании меня, как товара. Всего несколько слов. Тех самых, из-за которых никто не поспешил перебить ничтожную ставку. Я излишне гордый, чувство собственного достоинства воспитателям так и не удалось искоренить даже за год моего обучения. Что было до – я не знаю. Меня подобрали на центральной улице среди толпы уже довольно взрослым, семнадцатилетним. Преобразили черты, стерли начисто память. Наверное, я должен быть благодарен тем магам, что со мной возились. Глаза цвета весеннего неба, светлые волосы, мускулистое подтянутое тело. Я красив, согласно представлениям о моде этого сезона. Но как же страшно порой видеть в зеркале чужие черты, пусть и прекрасные, не знать, каков ты на самом деле, что прикрыто этим новым обличием, какие тайны, а может статься, что и преступления, оно скрывает.
Если бы еще только один год я продержался бродягой, то шанса обрести новую жизнь не было бы. Восемнадцать – возраст взросления, такие никому не нужны согласно закону нашей страны. Остался бы навечно бродягой, а то и вовсе сослали бы куда-нибудь в дикий край, если б попался на мало-мальски серьезном проступке. А так у меня был скромный шанс стать свободным человеком, может быть, даже мастером или хотя бы подмастерьем, а то и вовсе городским стражем. Но ни рвения, ни таланта я так и не проявил в достаточной мере ни на одном поприще, хоть и очень старался. А вот лепные фигурки у меня выходили отлично, а точные науки, какие были, я и вовсе освоил все в полной мере за один только год. Магия моя скромна, дар почти выжжен. Как это случилось, почему – кто его знает. Да и зачем магический дар понадобился бы невольнику?
Конечно, жаль, что все так случилось. Хорошо, что мастер Эллиот меня продал, правда, так и не смирившись до конца с тем, что пресловутую гордость вывести из меня не удастся ничем, ни одним из доступных ему способов. А их за три года своего владения моим телом он испробовал действительно много. Раз за разом я поднимался почти уничтоженный, растоптанный с просоленного пола кожевенной мастерской. Раз за разом не преклонял головы с должным рвением, не благодарил за науку. Почему я такой? Кем был раньше? Никогда этого не удастся узнать, только высшие маги способны раскрыть задворки памяти, но какое им может быть до меня дело? Я никто, бракованный раб. И, очевидно, меня теперь ждет не самая приятная участь. Кто мой теперешний хозяин? Чего следует ждать? Скоро узнаю. Карета замерла и довольно скоро распахнулась глухая дверь, солнце ударило по глазам ярким ласкающим светом. Новый дом светлый, просторный, огромные окна, широкая дверь, запущенный сад. На минуту мне даже показалось, что я узнаю это место, видел когда-то давно. Скрипнула дверь, и я поспешил принять подходящую случаю правильную позу, выражающую покорность, лишь бы не портить первого впечатления. Размеренный стук каблучков женских туфель вселил в душу надежду. Надеюсь, это не экономика, а госпожа. Было бы здорово служить женщине, все же им покоряться куда как приятней и легче. Мягкий голос, аромат лёгких духов, а может, и вовсе запах ее собственной кожи. Бумаги заверили быстро. Нежное прикосновение дамской руки к моей шее показалось чудом, едва ли не волшебством. Пожалуй, стоит сделать все, чтоб понравиться, задержаться здесь как можно дольше. Я постараюсь. Чуть запахло прожженной кожей ошейника. Меня и вовсе не зацепило. Как много может сказать о хозяине такая забота, хоть бы я не ошибся. И назвала она меня по имени. Пусть оно не мое, но все же это можно посчитать добрым знаком. Взглянуть бы украдкой в лицо госпоже. Неужели эльфийка? Говорили, что попасть к таким, это везение, сродни чуду. Но только я оторвал глаза от брусчатки, как увидел их – серые кружева, траурные стяги, обозначающие горе и кровь. Внутри обрушился целый мир. Одна за одной промелькнули картинки, звоном раздались голоса: "Замок окружен! Они проломили ворота! Спасайте моих детей! Наследник не должен погибнуть! Западная стена рухнула!"
Кровь кругом, грязь, толпа, полурастоптанные алые с золотой вязью флаги. Маму убили у меня на глазах. Нянька проломила череп убийцы. Меня волокут по черному ходу. Всюду темно. А снаружи реют полотна с точно таким же орнаментом. И отголоски страшного взрыва... Картинки пропали, а горло сдавило невидимым колдовством. Я стал задыхаться, упал прямо девушке под ноги. Проклятая эльфийка – моя госпожа, ее не стоит бояться. Нам же рассказывали про них... До смерти не опустошит. Просто надо терпеть иногда, это совсем не страшно. Что со мной происходит? Почему со мной всегда все не так?!
Глава 2
Академия днем ранее
Соблюдая местное правило о приличиях, я тихонечко постучала ногтем в накрепко затворенные двери. Можно подумать, ректор не знает, кого именно к нему принесла нелегкая этим утром. Вся Академия уже стоит на ушах, помнят мои юные годы. В этом царстве пыли и скучных занятий я развлекалась, как только могла. Совершенно точно мое письмо архимаг получил еще прошлой ночью. Для этого мне пришлось самой потрудиться: растопить старинный почтовый камин, бросить в сизое пламя элегантный, скрепленный куском кровавого сургуча, свиток. Эмблема родовой печати приветливо обнажила клыки в прорези поцелуя, не лишенного страсти.
- Прошу входить, госпожа соискатель на ученую степень, Мирабэль, - в голосе дроу легко узнавалась вся масса его невеселых размышлений.
- Да пребудет сила с вами, господин Архимаг! – произнесла я, и секретаря как ветром сдуло ветром при моем приближении, тяжелую дверь тоже пришлось отворять самой. Ректор даже не приподнялся навстречу из кресла. Пепельные густые волосы, заплетены в тугую косу, смуглая кожа, поджатые в презрении губы, суровый взгляд. Про себя я подумала: «Когда же ты уступишь это место кому-нибудь другому, более лояльному к разнообразию рас нашего мира, в особенности, к таким милым созданиям, как я».
- Мирабель, признаться, я удивлен, что мне пришлось узреть вас так скоро в этих священных стенах,- он покосился на потолок. Ну да, как-то запустила я туда молнию в гневе. Но это когда было! Еще на первом курсе! Сорок лет тому назад! Нашел, о чем вспоминать. Хоть бы принял на место. Золото способно решить многое, но не все, к сожалению. А ученая степень срочно понадобилась мне именно теперь.
- Всегда нужно стремиться к чему-то большему! Знания несут истину в наши сердца, и свет, разумеется, тоже.
- Где вы и где свет? Окститесь! Во мне и то его больше, чем в вас. Стоимость обучения вам уже известна? Тысяча золотых за первый год.
- И две за последующий. Сущая мелочь. Я согласна на эту сумму и не посмею обращаться в казну за субсидией для меня, как для редкого вида.
- Я надеюсь, про ограничения вы помните?
- Ну конечно же! - я еще раз улыбнулась и даже всплеснула руками для правдоподобия, а зря. Отточенный ноготок задел край стола и опрокинул какую-то стопку бумаг на пол. Судя по королевской печати, эти бумаги точно не так просты и вполне могут пригодиться в моем ремесле.
- Я соберу! - присела, но толком не успела ничего разглядеть. Хорошая у дроу реакция, как, в общем-то, и была всегда.
- Не сметь! - бумаги взлетели к потолку и зависли на уровне каменной люстры.
- Простите, я хотела как лучше, - одну печать с подписью я все же успела сунуть в рукав парадного платья.
- Я почти поверил. Итак, ограничения для таких, как вы, получите списком на домашнюю почту.
- Опять мне копошиться в золе почтового камина?
Черные зрачки ректора сузились. Пожалуй, переборщила. За эти годы я научилась лучше улавливать эмоции таких, как он.
- Необходим питомец. Это обязательно. Легально приобретенный! Канцелярия все проверит и, как следует, всё изучит, даже не сомневайтесь!
