Няня особого назначения

Оставшись одна, я первым делом обследовала комнату. Спец агент есть спец агент. На предмет подслушивающих жучков, скрытых камер, потайных ходов. Ничего. Только пыль, паутина в углу и старый комод. Зато у окна обнаружила длинный, прочный шнур от тяжелой портьеры.

“Хм, – подумала я. – Запасной путь эвакуации. Никогда не помешает. Особенно в доме с беглыми гувернантками и плачущими служанками.”

Я закрепила один конец шнура за ножку кровати, а другой конец выбросила в окно. И тут мой взгляд упал вниз, в сад.

Под окном разворачивалась ужасная сцена. Красавица в платье цвета бордо с бешенством схватила за руку маленькую девочку. Малышка, лет пяти, тряслась как осиновый лист, заливая лицо слезами. Красавица что-то шипела, ее лицо, прекрасное издали, искажалось злобой. Вторую руку она занесла для пощечины.

********

Дорогие читатели! Литмоб #попаданка_в_гувернантки продолжается! И я рада познакомить вас с еще одной участницей!

https://litnet.com/shrt/8lOJ

Глава 4.

Раздумывать было некогда. По протоколу: “мышь” может проявлять спонтанность и выпрыгивать из-за угла.

Я схватила шнур, перекинула ногу через подоконник и начала спускаться. В длинном платье это оказалось сложнее, чем нормативы капитана Гарсиа. Но и цель здесь была не лейтенантские звездочки.

Юбка путалась между ног, надувалась парусом, цеплялась за все выступы. Я барахталась, сползала, ругалась шепотом на всех знакомых мне языках, чувствуя себя мешком с картошкой на веревке.

“Так, сосредоточься! Двумя руками! Ноги чуть согнуть! И не смотри вниз! Особенно на эту стерву!” - пронеслось в голове.

Приземлилась я не очень грациозно, но целая. Платье теперь украшали несколько новых дыр и хороший слой садовой грязи. Я не стала церемониться. Рывок вперед! Я встала между красавицей и ребенком как живой щит, ловко перехватив запястье нападавшей в тот самый миг, когда рука понеслась вниз для удара. Блокировка была чистой, отработанной на тренировка тренировках тысячу раз.

— Нет! — спокойным голосом произнесла я, глядя женщину прямо в глаза. Будто не произошло ничего странного. — Не делайте этого.

Красавица остолбенела. Ее рот открылся в немом вопле возмущения. Девочка затихла за моей спиной, уцепившись за мой грязный подол.

– КАК?! – прошипела красавица, вырывая руку. – Кто ты такая?! Как ты посмела?! Я – леди Элеонора! Невеста лорда Хартлока! Я…

Ее голос оборвался на самой высокой ноте.

Леди Элеонора. Невеста Кейдена Хартлока. Моего работодателя и объекта?

Я медленно перевела взгляд с разъяренного женского лица на свою руку, все еще держащую запястье. На свое платье, покрытое грязью и листьями. На девочку за спиной.

“Вейхард!” — заорал у меня в голове капитан в состоянии, близком к инсультному. — “Ты только что “обезвредила” будущую жену объекта. В первый же час работы. Твой “последний шанс” длился меньше, чем варка яйца пашот!”

“Пора искать себе такую же сговорчивую лиану как у того, длинноухого,”— подумала я. (Промокод к роману "Лавка Магических Гадостей" rDTYw7MR)

Эта самая Элеонора, увидев мое замешательство, выдохнула, и в ее глазах загорелись зеленые огоньки чистой ярости вперемешку со злорадством.

— Не знаю кто ты такая, но обещаю, что мой жених пустит тебя на корм!

Я замерла, все еще держа женское запястье, а ее ядовитый шепот висел в воздухе: "...пустит на корм!" Корм? Крокодилам? Питонам? Или, учитывая местную фауну, тем самым муравьям, на чьем домике я проснулась? Бррр. Рептилии – не мой конёк. Особенно чешуйчатые и голодные.

— Осмелюсь поинтересоваться, – раздался за моей спиной голос, – что тут происходит?

Я медленно, очень медленно, разжала пальцы. Элеонора мгновенно преобразилась. Гнев сменился сладкой, дрожащей улыбкой, глаза наполнились слезами обиды. Невеста ринулась к мужчине, появившемуся из тени плакучей ивы.

— Дорогой Кейден! – заверещала она. – Это… Эта… Она напала на меня! Вырвала бедную Клару из моих заботливых рук и чуть не сломала мне запястье! Посмотри на мою кожу! Останутся синяки! И взгляни на её платье! Может она сумасшедшая или воровала свиней в сарае? А еще спустилась по верёвке из окна! Как настоящая преступница!

Мысленно поставив леди "пять" за артистизм и "кол" за правдивость, я осторожно повернулась.

И вновь натолкнулась на изучающий взгляд темных глаз лорда Хартлока. Он стоял расслабленно, но в его фигуре чувствовалась скрытая сила.

При свете дня мне удалось рассмотреть его лучше, чем в темном холле.

Его плечи были широкими, его лицо с резкими, благородными чертами казалось высеченным из гранита: твердый подбородок, высокие скулы, властный нос. Легкий румянец на щеках лишь подчеркивал его жизненную силу. Но главным были его глаза - темные, с холодным, пронзительным оттенком. Его взгляд был настолько прямым и всевидящим, что у меня перехватило дыхание. Под этим изучающим, невероятно осознанным взглядом я почувствовала себя абсолютно обнаженной, словно он одним лишь усилием воли мог видеть не только мое испачканное платье, но и все тайны, что я так тщательно скрывала.

Инстинктивно, без единой лишней мысли, я активировала протокол "Серая Мышь". Плечи слегка ссутулились, дыхание стало почти бесшумным, взгляд потух и сместился чуть в сторону, к краю его камзола. Я растворилась в пространстве, став для окружающих не более заметной, чем тень от плакучей ивы. На мне не было ничего вызывающего, кроме брошки-ящерки от Мод, но теперь даже эта маленькая деталь казалась мне кричаще яркой.

— Леди Элеонора, – мужской голос оставался ледяным, но в нём появилась едва уловимая нотка усталости. —Пожалуйста, успокойтесь. Вы пугаете Клару. – лорд кивнул на девочку, которая снова заплакала, уткнувшись в мою грязную юбку.

Затем мужской взгляд медленно, неумолимо скользнул ко мне. От грязной обуви, через испачканное платье с оборками, к моему лицу. Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Не страх. Скорее, инстинкт дикого зверя, почуявшего более крупного хищника.

— А вы, – произнёс он, растягивая слова, - мало того, что прибвли без вещей. В... неподобающем облачении. Еще и практикуете не менее странные методы покинуть мой дом. – его взгляд на мгновение скользнул к окну моей комнаты и свисающей верёвке. – И, судя по всему, методы воспитания детей у вас тоже нестандартные?

Я собрала остатки достоинства, которое ещё не растеряла при спуске с проклятой верёвки.

“Вдох. Выдох. Помни, ты спецагент. И перед тобой стоит твой последний шанс”.

— Александра Вейхард, – я попыталась сделать реверанс. Получилось что-то похожее на судорогу. Кринолин предательски хрустнул. — Я уже докладывала вам, что меня ограбили по дороге к вам. — ложь лилась сама собой. — Потому платье пришлось позаимствовать у доброй старушки. Что касается методов... – я осторожно потянула Клару чуть вперед, — я просто помешала этой даме нанести ребенку физический вред. Считаю, слова работают лучше.

Элеонора аж поперхнулась от возмущения. А Хартлок даже не дрогнул. Его темные глаза продолжали буравить меня.

— Физический вред? – он повторил с лёгкой усмешкой. — Леди Элеонора? Вы уверены, госпожа Вейхард, что падение с высоты не повлияло на ваше восприятие? Моя невеста известна своей... деликатностью.

“Деликатностью кита-убийцы”, – промелькнуло у меня в голове, но я, с героическим усилием, удержала язык за зубами.

— Я видела занесённую руку, – парировала я. – И слышала угрозы. В том числе... насчёт "корма". – я специально сделала паузу, наблюдая за его реакцией.

Ничего. Ни тени удивления или смущения. Только холодная маска. Мужчина перевёл взгляд на Элеонору.

— Дорогая, ты что-то говорила про корм?

— Н-нет! Конечно нет! – залепетала женщина. — Возможно, эта сумасшедшая услышала, как я интересуюсь у Клары, ужинала ли она. Но Кейд, эта ненормальная опасна! Посмотри на неё!

Лорд Хартлок посмотрел. Снова на меня. Долгим, тяжёлым взглядом. Я чувствовала, как под этим взглядом тает последняя надежда на "последний шанс". Щёлк. Трибунал. Позорная отставка. Пенсия в двадцать пять лет. Или кормёжка крокодилов.

— Она останется, – произнёс он неожиданно. — Пока. Борк выдаст ей... более подходящую для гувернантки одежду. И соответствующие инструкции.– его взгляд скользнул по моему платью с явным отвращением. — Клару отведите в её комнату. Успокойте. Элеонора, идёмте. Нам нужно обсудить предстоящий приём.

Он развернулся и пошёл прочь, не дожидаясь ответа. Элеонора бросила на меня взгляд, полный такой лютой ненависти, что я физически почувствовала жар. Невеста фыркнула и поплыла вслед за женихом, бросив на прощание:

– Увидимся, госпожа Вейхард. Очень скоро.

Я стояла, приобняв дрожащую Клару, и пыталась осознать произошедшее. Я впуталась в драку с невестой “объекта” в первый же час. Меня застали спускающейся по верёвке из окна. Я выглядела и пахла, как скунс. И... меня оставили. Пока. Что это? Испытание? Отсрочка перед казнью?

– Пойдём, мелкая, – вздохнула я, пытаясь придать голосу хоть каплю уверенности и повернулась к Кларе, – Покажешь мне свою комнату. У тебя есть… Во что там девочки обычно играют? Куклы?

Девочка лишь всхлипнула в ответ и крепче вцепилась в мою юбку. Я повела ее по дорожке обратно к дому, все еще ощущая тяжёлый, ненавидящий взгляд леди Элеоноры, будто она стояла за моей спиной.

Мы прошли мимо клумбы с какими-то странными, почти чёрными розами. Вдруг Клара резко остановилась и потянула меня за рукав. Девочка подняла палец, указывая куда-то вверх, за мою спину. Её глаза были широко раскрыты не от страха, а от... изумления.

Я быстро обернулась, стараясь максимально закрыть собой ребенка от предполагаемой угрозы. Но небо было чистым, ясным. Видимых угроз я не обнаружила.

— Все хорошо, Клара. Ничего нет. Ты в безопасности. — Я развернулась, чтобы успокоить девочку.

И замерла с широко раскрытым ртом.

На месте Клары сидел… миниатюрный дракончик с глазами цвета весенней листвы.

— В такую погоду лучше все же носить панамку…— прошептала я и прикрыла глаза. Потом решила не мелочиться и прилегла на газон. Без лишних вопросов.

*******

Новинка в литмобе "Попаданка в гувернантки"!

https://litnet.com/shrt/MbiT

Глава 5.

Я открыла глаза. Мир медленно выплывал из темноты. Сознание цеплялось за реальность сквозь густой туман. Первое ощущение – жесткая, неровная поверхность под спиной. Кровать. Не моя, конечно. Та самая, в комнате на втором этаже, что отвели мне в поместье лорда Хартлока. Затем пришел гул. Воздух пах пылью, ромашкой и чем-то лекарственным.

Надо мной склонилась та самая напуганная горничная. Ее лицо, бледное и осунувшееся, было близко. Широко раскрытые глаза, полные тревоги, теперь засветились искренним, почти детским облегчением. Она даже руку к груди прижала, как будто молилась за мое пробуждение.

— О, вы живы! – вырвалось у нее, и в голосе дрожали слезы радости. Она едва не расплакалась.

Я попыталась сглотнуть. Горло было сухим, как пустыня.

— Да, есть такой досадный недостаток, – пробормотала я, с трудом отрывая голову от жесткой подушки и пытаясь сесть. Мир немедленно ответил резким качком, стены поплыли, а гул в голове усилился, заставив меня схватиться за край кровати. Головокружение накатило волной. — Как тебя зовут? – выдавила я, когда комната более-менее устоялась.

— Лора, госпожа Вейхард, – ответила горничная, почтительно склонив голову. Ее пальцы нервно перебирали складки белоснежного передника.

Я поморщилась. Не только от новой волны гула, накатывавшей с удвоенной силой. Это величание «госпожа Вейхард» резануло слух, напомнив о всей этой дурацкой, чопорной иерархии, в которую я так неудачно влипла. Здесь я была не Александра Вейхард, а госпожа гувернантка. Нужно было играть роль.

— Лора, просто Александра, – сказала я тверже, пытаясь поймать взгляд горничной. — Не обязательно меня так звать. Мы, вроде как, тут… в одной лодке. Движемся куда-то. Хотелось бы, чтобы не ко дну.

— Ха! Лодка твоя дырявая! И башка тоже! – раздался хриплый, как пила по дереву, голос из угла у окна. Мужчина, которого я не сразу заметила в полумраке, оторвался от шторы, шнурок которой он нервно подергивал. Его коренастая, плотная фигура казалась вытесанной из дуба. Он повернулся, и его лицо, похожее на старую, потрескавшуюся кожуру, было не читаемо. Глубоко посаженные глаза сверлили меня. — Это надо же?! С кулаками на леди Элеонору накинуться? В доме лорда Хартлока?! Вас, что в вашем… агентстве… ничему путному не учат? Только головы дуракам морочить да честных людей пугать? – он фыркнул, но интонация была двойственной. То ли он меня отчитывал за безрассудство, то ли с каким-то злобным восхищением констатировал факт невероятной наглости. Может, и то, и другое. Его слова об "агентстве" прозвучали с особой язвительной интонацией, заставив меня внутренне насторожиться.

Я вопросительно глянула на Лору. Та поджав губы, недовольно глянула на мужчину. Потом повернулась ко мне и тихо шепнула.

— Дворецкий. Господин Борк. Это он добежал первым до лорда Кейдена. И его светлость самолично принес вас сюда. Уложил в кровать. Сказал приглядеть. Ух! Видела бы ты лицо леди Элеоноры в тот момент! Быстро же ты обзавелась врагом, Александра.

Хартлок сам принес меня? На руках?! И в кровать уложил?! Да его невесту удар хватил, это точно. Не с того я начала работу. Тихо мне надо было бы сидеть. Как “серой мыши”. Ну где это видано, чтобы кот “мышь” до постели таскал?

Я оглядела комнату. Первое впечатление подтвердилось. Да, та самая, мое временное убежище. Большая, с высоким потолком. Из мебели здесь кровать, кресло у небольшого камина, резной комод и туалетный столик. Все было добротным, из настоящего дерева. Никаких тебе пластиковых стульев.

В голове нехотя закралась мысль. Но я постаралась ее откинуть. Нет же… Это последствия трудной переброски агента.

В углу комнаты, в глубоком кресле сидела Клара. Девочка. Обычная на вид. Худенькая, бледная, как только что выпавший снег. Глаза, большие и доверчивые, были опухшие, красные от слез, подернутые влажной пеленой. Совсем ребенок, маленький комочек несчастья, сжавшийся в уголке. Никакого намека на того крошечного, переливающегося чешуйками дракончика, которого я, как мне казалось, отчетливо увидела перед тем, как мир погрузился во тьму.

“Сотрясение, – подумала я с горечью, пытаясь унять дрожь в руках. – Классика. Галлюцинации. Говорят, после хорошего удара и не такое померещится. Особенно в таком нервном напряжении и в этом странном, гнетущем месте. Дракончики… Бред! Надо держаться реальности. Ребенок – вот реальность. Испуганная, одинокая, нуждающаяся в защите.”

— Эй, ты в порядке? – спросила я, стараясь сделать голос максимально мягким, несмотря на гул в висках и подступающую тошноту. Все же общение с детьми не самая моя сильная сторона. Да только вариантов у меня нет. — Никто тебя не тронул? Тебе не больно?

Клара молча покачала головой, уткнувшись взглядом в свои колени, зажатые тонкими руками. Ее пальцы судорожно сжимали складки красивого зелёного платьица. Но вот ровно на одно неуловимое мгновение мне показалось, что в глубине ее больших, влажных, изумрудно-зеленых глаз мелькнуло что-то… большее, чем просто страх или печаль. Что-то острое, колючее, быстро скрытое под опущенными ресницами. Чувство вины? Или паническая растерянность? Оно исчезло так же мгновенно, как и появилось, оставив после себя лишь смутное, тревожное недоумение.

“Или это тоже игра моего травмированного мозга?” – подумала я, чувствуя, как холодок пробегает по спине.

Рядом с кроватью возник тот самый дворецкий Борк. Он подошел бесшумно, как тень, возникнув из полумрака. Его присутствие ощущалось физически – тяжелое, давящее. Он хмуро, оценивающе осмотрел меня с ног до головы, его взгляд, холодный и недобрый, скользнул по запыленным ботинкам, порванному подолу платья Мод, задержался на мокрой, прохладной тряпке, которую Лора безуспешно пыталась водоузить мне на лоб.

— Всего полчаса без сознания провалялась, – проскрипел он, и в его голосе звучало откровенное раздражение, смешанное с презрением, — а возни вагон и маленькая тележка! Весь дом на ушах. Прием, понимаешь ли, со дня на день! Важные гости уже съезжаются, экипажи у ворот гремят, а новая нянька – тю-тю! Без чувств! И Лео, как назло, опять пропал. Куда-то слинял, негодник. Найти его – теперь твоя святая задача, «гувернантка»! – он произнес это слово с такой ядовитой издевкой, что оно прозвучало как оскорбление. — Иначе, поверь мне на слово, выставят тебя за ворота еще до того, как ты пикнуть успеешь. И даже твое… агентство… не поспеет. Если оно вообще существует.

Лора, стоявшая рядом, вдруг потянула меня за грязный, порванный рукав платья Мод. Ее прикосновение было осторожным, но настойчивым.

— Тебе переодеться надо, Александра! Срочно! – прошептала она с неподдельным ужасом. — В таком виде… к гостям нельзя! Никак нельзя! Это же скандал! Позор на весь дом!

Она была права. Платье Мод, и без того не первой свежести, было изорвано в нескольких местах, щедро испачкано в пыли и грязи пола, а на локте зияла темная дыра. Я выглядела не просто неряшливо – я выглядела, как после ночного дежурства с погонями по трущобам, перестрелкой и задержанием особо буйного. Совсем не образ респектабельной гувернантки. Угроза для миссии. Нужно следовать протоколу.

Борк буркнул что-то неразборчивое про “бабские дела” – презрительное, снисходительное – и, не дожидаясь ответа, развернулся и вышел, хлопнув дверью с такой силой, что по стене пробежала трещинка.

Лора помогла мне снять платье. Процесс был мучительным из-за слабости и головокружения. Ткань скрипела от грязи. И вот, когда верхний слой позора был сброшен, горничная увидела под ним мой костюм из умной ткани. Ее реакция была мгновенной и красноречивой. Глаза округлились до невероятных размеров, рот приоткрылся. Темный, почти черный, материал костюма странным образом не был однородным – он словно впитывал тусклый свет комнаты, становясь чуть светлее у окна и глубже в тени. Ткань была тонкой, но плотной, с едва уловимым переливом при движении. Лора с удивлением, почти благоговейно, потыкала пальцем в рукав.

— Вторая кожа?! – прошептала она, пораженная. В ее голосе смешались страх и восхищение перед невиданной технологией.

Я расстегнула костюм по горлу и пробурчала, чувствуя, как прохлада воздуха касается разгоряченной кожи:

— Можно и так сказать. Это удобно. Практично. Мне бы его постирать… – добавила я с тоской, разглядывая грязные манжеты. — Не знаю, на сколько я тут застряла.

Фраза прозвучала мрачнее, чем я планировала.

Лора сочувственно, почти по-матерински, положила мне руку на плечо. Ее прикосновение было теплым и неожиданно утешительным.

— Понимаю, – тихо сказала она, и в ее глазах мелькнуло что-то знакомое – усталость от этой жизни, от этого места. — Но долг… отдашь, и может тебя помилуют.

В ее голосе прозвучала скорее надежда, чем уверенность.

Я хмыкнула.

— Долг родине? – уточнила я, пристально глядя на Лору, пытаясь уловить малейшую реакцию. — Это ты имела в виду? Да, думаю помилуют. — Я попыталась вложить в голос уверенность, которой не было. — И в должности восстановят, и звание повысят. Надеюсь, не посмертно…

Лора поникла. Мои слова о "родине" и "звании" явно не вызвали у нее энтузиазма. Ее плечи опустились, взгляд потух. Но вдруг она встрепенулась, словно вспомнив что-то очень важное и неприятное. Ее взгляд метнулся к дверям.

— Мне бежать надо! – выпалила она, уже отстраняясь. При этих словах девушка вздрогнула, (промокод "Лавка Магических Гадостей" — 7BFNfAfr ) и по ее лицу промелькнула тень страха. — Я помогу тебе переодеться. Быстрее!

Лора помогла мне натянуть серую, унылую, мешковатую униформу гувернантки. Ткань была грубой, колючей. Корсет, конечно, был пыткой, сдавливая ребра, но, к моему удивлению, он был слабее, чем у Мод – видимо, гувернантке полагалось больше свободы движений, чем светской даме. Теперь я была больше похожа на серую, унылую мышь, затерявшуюся в углу. Но зато чистая.

Лора, закончив шнуровать последние крючки, отступила на шаг, окинула меня беглым взглядом и, не прощаясь, почти выбежала из комнаты, оставив меня наедине с Кларой и своими мыслями. В тишине, нарушаемой лишь тиканьем старых часов на камине, я проворчала:

— А капитан был прав. – я поймала свое отражение в мутном отражении зеркала над комодом. Серая тень с усталыми глазами. — Операция под кодовым названием “Серая мышь” начинается.

И только я решила приступить к обязанностям, как раздался требовательный стук в дверь. Так стучать мог только человек, который мог, при желании, открыть двери в любой момент. А этот стук… Так, дань вежливости, не более. И человек, стоящий за дверью, ясно давал понять, что я всегда должна быть настороже.

Ещё одна история в Литмобе #попадпнка_в_гувернантки

https://litnet.com/shrt/1tKK

Глава 6.

Требовательный и настойчивый стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Я мгновенно выхватила из кармана спецкостюма плоский, черный коммуникатор, единственную нить, связывающую меня с агентством и капитаном Гарсиа и сунула его в карман платья, где он растворился в складках грубой ткани. Сам спецкостюм я ногой затолкала под кровать.

— Войдите, — произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал ровно и безлико.

Дверь открылась без скрипа, и в проеме возник тот самый лорд Кейден Хартлок. Он не просто вошел – он заполнил пространство комнаты. Высокий, мощно сложенный, с широкими плечами, которые казались еще шире в темном, отлично сидящем камзоле. Его присутствие было физическим давлением, как перед грозой. Смуглая кожа, резкие черты лица, которые в другом контексте могли бы сойти за аристократически утонченные, здесь казались высеченными из гранита. Но главное – глаза. Они не сканировали, как раньше. Они впивались. В меня, в комнату, в каждый уголок, словно ища слабину, трещину в моем облике гувернантки. Под этим взглядом я почувствовала себя уязвимой. Тревога, холодная и цепкая, сжала желудок. Было в нем что-то хищное, неукротимое, и одновременно… томящее. Опасность, завораживающая своей мощью.

Он окинул взглядом комнату, его взгляд скользнул по сжавшейся в кресле Кларе. Девочка, увидев его, не испугалась, а улыбнулась. Кейден кивнул ей, коротко, без улыбки, но в этом жесте не было ни угрозы, ни презрения. Было что-то вроде… привычного признания. “Ты здесь. Я тебя вижу”. Для меня, наблюдающей за каждым микродвижением, это был важный штрих. Он относился к племяннице с некой сдержанной, но подлинной долей внимания. Не как к обузе.

— Госпожа Вейхард — его голос был низким, бархатистым. — Надеюсь, вы оправились от вашего… внезапного знакомства с газоном? Слабовато, чтобы быть гувернанткой для двух детей, не находите? — в его глазах мелькнул холодный огонек насмешки. Будто он знал, что это был не обморок от нервов или от жары. Мужчина поддевал легко, словно проверяя мою реакцию.

Я пропустила колкость мимо ушей, как пропускают назойливую муху. И встретила его взгляд спокойно, почти равнодушно. Я промолчала, хоть это и стоило мне немалых усилий. Все же “Серая мышь” давалась мне не совсем просто. Эх! Вот если бы протокол “Гремучая змея”. Стереть эту ухмылку с чертовски привлекательной морды было бы истинным наслаждением!

— Ваша выходка с леди Элеонорой, — продолжил он, делая шаг по комнате. Как бы невзначай, поддел покрывало на кровати, провел пальцем по каминной полке, — была, безусловно, излишней. Грубой. Непростительно самонадеянной для гувернантки в первый же час работы. — он сделал паузу, и его темные глаза задержались на моем лице. — Но, не могу не отметить, что очень эффективной. Никто и никогда не осмеливался так себя вести с ней. Из слуг, я имею ввиду. — в его голосе прозвучало нечто, заставившее меня внутренне насторожиться. Не восхищение. Скорее… удовлетворенное констатирование факта. И легкое, едва уловимое презрение к той, о ком он говорил. Презрение к Элеоноре? Я мгновенно сложила пазл: леди Элеонора желала выйти замуж. И видимо делала столь отчаянные попытки ускорить процесс, что выходила за рамки? А он видел ее насквозь и не одобрял за попытки взяться за воспитание племянников? Интересно! А может он и вовсе не желает жениться?