Схватка на «Крыше мира». Политики, разведчики, географы в борьбе за Памир в XIX веке

Таким образом, мы смогли исследовать как российские конфиденциальные доклады, отчеты, переписку и карты, так и корреспонденцию центрального и индийского правительств Британии и соответствующих внешнеполитических ведомств, отчеты пундитов, сообщения Департамента разведки Службы генерала-квартирмейстера индийской армии, официальные отчеты Памирской пограничной комиссии, материалы, отражавшие «Большую игру» в литературе и картографии ряда европейских стран, и другие подлинные документы по теме.

На базе всех этих исследований автор создал предлагаемую работу, основной целью которой является анализ истории географического изучения и картографирования Памира, проводившихся в условиях борьбы («Большой игры») Великобритании, России, Афганистана и Китая за господство в этом регионе, борьбы, которая была существенным элементом в процессе формирования границ.

Несмотря на обширную историографию «Большой игры», сопряженное изучение ее историко-научных и историко-дипломатических аспектов до настоящего времени не проводилось, и автор надеется, что выполненное им исследование будет способствовать более глубокому пониманию как особенностей развития отдельных методов географии и картографии в условиях острой геополитической конфронтации на Памире, так и деталей самой дипломатической борьбы, завершившейся разделом этой высокогорной страны между Британской и Российской империями. При рассмотрении установления границы между Россией и Цинской империей на северо-восточном Памире, там, где ее прохождение на местности определено Новомаргеланским протоколом 1884 г., автор уделил значительное внимание тем участкам линии границы, на которых недостаточная изученность местности во время подписания протокола привела впоследствии к противоречиям между российской и китайской трактовками ее прохождения.

В связи с тем, что многие использованные в работе источники представляют значительный самостоятельный интерес и впервые вводятся в научный оборот, автор счел необходимым привести обширные их фрагменты или полные тексты.

Изучение подлинных текстовых и картографических материалов по теме не могло быть выполнено без всесторонней поддержки и помощи со стороны библиотечных и архивных сотрудников. Автор глубоко признателен работникам российских и центральноазиатских архивов и особенно Архива истории внешней политики Российской империи в Москве и его ведущему научному сотруднику к.и.н. С.И. Повальникову, с которым его связывали долгие годы дружбы и совместных исследований. Среди многих зарубежных архивов и библиотек наибольшее значение имели фонды Британской библиотеки, где активная помощь автору была оказана, в частности, заведующими Картографической библиотекой Эллен Уоллис и Тони Кэмпбеллом, а также хранителем Картографических фондов Библиотеки и Архива правления Индии Эндрю Куком. За помощь при использовании громадных фондов Британского государственного архива (Public Record Office) автор благодарен директору (хранителю) этого архива госпоже Сэре Тайаке. Оформление работы в виде законченного текста монографии стало возможным благодаря предоставлению автору десятимесячной ставки гостя-исследователя в Славянском исследовательском центре Хоккайдского университета (1998–1999 гг.).

В течение многих лет руководителем исследований, результаты которых изложены в монографии, был академик B.C. Мясников. Без его добрых советов, постоянной поддержки и окончательной редакции текста создание этой книги было бы невозможно.

Глава 1

Сведения о географии Памира до середины XIX века. Первые опыты картографического изображения

Современные представления о природе и населении Памира

Памирский горный узел – это грандиозное орогенное поднятие, являющееся центром нескольких южно- и центральноазиатских хребтов, включающих хребты Гиндукуш и Каракорум, а также горы Куэньлунь и Тянь-Шань. Большая часть этой горной страны расположена в пределах Таджикистана, но отдельные его районы принадлежат Афганистану, Пакистану, Китаю и Кыргызстану. Высокогорья Таджикистана с высочайшими вершинами в Горно-Бадахшанской автономной области составляют ядро Памира.

Слово «памир» на местном тюркском диалекте означает высокогорные холмистые степи, типичные для восточной части гор, особенно в районах, примыкающих к Афганистану и Китаю. Существовали также несколько иные трактовки происхождения географического названия этой горной страны, с которыми мы познакомимся далее. Речные долины образуют естественные границы Памира севернее Заалайского хребта и в Ваханском районе (Ваханском коридоре) Афганистана, определяющем его южные пределы. Памир-Сарыкол Уйгурского автономного района Синьцзяна в Китае окаймляет восточную окраину этой горной страны, а западная часть бассейна рек Вахша и Пянджа представляет собой ее южную границу.

В морфоструктуре Памирской горной страны сочетаются меридиональные и широтные хребты с преобладанием меридиональных. Протягивающийся с запада на восток Заалайский хребет, который образует северное обрамление Памира, круто спускается в межгорную Алайскую долину. Высокогорная часть этого хребта, между перевалами Терсагар на западе и Кызыларт на востоке, имеет средние высоты от 5800 до 6100 метров и высочайшую вершину – пик Ленина – 7134 м. К югу от Заалайского хребта протягиваются три хребта субмеридиональной ориентации, из которых западный – хребет Академии Наук и центральный – Зулумарт относительно короткие, а восточный – Сарыкольский хребет является восточной границей Памира. Хребет Академии Наук сливается с горной системой северо-западного Памира, где он вздымается громадным барьером, достигая в пике Коммунизма высшей точки Памира – 7495 м. С восточного склона хребта Академии Наук по его южной стороне спускается ледник Федченко. Западный склон пересекается с другими хребтами, расположенными далее на запад: хребет Петра I с пиком Москвы (6784 м); Дарвазский хребет с пиком Арнавад (6083 м); хребты Ванчский и Язгулемский с пиком Революции (6974 м). Эти хребты разделяют глубокие ущелья. К востоку от Язгулемского хребта, в центральной части Памира, расположен широтный хребет Музкол, достигающий высоты 6233 м в пике Советских офицеров. К югу от него протягивается один из крупнейших хребтов Памира, носящий название Рушан на западе и Базар-дара, или Северный Аличур, – на востоке. Еще южнее расположен Южный Аличурский хребет, а к западу от него – Шугнаньский хребет. Крайний юго-запад Памира занят Шахдаринским хребтом, состоящим из меридиональных (Ишкашимский хребет) и широтных элементов, включающих пик Маяковского (6095 м) и пик Карла Маркса (6726 м). На юго-восточной окраине, южнее озера Зоркуль (Сары-Куль), расположен меридиональный Ваханский хребет.

Памир принято разделять на западную и восточную части. По природным условиям Восточный Памир представляет собой высоко поднятое нагорье с резко континентальным климатом и преимущественно пустынной растительностью. При средней высоте над уровнем моря 6100 м и более относительное превышение пиков над их фундаментом в большинстве случаев не более 1200–1800 м. Хребты и массивы имеют в основном округлые очертания, а широкие с плоским дном долины между ними, расположенные на абсолютных высотах от 3700 до 4200 метров, заняты либо меандрирующими реками с медленным течением, либо сухими руслами и бессточными котловинами. Долины и склоны хребтов покрыты слоями рыхлого осадочного материала (главным образом морена, делювий, пролювий и аллювий). Область распространения рельефа восточно-памирского типа ограничена на востоке Сарыкольским хребтом с высотами до 5909 м. В северной части Восточного Памира располагается обширная котловина озера Каракуль, окаймленная с юга хребтом Музкол. Восточнее хребта Музкол лежит котловина, занятая озерами Рангкуль и Шоркуль. Юго-западная часть Восточного Памира пересечена параллельными широтными хребтами Северо- и Южно-Аличурским и восточной частью Венского хребта, достигающего в пике Снежная Глыба высоты 6504 м. На Западном Памире преобладает высокогорный резко расчлененный рельеф с чередованием альпийских хребтов, покрытых снегом и ледниками, рассеченных глубокими узкими ущельями с быстрыми реками, и относительно невысоких горных цепей. Параллельные хребты вытянуты с северо-востока на юго-запад, а их гребни возвышаются над днищами долин на две-три тысячи и более метров (пик Революции поднимается над долиной Бартанга на 4200 м). Вблизи водоразделов местами сохраняются пологие формы рельефа. Глубокие долины (на высоте 1800–3000 м) имеют вид узких ущелий с крутыми скалистыми склонами. К днищам долин и нижней части склонов приурочены моренные отложения древних ледников, имеющие более ограниченное, по сравнению с Восточным Памиром, распространение. Встречаются древние ледниковые формы рельефа (троговые долины, бараньи лбы, моренные террасы оседания и т. п.). Долины и понижения заполнены грубым щебнисто-галечниковым материалом, так что практически единственными годными для поселений местами являются аллювиальные конусы выноса в долинах притоков реки Пяндж. Переход от восточно-памирского к западно-памирскому типу рельефа постепенен. Долины по мере продвижения на запад углубляются, водоразделы утрачивают среднегорные черты. За условную геоморфологическую границу принимается линия, соединяющая меридиональный хребет Зулумарт с перевалом Карабулак в хребте Музкол; от перевала Псарт она идет по горной цепи к Северному Аличурскому хребту и озерам Яшилькуль и Сарез, где она поворачивает на юг в долину Памирской реки. Как мы увидим далее, описанные особенности строения рельефа Памира играли весьма существенную роль в формировании государственных территорий и границ в этой высокогорной стране.

Подобно примыкающим с юга горам Гиндукуш и Каракорум, Памир в результате обильных зимних снегопадов обладает значительным оледенением. Ледник Федченко доминирует в массиве центрального Памира, причем основными его притоками являются ледники, также названные в честь российских исследователей XIX века (например, Гармо и Грумм-Гржимайло). Оледенение менее интенсивно на Алае и Заалайском хребте. Большая часть рек Памира относится к бассейну Амударьи (древней реки Оке или Оксус) и Аральского моря. Крупнейшая река – Пяндж, принимающая справа притоки Гунт с р. Шахдара, Бартанг (в верховье носит название Оксу /Аксу/, в среднем течении – Мургаб), Язгулем и Ванч. На северо-западе Памира находятся верхние части бассейнов рек Обихингоу и Муксу, образующиеся из слияния вод ледника Федченко и рек Баляндкиик и Саукдара. Муксу и Обихингоу принадлежат к бассейну реки Вахш, которая, сливаясь с Пянджем, образует Амударью. Незначительное количество рек принадлежит внутренним (бессточным) бассейнам Памира (Караджилга, Музкол и др.), и только три реки – Маркансу, Гёздарья и Ташкурган (бассейн реки Яркенд) – несут свои воды в Таримскую впадину. Реки Восточного и Западного Памира имеют различный характер. В пределах Восточного Памира течение их медленное, они меандрируют и разбиваются на рукава, протекают заболоченными долинами. С приближением к Западному Памиру реки врезаются в днища долин, становятся типично горными, порожистыми, с бурным течением.

Памир имеет континентальный, аридный климат, для которого типична суровая зима и теплое, относительно сухое лето. В западных долинах в летнее время обычны сильные бури, во многих случаях связанные с так называемыми афганскими ветрами, которые формируются в северо-западном Афганистане и приносят летние пылевые бури и последующие дожди на западные склоны. В западных долинах значительны также снегопады в период с ноября по апрель месяц. Вегетационный период продолжается 200 дней в деревне Сангвор, достигая 230 дней в глубокой долине Пянджа в Хороге и Калай-Хумбе.

Температуры изменяются в пределах от летних максимальных дневных в +23 °C до минимальных зимних в –17° в Мургабе на восточном высокогорном Памире и от +27° летом и до —6° зимой в Гарме на Западном Памире; в отдельных точках Восточного Памира зарегистрированы рекордно низкие температуры, достигающие –50 °C зимой.

Восточный Памир по характеру растительности представляет собой высокогорную пустыню, на которой заболоченные понижения перемежаются со степными участками на холмах. Деревьев здесь нет; господствуют низкорослые растения с сильно разреженными надземными частями, приспособившиеся к суровым условиям местности. Наиболее густой растительный покров имеют увлажненные днища долин и котловин, где распространены сырые кочковатые луга – сазы. Обычными растениями саз являются различные осоки, кобрезии, злаки и др. Луговые массивы – лучшие кормовые угодья Восточного Памира. На сухих шлейфах и склонах гор развиты: приземистый кустарник терескен – единственное растительное топливо Восточного Памира, растения-подушки, например остролодка, акантолимон, астрагал, местные виды полыни, волоснец пушистоколосый, формации разнотравных степей. На более увлажненных склонах встречаются луговые формации. Значительно богаче растительность Западного Памира. На фоне пустынных и полупустынных ландшафтов, развитых на дне долин и по склонам гор (до высоты 2500–2600 м), пятнами распространена древесно-кустарниковая растительность, представленная, в частности, зарослями можжевельника. Вдоль русел рек тянутся густые заросли (тугаи) из ивы, облепихи, березы, тополя, боярышника, перевитые ползучими растениями (клематис, аспарагус). На конусах выноса и террасах, в зависимости от их увлажнения, располагаются заросли тугайного типа или небольшие рощи берез, тополей и древесно-кустарниковых растений ксерофитного типа: барбарис, алыча и др. На орошенных землях – культурная растительность: виноград, абрикос, яблоня, грецкий орех, шелковица; фоновыми растениями являются полыни и саксаульник. Выше 2500 м пояс полупустынной растительности уступает место эфемероидному высокотравью и редкотравным степям. До высоты 3200 м встречаются юган, камоль, скабиоза, типчак и ковыль. На склонах и осыпях развиты нагорные ксерофиты: астрагалы, акантолимон и др. Пояс высот от 3200 до 4000 м получает наибольшее количество осадков. Здесь луга, покрытые тараном бухарским, геранью, полынью, используются для сезонного выпаса скота. Древесно-кустарниковая растительность встречается до высот 3800 м. С 4000–4200 м появляется нивальная растительность.

Фауна Памира сравнительно бедна. Для Западного Памира характерны горный козел (киик), бурый медведь, волк, лисица, снежный барс, рысь, ласка, каменная куница, заяц-толай, соня, летучая мышь. Из птиц – индийская иволга, синяя птица, темнобрюхий улар, каменная куропатка, сорокопут, райская мухоловка и др.

Высокогорные плоскогорья Восточного Памира являются главным районом распространения горного барана (архара). Типичны здесь также сурок длиннохвостый, пищуха большеухая; зафиксированы отдельные случаи наблюдения голубой овцы и уриала (urial). Из птиц распространены рогатый жаворонок, тибетская горная индейка, снежный гриф, бородач, индийский гусь и др. Большое количество водоплавающих птиц посещает Восточный Памир при перелетах из Сибири в Южную Азию.

Памир принадлежит к слабонаселенным районам земного шара. В его восточной части живут тюркоязычные киргизы, в западных долинах – горные таджики и другие народности таджикской группы. Горные таджики являются мусульманами-шиитами – исмаилитами, которые прежде говорили на вакхи – языке, родственном тому, который употреблялся в Ваханском и Бадахшанском районах Афганистана, в самых северных частях областей Пакистана Читраль и Гильгит и в Сарыкольском районе Западного Китая. В настоящее время они говорят на особых языках, относящихся к числу восточноиранских, и почти все также используют персидский диалект, обычный для равнинных народностей Таджикистана и Афганистана, которые в большинстве являются мусульманами-суннитами. Из обитателей восточных районов три пятых кочует в ходе сезонной смены пастбищ. Остальные обитатели Памира – оседлые земледельцы и скотоводы. Высокогорное скотоводство в Восточном Памире специализируется на яках, овцах и козах. Ячмень, картофель, бобовые и корнеплоды являются основными продуктами земледелия этих районов. В долинах Западного Памира выращивают хлопчатник, пшеницу и кукурузу; большие фруктовые сады (яблоки, груши и абрикосы) распространены до высот около 2000м[53].

Географические исследования и начало формирования границ

Границы между территориями обитания различных групп людей являются ровесниками первых человеческих сообществ, объединенных способами добывания средств к существованию и различного рода семейными, родовыми или более высокого уровня связями. Такие естественные препятствия для расширения территорий обитания, как моря, озера, реки и высокие горы, были наиболее очевидными и постоянными географическими пределами, которые во времена роста древних цивилизаций становились готовыми государственными границами. Некоторые элементы ландшафта были также удобными ориентирами для обозначения прохождения границы на местности. Возможно, впервые описание границ государств, отнесенных к географическим объектам, встречается в Ветхом Завете.

И сказал Господь Моисею, говоря, 2. Дай повеление сынам Израилевым и скажи им: когда войдете в землю Ханаанскую, то вот земля, которая достанется вам в удел, земля Ханаанская с ее границами: 3. Южная сторона будет у вас от пустыни Син, подле Едома, и пойдет у вас южная граница от конца Соленого моря с востока, 4. И направится граница на юг к возвышенности Акравима и пойдет через Син, и будут выступы ее на юг к Кадес-Варни, оттуда пойдет к Гацар-Аддару и пройдет через Ацмон; 5. От Ацмона направится граница к потоку Египетскому, и будут выступы ее к морю; 6. А границею западною будет у вас великое море: это будет у вас граница к западу; 7. К северу же будет у вас граница: от великого моря проведите ее к горе Ор, 8. От горы Ор проведите к Емафу, и будут выступы границы к Цедаду; 9. Оттуда пойдет граница к Цифрону, и выступы ее будут к Гацан-Енану: это будет у вас граница северная; 10. Границу восточную проведите себе от Гацар-Енана к Шефаму, 11. От Шефама пойдет граница к Рибле, с восточной стороны Аина, потом пойдет граница и коснется берегов моря Киннереф с восточной стороны; 12. И пойдет граница к Иордану, и будут выступы ее к Соленому морю. Это будет земля ваша по границам ее со всех сторон[54].

Некоторые элементы ландшафта, например упомянутая в таком качестве в Ветхом Завете река Иордан, становились для окружающих народов границами, географическими осями или своего рода пограничными зонами на многие грядущие столетия. Памирская горная система являлась одним из таких районов.

В 1893г. заместитель генерал-квартирмейстера британских вооруженных сил в Индии полковник разведки И.Р. Эллис дал вполне обоснованное описание географических границ Памира (по русским источникам) и выдвинул следующую гипотезу о происхождении его названия: «Происхождение и значение слова „Памир“ никогда не были удовлетворительно объяснены. Пожалуй, наименее фантастическим толкованием является Па-и-Мир, или Крыша мира,– великая легендарная священная гора древних индусов, обитель богов и традиционная колыбель арийской расы. Иванов [геолог Иванов – участник русской Большой Памирской экспедиции 1883г.– А.П.] определяет Памир как территорию между Алаем на севере, Кашгарией на востоке, Ваханом на юге и Шигнаном на западе. Это определение хотя и широкое, но вполне точное»[55]. Нетрудно заметить, что приведенное определение близко соответствует рассмотренным нами выше современным представлениям о географических границах Памирской горной страны. Мнение полковника Эллиса по поводу происхождения названия Памира разделял также известный русский востоковед И. Минаев, который отмечал в 1879г., что, по древней индийской космографии, Меру – мифическая гора, находящаяся будто бы в центре Земли[56].

По меньшей мере на ранних этапах своей истории памирские народы были более тесно связаны с народами Центральной Азии и Восточного Туркестана, нежели с Афганистаном и Индией. Одной из причин этого были громадные горные хребты, затруднявшие контакты на южной и западной границах. Так, говоря о происхождении Шигнана, британский дипломат Ний Илеяс рассказывает следующее: «Потомки шигнанских миров (эмиров) восходят к некоему Шах-и-Хамошу, дервишу и саиду Бухары [подчеркнуто нами.– А.П.], который, будучи миром (мусульманским подвижником, „святым“), по-видимому, сначала обратил этот народ в суннитский ислам, а затем стал их миром… Возможно, это произошло приблизительно в то же время, что и обращение бадахшанцев, т.е. в начале седьмого века»[57]. Все европейские исследователи и политики подчеркивали отсутствие религиозного фанатизма и воинственности как у кочевников-киргизов, так и у оседлых таджиков Памира. Тот же Ний Илеяс подчеркивает: «Нигде в Азии невозможно найти более миролюбивого, безобидного и приятного народа, чем эти таджики с верхнего течения Окса [Амударьи]…»[58] В то же время русские исследователи отмечали исключительную выносливость, трудолюбие и терпение памирских народов[59]

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Бжезинский З. Великая шахматная доска. М.: Международные отношения, 1998. С. 149–180.

2

Влияние З. Бжезинского на внешнеполитическую часть предвыборной платформы Дж. Буша-младшего было отмечено нами в статье «Мы и Китай – перспективы стратегического партнерства» (Свободная мысль. 2001. № 1. C. 37–46).

3

Мясников B.C. Россия и Восток: ретроспектива взаимосвязей. Восток – Запад. Историко-литературный альманах. М., 2002. С. 35–46.

4

Шевцов B.C. Государственный суверенитет (вопросы теории). М., 1979. С. 167–168.

5

Garnett Sh. Influencing transition States: Russia, China and India. Carnegie Endowment for International Peace. Project on «Foreign and Security Policy Problems». Program on Asian Security. Washington DC, July 1998. P. 3.

6

Документы ШОС см.: Проблемы Дальнего Востока. 2002. № 4.

7

Время новостей, 19 февраля 2003 г. С. 5.

8

Акаев А. Дипломатия Шелкового пути. Бишкек, 1999. С. 1–3.

9

Мясников В.С. Континентальный мост – проект XXI века. Металлы Евразии. Национальное обозрение. 1997. № 3. С. 9.

10

Чичерин Г.В. Статьи и речи по вопросам международной политики. М., 1961. С. 93–95.

11

Чичерин Г.В. Статьи и речи по вопросам международной политики. М., 1961. С. 292.

12

Белью [Х.У.] Кашмир и Кашгар. Дневник английского посольства в Кашгар в 1873–1874 гг. СПб., 1877. С. 305.

13

Азатьян А.А., Белов М.И. и др. История открытия и исследования Советской Азии. М., 1969. С. 88, 91, 106–107, 136–137, 149, 151–159, 169–171, 176–177, 180–195.

14

Цзэн Пу. Цветы в море зла. Исторический роман. Пер. с кит. В. Семанова. М., 1960. С. 162. Британская дипломатия активно помогала китайскому послу. Его сопровождал X. Маккартней, имя которого не раз встречается и в данной книге, а в Петербурге к миссии маркиза Цзэна сразу же подключилось английское посольство во главе с послом Ф. Дафферином, по указанию которого первый секретарь посольства Д. Планкетт оказывал китайской делегации непосредственную помощь. См.: Воскресенский А.Д. Дипломатическая история русско-китайского Санкт-Петербургского договора 1881 года. М., 1995. С.156–157.

15

ЦГВИА. Ф. 409. Оп. 1. Д. № 178522. Л. 10.

16

Brookings Northeast Asia Survey 2001–2002. Washington DC, 2002. P. 4.

17

Имена и географические названия даны в орфографии первоисточников. – Примеч. ред.

18

Сборник договоров России с Китаем. 1689–1881 гг. (СПб.: Изд. Министерства иностранных дел, 1889); Соглашения между Россией и Китаем о проведении и исправлении границ и пограничных делах. «Известия Министерства иностранных дел». 1914. Книга IV (Петроград, 1914); Афганское разграничение. Переговоры между Россией и Великобританией, 1872–1885 (СПб.: Изд. Министерства иностранных дел, 1886).