Птичья Клоунада

- Э-а… - насупился Черепица, посчитал.

Файя подхватила:

- Мы и без того субботние премии простили, на еду и тряпки согласились! - жестикулировала она, - Так что теперь не думайте. Не петляйте! Мы, напомним, и на прямое содержание Гильдии подать можем. Вот поедем в Хромантачи жаловаться, объясняться у вас семь потов сойдёт.

Черепица обидчиво нахохлился:

- … Да понял я, понял. Не надо больше, - опустил он глаза, - Будто я петлять собирался. Что сразу-то?

Начальница группы пригладила волосы:

- А то, уважаемый Э.Э.Э - прошу вас, можно наконец-то сделать так, чтобы мы никогда больше не возвращались к данному разговору?

Черепица посчитал в уме ещё раз:

- Так-э… Да у нас, красавицы, и быть-то его не могло! - суетливо выполз он из ванны и спрыгнул со скалы на пол, - Мы ещё… это… в пятницу просили денег для вас отвались. Как оно там… Сверх меры… Доптацией. Ну … - сползли по шлейфам капли, - … это… единственное только, за приёмом не проследил. Зря наверное… Что-то странное.

Начальница группы вдохнула с явным недовольством.

Черепица сглотнул, поправил колпак и позвал делегацию за собой - из кабинета вывела дорожка из маленьких луж.

- … Ну давайте проверим тогда, чего там, - прошлёпал он по коридору и свернул на перекрёстке.

Комендант привёл менестрелек к перекрытому порталу - тяжёлые металлические блоки были плотно сдвинуты, над прилегающими сегментами пола витали терминалы со статистикой.

Правый узнал хозяина и отодвинул крышку скважины - запросил Скипетр.

Черепица неразумно хватанул пустое пространство, медленно обработал факт отсутствия ненавистной палки - и в груди у него ущипнуло.

Менестрельки даже отступили на шаг, когда комендант вдруг завыл и задул щёки:

- Ой-ето… ой-это… - искал он оправдание, - Ой-это…

- Да вот твой фаллический символ, - подал лакей ему Скипетр, - Переполошился…

Ещё дрожа, Черепица протянул крыло и перенял устройство:

- Э… Пасиб, брат, - кивнул он и выпучил подклювье.

Лакей ответил забавным межзубным свистом и покинул сцену: по пути присел и щёлкнул пальцами - поиграл с И-Рили.

… И-Рили припала к соседке.

Черепица же воспрял - гордо продемонстрировал всем наличие Скипетра, почесал затылок навершием и с размаху сунул его в скважину.

По граням блоков загорелись ленты осветителей.

Прошёл раскат следящих приводов - метал разъехался и дал проход в Комнату Снабжения.

По стеклу витрин гуляли блики - климатические интерфейсы стрекотали друг другу, переносили хранилища между зонами температуры и располагали их кристаллами.

А хранились в витринах торквесы - по сотне монет было нанизано на серебряные ободки. Таких под одним куполом содержалось ровно по восемь полос.

Кое-где с потолка выходили распределительные блоки - мяулюксы сняли с них обшивку и проводили теперь свои какие-то ремонтные работы.

Котята дружно повернулись к посетителям, но обратного внимания не получили. Перекинулись стонами и вернулись к делам.

В хвостах они держали инструменты - менестрельки мягко разводили их по пути, лишь бы не отвлечь.

Черепица выставил перо и прищурился. Он бегал глазами по карточкам и искал нужную витрину.

“Дотационные”

… гласила запись.

Черепица двинулся, переступил через интерфейс и заметил наконец, к несчастью, что монеток в витрине не было.

Комендант сорвал карточку, прикрыл её, посмотрел снова и окончательно убедился в том, что ничего не перепутал.

- У-ух ты… - уставился он в стену, - … Беда. Их нету.

Начальница группы пробралась мимо нескольких хранилищ и нависла над здоровяком:

- То есть?! - злилась она.

Менестрельки заговорили:

- Кого там ещё нету?

- Что он несёт?!

- В смысле?!

- Мы зачем сюда пришли-то, ау!

… подбиралась группа.

Черепица тихо всхипнул, перевёл дыхание и повернулся лицом к присутствующим:

- Ну нету их тут, монеток. Не знаю, почему! - стиснул он зубы, - Но… Но давайте я сейчас позвоню, а? Позвоню на “Соцветие”?

И-Рили снова поддалась порыву:

- М… М-мы позвоним! - поймала она на себе десяток взглядов, вздрогнула, но не отступила, - … Э… Так, чтоб нам слышно было, я имею… ввиду…

Начальница группы оценила идею - опустила взгляд на коменданта.

Рот её вытянулся ниточкой.

Черепица опомнился:

- А… Конечно-конечно! Ох, мне ли, мне ли! - посмотрел комендант по сторонам и обратился, - Леопольд! А-ну соедини меня, пожалуйста, с “Соцветием”!

Интерфейс протянул:

- Ой-й… С чем конкретно на “Соцветии”?

Черепица постыдился:

- Не с “чем”, а с “кем”! Где у нас там Бугалтер сидит? Туда вон позвони.

Пластины пола выпустили телефонную станцию.

Мяулюксы подтолкнули менестрелькам пуфики.

Леопольд позвонил на внешнее кольцо штаб-квартиры - в палаты снабженцев.

Бухгалтер имел там целый кабинет - с окном на Кольцевое нагорье и ковролином на пластинах пола.

“Моему виду положено детей приносить, а я монетки чужие считаю”

… пришёл на ум Бухгалтера новый афоризм.

Служащий взлетел на своё гнёздышко в корзинке под потолком и начал уже было заучивать смешную фразу, как подлетела к нему рабочая станция и выдала телефон.

Бухгалтер ответил:

- Флоксовый дворец? - убедился он.

- Да! - воскликнул Черепица, - Эт, здравствуйте, а у нас ту…

- А ведь я ожидал звонка, уважаемый Э.Э.Э, - перебил Бухгалтер и подозвал планшет, - Несколько раньше, конечно, но ожидал. Вы же насчёт дотационных?

- … Д-да, - опасливо кивнул комендант, - Ну… насчёт того, что их нету скорее. А-а почему их нету-то?

Бухгалтер сверился с данными:

- Они есть, и контейнер с ними сейчас в моём кабинете. Просто, видите ли, последний разговор с Корицей ввёл меня в форменное замешательство. Да такое, что я не стал рисковать заполнить акт. … Очевидно, незарегистрированный груз на самолёт не пустили.

Менестрельки переглянулись.

Черепица протёр лицо колпаком:

- А что он вам такого сказал-то? … Ругался, да? - виновато гадал комендант, - Так сами же знаете, он…

- Нет, - опять перебил Бухгалтер, - Он не ругался. Он петь изволил.

Файя сморщилась.

Начальница прижала лоб тремя пальцами.

Черепица сполз по стене на пол:

- Петь? Как петь? Что петь?! - схватился он за сердце.

Бухгалтер помолчал чуть-чуть:

- Я… Не смогу воспроизвести доподлинно, ибо, извините, не помню. Но там точно были следующие строки…

… [корзинка в кабинете закачалась]

К А к пр ИеДу на сел е нье,

То СпрОшУ я - кАк деЛа?

Как тАм мама?

КАк Там па пА?

КАк там баБушка мОя?

… повторил Бухгалтер.

И-Рили перетрясло.

У Черепицы глаз задёргался.

Он не стал строить поспешных выводов, и задал единственно верный вопрос:

- … а как же дедушка?

Бухгалтер сказал:

- Я спросил у него то же самое.

- Ну и чё он?

- Что ж… Это запустило весьма длинную цепь рассуждений, которая прервалась на идее того, что, цитирую, “Если дедушки нету, значит и денег нам лишних не надо”... - сделал Бухгалтер паузу, - Собственно… Я так предположил, что за этим должен последовать более… адекватный разговор. Как наш. Так скажите же мне, в конце-концов, отправлять ли вам эти дотационные, или нет?

Черепица сразу же поднялся на ноги, поправил одежды и вправил спину - всё так, будто собеседник мог его видеть.

Он постановил:

- Конечно! И поскорей бы это, ну.

Менестрельки заинтересовались.

Бухгалтер же напомнил:

- Но дедушки же правда нету.

- … К-какого ещё дедушки? - терял Черепица терпение, - Давайте, как бы… Монетки нам, пожалуйста, отправьте!

- Хорошо, - сдался бухгалтер, - Ждите поставку послезавтра.

Менестрельки зазвучали:

- Как послезавтра?

- Ну уж нет…

- Гарантии где?

- В пораньше никак?

Бухгалтер ответил:

- К сожалению, это выше моих сил. Послезавтра. Яркого вам дня и Шумной ночи.

И он отключился.

Черепица покачал головой:

- Мдэ, сильно же Корица распереживался. Это он странное сделал.

Файя сложила руки:

- Очень странное. А нам теперь ещё два дня ждать!

Девушки поникли.

И-Рили прошептала:

- И как я теперь домой пойду? Что я Вере скажу?

Начальница взяла на ручки мяулюкса и принялась гладить - ушла в размышления.

Черепица осмотрел их. И что-то в душе у него натянулось, заскрипело.

- А это, - позвал он тихонько, - У вас же по четыре монетки жалование, так?

Девушки кивали.

- Ну вот, если сегодня… По две вам раздать? Нормально будет? Уладимся? - подмигнул он.

Начальница группы прищурилась:

- Ну допустим. Только откуда вы их возьмёте? Не будете же вы за счёт кого-то компенсировать.

Черепица уверенно выставил крыло:

- Есть источник. Не волнуемся, - двинул он мимо хранилищ, - Сейчас мы с вами всё исправим…

Комендант вызвал из-под поля целый модуль со стеллажами и витринами - он вращал его и гулял перьями по табличкам и карточкам:

- Вас же у нас 64?... Ну да, - нашёл Черепица нужный отсек, раскрыл его и нанизаал на крыло ряд торквесов, - Тогда нам точно хватит. По две-то точно, - передал он ценное интерфейсу и поручил раздать, - Берите. А кого нет… Ну, тем потом передайте. Берите с собой.

Менестрельки шумели и толкались - передавали торквесы друг другу и снимали по две монетки.

Лица их потеплели. И голоса их стали дружелюбней.

Начальница подкинула опал и покатала его на ладони:

- И всё-таки я волнуюсь, - обратилась она к Черепице, - Мы точно никого не обобрали?

Черепица закрыл отсек, отправил модуль обратно вниз и успокоил:

- У-у… Да никого вы не это, храни вас Инженер, - прошёл он мимо клина и пригласил на выход, - Это я собирал. Лет шесть. По чуть-чуть, по-маленьку. Думал, типа, вот семья будет у меня - чтоб сразу всё достать. Хорошее такое. Не ходить, не искать чтобы. Ну… Вот, х-хех, вам быстрее понадобились.

…

Клин выступил за комендантом в коридор. И двери комнаты закрылись.

Черепица задумал сопроводить гостей до главного входа, чтобы не допустить ещё какого-нибудь случая с Топчанкой.

Но только делегация перетекла на центр перекрёстка, как свет из потолочного окна померк - по коридорам пролетела тень.

Постояльцы подняли головы. Феи увели детей по нишам и комнатам.

Начальница группы скомандовала подопечным подготовится.

С И-Рили вновь сошла вся смелость:

- Э-это ещё что?... - смотрела она в потолок и щурилась от яркого света.

Черепица поспешил успокоить:

- Да вы ж не бойтесь, спичечки, это… ма-ама наша.

И тень вернулась - по стеклу скользнула тяжёлая масса.

Стены содрогнулись, предметы в воздухе разлетелись по углам.

- МАМА? - перекосило Файю.

Черепица сам заволновался:

- Ну да. Мама. А что? Она ш у нас… Добрая на самом деле.

-ХРАТЬ-ать-ать!

… донеслось откуда-то извне.

Из лифта выскочил негодник - Озорница позвал за собой интерфейс с камерой и побежал, разводя постояльцев, к главному окну крыла.

Черепица попросил менестрелек подождать, а сам попытался уловить момент - остановить Озорницу и прояснить, наконец, что происходит.

Озорница, впрочем, увернулся - попросил интерфейс поднять его на карниз и приказал начать съёмку.

Черепица пригрозил ему:

- Ты чё снимаешь там? Чё задумал?!

Озорница отмахнулся:

- В пять часов все вместе посмотрим! - приоткрыл он, - Не порть кадр! Щас движняк пойдёт!

Начальница группы развела руками:

- Я прошу прощения, конечно… но… - оборвалась она.

Сегменты главного окна разошлись окончательно и запустили сквозняк.

А тот принёс Корицу:

- ААААААААААААА! - перекатился он в помещение, пометил пол пятном пота и побежал, - ХВАТИТ!

Проекция куратора же перескочила в коридор с куда большей ловкостью и сразу погналась за воспитуемым:

- Адам! Адам! - взывал Лютан, - Прислушайтесь же! Это же такая серьёзная и сложная задача! - пронесся вихрь связок мимо группы постояльцев, - Если вам не жалко своих сил, подумайте о конструктивной целостности здания!

- ААААААААААААА! - заткнул Корица уши.

И Спектр сжалился над ним (хотя, как посмотреть) - проекция поскользнулась на черепицыном мокром следе, плюхнулась на пол и развоплотилась:

- Дайте же сказать! - пропал куратор.

Корица притормозил, оглянулся и заготовил:

- ЧТО ВЫ ЗДЕСЬ ВСЕ ЗАБЫЛИ? - метался он, - РАСХОДИТЕСЬ по перекрёсткам! РАСХОДИТЕСЬ, БЫСТРО! - трясло его.

Начальница группы усмехнулась:

- Плащик снял, а вовсе не сменился… - шикнула она сначала в сторону, и обратилась прямо к взъерошенной птице, - Что, не жирно тебе, целый коридор?

- ДА ПРИЧЁМ ТУТ?! - убивался Корица.

Черепица засеменил к нему на манер медсестры:

- Чщ-чщ-чщ… - стал он успокаивать, - Это… Ну это… Тебе плохо, да? Может, я помогу чем? Ты тока не злись. Не злись, а? … Может… Про книжку мне свою там, про песенку расскажешь? Ты тока не злись.

Корица согнулся хищнически, вытянул шею и выхватил у брата Скипетр - обвёл им вокруг и разогнал всё живое по сторонам.

Спектр утянул менестрелек в коридор Комнаты Снабжения.

Витю прилепило к стене.

Корица встал широко, оглянулся с испуганным взглядом и обернулся к окну…

Постояльцы медленно отходили вдоль стен.

Менестрельки поднимались на ноги:

- И что же… вы ничего не сделаете? - спрашивали они у Черепицы.

Комендант смотрел на брата:

- А что я с ним сделаю-то?... н-Ну… - поднялся он и запыхтел к выходу на перекрёсток.

И только он выглянул из-за угла, как сразу отшатнулся - Рух запустила из окна по коридору толстое тяжёлое бревно.

Разлетелись щепки, ветки обломились о конструкии.

Корица успел взмахнуть на снаряд Скипетром - бревно начало замедляться. Корица сжимал рукоять - его отталкивало назад. Когти его царапали половое покрытие.

Черепица насмелился выбежать из укрытия, пробежал по бревну и поравнялся с братом. Сказать он ничего не успел - глянул в окно, и увидел: любимая мама подготовила следующее бревно.

Корица рявкнул:

- В сторону его! - сделал он размашистый финт Скипетром и подтоговился принять снаряд.

Черепица же запутался - стал скорей отталкивать бревно, вот только не рассчитал - кинвовый ствол перегородил коридор.

- Ой! - осознал тогда Черепица.

И мама Рух запустила снаряд - бревно проскользило по полу и разломало предыдущий ствол напополам. Корица поймал его Скипетром.

Черепица же заметил, что Рух уже подняла следующее дерево. Он тщетно поразмахивал крыльями, и поспешил на середину - ловить самостоятельно. Он принял ствол плечом и напряг ноги.

Затем пошли брёвна поменьше - Корица подхватывал их и отбрасывал в свободные пространства. Черепица собирал их и пытался уложить аккуратнее.

У лифта явилась проекция Лютана.

Куратор поправил костюм и побежал разбираться:

- Адам! Адам! Ну что же вы делаете! - увернулся Лютан от очередного бревна, - Адам! - забрался он по разбросанной древесине, взмахнул Скипетром и остановил Маму Рух.

Птица зависла у окна с бревном в когтях.

Корица шагал назад и тяжело дышал. Он нащупал брёвнышко и машинально на него опустился.

Черепица сбросил груз.

Лютан же подошёл к воспитуемому и мягко обратился:

- Послушайте же…. И… уберите Скипетр.

Корица прорычал, отправил инструмент куда-то за спину и уронил голову в крылья:

- Слушаю. Слушаю!

Лютан аккуратно напомнил:

- … … У вас же в комнате с Гнездом тоже… есть окно…

Корица отвернулся:

- Да что ж такое-то?

Лютан отпустил Маму Рух. Та поболталась немного перед окном, но не нашла сил забросить груз - медленно опустилась на землю.

Куратор подозвал Черепицу, передал ему Скипетр, в сам присел рядом с воспитуемым.

Тот молчал.

Постояльцы выбирались из укрытий.

Менестрельки пробирались по завалам.

Лютан наконец заговорил:

- Но, опять же, в комнате Гнезда куда больше мелких деталей. А учитывая, с каким остервенением вы работаете… Знаете… Может, вы и были, в конце-концов… правы, - пожевал он, - Не расстраивайтесь. Это просто неординарное решение, окупаемость которого… отложена.

Витя с лакеем прикатили холодильник с выпечкой.

Феи предлагали собравшимся чай.

И-Рили приняла чашку кофе и оценила обстановку:

- Эх, горемычные… - вздохнула она.

Лютан подвинулся на брёвнышке и позвал коменданта сесть рядом. Он приобнял пернатых за плечи и сказал:

- Что ж, пусть это и не очевидно, но реальность, уверяю вас, такова, что получается у вас куда лучше, чем могло бы.

Корица согнал его руку:

- Нам, господин звездочёт, просто сравнивать не с чем.

Лютан кивнул:

- Я бы не был так критичен. Нельзя же сказать, что вы до этого ничего не делали. Просто сегодня вы сделали куда больше. И это хорошо. Никакие мы с вами не горемычные, - улыбнулся куратор, - … Ох, какой же я всё-таки грамотный педагог!... И кстати, уважаемый Э.Э.Э, вы проверяли сегодня почту?

- Не-а, - признался Черепица, - Ну, то есть, хотел, а оно не вышло как-то.

Лютан преклонил голову:

- Вы с чем-то не разобрались?

- Да разобрался я, - тёр здоровяк колени, - Я там просто чуть не заплакал.

Лакей посмеялся флористу в макушку.

Куратор вытащил из-за пазухи домика и погладил его по шее:

- Что ж, бывает. В таком случае, передам эту новость самостоятельно…

И тут протиснулся негодник:

- Не время! - просочился он между Лютаном и Черепицей, - Нам ещё Гнездо строить!

Куратор удивился:

- Новость достаточно важная, - моргнул он.

Озорница напомнил:

- Нет… ничего важнее… постройки Гнезда! … Хи-хи… Не будем настроение портить.

И Лютан не решился рассказывать.

ВОСКРЕСЕНЬЕ.Прямоушкин проводит экскурсии

ВЕСЁЛАЯ ТЕЛЕСТУДИЯ: ВСЕЛЕНСКАЯ РАДОСТЬ

«За полотном табло.

И за стеклом экрана…

… пробилась сквозь синеву звёздная россыпь.

Увидишь ты моё лицо,

И встретишь мир мой странный.

… выступали в светлых призмах мимы в белых одеяниях.

Опрокинь меня в тепло,

И окати меня вниманием.

… играли связки синтезаторов.

Приложи свою ладонь,

Ты не одна в своём желаньи.

… вышла из дымки фигура в жабо.

Пусть почувствует спектральная сеть,

Что между нами, что-то есть,

Через километры пускай бежит сигнал,

Знаешь, ведь и я давно тебя искал.

- … Ву-у! - исполнил Намаё, выполнил энергичный перепляс и поклонился.

Сам с весьма необычной родословной и интересной судьбой, Риш Намаё вёл на Весёлой Телестудии “Поболтайку” - считай, рылся в чужих родословных и судьбах… Правда, не всегда столь же необычных, конечно.

Сегодня же у него эфира не было назначено, и бесился перед экраном он по чистой дружбе - скажем, выручал.

Массовка таяла. Перед объективом появился всем знакомый реквизит.

Диктор новостей потянулся и сжалился на аплодисменты:

- Вау-вау-вау! - покачал он головой, - Благодарим-благодарим незаменимого коллегу и его пока что неполную, но группу за такой яркий номер… Итак… Полагаю, мы можем перейти к… Ну… Назовём это информационной частью… Э… Если кто-то присоединился к нам только сейчас, объясняю… … А почему я объясняю? Прошу, коллега! - отправил Диктор Ришу микрофон.

- Хорошо, с удовольствием… Ой, лишь бы не уйти в дебри да теории. Профдеформация, сами понимаете.

- О, 17-Ладошек… - посмеялся Диктор, - Просто прочитайте по карточке.

- Да за кого ты меня принимаешь, Родя? Ладно. Начнём же… Первое… Надеюсь, все помнят, как неделю назад в новостях рассказывали о тёмненьком таком ларёчке “сверхбыстрого чая”? В Чарманте дело было. Так вот, Корпус Золотой Рыбки опубликовал результаты исследования… И, не будем нагромождать лишнего - “Список из Шести Принципиальных Запретов” пополнился ещё одним Принципиальным Запретом… Выяснилось, что в составе пакетиков чаёчка были… Так… Не надо. В общем, плохо в них всё было. А ещё важный пункт - это крайняя неэтичность по отношению к чайным феям, - заговорил Намаё ласково, - Так что, пусть лапочки не беспокоятся. Ларёк тот Шант Ханум закроет, и построит там… беседку. Или кинотеатр. Что-нибудь построит точно. Чая такого на звездолёте не будет.

- Да! - перенял Диктор, - Продержалась эта гадость у нас всего неделю, а уже столько проблем доставила… И нам тоже. Вот вы думаете, мы что тут киснем вдвоём в романтической обстановке? А вот, сейчас, дорогая публика, должен был целый фильм идти об этой бадяге, представляете? В последний момент сняли. Не… Хвала Инженеру, конечно, но с какой помпой нам его послали-то! Никогда не забуду, внукам буду пересказывать: “Мы изменим мир!”...

Намаё тихо посмеялся:

- А вот что это мы? У них же, заметьте, получилось! Всё-таки… в Список вляпаться - это сильно. Сам, кстати, Тощев прецедент регистрировал.

- … Да ладно? Тощев? Его второй раз там записали? Вечный дед, блин.

- Э… - чмокнул Намаё, - Нет, к сожалению, второй раз не записали. Я читал. Но вот о вечных дедах, кстати: Консул Серебринк… оу… доверил… принцессе Музаары ношение “Экстрасоздалиса”.

Закадровый мотив прервался.

Ведущие посмотрели друг на друга.

Намаё задумался:

- Нужно будет обсудить это на одной из будущих передач, когда у нас появятся свидетельства. Пока что делать выводы не будем, ладно? Речь о преемниках пока не идёт, судя по всему. Да и так бы, честно, дальше. Первый Администратор в добром здравии. Так… А мы смотрим дальше, - наклонился он к коллеге, - Ну-ка, ну-ка… Кто у нас через пять минут на экраны выйдет?

Диктор с радостью сообщил:

- Салиса Кофта приехала!

- Да. Насколько вы знаете, в течение последних двух недель группа Салисы занималась съёмками документального фильма о веерантах. С дня на день должен появится первый трейлер. А, возможно, она даже даст большое интервью… В общем… Увидим. … Так, ну а мы своё отработали. Рекламой забить две минуты сможем?

- Разумеется!

И кадр сменился.»

… За окном виднелись эстакады - людные пути встречались на витающих площадках.

Кроны мандаринов шелестели на ветру.

Гомон жизни пробивался сквозь расписанное световыми лентами стекло - климатический контроль отгонял редкие его сегменты для организации проветривания.

Прямоушкин, в виде для него совсем неожиданном, в сиреневой чармантской рубашке, с удовольствием вдохнул бы немного сезонного запаха. Вот только нос его оказался предательски заложен. И горло его тоже расстроилось.

Однако же, вряд ли по болезни. Вернее, совсем не по болезни - вот уже шестой час Прямоушкин бродил по обширным террасам зала отслуживших планшетов и рассказывал заученный текст.

И ладно бы - спустился к очередной витринке, включил демонстрацию, облокотился и болтай себе - сокращай, где можешь, береги связки. Но нет. Его присутствие ознаменовало ту характерную ситуацию, когда гид интереснее экспозиции.

Поначалу к нему подлезали с тактом и осторожностью - клали в карман световую карточку, да пятились поскорее. Потом же люди осмелели, повстречались друг с другом наверное в других залах и договорились. Последующие прям торопили его закончить рассказ о технике и скорее ответить по волнующему вопросу…

В последние 40 минут поток утих. Прямоушкин забрался на свой пост - к зависшему на уровне его живота плоскому столику - и лёг на него грудью, протянув передние лапы.

Он хрипел и откашливался.

И вдруг кто-то тронул его по предплечью.

- А? Да? - опомнился талисман и чуть не выбил из рук чайной феи деревянную чашку.

Ресничка балансировала на плечах Коулуна и молча предлагала чудесный продукт.

Прямоушкин аж удивился - помотал головой, осмотрелся и аккуратно перенял чашку.

Он поклонился в благодарность.

Фея похлопала. Веерант унёс её к стене и утянул за собой в нишу.

Прямоушкин вскинул брови. Он опёрся о столик, сделал уж слишком какой-то звучный глоток и осмотрел в окно общий вечер.

Цокот ноготков справа изрядно его напугал - не проснись бы вовремя в кружке следящий привод, чай оказался бы и на нём, и на той, кто пришёл.

Прямоушкин хотел уже пошутить как-нибудь… назидательно. Но вовремя узнал члена “ближнего круга”.