Полная версия
А еще не помешает приобрести шляпку, ведь солнце припекало даже в такую рань. А то если получу тепловой удар, трудно будет обустраиваться. Слечь с температурой, ознобом и болями в животе совершенно не хотелось.
Я проверила, сколько у меня имеется средств. В кошельке было не так много, и даже не разбираясь в валюте данного мира, понимала, что их очень мало. Также нашла драгоценности: сережки, браслет и два кольца. Они были спрятаны в мешочек на самом дне сумки, в одном из карманов платья. Очень пригодится, всегда можно обменять.
Вещей тоже было немного: несколько платьев, белье, пару юбок и блузок, одни ботинки. На первое время хватит, за неимением большего.
Мы причалили к берегу, и я с некоторым волнением сошла на землю, не принимая руку помощи Липса. Молодой мужчина помогал девушкам спуститься по трапу. Его взгляд был полон презрения, но мне было плевать на его мнение обо мне.
Вот это я отправилась в поход! Вообще не собиралась ехать. Но Соня меня уговорила. Нудела, что я слишком много времени провожу за учебниками, сижу за компьютером, мне не помешает провести его на природе. Здесь ее вдоволь и никаких современных благ цивилизации. У меня ужасно зудели руки, хотелось порыться в сумке и выудить из нее мобильный телефон или планшет. Забить в интернете в поисковую строку: «Проклятые острова, сначала википедия, а потом отзывы». Мозг накидывал еще шуточных вариантов, так своеобразно защищаясь.
Нас встретила крупная женщина, высокая, но в теле. Если бы она не была такого роста, то выглядела бы толстой, но лишний вес равномерно распределялся по телу, придавая ей мощи и крепости.
— Доброе утро, дамы! Меня зовут Ида Монд, — представилась. — Я ваша распределительница. Я проведу вас к нам в приют, где вы пройдете распределение. Вы имеете право проживать в нем всю неделю, дальше вы отправитесь по распределению, но об этом потом. Обо всем подробнее вам расскажет директор приюта миссис Грейс Картер.
Фамилия директрисы мне сразу не понравилась, звучала как «каратель». Почему-то интуиция вопила, что женщину стоит остерегаться, хоть я ни разу в жизни ее не видела.
— Пойдемте.
— Нам никто с вещами не поможет? — удивилась одна девушка с тремя сумками.
— Здесь вам ни пансион благородных девиц. Отныне вы сами хозяйки своей жизни.
— Что за бред! — возмущалась она, ей вызвалась помогать другая девушка. Видимо, успели сдружиться.
А брюнетка, та самая, что рекомендовала мне дом утех Роуз, громко и некультурно расхохоталась. Ей все было не впервой, и она смеялась над нашей неосведомленностью и, судя по всему, глупостью.
Я тоже к лакеям не привыкшая, подхватила сумку и направилась вслед за женщиной.
— Здесь можно где-то приобрести головной убор? — обратилась к нашей сопровождающей. — Нам ведь далеко идти?
— За углом будет лавка одежды, там и купишь. Близко, ноги не отсохнут.
Ее манера общения скорее отталкивала, но в целом это для нее просто работа. Сочувствовать и жалеть она не обязана.
В темном платье было очень жарко, еще и материал явно не для такой погоды. Похоже, рано я радовалась, что вещи не придется докупать.
Городок, в котором мы оказались, напоминал обычный прибрежный город. Сразу так и не подумаешь, что ты находишься в другом мире. Я смотрела по сторонам, рассматривая все вокруг. Но все-таки одежда и предметы выдавали: слишком отличались от современных. Передники на платьях, кружева и рюши, странно заплетенные волосы. Никто из женщин не одевался в мои любимые брюки.
Мы шли пешком по жаре где-то полчаса, когда, наконец, добрались до двухэтажного здания, выполненного на манер небольшой усадьбы аристократов.
— Добро пожаловать! — это теперь ваш дом на некоторое время. Выберете себе комнату и спускайтесь к обеду. Затем я вас представлю директрисе.
Я прислушивалась к разговорам соседок. Мне выпали те две девушки, что несли на пару сумки. Они тихонько щебетали между собой, и почти ничего нельзя было уловить. Только одна бубнила постоянно недовольства, а другая ее успокаивала.
Мы вместе спустились в столовую, там нас уже ждала Ида Монд со своей идеально ровной спиной.
На столы подали кашу и чай, без изысков. Но я была благодарна и такому, уже прошло достаточно времени с прошлого приема пищи.
— И что нас ждет? — принялась за расспросы моя недовольная соседка.
— Имейте терпение. Как я уже сказала, вам расскажут правила после обеда.
— К черту ваши правила! — возмутилась девушка. — Меня неправомерно сюда отправили, я не собираюсь здесь задерживаться! — все взгляды обратились в ее сторону, включая мой. Было интересно: можно ли действительно спокойно покинуть остров и как этого добиться?
— Как ваше имя? — поинтересовалась невозмутимо Монд, добавляя сахар в кашу.
— Мэри Лойс.
— Так вот, Мэри, для остальных вас больше не существует, про фамилию можете забыть.
— Но я здесь, из плоти и крови! Никто не может со мной так поступить.
— Согласно распоряжению Совета, вы можете проживать только на этом острове.
— Я буду жаловаться! — не унималась Мэри.
— Как будет угодно. А сейчас не мешайте остальным обедать.
Миссис Монд так безэмоционально разговаривала, что стало понятно: жаловаться бесполезно. Этот остров словно тюрьма, нас сослали сюда на пожизненно. Бросила взгляд на сбежавшую брюнетку. Как ей удалось? Может, она все придумала?
Продолжили трапезу в тишине, никто не спешил заводить разговоры, все были напряжены и ждали дальнейших действий.
Сразу после обеда Ида проводила нас в свободную просторную комнату с небольшой сценой и стульями напротив нее, приказывая всем разместиться и познакомиться с главой приюта, выслушать ее приветственную речь.
К нам вышла худая как жердь женщина с черным взглядом. Я говорила, что у Монд спина прямая? Так вот, создавалось такое ощущение, что директриса вообще кол проглотила. Было что-то в ее взгляде опасное. Думаю, не одна я почувствовала ее энергетику. Фамилия Картер ей очень подходила.
— Рада всех приветствовать в своем Приюте имени благодетеля Хард.
Все поздоровались в ответ.
— Мы никому не отказываем в приюте. Хозяин острова, мистер Хард, любезно предоставляет вам недельное содержание. Вы должны быть благодарны, — она указала на стену позади нее, где висел портрет мужчины, на вид которому около пятидесяти лет, может, чуть меньше. Точный возраст с такого расстояния плохо угадывался, видно только то, что он уже немолод.
— Эту неделю вы обязаны соблюдать режим и правила приюта.
— Иначе нас отшлепают... розгами, — пошутила или нет брюнетка — непонятно, у нее своеобразная манера общения. Сложно понять, правду она говорит или же насмехается.
— У нас из-за вас было очень много проблем. Так что, дорогая Луиза, мы больше не будем проводить распределение. Всем предельно ясно, где ваше место.
Луиза ухмыльнулась, видимо, ее совершенно не страшило, куда ее направят, или она была уверена, что дом Роуз ждет ее с распростертыми объятиями.
Но когда в комнату вошли двое мужчин в темно-синей форме с золотыми пуговицами, ее ухмылка померкла. Она ошарашенно посмотрела на директрису, пытаясь убедиться: действительно ли стража за ней.
— Твое место в темнице. Ты проведешь остаток жизни в заключении, раз тебе так претит наш остров.
Девушка бросилась бежать, но тут же была поймана. В её глазах стоял дикий ужас. Как и у остальных. Все сжались и боялись даже дышать, такого явно никто не ожидал.
По всему выходило, что побег может обернуться тюрьмой. И здесь она, скорее всего, отличается от нашей. Но каждый сбежавший уверен, что не попадется в будущем…
Я в ступоре, так как Луиза дала мне надежду, а директриса только что ее забрала. Для них мы никто. Сколько тут таких проходит через их руки?! Сердце колотится, подступает паника, стараюсь успокоиться, медленно вдыхаю и протяжно выдыхаю.
— Итак, продолжим. Сейчас вы по одному пройдете в мой кабинет, и мы проведем небольшое собеседование, выявим ваши способности, лучшие качества.
Напряглась. Каким образом она собирается это делать?
Одной девушке стало дурно от разыгравшейся сцены и слов главы приюта. Она побледнела и еле держалась на ногах.
— Ида, помоги самой впечатлительной, выведи ее на свежий воздух, — распорядительница недовольно поджимает губы, но слушается, подхватывает шатенку под руку и помогает ей выйти.
— Ну что? Кто желает быть первой? — улыбается нам надзирательница, то есть директриса.
Ей точно нравится власть над нами, она упивается ей. Это заметно, как бы она ни маскировалась под благодетельницу. С Грейс Картер нужно быть осторожной. Она хитра, проницательна и опасна.
***
Грейс Картер
ГЛАВА 4
ЭЛИССОН
Не рискнула зайти первой, тем более общения с директрисой так жаждала моя соседка, считавшая, что она несправедливо попала на Проклятый остров. Девушка намерена была жаловаться и, как только предоставилась возможность, гордо задрав нос, прошла в кабинет. Ее не впечатлили слова распорядительницы. Видимо, она была какой-то важной особой, привыкшей, что с ее мнением считаются.
Через некоторое время за стеной раздались вопли. Возмущенный тонкий голос девушки доносился из кабинета. Как и ожидалось, соседка осталась недовольной.
— Да сама ты шлюха, дрянь! — за девушкой зашла Ида, выпроваживая ее из кабинета. — Мой отец был лорд Валес! А ты никто, мизинца моего не стоишь.
— Ида, уведи эту душевнобольную, — Картер было не пробрать такими скандалами. — Отведи ее в лекарское крыло, пусть ей дадут успокоительное, — безэмоционально распорядилась и пригласила следующую кандидатку.
— Это я больная?! — вырывалась из рук миссис Монд, но та держала крепко. — Ты еще пожалеешь! Я доберусь до тебя! — выкрикнула напоследок.
Ничего хорошего не ждала от распределения, тем более когда одна за другой девушки выходили весьма озадаченные, некоторые заплаканные.
Когда пришла моя очередь, мысленно помолилась, как учила мама. Зачем-то же боги отправили меня сюда, если, конечно, они существуют… Мое мировоззрение пошатывалось, ему нужна была новая крепкая основа.
Грейс Картер восседала за столом, кинула мимолетный взгляд на меня, жестом пригласила присесть напротив нее. На столе лежали несколько папок, скорее всего, наши личные дела, а сбоку стоял какой-то кристалл.
— Ваши рекомендации от Гвинет, миссис Элиссон, — она держала в руках несколько листов, — весьма нелестные. Ваша матушка характеризует вас как ленивую, неспособную к труду, а также пишет, что вы лживы и искусно притворяетесь жертвой. Что-то скажете в свою защиту?
— В этом есть необходимость? Что я ни скажу, будет воспринято вами как манипуляция с моей стороны. Гвинет довольно хорошо подстраховалась.
— На жертву вы не похожи. Я, поверьте, многих здесь повидала.
— Ее слова против моих.
— Постановление Совета просто так не выписывается. Вас обвиняют в распутстве и неоднократной измене своему мужу.
— Это неправда.
— Все так говорят.
— Мне больше нечего сказать.
— Как хотите. Приложите руку к кристаллу.
— Что он делает?
— Определяет: есть ли в вас магические способности.
Оказывается, на острове есть магия! Старалась выглядеть не сильно удивленной, чтобы не вызвать лишних подозрений.
Я протянула руку к большому прозрачному кристаллу, сантиметров двадцать пять в высоту, и первое время ничего не почувствовала. А потом под кожей потеплело, и кристалл окрасился в теплый желтый свет, не яркий, ближе к бежевому.
Непроницаемое лицо миссис Картер дрогнуло, глаза расширились.
Что такого? Может, этот камень способен определить мою иномирность?
Напряглась, здесь и так мое положение незавидное, теперь еще и это…
— Странно, в ваших данных не указано, что у вас есть искра. Вы же прежде должны проходить проверки. Вас нет в реестре магически одаренных, — женщина перепроверила что-то в моих документах, перечитала информацию снова, но ошибки не было.
— Гвинет не считала нужным их проводить, — решила все спихнуть на неизвестную благодетельницу. Судя по всему, она была в моем сне.
— С чем это связано?
— Не знаю.
— Вижу, что вы что-то скрываете, — ее цепкий взгляд решил проанализировать меня.
— Почему я должна быть с вами откровенной? Мы видимся в первый раз.
— От меня, милочка, будет зависеть ваша дальнейшая жизнь.
— Вам это нравится? — не сдержалась.
— Что именно?
— Вершить чужие судьбы.
— Нисколько, миссис Элиссон. Но столько лет перебирать грязное белье обманщиц и бесстыдниц — это умерило мое человеколюбие. Я вижу все ваши грехи.
— Гордыня — тоже грех.
— Хм... Ваша мачеха не ошиблась, составляя ваши рекомендации.
Так Гвинет все-таки мачеха Элиссон. Вот откуда ноги растут! Что-то подобное и предполагала.
— Я бы не стала верить женщине, которая спит с мужем дочери, пусть и не родной, — теперь, зная, кем точно благодетельница мне приходится, могла хоть как-то защищаться.
— Но и верить вам, Элиссон, я не намерена. Так что давайте завершим процедуру. Я внесу информацию о вашем целительском даре, и завтра поговорим еще. Мне надо все перепроверить.
— Как угодно, — покинула кабинет в некотором шоке от того, что у меня обнаружили целительский дар. Я и сама не готова была продолжать беседу.
Может, кристалл ошибся? Не верилось, неужели моя тяга к медицине в нашем мире каким-то образом переросла здесь в дар? Слишком много открытий для одного дня. Мне бы для начала смириться, что здесь в целом есть магия, что уж говорить про искру внутри меня!
Итак, что мне известно? «Мой» муж изменял мне с мачехой. Они вместе организовали мою ссылку на Проклятые острова, оклеветали развратницей, оставили без репутации и без гроша в кармане. Магического дара у Элиссон не было. Пора привыкать себя называть этим именем, а то недолго и попасться. И, судя по всему, так как у меня он все же имеется, это весьма неплохо, даже обнадеживает. Ведь не станут меня отправлять в дома для утех с такими полезными способностями?
Озадаченная, поднялась к себе в комнату, где встретила зареванную Мэри.
— Куда тебя направили? — спросила девушку.
— В шлюхи, разве непонятно! Одному влиятельному господину требуется молодая любовница. Жена его, видите ли, болеет, а мужские потребности никто не отменял. В дом утех ему идти постыдно, а вот завести когда-то благородную девицу в постельные грелки — нет.
Мне было ее очень жаль, но и волнение за себя не проходило. Может, зря я рассчитываю на что-то большее, чем подобная участь. Но, с другой стороны, лучше быть с одним мужчиной, чем обслуживать разных. Дурацкое утешение, но все же… Когда это касается не тебя, легче воспринимается. Сама же я тоже вряд ли бы смирилась и с подобной участью.
— Тебя тоже обвинили в распутстве? — уточнила у Мэри.
— А кого-то из нас нет? — удивилась она.
— Не знаю, — я старалась выглядеть не слишком подозрительно.
— Откуда ты приплыла, раз не знаешь очевидного?! Или ты из немощных, неспособных родить?
— Нет.
— Таким везет больше, чем нам. Их берут в няни или уборщицы, помощницы по хозяйству. А что у тебя? Куда направили? — спросила соседка.
— Еще неизвестно. Обнаружили ошибку в моих данных. Будут перепроверять.
Она не стала уточнять, какую именно, пребывала в своих мыслях и переживаниях.
Вскоре к нам присоединилась еще одна девушка, подруга Мэри.
— Ты как?
— Это ужас! Эта Картер еще пожалеет! Я обязательно отомщу, как и своему муженьку. Он изменял мне направо и налево, а стоило мне завести мимолетный роман, так сразу сослал меня сюда. Мерзавец! Лицемер!
— Не горячись! Тебе стоит действовать аккуратнее, — советовала ей Сиэла.
— Так что у тебя?
— Я не аристократка, как ты, а обычная горожанка. Так что угадай.
— И ты просто смиришься?
— Мы ничего не можем изменить. Жизнь продолжатся.
— Ну уж нет! Я отравлю его к чертям, если он позволит себе ко мне прикоснуться!
— Тогда тебя отправят в темницу вслед за той девицей.
Мэри замолчала. Я слушала и понимала, как же мы все тут попали.
Мэри, значит, действительно изменяла мужу. Неужели не боялась, раз за измену здесь такое наказание? Ужас просто.
Я была уверена, что Элиссон не изменяла мужу. Но можно ли это доказать и реально ли обжаловать решение Совета? Если бы она была девственницей, то это весомое доказательство, верно? Надо срочно выяснить.
— Нас не будут проверять на состояние здоровья? — спросила соседок.
— Зачем это?
— Ну, вдруг мы больные и заразные.
— Вроде Монд говорила что-то об этом. Уточни у нее, раз так интересно.
— Хорошо.
Утром меня вызвала к себе Картер.
— Я связалась с вашей матушкой, Элиссон. И она утверждает, что проверки на магию вы проходили как положено в соответственном возрасте. Это подтвердили и учреждения, ответственные за регистрацию одаренных.
Молчала, ждала ее дальнейших действий.
— Подойдите, мы еще раз перепроверим. Прикоснитесь к кристаллу.
Все осталось неизменно: камень по-прежнему светился бледно-желтым.
— Дар присутствует, слабый, но имеется. Давно он в вас? Крайне редко случается, что дар пробуждается в столько позднем возрасте.
Неопределенно пожала плечами.
— Вам повезло, — ее ухмылка мне не понравилась. — Вместо приготовленного вам места нашлась другая работа. Помощницу с целительским даром ищет наш благодетель, мистер Хард. В последнее время у него проблемы со здоровьем.
— Что от меня будет требоваться? — говоря о помощнице, она именно ее имеет в виду, а не несколько иное?
— Присматривать, следить, чтобы он не перегружался и принимал вовремя лекарства, — хотелось верить, что это действительно все, почему-то мне было неспокойно. Возможно, из-за историй остальных девочек.
Рассчитывала, что работа на мэра острова — мой шанс добиться справедливости, обеление моего имени и восстановление репутации. Вдруг получится реабилитироваться, если у меня будут доказательства.
— Хорошо, я поняла.
— А теперь иди в лекарское крыло, пройди осмотр. И если ты здорова и не несешь угрозы для здоровья окружающих, то завтра можешь приступать к своим обязанностям. Я сообщу, тебя встретят.
Обрадовалась. Сейчас, если всё, как я думаю, и Элиссон была невинна, это выяснится. Вот они удивятся! Что скажут тогда муженек и мачеха про неоднократные измены?! Интересно, а за клевету у них не предусмотрено наказание? Воодушевленная, отправилась на медицинское обследование, готовая стерпеть все, что они для меня приготовили.
В лекарском меня ждали полная женщина-врач в очках и ее худенькая рыженькая помощница.
Помощница заполняла карту, а дама проводила осмотр: проверила кожу, зубы, глаза и покопалась в волосах. А после провела от головы до ног еще одним кристаллом, вероятно, какое-то магическое сканирование организма.
Задержалась в районе чуть ниже живота, странно на меня посматривая.
— Прилягте, пожалуйста, на кушетку, — ничего не оставалось, пусть любуется.
— Вы же можете выписать официальную справку о том, что я невинна? — после осмотра попросила женщину. Понимала, что в любом из миров одних слов недостаточно.
— Я передам всю информацию миссис Картер.
— Благодарю, — окрыленная успехом, старалась не сильно выделяться на фоне девочек. Но оказалось, что радоваться я поспешила.
— Вижу, вы весьма довольны, Элиссон, — от Картер не укрылся мой довольный вид. Что поделать, улыбка сама наползала на лицо, я утерла им всем нос.
— Так и есть. Я теперь могу доказать свою невиновность.
— Вы думаете, что так умны? Ваша матушка не зря предупреждала нас о вашей коварности.
— О чем вы? — непонимающе уставилась на нее. — Я невинна, а следовательно, невиновна.
— У вас не получится провести нас. Теперь понятно, почему вы скрыли от всех пробуждение своего дара. Использовали его, чтобы скрывать свои непотребства.
Я лишь открыла рот в изумлении, не могла сообразить, в чем меня опять обвиняют.
— Знаете, — продолжила глава приюта, пока я озадаченно хлопала ресницами, — вы изрядно разозлили меня. И если бы я не сообщила о вас мистеру Харду, то вы бы прямиком отправились туда, где вам и место.
— Это где, позвольте узнать?
— В доме утех огромный спрос на недотрог, какую вы из себя строите.
— Что за бред вы несете?!
— Вон пошла! Мое терпение небезграничное. Еще одно слово, и я попрошу миссис Монд пустить в ход розги. Девственницу она из себя строит! Ваш муж подтвердил, что консумировал брак. Все зафиксировано, что в первую брачную ночь вы не были чисты.
Смотрела на злую женщину и понимала, что спорить бесполезно. Она мне не верит, считает лгуньей, порочной и падшей. Вообразила какую-то чушь, что я вернула себе невинность магическим образом.
А если бы во мне не обнаружился целительский дар, то что бы они тогда сказали? Но выяснилось, что я слишком наивна. Случайно подслушала разговор двух девочек, которые, в отличие от меня, были крайне довольны, что попали на остров. Думала, что таких нет.
— Фирса была права, а ты, дурочка, не стала ее слушать. Сейчас, как я, жила бы на всем готовом. Можно было обслуживать мужчин, не только раздвигая ноги.
Мамочка дорогая, я же из современного мира. Этим там действительно не удивишь, но не думала, что и здесь настолько "продвинутые" нравы. Можно быть девственницей, но не невинной в чистом в виде, а значит, не невиновной.
Я так расстроилась, была уверена, что маленькая победа у меня в руках, а все не так просто. Все гораздо сложнее. Разбитая легла спать, а утром Монд выдала мне адрес, по которому следует направиться.
Особняк Честора Харда находился в центре города. Три этажа, огромные окна в арках, оформление в светло-золотистых тонах. Сразу заметно, что живет кто-то довольно обеспеченный и занимающий высокое положение.
Меня пригласили в дом и попросили подождать, скоро мой будущий наниматель освободится и примет к себе.
ГЛАВА 5
ЭЛИССОН
— Элиссон, проходите! — спустя примерно час ко мне спустился хозяин дома. — Миссис Картер рассказала, что у нее появилась целительница. Я не поверил своей удаче, — улыбаясь, протянул мне руку для пожатия, легко сжимая. — Сейчас все реже встретишь такой дар. И не сочтите за наглость, но с таким бриллиантом не стал ни с кем делиться. Самому нужен, — засмеялся.
На портрете в кабинете главы приюта мистер Хард выглядел моложе. Фотокарточка была сделана приблизительно десятью годами ранее. Сейчас на меня смотрел полноватый мужчина лет пятидесяти с красными щеками. Судя по всему, у него проблемы с давлением. Волосы местами окрашивала седина, но в целом он выглядел еще бодро. Деловой костюм придавал ему солидности.
— Здравствуйте, мистер Хард.
— Давайте сначала пообедаем, вы голодны? Я вот ужасно.
— От чая не откажусь.
— Тогда прошу в мою скромную гостиную, — скромным это помещение не было, но я промолчала, не стала комментировать. Дорогая обивка мебели, интересные предметы интерьера, зеркальные вставки — все придавало лоска.
— Это наша малая гостиная, здесь мы принимаем только близкий круг. Считайте, вы теперь в него входите.
Он позвонил в колокольчик, но никто не пришел. Он повторил звонок, и минут через пять к нам вошла женщина. Та, что встречала меня. Худенькая брюнетка с серыми глазами, лет тридцати с небольшим. Очень ровная спина. Смотрю, с осанкой здесь ни у кого проблем нет. Я, глядя на нее, тоже выровняла свою.
— Эмма, что так долго? — отругал ее хозяин дома.
