Брат жениха. Запрет на любовь

В голове кружил рой мыслей, они вились и бились словно пчелы в банке, но ни одна не могла найти выход.

Алекс посмотрел на меня и подтолкнул мою руку со стаканом.

Я резко выдохнула и сделала приличный глоток. Тут же закашлялась и начала хватать воздух ртом.

Перед глазами возникла рука Алекса. Большая, с крупными пальцами с коротко обрезанными ногтями, с выступающими венами. Я непонимающе посмотрела на мужчину.

— Закуси.

И тут я рассмотрела маленький кусочек шоколада в его пальцах. Стало неловко, и я поспешила взять губами сладость, чтобы замять неловкость.

Когда мои губы коснулись его пальцев, мне показалось, что мужчина напрягся, но разжал пальцы и я съела шоколад, облизнув нижнюю губу.

Еще один быстрый взгляд на мужчину, я хотела задать вопрос, но увидела его тяжелый, потемневший взгляд. Его зрачки расширились и затопили радужку практически полностью.

И тут я осознала что я сделала! Кровь прилила к щекам и мне резко стало жарко.

Почему я рукой-то не взяла дольку? Мамочки…

Глава 11

Алкоголь прокатился по пищеводу огненной волной, ненадолго согревая изнутри. В голове тихо зашумело. Напиться и забыться – идея, конечно, привлекательная, но это, к сожалению, ничего не изменит.

— Ты собираешься помогать Максу, спасать его? — задала я вопрос, который мучил меня с самого появления Алекса.

— Нет, — коротко ответил он, не отрываясь от созерцания шаров на бильярдном столе.

— Как нет?! — Я была ошарашена.

— Мне не нужна война с этими людьми, — Алекс повернулся ко мне, и в его глазах читалась холодная решимость.

— Но… как же? Он же твой брат!

— Сводный, — отрезал Алекс.

Я стояла, не зная, что и сказать. Для меня это было дикостью. У нас в семье было принято стоять за всех горой, несмотря ни на что.

Я скрестила руки на груди в защитной позе, и вся сжалась, чувствуя себя маленькой и потерянной в этой роскошной, но холодной комнате. Не понимала, как быть, кому верить, на что надеяться.

— Да ладно, выдыхай, — Алекс подошел ближе и положил руку мне на плечо. Его прикосновение было неожиданно теплым и успокаивающим. — Мои ребята работают. Но ситуация крайне серьезная. На этот раз Макс себя переплюнул.

Его лицо было хмурым, а голос звучал раздраженно.

— Это не первый раз? — с трудом выдавила я.

— Боюсь, что даже не пятый. Из какого только дерьма я его не вытаскивал… — Он усмехнулся как-то с горечью. — Не знала ничего о своем будущем муженьке, да?

Его злая насмешка больно кольнула. Вновь вернулись мысли о несостоявшейся свадьбе, о родителях, которые должны были приехать…

— Алекс, пожалуйста, предупреди моих родителей, чтобы они не беспокоились, — попросила я, чувствуя, как к горлу подступает ком. — Они ведь с ума сойдут, когда приедут в наш… в дом, где мы жили, и увидят там разгром.

Алекс нахмурился, какое-то время подумал, потом выдал:

— Можешь написать им короткую записку. Без каких-либо объяснений, сама понимаешь. Напиши так, чтобы они поняли, что это ты, и не натворили глупостей. Сидели и ждали.

— Ох, не знаю, папа всех на уши поднимет.

— Значит, напиши так, чтобы он этого не делал. — рявкнул она, а я сжалась, — Я не шучу. Им лучше не встревать в это дело, если не хотят неприятностей и для себя.

Я замолчала понурившись.

Алекс, словно очнувшись от раздумий, плеснул себе еще виски, отошел к массивному бильярдному столу, сделанному из темного дерева с инкрустацией из слоновой кости.

Даже не играя, стол излучал ауру роскоши и богатства, так же как и весь интерьер комнаты – тяжелые бархатные портьеры, кожаные массивные кресла. Все кричало о деньгах, больших деньгах. От этой мысли стало еще тяжелее. Я не понимала, что Алекс за человек и связан ли он с криминалом. Да и в целом с кем я связалась и что ждет меня дальше…

— Ты играешь? — вдруг спросил он, поворачиваясь ко мне, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на вызов.

От растерянности я даже ответила.

— Я пробовала когда-то давно… — пробормотала я, чувствуя, как щеки заливает краска. — Но играю я плохо.

Мне было неловко. Я вдруг остро осознала, что в халате, надетом на тонкую пижамку в доме незнакомого, но чертовски привлекательного мужчины, и веду себя как… как глупая девчонка. И хотя паника немного отступила, я понимала, что уснуть теперь вряд ли смогу.

— Сыграем? — Алекс чуть склонил голову, и уголок его губ приподнялся в легкой усмешке. В этом жесте было что-то хищное, заставляющее меня нервно сглотнуть.

Я подняла глаза, встречаясь с его взглядом. В нем читалась смесь веселья и… чего-то еще, неуловимого, отчего по телу пробежала дрожь.

Мужчина отставил стакан, взял кий и, опершись на стол, стал небрежно катать шары, собирая их в рамку. Каждое его движение было плавным и уверенным, полным какой-то животной грации. Я не могла отвести глаз, завороженная этой непринужденной силой.

— Я… я, правда, не очень… — начала я, но он перебил меня, протягивая мне кий.

— Не бойся. Я не кусаюсь, — произнес он с легкой иронией в голосе, и его взгляд задержался на моих губах. — По крайней мере, не всегда.

От этой фразы жар разлился по всему телу. Я поспешно взяла кий, стараясь не встречаться с ним взглядом. Рука дрожала, и я сжала древко крепче, пытаясь унять внезапную нервозность. Бильярд внезапно перестал казаться просто игрой. В воздухе повисло напряжение, которое можно было почти потрогать.

— Начнем игру? — усмехнулся Алекс. — Знаешь, как кий держать? Разбивай.

Я постаралась вспомнить все, что когда-либо слышала о бильярде. Нервно сглотнув, встала у стола прицеливаясь. Хотела ударить как можно сильнее, чтобы хоть как-то замаскировать свою неловкость, но кий соскользнул, и шар лишь чуть откатился в сторону, даже не задев остальных.

Досадливо цокнув языком, я потянулась за ним, чтобы вновь поставить в центр. И тут меня сзади обхватили сильные руки, крепко прижимая к горячему мужскому телу.

Глава 12

Алекс подошел ко мне настолько близко, что едва касался меня сзади, зато всем телом! Его большие, сильные руки обхватили мои ладони и сжали.
У меня сбилось дыхание и меня мелко затрясло.

От него пышело жаром, обжигая даже сквозь все слои моей одежды. Я замерла, словно парализованная, чувствуя, как его дыхание опаляет кожу на шее. Горло словно сковало.

Аромат его парфюма, такой терпкий и обволакивающий. Пахнущий морем и перцем будоражил рецепторы, заставляя дышать им. И меня от него просто уносило…

В голове бурлил рой мыслей. Зачем так близко? Разве так можно? Но было так приятно, и так запретно, что я не могла заставить себя оттолкнуть его.

— Так дело не пойдет, — прошептал Алекс мне на ухо, его голос был низким и хриплым. — Давай покажу.

Я лишь сглотнула.

Он наклонился, прижимаясь ко мне еще теснее. Я почувствовала его твердое тело, обнимающее меня, вжимающее в себя… Его пах коснулся моих ягодиц, и дыхание перехватило окончательно. Я еле сдержала слабый стон, который рвался из груди от неожиданности всей этой ситуации. Голова кружилась от близости, от осознания того, что происходит нечто запретное, неправильное, но отчего-то безумно притягательное.

Я слабо дернулась в слабой попытке, но он сжал лишь сильнее…

Алекс же продолжал как ни в чем не бывало! Его голос даже не дрогнул!

— Расслабь руку, — он сказал рядом с моим ухом, поправляя мои пальцы на кие. — Вот так. Держи крепче, но без напряжения.

Я очень старалась сосредоточиться, но этот мужчина вызывал во мне оторопь. Или же это алкоголь на меня так действовал?

Его рука легла поверх моей, и я почувствовала, как по телу пробегает дрожь. Аромат его парфюма, терпкий и мужественный, окутывал меня, словно облако, дурманя и лишая воли. Я словно парила в каком-то зареве, и по венам разливалась лава.

Что со мной? Я никогда так не реагировала ни на одного из мужчин! С Максом у нас были спокойные отношения, размеренные. Здесь же меня трясло так, словно окатывали по очереди то ледяной водой, то кипятком. И я никак не могла собрать себя в кучу и успокоиться!

Это был какой-то страх, смешанный с предвкушением неизвестно чего.

— Теперь прицелься, — прошептал он, прижимаясь ко мне еще сильнее, и я забыла, как дышать. — Чувствуешь, как нужно ударить?

Его пах терся о мои ягодицы, вызывая волну странного, сладкого жара, растекающегося по всему телу. Мысли путались, сопротивление таяло. В этот момент я не думала о Максе, о предательстве, о последствиях. Были только его руки на моих, его дыхание на моей коже, его тело, прижимающееся ко мне, и бешено бьющееся сердце.

— Ударь, — скомандовал он, и его голос прозвучал неожиданно резко.

Я невольно вздрогнула и, повинуясь его команде, резко толкнула кий. Шар покатился по столу, ударяя по другим шарам с глухим стуком.

— Видишь? — Алекс отстранился, и я тут же почувствовала, как мне стало холодно без его тепла. — Не так уж и сложно.

Я молчала, пытаясь отдышаться и справиться с эмоциями, которые бушевали внутри. Стыд боролся с желанием, страх — с возбуждением. Это было неправильно, безумно, но я не могла отрицать, что мне понравилось.

Жар, разгоревшийся во мне от его близости, тут же сменился волной стыда и смущения. Я не знала, куда себя деть, куда спрятать пылающие щеки и дрожащие руки. Почему я так остро реагировала на этого мужчину? Ведь мне нельзя было даже думать в эту сторону! Он – брат моего жениха, пусть и сводный, пусть свадьба не состоялась, но должны же быть какие-то нормы приличия, морали…

Мысли вихрем кружились в голове. С одной стороны, я злилась на себя за эту слабость, за эту предательскую дрожь, пробегающую по телу от одного его прикосновения. С другой – не могла отрицать, что его близость пробуждала во мне что-то неизведанное, пугающее и одновременно манящее. Чувствовала себя бабочкой, летящей на опасный, но завораживающий свет.

В этот самый момент резкий звонок телефона прорезал напряженную тишину. Алекс, словно по щелчку, изменился в лице. Вся его расслабленность, игривость исчезли в одно мгновение, сменившись жесткой сосредоточенностью. Он ответил на звонок, и перебросившись парой фраз с говорящим, коротко бросил:

— Иди в свою комнату.

Он резко развернулся и вышел.

Я растерянно стояла, сжимая двумя ослабевшими руками вмиг потяжелевший кий, и растерянно смотрела ему вслед.

Его тон не допускал возражений. Испугавшись этой резкой перемены, я поспешила к лестнице. Поднявшись из подвала на первый этаж, я увидела Алекса, разговаривающего с двумя охранниками. Он говорил на повышенных тонах, и я невольно замедлила шаг прислушиваясь.

— …приехали какие-то люди, четыре машины, — докладывал один из охранников. — Люди в камуфляже, все подняты в ружье. Позвонил, вызвал подмогу.

В этот момент Алекс обернулся и увидел меня, застывшую на лестнице. Я стояла не жива не мертва, парализованная страхом. Он резко рявкнул:

— Планы изменились. Быстро в подвал! И закрой за собой дверь на засов. Сиди и не выходи, пока за тобой не приду я!

Его слова прозвучали как приговор. Сердце ухнуло куда-то вниз. Подвал… Я бросилась бежать, слепо следуя его приказу, гонимая ужасом. В голове билась только одна мысль: что происходит? И что будет дальше?

Глава 13

Спустившись в подвал, я дрожащими руками задвинула тяжелый засов, и прислонилась спиной к массивной деревянной двери с вкраплениями металлических перемычек. Холод ожог спину, подталкивая двигаться дальше. Уши заложило от стука собственного сердца.

Еще недавно такая интересная комната с бильярдом и баром, сейчас казалась угрюмой и неуютной. Единственным источником информации для меня сейчас могло служить лишь небольшое окошко под потолком, затянутое металлической решеткой. Меня била крупная дрожь. Страх, вязкий и липкий, словно обволакивал меня, не давая дышать.

На улице была ночь, но какие-то всполохи света долетали до окна. Сидеть, сложа руки не было никаких сил.
Я решила залезть и посмотреть в окно.

Подтянув волоком тяжелый барный стул, я взгромоздилась на него, рискуя сломать себе шею, подтянулась на носочки, опираясь на край окна и выглянула наружу.

Сперва я в темноте ничего не могла разглядеть. Но тут какой-то яркий луч света прилетел в мою сторону и я четко увидела, как прямо у меня перед лицом, на улице, возле моего окна стоят мужчкие ноги в берцах!

Я от неожиданности отшатнулась и чуть не навернулась!

Такой страх меня прошиб!

Кто это? Охранник? Или же это… за мной?

Что происходит? Кто эти люди в камуфляже? Почему Алекс так резко изменился? И почему он отправил меня в подвал? Неужели все настолько плохо!?

Эти вопросы беспорядочно мелькали в голове, усиливая панику. Я пыталась вспомнить детали нашего недолгого знакомства, искать в них ответы, подсказки, но мозг отказывался работать нормально. Оставались только обрывки фраз, жесты, взгляды…

Близость Алекса еще несколько минут назад казавшаяся опьяняющей, растаяла как дым. Я чувствовала себя пойманной в ловушку, загнанной в угол.

Время тянулось бесконечно долго. Каждый шорох, скрип, доносившийся снаружи, заставлял меня вздрагивать. Я продрогла от холода, который, казалось, шел изнутри.

На улице раздавался какой-то шум, но толстые стены и стеклопакет гасили его и я не могла понять что происходит. Мне казалось, что кто-то ломится в дверь, что люди в камуфляже уже здесь, в доме. Я представляла себе самые ужасные сценарии, и от этого становилось еще страшнее.

В какой-то момент я услышала глухие удары, похожие на выстрелы. Меня бросило в жар, затем в холод. Я сжалась в комок на диване, закрыв голову руками, стараясь не слышать, не видеть, не чувствовать. Сквозь зажатые пальцы просачивались слезы, горькие и беспомощные.

Резкий стук в дверь подвала вырвал меня из оцепенения. За ним тут же раздался голос Алекса, напряженный и торопливый:

— Алиса! Открывай. Это Алекс.

В первый момент я застыла, не в силах пошевелиться. Страх сковал меня. Но голос Алекса, несмотря на всю его резкость, прозвучал как спасительный маяк в темноте. Я вскочила на ноги, бросилась к двери и судорожно начала отпирать засов. Руки дрожали, и металлическая скоба никак не хотела поддаваться. Наконец, с громким ударом, засов сдвинулся с места. Я распахнула дверь.

— Быстро! — скомандовал он, протягивая мне руку. — Уходим!

Открыв дверь подвала, я ощутила, как холодный воздух первого этажа ударил мне в лицо, словно все окна и двери были распахнуты настежь, а дом выстудила ночная прохлада.

Алекс стоял в коридоре, его глаза метали искры напряжения и тревоги. Его изучающий взгляд застыл на мне, и я почувствовала, как жар поднимается к щекам — я была в простом, тонком халате, под которым была лишь шелковая короткая пижамка. Я стиснула плотнее полы халата и поджала озябшие пальцы ног.

Он словно улавливал каждый мой нервный жест, каждое колебание.

— Давай, Алиса. Шевелись, девочка, — прозвучал его приказ, строгий и властный, но с нотками обеспокоенности.

Я не решалась задавать вопросы — зачем и куда идти, что происходит — все они плотно сжимали грудь, мешая дышать.

Он привел меня в комнату и сказал, чтобы я быстро и тепло оделась.

Я не спорила, лишь быстро сменяла одежду: сняла халат, осталась в тонких шортах и маечке, чувствуя, как обжигающий взгляд Алекса словно прожигает мою спину, не отрываясь ни на миг. Он стоял неподвижно, не отвернувшись ни на секунду, готовый к любому моему движению. Я закусила губу, не в силах скрыть дрожь, и натягивала спортивный костюм прямо поверх пижамы — спешила быть готовой.

Мои руки нервно суетились, перебирая вещи. Костюм висел на кресле, а сумка, которую я не успела разобрать, стояла рядом. Она была небольшой, но внутри — только самое необходимое: документы, кошелек, телефон, сменное белье.

Алекс бросил беглый взгляд на сумку, и в его глазах мелькнуло недовольство. Но затем он кивнул себе, словно согласившись, и снова схватил мою руку. Его хватка была крепкой, уверенной, и я последовала за ним, чувствуя, как каждый шаг приближает меня к неизвестности.

Он повел меня в дальнюю часть дома, коридор становился все темнее, и тихий шорох наших шагов гулко отдавался в пустоте.

Луна просвечивала сквозь окна, играя бледными отблесками на стенах, и казалось, что дом наполнен не только тенями, но и своими секретами.

Алекс вёл меня по длинному коридору, и я, не выдержала:

— Куда мы идём? — спросила я, голос дрожал, почти шёпот.

Он не ответил сразу, лишь сжал мою руку крепче.

— Тише, — отрезал он строго, — не задавай вопросов сейчас.

Я чуть притормозила, пытаясь наладить дыхание, но с его тёмным взглядом и холодом в голосе не решилась спорить. Я не успевала за его широким шагом, и мне приходилось семенить трусцой.

— Да куда ты меня тянешь так? Мне больно! — выдавила я снова.

— Ты будешь в безопасности, — холодно произнёс Алекс, прокладывая нам путь.

Сердце колотилось так громко, что казалось, слышен каждый удар.

Внезапно тишину разрезали резкие звуки выстрелов. Меня словно током ударило. Алекс резко дернул меня вниз, прикрывая своим телом.

— Пригнись! — скомандовал он, его голос был хриплым от напряжения.

Он практически нёс меня, толкая вперёд, чтобы я не мешкала. Мы завернули за угол, и там, вне поля зрения, смогли разогнуться и побежали.

— Что… что происходит? — заикаясь, спросила я, но Алекс лишь крепче сжал мою руку.

Я и не подозревала, что дом такой огромный! Казалось, мы бежали целую вечность. Вскоре мы оказались у другой лестницы, ведущей в подвал.

— Опять в подвал? — с ужасом прошептала я.

— Это другой выход, — коротко бросил Алекс, не останавливаясь.

В подвале было темно, лишь тусклый свет экрана телефона в руке Алекса выхватывал из мрака фрагменты обстановки. Я боялась упасть, судорожно цепляясь за его руку, спотыкаясь о неровности пола.

— Свети! — резко сказал он, вкладывая мне в руку телефон.

Я направила луч света вперёд, и в этот момент Алекс начал лихорадочно раскидывать мебель, которая стояла в подвале. Под столом обнаружился люк. Он с силой дёрнул его вверх, открывая чёрный провал, ведущий под землю.

— Нет! — вскрикнула я, отшатнувшись. — Ты что делаешь?

Меня охватил ужас. Он же не собирается… замуровать меня в каком-то погребе? Одну? Дрожь, которая сотрясала мое тело, усилилась, превращаясь в настоящую панику.

Глава 14

Мир вокруг сужался, каменные стены словно давили на меня, воздух становился густым и вязким, не давая дышать. Паника накатывала волнами, захлестывая сознание ледяной водой. Я вцепилась в Алекса мертвой хваткой, ногти впились в ткань его куртки.

— Я не пойду туда! Не пойду! — хрипела я, слова застревали в пересохшем горле.

— Тише, тише, — начал он, пытаясь отцепить мои пальцы, — все хорошо. Это всего лишь коридор.

Но я его не слышала, меня накрыла волна панической атаки. Тело сотрясала дрожь, перед глазами плясали черные точки. Я цеплялась за него, как утопающий. Алекс, сначала раздраженный, что-то орал, но я не слышала, и он, поняв, что я в не в себе, сменил гнев на милость.

Он пытался успокоить меня, говорил что-то, но слова до меня не доходили. В конце концов, он, выдохнув, подхватил меня на руки, как ребенка, и начал спускаться по лестнице. У меня даже сил вырываться не было…

Внизу, не без труда, он поставил меня на ноги и, отцепив мои руки от своей шеи, захлопнул люк над головой. Мир погрузился в абсолютную темноту. Я взвыла каким-то тихим пронзительным писком, зажала уши руками и зажмурилась. Меня трясло.

Внезапно вспыхнул свет, резкий и яркий, заставив меня зажмуриться еще сильнее.

— Угомонись, чумная! Это не погреб! — раздался рядом голос Алекса. — Это лаз! Выход наружу! Хватит орать! Пошли скорее!

Я как выла, так и подавилась своим воем на середине.

— Что? Лаз? Коридор? Там улица? — пролепетала я, не веря своим ушам.

— Да! — нетерпеливо ответил Алекс. — Поэтому шевели ногами.

Желание вдохнуть свежего воздуха, ощутить под ногами твердую землю было настолько сильным, что страх отступил. Я рванулась вперед по коридору, словно за мной гнались все демоны подземного мира.

Коридор тянулся вперед, узкий и низкий, словно прорытый каким-то кротом. Мне, с моим небольшим ростом, идти было относительно комфортно, а вот Алексу, с его широкими плечами и высоким ростом, приходилось идти полубоком, постоянно пригибаясь, чтобы не удариться головой о низкий потолок.

Под ногами похрустывал гравий, а стены, грубо стесанные и ничем не обработанные, были холодными и влажными на ощупь. В воздухе висел затхлый запах сырой земли и чего-то еще, неуловимо знакомого, но пока непонятного.

Алекс крепко сжимал мою ладонь в своей большой, горячей руке. Его прикосновение, такое уверенное и сильное, постепенно отпускало тиски страха, сковывавшие меня еще несколько минут назад.

Я шла за ним, чувствуя, как с каждым шагом паника отступает, уступая место любопытству и смутному предчувствию чего-то нового. Мы шли молча, каждый погруженный в свои мысли. Только шорох наших шагов и тяжелое дыхание Алекса нарушали тишину подземного хода.

Я начала понемногу осматриваться. Стены коридора были неровными, местами покрытыми плесенью, кое-где виднелись выступы камней, словно специально оставленные для опоры.

Мне стало интересно, как давно существует этот тайный ход и кто его построил. Было в этом месте что-то таинственное и завораживающее. Я украдкой посмотрела на Алекса. Его лицо, освещенное тусклым светом фонарика, казалось суровым и сосредоточенным. Он явно знал, куда идет, и это вселяло в меня хоть и хрупкую, но надежду.

Время растянулось в неопределенность. Я не знаю сколько мы так шли. Может пять минут, а может и полчаса… И мне начало казаться, что пол идет словно под уклоном вниз. А, стало быть, сверху тонны земли и камней, которые могут рухнуть в любой момент…

Каменные стены, казалось, медленно, но неумолимо сдвигались, сжимая пространство вокруг. Воздух становился всё более спертым и тяжёлым, словно пропитанным вековой пылью и забытым временем. Клаустрофобия, которую я с таким трудом подавила, вернулась с новой силой. Дыхание стало прерывистым и надсадным, в груди зародился тяжелый, свинцовый ком.

— Что с тобой? — Алекс обернулся, в его взгляде мелькнула тревога.

— Долго еще? Мне… мне страшно и плохо, — с трудом выдавила я, голос дрожал.

Он на мгновение заколебался, словно взвешивая что-то в уме, а потом резко притянул меня к себе и жарко поцеловал. Поцелуй был глубоким, захватывающим, его язык настойчиво изучал мой рот. Я на секунду растерялась, застигнутая врасплох этой внезапной лаской, потом инстинктивно уперлась руками ему в плечи, пытаясь отстраниться, но куда там – он был словно непробиваемая скала.

Но он все целовал и целовал, изучая мой рот своим горячим, наглым языком. По телу разлилась волна жара, голова закружилась. Поцелуй был напористым, почти наглым, он словно врывался в меня, не спрашивая разрешения.

Я поплыла, забыв о духоте, о страхе, о давящих стенах коридора. В голове остался только вкус его губ, тепло его тела, ощущение его рук на моей спине.

И тут, так же внезапно, как и начал, он прервал поцелуй.

Глава 15

— Полегчало? Пошли. У нас мало времени, — его голос был холодным и отстраненным, словно ничего и не было.

И меня это так рассердило!

Эта отстраненность, это безразличие!

Да ему же все равно! Вот подлец! Использовал мою слабость, чтобы я замолчала!

Волна гнева нахлынула с новой силой, сметая остатки страха и смущения. Я вырвала свою руку из его хватки и, гордо вздернув подбородок, пошла вперед, не глядя на него. Пусть знает, что я не такая простая!