Полная версия
— Мы никому не желаем здесь зла, Элиссон, и просим лишь быть благодарными.
— Да, это главное правило приюта. Я вчера с ними ознакомилась.
— Ваше усердие похвально.
— Девушкам следует пройти свой путь, принять и не перечить, ведь для них подобраны лучшие условия, соответствующие каждой сосланной, — процитировала ей строчку.
Вот бы этот справочник нашим современным женщинам в руки, а лучше феминисткам…
— Да, так и есть. Мы здесь не нарушаем Устав и следуем Правилам, установленным задолго до нашего с вами рождения. Чтим традиции и выполняем предписания.
— Но, миссис Картер, получается, что вы тогда ошибочно направили меня к мистеру Харду.
— С чего вы взяли подобное, Элиссон? — усмехнулась, не принимая мои слова всерьез.
— Ну как же... вот, — положила перед ней на стол список распределения и процитировала правило относительно одаренных девиц.
Она пододвинула его ближе, я даже испугалась, что она заберет его, лишив меня улик, поэтому быстро забрала назад, свернула и положила в сумочку, пока она пребывала в легком ступоре от моей осведомленности и придумывала, чем бы опровергнуть.
— Мистера Харда нет в списке, — указала на основную их ошибку и несостыковку, — Кому-то нужна моя помощь больше, — состроила жалостливое лицо.
— Элиссон, это всего лишь формальность. Ты же знаешь, у него действительно проблемы со здоровьем.
Да видела я его проблемы, явная озабоченность молоденькими помощницами, на них у него здоровье имеется. Как же! Но сегодня не пророню ни слова на эту тему, не забывала напоминать себе, что нужно держаться в рамках. Мало того что ничего не добьюсь, так еще получу розгами. Спина и так болела, исцелить ее, конечно же, не получилось. Да и некогда было обучаться, все мысли были заняты возможностью получить новое место. Потом, если все пройдет удачно, то обязательно займусь изучением приобретенного дара.
— Нет, миссис Картер, так нельзя. Вы сами сказали, что неуклонно следуете правилам. Так давайте не отступать от них и в этом вопросе, — собиралась бороться с ней на ее поле ее же методами.
Она поджала тонкие губы, цепкий взгляд пронизывал насквозь, но я не отводила свой. Женщина прекрасно поняла мой замысел, это читалось по ее выражению лица. Поняла, что я не изменилась, а просто выбрала другую тактику.
А я действительно была настроена решительно и не собираюсь сдаваться.
— Вы же не хотите портить репутацию мистеру Харду? — не знаю, есть ли у них вообще свободная пресса, но ни один мэр не заинтересован в полоскании его имени. На это был расчет. Отец постоянно говорил, что люди с высоким статусом опасаются «акул пера». Надеялась, что и на острове это неизменно.
— Хорошо, Элиссон. Я вас услышала, — снова перешла на официальное обращение. Картер раскрыла папку, перебрала сложенные в ней документы и достала подобный экземпляр списка, положила его перед собой, вчитываясь в имена.
Я замерла в ожидании, секунды тянулись ужасно долго. Что она мне предложит?
Неужели у меня получилось? Но пока рано радоваться, когда в моих руках будет распределение, тогда можно будет выдохнуть. Но всегда остается вероятность, что меня отправят к еще большему извращенцу, чем Хард.
О чем-то подобном говорила ее лицемерная улыбка. Читалось по глазам, что она что-то подготовила и меня ждет подвох. Как бы меня не обвели вокруг пальца. Не одна я умею играть в эту игру, она более опытный противник.
— Там есть пару женщин. Быть может, я могу быть полезной им?
— К сожалению, одна из них занята, а другая ни за что не возьмет вас к себе.
— Почему?
— Потому что вы красивы и распущены, — они не забывают неустанно повторять это. — Вы же только сами цитировали.
— Нет, миссис Картер, я встану на путь исправления.
— Люди не меняются, моя дорогая. Поэтому вы здесь.
Не спорить, Алёна, не зли ее… Слушать и кивать. Я еле заметно кивнула, превозмогая себя. Трудно мириться с подобными утверждениями. Не в отношении изменений в человеке, сама не верила. А в навешенном клейме, которому обязана соответствовать.
— Но есть один вариант, который идеально подходит в вашем случае.
Ладошки вспотели, но я держала спину ровно, стараясь не выдавать волнения, ждала.
— Но, если вы не устроите мистера Фирнена, вы вернетесь назад и пройдете новое распределение. «И в нем уже будет мистер Хард», — недоговорила она.
Что такого в этом мужчине, что она так уверена в моем возвращении? Тоже еще один извращенец?
— Можете пройти у него собеседование сегодня.
— Разве не стоит его предупредить?
— Не стоит волноваться, его имя заявлено в списке, так что уверена, что он вас с радостью примет.
Картер написала новое направление и вручила его мне.
Джон Фирнен — так звучит полное имя моего потенциального нанимателя.
Ну что же, скоро познакомимся…
ГЛАВА 7
ЭЛИССОН
Выяснилось, что мистер Фирнен живет на противоположной стороне острова и не так-то просто до него добраться. Конечно же, никто меня не предупредил, а просто выписали адрес на клочке бумаги.
Я сменила три извозчика, расстроенно смотрела, как солнце садится все ниже и ниже. Картер сделала все, чтобы я выглядела не в лучшем свете. В гости приходить к незнакомым людям во второй половине не рекомендуется, а здесь наверняка считается дурным тоном.
Облачилась в самое скромное свое платье, то самое, в котором была на корабле, надеясь не привлекать к себе лишнего внимания, хотя на корабле с этим вышли проблемы. Заплела волосы в тугую косу, золотистые прядки настойчиво выбивались из нее и вились вокруг лба, хорошо хоть шляпка спасала от полного краха.
Я хотела, чтобы во мне увидели не красивую женщину, а целительницу. Трудно зарекомендовать себя таковой, когда даром не умеешь пользоваться. Но медицинские знания всегда со мной, если что, можно оперировать терминами.
Распрощавшись с последним извозчиком, расплачиваясь, попросила указать, в каком направлении следовать дальше. Ведь там, где он меня высадил, домов не наблюдалось. Сплошные заросли, очень похожие на лес.
Мужчина сказал, что мне стоит пройти несколько вперед по тропинке, и там я увижу замок.
Я говорила, что дом мэра помпезный и вычурный?! Но он не сравнится с картиной, открывшейся передо мной. Так и замерла с открытым ртом, поражаясь увиденному.
Но поразили не столько габариты замка — он превосходил дом мэра в несколько раз. А огромная пропасть перед замком. Сам замок возвышался на горе и выступал ее продолжением.
Чтобы такой содержать, нужно ведь много людей? Значит, там полно слуг и шанс получить место имеется. Тогда почему Картер была уверена, что я вернусь? Волнение и тревога одолевали, пока шла по длинному каменному мосту до ворот замка. Дух захватывало от высоты, стоило посмотреть вниз — начинала кружиться голова. Кто может здесь жить? Но надо признать, вид из окон открывается потрясающий.
Интересно, не скучно здешним обитателям вдалеке от жителей острова?
Ворота были закрыты, а дверь сбоку легко поддалась. Но вопреки ожиданиям, не было охраны. Я озиралась по сторонам, даже пару раз окликнула кого-нибудь, вдруг отошли. Подождала некоторое время, но так никто и не появился. Ждать долго не могла, и так уже опаздывала, поэтому направилась в основное здание.
Оказывается, что замок такой огромный за счет дополнительных нежилых построек. Наконец увидела хоть одну живую душу: мужчина с длинной бородой в возрасте стоял около лошади, тщательно расчёсывая ей гриву.
— Извините, вы не подскажите, как мне найти мистера Фирнена? Я пришла по поводу работы.
— Отчего ж не подсказать-то. Дома он, да только не в духе нынче совсем.
— А что случилось?
— Да ничего обычного, — он вдруг замолк. — А вы не из газеты, случайно? — подозрительно стал разглядывать меня.
— Нет, я целительница, — судя по всему, к ним здесь отношение хорошее, и не ошиблась.
Взгляд потеплел, лицо снова приобрело располагающий вид.
— Пойдемте, я вас к Филиппу отведу. Он тут управляющий, все через него проходит.
— Буду очень вам благодарна.
— Скажете тоже, мисс.
— Элиссон, — представилась.
— Откуда вы к нам, мисс Элиссон?
— Я из сосланных, — решила сразу сказать правду, хотя было ужасно стыдно. Но больше всего обижала реакция людей, когда они слышали, что я из «этих». Вот и будь благодарной, когда все вокруг считают, что мы годимся лишь для одного.
Он промолчал. И на том спасибо.
— А вас как зовут?
— Френсис Вирг, — буркнул.
Он довел меня до порога, поднялся по лестнице, зашел и громко позвал управляющего.
— Спасибо за помощь, Вирг, — поблагодарила удаляющуюся спину.
— Добрый вечер, мисс. Вы к кому? — ко мне навстречу вышел высокий мужчина, он мог бы посоревноваться с миссис Картер в ровности спины, надвинул круглые очки на крючковатый нос, рассматривая меня.
— Я пришла по поводу работы, — протянула ему направление.
Он взял, пробежался взглядом по строчкам и ожидаемо скривился. Но, с другой стороны, здесь никто не льстит, и это можно считать своеобразным плюсом. Не для этого я проделала такой путь, чтобы сдаться только от одного пренебрежительного отношения. Неустанно напоминала, что ни в чем не виновата. Я совершенно другой человек. Не нужно принимать все на свой счет.
— Приходите завтра, сегодня уже поздно! Хозяин никого не принимает.
Как это не принимает?! Нет, я, конечно, все понимаю, но мне нельзя возвращаться ни с чем. Была уверена, что Картер оформит это как отказ. Мало ли, вдруг второй попытки прийти сюда мне не предоставят.
— Простите, вас же Филипп зовут? — попыталась завести разговор.
— Для вас — мистер Гаус, — наморщил нос, вот же вредный старик.
— Мистер Гаус, прошу вас войти в мое положение. Мне очень нужно пройти собеседование именно сегодня, иначе…
— Всем все надо именно сегодня, — перебил, даже недослушав. — Но ваша настойчивость здесь излишняя.
— Понимаю, как это выглядит, но это вопрос жизни и смерти. Я не займу у мистера Фирнена много времени.
— Я же объясняю: он поручил мне никого к нему не пускать. Я всего лишь выполняю указание. И это, — он указал на лист в моих руках, — точно не тот случай, по которому стоит беспокоить хозяина. Всего доброго, миссис. Вас проводить?
— Сама справлюсь. Благодарю.
Слезы навернулись на глаза, ком обиды застрял в горле, но я держалась, нельзя опускать руки и реветь. Но что можно сделать? Прошла назад по дорожке, вымощенной камнем. Конюха Френсиса уже не было видно, и никто не видел, как вместо того, чтобы выйти в ворота и отправиться в приют, я свернула за угол.
Хуже уже не будет. Мне надо поговорить с Фриненом лично. Иначе все зря. Только как найти его в таком большом замке?
Я искала еще дверь, которая была бы не заперта. И первая попавшаяся таковой как раз и оказалась. Меня поражала беспечность местных обитателей… то ворота, то дверь… совершенно ничего не боятся.
Шла по коридору, надеясь, что он меня выведет куда-нибудь, а если совсем повезет, то прямо к хозяину.
В замке очень высокие стены, видимо, Фирнен — любитель свободных пространств. Кругом была тишина, не сновали люди, занятые делами. Чувствовала себя не в своей тарелке. Так нельзя поступать. И если меня выгонят, то будут абсолютно правы. Мне бы не понравилось, если бы не пойми кто пробрался ко мне в дом и беспрепятственно перемещался. Меня никто не приглашал, но дверь-то была открыта, это своеобразное приглашение. Усмехнулась. Так себе аргумент.
Заглядывала по пути в комнаты. Они были пусты, некоторые совершенно не обжиты. И я снова продолжала свой путь, пока не услышала музыку. Пошла на ее звуки.
Приятная мелодия в классическом стиле доносилась из просторной, как и все здесь комнаты, гостиной. Сделала шаг, как сбоку послышался рык, и в мою сторону медленно направился огромный черный пес, напоминавший мастифа. Весьма увесистый и высокий.
Испугалась ли я? Еще как! Но собакам же нельзя показывать свой страх, ни в коем случае не паниковать и не бежать. Поэтому замерла, наблюдая за ним. Он подошел совсем близко и принялся нюхать мою сумочку.
— Что, пирожок хочешь? — спросила собаку, была уверена, что это мальчик, слишком уж выразительная характерная морда. — Сейчас, — не совершая резких движений, открыла сумку и достала пирожок, который прикупила по пути, да так и не успела им перекусить.
Пес завилял хвостом и за доли секунды проглотил угощение, снова обнюхивая сумку.
— Прости, дружок, больше нет.
— Кто вы такая? — раздался строгий голос, и я только заметила, что в помещении не одна, а меня разглядывают весьма недовольные зеленые глаза, принадлежащие жгучему брюнету лет от тридцати семи до сорока на вид. — И зачем кормите моего пса не пойми чем? — а потом заметила, что мужчина сидит не в обычном кресле, греясь у горевшего камина, как мне показалось в самом начале, а в инвалидном.
Поспешила отвести взор, чтобы не рассматривать, некрасиво так пялиться.
— Филипп! — громко позвал он управляющего.
— Почему не пойми чем? — решила все же ответить. — Это пирожок с повидлом, купила в одной лавочке на рынке.
— Это, конечно, меняет дело, — скривился мужчина. — Берт, ко мне! — позвал он собаку, но тот плюхнулся на попу рядом со мной и не шел к нему. Отчего у мужчины приподнялись брови в изумлении. Я же мило улыбнулась. Я тут совершенно ни при чем!
Пока он смотрел на собаку, я разглядывала его. На мужчине была белая рубашка, ворот которой был распахнут, светло-зеленый узорчатый жилет и весьма надменное выражение лица, такое однозначно должно принадлежать хозяину.
Не успеваю ничего сказать, как в комнату заходит Филипп, застывает в проходе при виде меня, кривится. Ничего хорошего от него ждать не стоит. Еще бы! Но что ни сделаешь ради собственного благополучия. Я бы себя не простила, если бы не поговорила с Фирненом.
— Как вы здесь оказались?! — принялся возмущаться старик. — Я ее не впускал! Вот же наглая девица! Сейчас же выведу нахалку, сэр, — делает шаг навстречу, намереваясь снова выпроводить.
— Подождите, — отшатываюсь от него. — Выслушайте, — обращаюсь к хозяину. — Прошу, это займет одну минуту, — что за день такой? Должно же на этом острове хоть иногда везти. Одни сущие неприятности, как оказалась в этом теле.
— Нечего ее слушать, хозяин. Прикинулась бедной овечкой, а сама из борделя.
— Какого еще борделя? — в изумление распахиваются глаза хозяина, такого поворота событий он явно не ожидал.
Вот так меня представили, а ведь первое впечатление — самое запоминающееся.
— Не из борделя, а из приюта, — оправдываюсь. — Меня направили к вам по распределению, — набираюсь храбрости и подхожу ближе к Фирнену, протягивая лист. Берт идет за мной следом.
Он принимает лист и не спешит ознакомляться с содержимым.
— Картер с моей матушкой все не уймется? Ясно же изъяснился, что ни в каких сиделках не нуждаюсь, — трактовал мой визит по-своему. Теперь очевидно, почему Грейс Картер выбрала этого кандидата из списка. Она была абсолютно уверена, что я вернусь ни с чем.
— Мистер Фирнен, мне очень нужна эта работа, — стараюсь выглядеть доброжелательной.
— А мне нужно, чтобы меня оставили в покое, — не поддается на мой просящий вид. Вот же непробиваемый мужчина! — Голова раскалывается от шума, что вы здесь подняли. Филипп, оформи официальный отказ. Будь добр, — протягивает мне лист обратно, но я не спешу его забирать.
— Да, сэр, — мужчина разворачивается ко мне спиной, теряя интерес.
— Я целительница, — пробую использовать последний шанс.
— Мне все равно.
— Ну как же… — кошусь на коляску. Очевидно же, что ему не помешает помощь.
— Неужто вы думаете, мисс… — видно, что я задела неприятную для него тему.
— Элиссон, — называю свое имя.
— Мисс Элиссон, что я уже не обращался к целителям. Поверьте, не раз, — и, судя по всему, опыт отрицательный. Он морщится при воспоминаниях.
— А я смогу, — вырывается само собой, срабатывает защитная реакция.
— Хм, вы весьма самоуверенная барышня, — сама от себя в шоке, если учесть, что даром пользоваться совершенно не умею.
— Самая обычная лгунья она, — вмешивается Филипп. Берт начинает гавкать на старика.
— Вот видите, ваша собака чувствует, что я не вру, — пытаюсь хоть чем-то склонить его в свою сторону.
Он скептически смотрит на пса.
— Он, похоже, за пирожок готов хозяина продать, — пес виляет хвостом, словно понимает. Очень умная собака. Громко лает один раз и замолкает, смотрит выжидающе на хозяина вместе со мной.
— Вас послала моя мать?
— Нет. Я сама … Там просто такая неприятная ситуация. Меня направляют к мужчине, он делал однозначные намеки, касаемо… ну, вы понимаете. А вы …
— Понятно, — обрывает меня, — А я непригоден для подобного. Какая удача, право слово.
— Нет, что вы… Вы мужчина красивый, несмотря на… — черт, кажется, я все больше себя закапываю.
— Потрясающе, — подтверждает мои опасения.
— Простите, я не это все имела в виду. Вы мой последний шанс, — произношу отчаянно.
— Вы все верно заметили, я не гожусь для всего прочего и также не заинтересован в пребывании в моем доме чужих.
— У вас тут полно места. Мне хватит минимального жалованья.
— Нет.
— Вы выгоните меня через месяц, если вам не станет лучше. Как вы на такое смотрите? А если прогоните меня, ваша матушка отыщет кого-то другого. Придется снова ее выпроваживать. Сколько их уже было?
— Семь за прошлый месяц…
— Мы можем помочь друг другу, — дожимаю.
Он прищурился, всматриваясь своими пугающими темно-зелеными глазами. Такого насыщенного оттенка никогда не видела.
— Возможно, вы правы. Мы заключим договор. Филипп, принеси бумагу и перо.
— Но, сэр. С этой нахалкой?
— Не забывайся.
— Извините, сэр, сейчас.
— Но только при одном условии… — замерла в ожидании. — Даже двух.
***
Пришло время показать как выглядят наши герои, если изображения не отображаются, вы можете найти их в моей группе
ГЛАВА 8
ЭЛИССОН
Было странное чувство, будто я ввязываюсь в такое, что непременно мне не понравится.
Мужчина не спешил озвучивать свои условия, сидел в своем кресле, глядя в огромное панорамное арочное окно замка. Все внимание его было направлено на пейзаж, будто он полностью потерял ко мне интерес. В его взгляде было столько тоски, что мне даже стало неловко смотреть на него, и я перевела свой взор тоже в окно. Не ошиблась, когда говорила о виде. Я бы не рискнула подойти ближе, слишком захватывающее зрелище. Пропасть перед замком неимоверно пугала. Решила, что как-нибудь позже обязательно расспрошу, почему он выбрал это место.
Вернулся Филип, протянул хозяину документы и небольшой футлярчик золотого цвета и продолговатой формы. Сам управлявший не стал задерживаться, развернулся и ушел, оставляя нас наедине.
— Итак, мисс Элиссон, сейчас мы с вами подпишем договор сроком месяц. Все, что будет происходить в моем замке, должно оставаться тайной для окружающих.
— Это и есть ваше условие?
— Не торопитесь.
Легко говорить, я понятия не имею, что меня ждет.
— Все, что происходит между доктором и пациентом, строго конфиденциально, — заверила его всем известное правило в своем мире.
Он снова впился в меня взглядом.
— Разве у вас есть лицензия?
— Врачебная тайна — обязательная часть мед… целительской деятельности, начиная с обучения, — вроде у них и медицина как таковая есть, но они называют врачей лекарями. И как я поняла, не все лекари обладают целительским даром. К примеру, женщина в приюте им точно не обладала.
— Где вы проходили обучение?
— Это уже неважно. Как бы я ни хотела говорить о прежней жизни, не желаю придаваться воспоминаниям, — одобрительно кивнул, видимо, такой подход ему близок.
— Все мы вынуждены приспосабливаться. Кто-то в большей степени, кто-то в меньшей.
— Да, это так, — сложно спорить с правдой жизни. Только мне предстояло освоиться в целом новом мире, устои которого мне совершенно претят.
— Давайте перейдем к делу. Мне понадобится, чтобы вы выполнили одно мое желание.
— Желание? — не поняла я.
— Скорее, мне может понадобиться ваша помощь в одном деле. Вы обязаны ее оказать.
— Вдруг вы попросите меня нарушить закон.
— Никто не пострадает.
— Мне необходимы гарантии.
— А вам палец в рот не клади — откусите по локоть.
— Просто я уже обожглась однажды, доверившись мужчине, — пусть неконкретно я, но именно из-за предательства мужа Элиссон оказалась в таком бедственном положении.
— Хорошо, сделаю для вас приписку о том, что все в рамках закона.
— Слишком малый срок для такого условия, — проработать всего месяц, а потом выполнять не пойми что — как-то это слишком опрометчиво. — Минимум полгода, — решила попытать удачу.
— Хм, — вздохнул, — Три месяца, — ожидаемо сократил срок.
— Четыре. С возможностью продления контракта, если будут положительные изменения.
— Любопытно, — окинул меня еще раз изучающим взглядом. — Пусть будет так. Ну что, согласны?
Не такого условия я ждала. Как можно соглашаться на подобное, когда человека видишь первый раз в жизни?! Но что мне оставалось? Или согласиться, или вернуться в приют ни с чем… Наблюдать, как Картер победно торжествует…
— Я согласна. А второе условие?
— Не кормить пса сладким.
Подумала, что ослышалась. После первого серьезного условия оно казалось шуткой.
— Вы шутите? — поспешила уточнить.
— Нисколько. Замечу, что вы его балуете и даете, что собаке ни в коем случае нельзя, — Берт заскулил, недовольный словами хозяина. Бросила на него сочувственный взгляд. — Ослушаетесь и можете сразу собирать свои вещи.
— А теперь подойдите и протяните руку.
— Зачем?
— Не думали же вы, что мы заключим договор только лишь на бумаге. Скрепим наши договоренности магически. Что такое? — заметил мой испуг. Вот так сюрпризы. И так было страшно, а тут еще усугубляется таким нюансом. Я ничего не смыслила в магии и не знала, какие могут быть последствия.
Но был ли у меня выход?! Глупо отступать. Но и глупо соглашаться на не до конца понятные условия. Всегда смотрела со скепсисом мамины сериалы, не понимала, как героиня подписывает не глядя документы. Потом ее непременно обманывали, оставляя ни с чем.
Протянула руку, он схватил запястье своей горячей ладонью, задирая рукав чуть выше и прикладывая тот самый золотой футлярчик к коже. В месте соприкосновения проявилась вспышка в виде мягкого свечения. Рука немного горела, но терпимо. Как только Фирнен убрал его, на коже появились его инициалы и впитались в кожу.
— Теперь вы, — отдал мне предмет.
Я неловко дотронулась до мужчины, оголяя небольшой участок, и также приложила цилиндр. То же самое произошло и с ним, только высветились мои инициалы.
— Ну что ж, договор подписан, — отложил в сторону бумаги, а в листе распределения черканул размашистую подпись в виде тех самых инициалов, что были теперь где-то под кожей, и протянул мне.
— Когда я могу приступать к обязанностям?
— Как вам будет угодно. Хоть через месяц или четыре, — иронизировал, показывая, что он совершенно об этом не беспокоится. Могу вообще не появляться на рабочем месте. Наоборот, только будет рад.
— Я буду завтра. И… — замялась, было неловко просить.
— Что еще?
— Не выделите ли мне немного средств на обратную дорогу?.. В качестве аванса.
