Колючка для Серого Волка

Когда мужчина дошел до меня, грозно сверкая глазами, я уж думала, что он меня и правда придушит. До того зол он был. Но я предостерегающе вскинула руку.

— Погоди. Всё ради твоего заработка. Дед сказал, что эта дорога к городу гораздо быстрее выведет. Но про деревню он мне ничего не говорил.
Яробор все же схватил меня за руку и дернул на себя. Я не удержалась и завалилась мужчине на грудь. Он не ожидал подобного нападения и от того выпустил поводья.

— Да что ж тебя, стрекоза, ноги то не держат. — мужчина недовольно буркнул, поставил меня на ноги и отвёл взгляд.

А я расплылась в ухмылке. Да бравый воин никак смущается? Махать мечом это не тоже самое, что оказаться лицом к лицу с девушкой. Я решила, что это отличный шанс, если не на свободу, то на улучшение содержания как минимум.

— Ноги не держат, значит ты держи. Но будешь возить меня поперёк седла, буду сбегать чаще.
Мужские брови взметнулись вверх и лицо вытянулось, отчего шрам у виска побелел.

— Ты, что же, условия мне ставишь, муха? Да я тебя одной левой…
Яробор не успел договорить. Истошный женский крик заставил нас обоих вздрогнуть.

Глава 6

Конь громко всхрапнул, приводя нас с Яробором в чувство.

— Ой! Случилось что-то! Давай посмотрим, может помощь наша там требуется. Яробор схватил меня за локоть и затолкал себе за спину.

— Куда лезешь, блоха? Поперёк батьки да в пекло?

Я приподнялась на цыпочках и высунула нос из-за мужского плеча.

— А говорил, что не тятенька мне…— я не удержалась от ёрничества. — Пока стоим, там уж убийство свершится! Поспешим!

Яробор хмуро глянул на меня через плечо и подхватил Белого под уздцы.

— Не моя эта забота. Моя забота вновь поперёк седла сейчас поедет, ежели нос свой длинный не в свои дела совать не перестанет.

Я ткнула кулаком в мужскую спину.

— Там в доме дети! А вдруг беда? Неужели ты оставишь женщину с детьми в беде? Не поверю. Да тебе с этой проблемой разобраться проще простого. А я потом всю дорогу молча поеду! Обещаю.

Мужские плечи напряглись.

— Молча?

Я угукнула.

—Точно?

Я угукнула дважды.

— Ох и не доброе место здесь, муха. Смотри, кабы большей беды с нами не приключилось…

— Да куда уж больше? Я из дома пропала. Везёт меня на коне добрый молодец невесть куда. Знаешь, когда я в детстве о принце на белом коне мечтала, не так себе все представляла. Ну так что? Идём?

Яробор развернулся и вручил мне поводья.

— Нет. Иду я. А ты стой смирно и глаз не спускай с этой чумы.

Я глянула на коня. Он в долгу не остался.

— Почему он чума? Хороший конь, смирный.

Яробор скинул плащ и достал из ножен меч.

— А я не с тобой разговариваю. С Белым. Он за тобой присмотрит и ежели чего сигнал мне подаст.

По спине коня прошлась дрожь. По моей, кстати, тоже. А все оттого, что вопль повторился. Но на этот раз оборвался он на самой высокой ноте, будто девушка сознания лишилась.

Яробор не стал более размышлять. Кинулся к домам. Скрылся за одним из них и я осталась стоять одна на пустынной дороге.

Покрутила я вожжи в руках. Нет, так дело не пойдёт. Оставаться в стороне мне не хотелось. Стоять и ждать страшнее.

Подойдя к ближайшему дому, куда дети попрятались, я быстро привязала коня к изгороди. Но только развернулась, чтобы уйти, как меня за шиворот платья схватили. Белый вцепился зубами и я едва на пыльную дорогу не свалилась.

— Эй! Что за шутки! А ну отпусти.

Конь послушно отпустил. Я взглянула в его умные ореховые глаза и погрозила пальцем.

— Кусаться нехорошо! Стой смирно. Я быстро.

Конь заржал явно не соглашаясь с моим планом.

— Тише, тише! Не надо хозяина своего от дел отвлекать.

Конь мотнул головой и всхрапнул.

— Вот и умница. Я помочь ему должна. Вдруг он там один не справится? А ты тут постой. За это я тебе яблоко дам. Хочешь?

Конь посмотрел на меня с сомнением. Нет, вот правда. В его взгляде было столько сомнения в моих словах, что я даже застыдилась своего вранья.

— А можно я его яблоком угощу? — оконные ставни приоткрылись и оттуда выглянул один любопытный серый глаз. Затем появился курносый нос с россыпью веснушек. А затем и вихрастая голова с двумя смешными косичками.

— Можно. Он-мальчик хороший, детей не обижает. Правда, Белый?

Конь склонил голову. Понимает ведь! Я кивнула девочке. Та выбежала из дома и сестренку свою младшую захватила. Девочки были светленькие, с удивительно ясными серыми глазами. На чумазых, перепачканных сажей мордашках читалось любопытство.

— А вы откудава? Как нас нашли? Деревня наша посередь леса стоит. Староста говорил, что от царевых налогов да от рекрутства тока схоронясь спастись можно. И потому окромя своих тута путников не бывает. Ведь на дороге к нам заговоренный покойничек лежит, путь преграждает…

Девочка лет пяти смотрела на меня со смесью страха и любопытства. Я осмотрела детей. Обе одеты в простую одежду. Кажется, даже домотканую. Платья без пуговиц, лишь верёвочкой подпоясанные.

— Вы тут общиной живёте? Староверы что-ли?

Девчонки переглянулись. Ну и правда, что я у детей то пытаюсь выяснить. Они же маленькие ещё. Вот одной и трех лет нет. Прячется за спину сестры, которой самой то от силы лет пять.

— А хотите лошадку покормить? Хорошая лошадка, добрая, смирная.

Глаза девочек загорелись от предвкушения. А я добавила:

— Когда вернётся хозяин лошадки, то обязательно разрешит вам на ней покататься.

У детей лица в миг сделались скорбные.

— Это тот вой, что верхом был? С оружием?

Я кивнула, не понимая почему малышня скисла словно молоко на солнышке.

— Он самый. Это ловкий и сильный богатырь. Он разберется с обидчиками и вернётся.

— Эх… А лошадка кому достанется?

Я непонимающе поморгала.

— Что значит кому достанется?

— Ну, когда вой не вернётся, кому его лошадка достанется? Тебе?

Мы с Белым переглянулись. У обоих, видать, нехорошие мысли промелькнули.

— Что значит «когда не вернется»? Откуда?

Малышка пожала худеньким плечиком.

— Знамо откуда. С болота. Его ж Кикимора болотная сожрёт.

Я выдохнула. Малышня сказок начиталась.

— Не сожрёт. Подавится. Видели, какой он большой? А ещё он невкусный. Потому что вредный и злой.

Малышки переглянулись.

— Она и поболе съедала. Вот тятеньку нашего сожрала. А он бондарем был. И ростом был под самую крышу…

Я ахнула.

— У вас отца убили?

Девочка постарше утерла нос и кивнула. Младшая же схватила сестру за рубашку и притихла.

— Какая кикимора? Что тут у вас происходит? — я только договорила, как за домами вновь послышался женский визг.

Малышки разом кинулись ко мне и прижались. Я не ожидала такого. Обняла их и погладила по головам.

— Тихо-тихо, не бойтесь. Уверена, Яробор во всем разберется.…

Девочка постарше потянула меня за подол.

— Он Кикимору убьёт?

Я погладила белокурые вихры, которым бы не помешал шампунь.

— Что там за Кикимора такая? И кто так кричит страшно?

Малышки держались за мой подол крепко.

—Так мамка наша пропала на болоте вместе со своей сестрой старшей. Бабка заругалась на нас и в дом отправила. А сама деревню подняла, чтобы мамку нашу сыскать. Да только это все зря… Мамка за ягодами отправилась, а Кикимора ужас как не любит когда к ней на болото суются. Вот и забирает себе.

У меня внутри все похолодело.

— Что значит забирает?

— Ну кто к ней сунется, того к себе в болото затащит. Твой богатырь как раз туда и полез.

Я ахнула. Что же это получается, я сама того не ведая отправила Яробора к какой-то там Кикиморе, что в болото его утащит?

— Так, детишки, покормите нашего коня яблоками, если есть. А тётя сейчас вернётся. Кикиморе той, что на чужих богатырей рот разевает, волосья повырывает, и вернется… Я быстро.

Я оставила детей на попечении Белого или Белого под присмотром малышни, выдернула из шаткого забора палку покрепче и отправилась вглубь деревни.

Дома стояли тесно, дворы у каждого все как один пустые были. Народ среди бела дня куда-то подевался.

Обнаружились селяне на краю деревни, у самой кромки леса. Там, где начиналось болото. Толпа мирных жителей кричала и улюлюкала, тыча палками в болотную жижу. Туда же летели камни. А ещё и мусор разный. Это, видать, кто чем богат был, то к болоту и принес.

Яробора среди толпы я не обнаружила.

— Мир вам, селяне…— Я понятия не имела, как обращаться к последователям культа Кикиморы Болотной. — Я пришла с миром…. И с воином. Куда подевался он, не подскажите?

Жители перестали галдеть и обернулись ко мне. Женщины попрятались за мужчин, а те ощетинились на меня, наставляя рогатины и палки. Но я не дрогнула.

— Где воин мой, подскажете? Бабушка, может вы знаете? — я обратилась с милой старушке, что куталась в тёплый платок, хотя на улице было жарко.

— Так знамо где он… К Кикиморе отправился. — старушка прошамкала беззубым ртом и плюнула себе за плечо. Я заглянула ей за то плечо, заприметив ноги в знакомых лаптях.

— А! И вы тут! Ну и зачем мне соврали? Никакой дороги к городу тут нет! Лес да болото с Кикиморами.

При упоминании лесной нечисти толпа загудела. От сельчан отделился высокий, худой мужчина в годах.

— А ты, красна девица, откудава будешь? Чужачка ты. Как нашла нас?

Я ткнула за спину беззубой старушке.

— Вот тот старик меня обманом заманил. Сказал, что так к городу путь короче. А тут уж мой провожатый пропал! Куда дели воина? Верните немедленно!

Женщина, что стояла побоку, запричитала. Мужики переглянулись. А старуха беззубая закрутилась на месте, пытаясь рассмотреть того, о ком я говорила. Но как она ни крутилась, старика рассмотреть не смогла. И я тоже. Пропал старик.

— Вот и этот сгинул. Куда тут у вас мужики пропадают, а?

Вперёд вышла заплаканная молодая девушка, с длинной русой косой.

— Ох, твоя правда, чужачка. Кикимора проклятая всех без разбору забирает! Вот и сестрицу мою в топь заманила. Я же едва вырвалась из болота! А богатырь твой за сестрицей моей любимой отправился. Да только боюсь, что и он сам, соколик, сгинул уже!

Меня все это порядком утомило.

— Так. А ну разойдитесь. Шест мне подлиннее дайте. Пойду своего воина выручать.

Я подоткнула платье под поясок. Сапоги на мне были до колена. Хорошие, кожаные. Такие воды не должны бояться. А пиявок тем более.

Народ заволновался, пробежался по толпе шепоток.

— Куда тебе, милая?! Утопнешь! — беззубая старуха всплеснула руками.

— Не бойтесь, бабушка. Я в кружке ориентирования на местности состояла. Мы в походы ходили. И болото в практике тоже было. В самую топь не полезу. По краю пройдусь. Может Яробор зацепился где за корягу. Торопиться мне надо.

Молодая женщина быстро нашла мне палку. Пара мужиков мялись рядом, переступая с ноги на ногу и комкая в руках шапки.

— Уж прости ты нас, красна девица. Не можем мы с тобой отправиться. Кикимора болотная нас вмиг утащит!

Я и не ждала помощи. Видно было, что народ трусит. Но от сарказма не удержалась.

— Ну что вы! Не переживайте сильно. Вы, главное, мусора побольше в болото набросайте. Тогда уж Кикимора из болота сама выйдет и вас уж точно накажет. Я бы за такое наказала. Да и своего богатыря я сама как-нибудь спасу.

Селяне переглянулись, после взгляды потупили. А все же желающих отправиться со мной так и не нашлось.

Я перехватила палку поудобнее и подошла к краю топи. Болото было красивое. Таким, каким его на рисунках, в детских книгах рисуют. Лягушки вовсю квакали, стараясь переорать друг друга. Комары звенели так, что уши закладывало. То там, то тут что-то подозрительно булькало.

— Не боись, девонька. Я тута хаживал и не раз. Проведу. Ты только иди за мной след в след. А уж там я тебя выведу.

Я сама не ожидала, что вздрогну от этого тихого голоса рядом.

— Ух, дед, ну напугал. Я уж думала у меня с глазами что случилось. Все на тебя смотрели, а видела только я.

Я посмотрела на сухонького старика с бородой будто из пакли. Старик глянул на меня и виновато улыбнулся. При этом его живые темные глаза на обветренном лице посмотрели на старуху, что почти затерялась в толпе.

— Веди раз уж вызвался.

Старик кивнул и смело шагнул в топь. Я за ним следом, ступая туда же, куда и мой провожатый. Страха не было. Лишь тревога, что не успею помочь Яробору.

Старик шел быстро, ловко выискивая кочки. Один раз только моя нога соскользнула с неприметной тропки, которой вёл меня дед. Оперевшись о палку, я быстро отдернула ногу из топи. Отдышалась и поспешила за стариком. А тот уже скрылся под нависшей кроной деревьев.

Болото углублялось в лес. Становилось все темнее. Комары да мошки донимали, видимо, только меня. Старик ни разу не сбился с пути. А гнус как будто бы обходил его стороной.

Я начала уставать. Шест в руках становился все тяжелее. А мысль: «А не сглупила ли ты, Лада?» промелькнула уже дважды.

Я только решила окликнуть старика, как тот нырнул под разлапистую сосну и скрылся из вида. Пришлось поспешить за ним.

Я готова была увидеть все что угодно. Мне то и дело казалось, будто Яробор зовёт меня. То мерещилось, что в болоте он тонет. То корягу, то кочку за голову мужскую принимала.

А когда я за дедом последовала, то совсем не ожидала увидать дом.

Домик был низенький, сложенный из тонких брёвен, обложен мхом, а крыша покатая и со свисающей с кровли ветвями. Оттого то домик был малоприметный. Если бы не старик, я, вероятнее всего, мимо прошла.

Старик первым шагнул на ступеньку. Кашлянул, словно предупреждая хозяев, что гости на пороге. Я дошла до домика и тяжело дыша, позвала.

— Ау! Есть кто дома?

Глава 7

В доме кто-то был. И этот кто-то гостей не ждал. Мне сделалось нехорошо от злобного шипения.

— Кимушка, ты бы отворила дверцу? Я тебе гостью привёл. Попотчуй, хозяюшка.

— Кто там? — из-за двери высунулась пожилая полненькая женщина. Хозяйка болотного дома была странно одета. То ли сеть рыболовная зелёная, то ли от мешка какого ткань. На голове волосы сбившимся кулем придерживались платком. Лицо у хозяйки было злое. Увидев старика на пороге, женщина заругалась.

— Это ты, Седой? Ты что, совсем ополоумел? Какие гости? Али последний разум тебе отшибло?!
Старик потянул рубаху за ворот и виновато опустил голову.

— Не серчай, хозяюшка! Дело у неё к тебе. Ищет она воя, что за девицей увязался, да оба на болотах сгинули.

Хозяйка схватила стоящую у входа в избу метелку и не глядя на меня замахнулась на старика.