Одноклассники

ГЛАВА 1

Утро восьмого марта не порадовало от слова совсем. Ни тебе цветов, ни подарков, ни завтрака в постель, ни даже банального «С праздником!». Проснулась я от удушающего запаха перегара в спальне. Муж, вернувшийся под утро с корпоратива, залихватски храпел под боком, при каждом выдохе выбрасывая в атмосферу новую партию паров непереваренного этанола.

Я вылезла, с омерзением посмотрела на заплывшее лицо, которое когда-то боготворила, и обвела взглядом комнату. Повсюду валялись разбросанные вещи мужа. Видимо, он прилично вчера перебрал, раз так хаотично раздевался перед тем, как рухнуть в кровать. Пиджак валялся прямо у двери, рубашку он скомкал и запустил в угол, галстук повис на ночнике. А где брюки? Еще раз обшарила глазами комнату и заметила кусочек ремня, торчащий из-под одеяла.

– Ага, – откинула я уголок. – Вот они где!

Видимо муж пытался снять их, но запутался в штанинах, да так и уснул. Я содрала с него брюки, нашла на них пару жирных пятен и поморщилась. Пиджак оказался во вполне приличном состоянии, чистый, не помятый, скорее всего провисел всю вечеринку на спинке стула, поэтому его я просто повесила в шкаф. Остальную одежду забросила в ванную по дороге на кухню. Потом постираю.

Я заварила себе кофе, вскарабкалась на высокий стул за стойкой и набрала номер подруги.

– Капустина, – прохрипела Лелька в трубку. – Какого хрена тебе понадобилось в такую рань?

– Уже девять! – сообщила я ей.

– Надька, ты серьезно сейчас? Разбудила, чтобы сообщить, который час? – подруга громко зевнула в трубку.

– С праздником, кстати, – я вспомнила, что сегодня наш день.

– Угу… Будь он не ладен. Башка трещит! – пожаловалась она.

– Пить надо меньше! Во сколько вчера разошлись? – так уж вышло, что Женя работал юристом в фирме Лельки.

– Ни черта не помню, – промычала она.

– Лель, ты же босс! – напомнила я ей. – Нельзя так набухиваться с подчиненными.

– Восьмое марта, имею право! К тому же, не им меня судить. Я плачу хорошие зарплаты.

– Это да… – буквально на прошлой неделе мужу снова подняли оклад на двадцать процентов, что было довольно щедро. Лелька знала, что мы платили ипотеку и денег все время катастрофически не хватало.

– И тебя, – вырывает меня из размышлений голос подруги. По фону слышу, что она вылезла из постели.

– Что? – мне показалось, что я на какое-то время выпала из разговора.

– И тебя, говорю, с праздником! Ты там оглохла что ли? – я услышала, как Лелька жадно пьет воду большими глотками.

– А, спасибо, – лучше поздно, чем никогда.

– Как Жека? – поинтересовалась она.

– Фигово… Вряд ли очнется до вечера.

Лелька хмыкнула в трубку.

– Ну не буди, дай мужику отоспаться.

– У меня праздник, вообще-то! Это я должна вот так сейчас валяться кверху брюхом и пузыри пускать.

– Это издержки фриланса, подруга, – хихикает Лелька. – Я тебе предлагала местечко, ты отказалась.

Это было правдой. Когда дела в фирме пошли в гору, она действительно звала меня к себе, но Женька уже там работал, а проводить вместе круглые сутки мне вообще не хотелось. Много раз читала, что это плохо сказывается на отношениях.

– Мне и дома прекрасно работается! А вот на корпоратив могли бы меня и позвать! – упрекнула я ее.

– Не гони коней! Если б тебя позвали, пришлось бы и остальных приглашать. А это двойные расходы, сечешь?

Бизнесмен в Лельке всегда перевешивал все остальные социальные роли.

– Секу, – мне хоть и было немного обидно, но я понимала, что она права.

В штате компании сто пятьдесят сотрудников. Чтобы такую ораву накормить и напоить нужно было выложить кругленькую сумму, а если бы все еще с мужьями и женами пришли – так и разориться недолго.

– Ничего, – подбодрила меня Лелька. – Сейчас я оклемаюсь немного, и мы с тобой надеремся!

– Обещаешь? – рассмеялась я.

– Зуб даю! А теперь дай мне поспать немного, хорошо?

– Ладно, иди, спи. Хороши вы оба, конечно! Заставляете меня проводить праздник в гордом одиночестве.

– Ой, не нуди только! – я представила в голове, как Лелька закатила глаза. – Сходи в СПА, я там тебе денежку на карту скинула.

На телефоне брякнуло оповещение из мобильного банка.

– Спасибо, спасибо, спасибо! – Завизжала я в трубку. – Для тебя у меня тоже есть подарочек, кстати.

– Прибереги. Если я до вечера копыта не отброшу, то вдарим по шампусику. А пока – спать!

Подруга отключилась. Я допила кофе и отправилась в ванную, разбирать вещи для стирки.

ГЛАВА 2

С Лелькой Правдиной мы дружили со школы. Она была умной подружкой, а я красивой. Парни всегда вокруг нас крутились, прохода не давали, но мы каким-то образом умудрились сохранить девственность до самого совершеннолетия. Встречаться, конечно, встречались, но кроме невинных поцелуев никогда ничего лишнего себе не позволяли.

Женька Капустин в нашу школу перевелся в десятом классе. Высокий, красивый, спортсмен, еще и папа богатый, до кучи. Я, когда его в первый раз увидела, чуть дар речи не потеряла. Да и не только я. По нему тогда полшколы с ума сходило. Мы даже с Лелькой, помню, из-за него поссорились. Ей он тоже нравился, а так как подруга не привыкла ждать, когда счастье само приплывет к ней в руки, то с первых дней начала новенького парня атаковать своим вниманием. То шоколадкой угостит, то с домашней работой поможет, то контрольную даст списать. А когда он с новогодней школьной дискотеки пошел меня домой провожать, а не ее, обиделась смертельно. Она то уже решила, что Женька ей принадлежит.

Дулась Лелька все каникулы, но потом сменила гнев на милость и простила нас, но только с условием, что мы ее будем брать с собой гулять. С тех самых пор мы втроем были практически неразлучны. Женьке все ребята завидовали, когда он в компанию приходил с двумя девчонками под ручку.

После окончания школы нас разбросало по разным ВУЗам. Жека пошел в юридический, Лелька изучала менеджмент, а я иностранные языки. На четвертом курсе Капустин сделал мне предложение, и я решила, что вытянула счастливый билет. Мы поженились практически сразу, спустя два месяца. Его отец подарил нам на свадьбу квартиру, а Женьке на окончание университета новенький автомобиль и место исполнительного директора в его компании. Я занялась переводами, меня взяли в небольшое иностранное издательство. Тоже, кстати, по протекции свекра. И жизнь покатилась своим чередом.

Лелька после института все искала себя. Как перчатки, меняла работу и парней, но все было не то. То далековато, то глубоковато… Но однажды она примчалась к нам поздно вечером, мы уже готовились ложиться спать, с горящими глазами, трясущимися руками, двумя бутылками коньяка и выложила перед нами на стол какую-то непонятную штуковину.

– Нашла! – выдохнула Лелька, приземлив, наконец, пятую точку на стул, а то от ее неуемной энергии в квартире уже воздух начал искрить.

– И что это такое? – Жека повертел в руках миниатюрный предмет.

– Микросхема! – выпалила подруга.

– И для чего? – спросила я.

– Для всего!

Что ж, емко. Но ничего не понятно.

– И зачем ты нам ее принесла? – Женька запустил пятерню в растрепанные волосы.

– Вы два тупицы! – закатила глаза Лелька. – Как меня угораздило вообще с вами связаться?

– А можно как-то без прелюдий? – оборвала я ее. Время было позднее, а утром мужу на работу.

Лелька махнула на нас рукой, достала из кухонного шкафчика три коньячных бокала, снесла с бутылки пробку и щедро разлила напиток на два пальца.

– Короче, рассказываю… – она залпом опрокинула в себя коньяк и сморщилась.

– Хоть бы лимончик предложили!

Женька сделал мне жест головой в сторону холодильника, а сам уселся напротив Лельки. Я достала все, что нашла в холодильнике, сообразила импровизированную закуску, и села за стол. Женька свою порцию коньяка уже уговорил, и Лелька разливала по второй.

– Вот эти хреновины, – подруга демонстративно подняла руку с микросхемой вверх, чтобы мы ее могли как следует рассмотреть, – в России никто не производит. Закупаем у китайцев тоннами и пихаем во все подряд.

– И что? – вторая порция коньяка плюхнулась в Женькин желудок. Завтра ведь не встанет!

– А то! Сами эти хреновины стоят недорого, но вот доставка из Китая в Россию… Плюс всякие таможенные сборы, пошлины… Набегает кругленькая сумма.

– Ты хочешь начать торговать с Китаем что ли? Какую-то мутную схему нашла, как обычно? – я никак не могла понять куда подруга ведет.

– Я буду их производить! – наконец выдала она самую суть.

– Вот это? – я ткнула пальцем в штуковину.

– Ага, – Лелькина физиономия расплылась в улыбке, а ее бокал тут же опустел.

– Хм… – Женька потер подбородок. – Идея, конечно, интересная. Если конкуренции на российском рынке нет, может пойти…

– Я уже все просчитала, поставщиков нашла, место под производство, офис. С парой ребят толковых переговорила, они готовы вписаться…

Женька слушал и кивал головой. Лелька все подливала и подливала. У меня уже слипались глаза от усталости. Время перевалило за полночь.

Когда Лелька в деталях посвятила нас в свой бизнес-план, она посмотрела на нас щенячьими глазами и умоляюще сложила руки перед собой:

– Ребята, миленькие, займите денег! Два миллиона рублей.

Муж тихонько крякнул, налил себе коньяку, залпом выпил и ушел спать.

ГЛАВА 3

Те два миллиона, которые Женька попросил для Лельки у отца, можно сказать, спасли нас от полного краха. Бизнес у подруги попер в гору, от заказчиков не было отбоя, деньги потихоньку начали капать на счет.

А у нас беда нагрянула оттуда, откуда не ждали. Отец Жени попал в страшную аварию и умер, не доехав до больницы. Разобравшись с похоронами и отгоревав положенный срок, муж начал разбирать дела погибшего, и обнаружил, что в наследство ему досталась огромная долговая яма. Свекор долгое время успешно скрывал от семьи, что он находится на грани банкротства, пуская пыль в глаза мнимым благополучием, а на деле все оказалось более, чем плачевно.

Нам пришлось продать все! Квартиру, машину, остатки разваливающейся компании, шикарный особняк отца, в общем, все движимое и недвижимое имущество, чтобы хоть как-то перекрыть долги. Мы съехали в малюсенькую съемную квартирку и столкнулись с жестокими реалиями. Ни денег, ни работы. Моих гонораров от переводных книг, после оплаты жилья, едва хватало на то, чтобы худо-бедно прокормиться.

Женька пытался найти работу, но после крупного краха компании отца, брать его желающих не нашлось. И тут на выручку пришла Лелька. Она к тому моменту только закончила расширение производства, и собиралась переезжать в новый офис, большой и просторный.

– Вот, – положила она перед нами на шаткий кухонный стол пачку наличности. – Возвращаю с процентами.

– Так ты у отца брала, – Женька пересчитывал пятитысячные купюры трясущимися руками. – Получается, кредитор твой умер. Можно было не отдавать.

– Не неси чуши! – грубо оборвала его Лелька. – Ты наследник. Если работает в одну сторону, то и в другую тоже. Ты же юрист! Элементарных вещей не знаешь?

– Знаю, – пробормотал Жека, а мне показалось, что он сейчас расплачется.

– Кстати, – Лелька задумчива постучала указательным пальцем по подбородку. – Я юр. отдел формирую сейчас…

Муж поднял на нее глаза, в которых я заглавными буквами прочитала слово «НАДЕЖДА». И это было вовсе не имя его жены, то есть мое. Он увидел во фразе, будто случайно оброненной нашей школьной подругой, шанс на спасение.

– Ты можешь меня взять на работу? – зажмурив глаза выпалил Женька.

– Штат практически укомплектован, – протянула Лелька, и я увидела, как муж изменился в лица. Сразу посерел что ли… – Трое международников и шесть человек по гражданской ответственности.

– Конечно… – еле выговорил Жека и опустился на шатающийся табурет.

– Кто-то же должен теперь этой шатией братией командовать, да? Справишься?

Муж не верил своим ушам. Его рот непроизвольно растянулся в улыбке. Он вскочил, подхватил коренастую Лельку на руки и закружил по кухне. Они снесли цветочный горшок с подоконника и разбили хозяйскую кружку, но никто не обратил на это никакого внимания. Мы все были счастливы.

– Выпить-то у вас что-нибудь есть? – спросила Лелька, когда Жека, наконец, поставил ее на пол.

– Не-а, – развел руками муж.

– Значит так, – Лелька уселась на табуретку, – мое первое распоряжение, как твоего непосредственного начальника – в доме моего главного юриста для меня всегда должна быть заначка. Андестэнд?

– Так точно, Ольга Федоровна! – отрапортовал улыбающийся муж. – Будет сделано!

– Дуй в магазин, а мы тут пока с Надькой что-нибудь перекусить сварганим. Деньги возьми! – подруга достала из кошелька несколько купюр и припечатала их к столу.

– У нас же теперь есть, – Женька кивнул на лежащую на столе пачку.

– Это на первый взнос по ипотеке оставьте, – отмахнулась Лелька, уже изучая содержимое нашего холодильника. – А то живете в клоповнике каком-то! Да, Жека, купи там колбаски какой, сырку, может рыбки красненькой, а то чую, варганить тут особо не из чего…

– Ага, – крикнул Женя из коридора, натягивая кроссовки.

Едва захлопнулась входная дверь, Лелька подошла ко мне, обняла и прижала голову к своей груди.

– Вы чего сразу не сказали, что у вас такая жопа нарисовалась?

– Тебе не до нас было… Я тебя на пять минут потрепаться по телефону не могла вытащить.

– Не до вас… – пробурчала Лелька. – Давай, чтоб я больше такого не слышала, ладно? Вы же мне, как семья!

Я закивала головой, а из глаз самопроизвольно потекли слезы. От облегчения, от радости.

ГЛАВА 4

Я вытряхнула из корзины грязное белье и принялась сортировать. Темное, светлое, цветное… Закинув рубашку мужа в кучу с белыми вещами, я уловила едва заметный чужеродный запах. Принюхалась и выудила рубашку обратно. Так и есть. Терпкий дезодорант Жеки смешивался с тонким, едва уловимым ароматом женского парфюма, не дешманского… Дорогущего, богатого. Не моего.

Я, как ищейка, покрутила рубашку в руках, осмотрела каждый сантиметр буквально под лупой и обнаружила на воротнике еле заметный след от помады, неяркой, бледно-бледно розовой, уходящей в нежный беж. Я впала в ступор, застыла сидя на коленях посреди ванной, держа улику перед собой.

– И как это понимать? – пробормотала я.

С одной стороны, я понимала, что это еще ничего не доказывало. Была вечеринка, муж выпил, наверняка, танцевал. Кто-то мог случайно оставить этот след и запах на его рубашке. Но, с другой стороны, такое было в первый раз. Он всегда ходил на корпоративы, всегда там много пил. И танцы были. Но, когда танцуешь с коллегой, должна ведь быть дистанция? Зачем так тесно прижиматься к чужому мужику, если ты не пытаешься его соблазнить?

Я разозлилась. Скомкала грязное белье, закинула его обратно в корзину и схватилась за телефон. Если этот подлец мне изменил, Лелька должна это знать. Она же была там и все видела. Я была уверена, соврать мне подруга не посмеет.

В трубке пошли длинные гудки, но подруга не отвечала. Я не сдавалась, продолжала звонить, меряя шагами квартиру.

– Черт! – выругалась я, поняв, что пока Лелька не выспится, она не ответит. – Звук что ли вырубила, зараза?

Я быстренько записала для Лельки голосовое сообщение, обрисовав ситуацию со следами помады на воротнике, и попросила ее срочно мне перезвонить, как только проснется. Иначе я за себя не ручалась.

У меня возник было порыв разбудить Женьку, кинуть ему в морду рубашку и попросить объяснений, но эту идею я тут же отбросила, подойдя к двери спальни и услышав храп. Ничего внятного я от него не добьюсь. Придется ждать.

Я металась по квартире, не находила себе места, а в голове крутилась одна и та же мысль – муж мне изменил. Затем мысли понеслись еще дальше. Я подумала, что это мог быть вообще не первый и не случайный раз, что у него на работе могла иметься постоянная любовница, а я уже давным-давно подпирала рогами потолок.

– Раньше он всегда в этот день дарил цветы! И подарки… А сейчас… Все сходится… – разговаривала я сама с собой.

Мне стало тесно в квартире. Я так накалила воздух вокруг, что он стал меня душить. Надо было срочно что-то сделать, как-то переключиться, пока я сама себя не накрутила еще сильнее и не съехала с катушек. И тут я вспомнила про СПА. Лелька же прислала мне на него денег! Может там удастся отвлечься от мрачных мыслей и немного расслабиться?

Я быстро влезла в старенькие любимые джинсы, выгодно подчеркивающие попу, кашемировую водолазку, немного подкрасила тушью глаза, собрала волосы в конский хвостик и посмотрела на себя в зеркало. Вид, конечно, не ахти, но на другой у меня сейчас не было настроения. Я вызвала такси, схватила в охапку куртку и выскочила из квартиры. Находится здесь сил уже не осталось.

Не смотря на ярко светящее солнце, воздух был еще по-настоящему морозным. Легкие обжигало при каждом вздохе, и я уже сто раз пожалела, что не прихватила с собой шапку и шарф. По моему мнению, раз на календаре наступила весна, значит на улице тепло. Но зато я красивая!

Такси приехало на удивление быстро, и я еще не успела окончательно заледенеть. Я назвала адрес СПА салона, и уставилась в окно, не желая вести беседу с приветливым водителем. Он это, видимо, понял, поэтому всю дорогу мы ехали в полной тишине.

В СПА-салоне на меня посмотрели, как на круглую идиотку, когда я выразила желание получить релаксационный массаж без записи в праздничный женский день.

«Боженька, не надо мне столько красоты! Дай лучше капельку мозгов!», – корила я себя, выползая на колючий холод под насмешливыми взглядами ожидающих в очереди счастливиц, о которых вовремя позаботились мужья. Мне вдруг стало так себя жалко, что захотелось расплакаться. Я уже даже пару раз шмыгнула носом, но тут мой взгляд уперся в недавно открывшийся через дорогу большой торговый центр. А почему бы и нет?

Я обернулась, показала вывеске СПА-салона средний палец и двинула на шоппинг. Куплю себе новые джинсы или сумочку, а может и то, и другое. Подруга у меня щедрая!

Первым на моем пути оказался магазин одежды моего любимого бренда, в него я и зашла без раздумий. Кажется, я срывала с вешалок все подряд, первое, на что падал глаз, поэтому к примерочным я подошла густо нагруженная разноцветным тряпьем. Весна все-таки, а на душе так погано, что хочется разбавить жизнь яркими красками.

Я примерила первый комплект – укороченные брюки и блузку, в фиолетовых тонах и пыталась в тесной кабинке рассмотреть себя в полный рост. Не выходило. Я попятилась назад, но быстро уперлась в дверцу, а результат в зеркале не изменился. Кто так строит? Вспомнила, что снаружи есть зеркало побольше, да и места, чтоб разгуляться там предостаточно. Я нащупала за спиной шпингалет, дернула его на себя и тут же вывалилась из примерочной в коридор, забыв, что подпирала задницей дверь. Я наверняка бы уже валялась кверху тормашками, на радость ожидающим в длинной очереди покупателям, если б не снесла идущего в примерочную мужика.

Вещи из его рук разлетелись по коридору, но он, как рыцарь успел поймать меня в свои крепкие накаченные руки. Я ахнула от неожиданности и непроизвольно обвила руками его шею. Наши взгляды встретились, и я не поверила своим глазам.

– Левашов! – заорала я на весь магазин. –Макс! Ты откуда здесь?!

Он некоторое время непонимающе смотрел на меня, но потом его, видимо, озарило.

– Надька? Смирнова? – уже давно никто не называл меня девичьей фамилией.

– Левашов… С ума можно сойти!

Макс поставил меня на пол и заулыбался.

– Ты как тут оказался? Я слышала, ты в Испании давно живешь.

– Да вот, вернулся. Недавно.

– По родине соскучился? – я шутливо ущипнула Левашова за живот и обнаружила под футболкой упругие кубики пресса.

– Бизнес диктует условия, – развел руками Макс.

– Бизнесмен, значит, – улыбнулась я. – Красивый, здоровенный… Я б тебя не узнала, если б не глаза.

У Макса была особенность. Радужки глаз у него отличались. Правый был ярко голубой, а левый – перламутрово-зеленый. Помню в школе, он этого жутко стеснялся.

– Ну рассказывай, как ты? Чем занимаешься? Жена? Дети? – пристала я к слегка дезориентированному этой встречей бывшему однокласснику. – Сто лет не виделись!

– Коли такое дело, – улыбнулся он, – может где-нибудь посидим, поболтаем? Есть свободный часик?

– А то! – я подмигнула Максу. – Я быстро, только переоденусь.

Мы сбросили вещи на столик девушке-администратору с фразой, что нам ничего не подошло, чем вызвали ее явное недовольство, и отправились на поиски приличного местечка, где можно пропустить по бокальчику и спокойно поговорить.

ГЛАВА 5

Мне понравилось маленькое уютное кафе, которое выбрал Левашов. Надо же, всю жизнь живу в этом городе и не знала о его существовании, а он только вернулся из другой страны, а уже разнюхал все злачные места. Хотя он всегда был таким пронырливым. Мне казалось, что Левашов с Правдиной были бы идеальной парой, но в школе они почему-то люто ненавидели друг друга, не смотря на всю похожесть.

– Так значит, ты теперь Капустина? – Максим сидел напротив меня, потягивая светлое пиво. – Все-таки женила Жеку на себе?

Я фыркнула, помешивая ложечкой шампанское в своем бокале на высокой ножке, чтобы выгнать пузырьки.

– Да он сам мне проходу не давал! Со второго курса о свадьбе начал речи вести.

– Понятно, – ухмыльнулся Левашов. – Дети есть?

– Не-а, – замотала я головой. – Не хотим пока. Не созрели.

– Под тридцатник уже, а вы все еще не созрели? – приподнял он бровь.

– Между прочим, нехорошо напоминать девушке о ее возрасте! И до тридцати мне еще далеко, – пококетничала я, а Макс рассмеялся.

– Вот только давай без этого! Мы с тобой одноклассники вообще-то, поэтому сколько тебе лет я прекрасно знаю.

– Ой, все, – отмахнулась я от него. – Ладно, расскажи лучше, как у тебя дела?

– Да как… – пожал он плечами. – Разведен, дочка есть. С бывшей в Испании живет.

– Ты был на испанке женат? – вытаращила я глаза. – Ну и как они? Горячие?

У Макса брови поползли вверх, а я прикусила язык. «Боженька, пожалуйста, всего капельку…».

– Что ты имеешь в виду?

– Ну говорят они очень темпераментные, – спасибо, Боженька, – по характеру.

– А-а-а, я уж подумал…

– Пошляк! – я игриво надула губы, и мы оба рассмеялись.

– Ты совсем не изменилась, Надька! – он смотрел на меня как-то по-особенному, у меня под водолазкой аж мурашки по коже побежали.

– Такая же дура?

– В этом твой шарм, – ухмыльнулся он, за что получил от меня пинок под столом.

– Ай, за что? – Макс сморщился и потер ушибленную ногу.

– За то, что дурой меня назвал! – снова надула губы я.

Левашов хохотал до слез.

– Как же я по всему этому скучал, – он вытер ладонью глаза и сделал официанту знак, чтобы тот принес еще выпивки. – А как твоя подруга? Еще общаетесь?

– Лелька Правдина?

– Ага, она, – официант поставил перед Максимом кружку пива, а в мой бокал долил еще шампанского.

– Мы практически, как сестры, – заявила я и приподняла бокал, чокнутся с Левашовым. – Она стала крутой бизнесвумен. Фабрики, заводы, пароходы…

Макс хмыкнул.

– Прям даже так?

– Ну это я утрирую, конечно, но она единственный в стране производитель каких-то очень нужных всем микросхем.

– Ого… – удивился он. – Погоди… Ольга Правдина… Она же в топ десять женщин-предпринимателей в прошлом году вошла?