Служанка для Зверя

Вера Петрук

Служанка для Зверя

Глава 1

Сегодня я впервые решила сказать «нет». Настоящее и будущее должны принадлежать мне: если и с ошибками, то с моими собственными. Маленький бунт, который готовила я, приемная дочь крупнейших банкиров города, должен был начаться в уютной кондитерской, где у меня была назначена встреча.

Зайдя в кафе, я не могла отделаться от мысли, что за мной следят. Неудивительно, наверное, ведь каждый мой день с пяти утра и до десяти вечера начинался, длился и заканчивался под пристальным наблюдением охраны, приставленной родителями. Режим дня, питание, одежда, работа, увлечения, образ жизни и мысли строго контролировались четой Латьер, которые были уверены, что без их вмешательства меня ждала судьба нищей алкашки и шлюхи. Как у всех тех, кто населял Народный квартал Лейноры, где однажды полицейские нашли коробку с младенцем, оставленную у мусорных баков.

Я много думала о том, чем стала для меня семья Марианны и Генри Латьеров – ангелами, призванными поднять меня на вершину, или демонами, напоминающими о том, что за все надо платить. И за вершину в том числе тоже.

Впрочем, соглядатаев, которые преследовали меня последние месяцы, я не заметила. Дамы преклонного возраста занимали почти все столики у окон, две женщины с детьми расположились у входа, несколько мужчин в деловых костюмах сидели в центре в окружении витрин с тортами и пирожными и выглядели так же нелепо, как мы с Петром – моим спасителем.

– Не могу поверить, что это ты! – заливался Петр Зайцев, умудряясь жевать бисквит и говорить одновременно. – Отщипни мне кусочек своей удачи, да побольше. А еще лучше кинь в меня деньгами, можно со всей силы, я только спасибо скажу. Шучу, шучу! Это что на тебе? Костюм от Конжурской? А часы от Августио? И ездишь ты, наверное, не на смарте.

Мой гардероб занимал две просторных комнаты, в которых можно было заблудиться между рядами шкафов, стеллажей и вешалок. Лучше всего в моей одежде разбиралась гувернантка – одна из пяти, та, кто отвечала за внешний вид наследницы Латьер. Матушка всегда была прислугой недовольна и меняла персонал каждые полгода. Я предпочитала не думать, что ношу, и сколько это стоит. Как и о том, кто сидит за рулем моего нового авто. По мнению отца, лучшего подарка для современной девушки было не найти, поэтому с тех пор как мне исполнилось восемнадцать, мне дарили машины. В моем гараже насчитывались уже девять авто, потому что одними днями рождениями отец не ограничивался.

Сейчас мои мысли были далеки и от одежды, в которую меня сегодня нарядили, и от машины, на которой привезли на работу. Я думала о том, сколько продержатся детектив и девушка-двойник, которые должны были обеспечить мне час свободного времени в обед. По мнению матушки, двадцатичетырехлетняя выпускница финансового университета Лейноры не была способна определить, с кем, где и чем ей обедать.

За мои завтраки отвечал личный повар, а ужинала я обычно с семьей. Согласно расписанию, составленному Марианной Латьер, ее приемная дочь должна была обедать с двенадцати до часу в трех, специально отобранных матерью ресторанах города. Сама матушка, к счастью, во время этих обедов не присутствовала, поэтому, когда мне пришла в голову мысль о двойнике, воплотить ее в жизнь было нетрудно. Не сказать чтобы Даша была похожа на меня идеально, однако охрана, сопровождавшая нанятую девушку в рестораны, подмены пока не обнаружила. А так как после обеда мне полагался получасовой сон, то кусочек свободы в день я себе отвоевала.

Встреча же с Петей Зайцевым была заслуженной наградой. Сам Петр, конечно, не догадывался, кого именно я в нем видела, но, похоже, был не менее счастлив встретиться с бывшей одноклассницей в торговом центре, куда я забрела, решив снова нарушить диету. В последнюю неделю я подсела на маффины из этой кондитерской, хотя и понимала, что заедаю стресс сладким, и очередное взвешивание в тренажерном зале скоро выдаст мой секрет. На то, чтобы заниматься в спортзале больше и дольше, у меня не было ни сил, ни времени, поэтому я просто ждала, когда разразится буря. И бессознательно к ней стремилась.

Я столкнулась с Петром на узком эскалаторе и решила, что это знак судьбы, ведь Зайцев был одним из немногих выпускников элитной школы Лейноры, который решил покинуть город и строить будущее вдали от родительского гнезда. Когда-то Зайцевы владели крупной сетью обувных магазинов, но лет десять назад громко обанкротились.

Увидев Петра, я думала только об одном: вот он, человек, который сумел построить жизнь самостоятельно, без семейных денег и родственных связей. На редких встречах одноклассников, которые я ненавидела, но которые посещала по настоянию матушки, Петю Зайцева обсуждали часто. Болтали, что он завел сорок кошек, ударился в религию, а еще выиграл государственный грант и открыл частную школу в одной из далеких областей. Меня особенно интересовало последнее, и разглядывая фирменный значок на лацкане его пиджака, я все больше убеждалась, что поступила правильно, назначив встречу. На значке был изображен факел на вершине башни, под которой расположилась витиеватая надпись: «Частная школа Петра Зайцева».

Похоже, Петр был рад видеть меня не меньше. Он тоже собирал слухи и буквально с первой секунды встречи говорил только о деньгах Латьеров. Я уже поняла, что с деньгами у его «Частной школы» негусто, однако радовать Петра не спешила. Тому пока незачем было знать, что деньги для меня давно перестали иметь значение, а вот свобода – ее я оценивала бесконечно дорого, и за будущее, свободное от родительского гнета, была готова платить столько, сколько потребуется.

Глава 2

Я планировала побег с тех пор, как поняла, чем отличаюсь от других детей, но реальный шанс появился только сейчас. Латьеры были уверены, что рано или поздно их дочь захотят похитить, и охраняли меня так, что даже в туалет я ходила вместе с охранницей – и дома, и в школе, и где-либо еще.

Совершеннолетие не помогло почувствовать себя взрослой, но предоставило определенные преимущества: охраны стало меньше. А еще я получила полную власть над личными расходами, и это помимо зарплаты, которую получала помощница генерального директора Рина Латьер в Центральном банке Лейноры. Им с незапамятных времен владели мои приемные родители.

– Как дела в школе? – перебив словесный поток Петра, спросила я, стараясь не сильно оглядываться по сторонам. Взрослая жизнь принесла мне не только мечты о свободе и богатство, но и готовые проблемы с психикой. Я была достаточно начитана этой области, чтобы понять, что без специалиста к нормальной жизни еще долго не смогу вернуться. Но психолог и душевное здоровье пока еще находились за пределами видимости. Мне бы для начала просто сбежать.

– В какой школе? – рассеянно спросил Зайцев, с плохо скрываемой завистью разглядывая часы на моей руке. – А, ты про мою! – он нервно хлопнул себя по коленям. – Ох, нам бы спонсора. Сама понимаешь, в какие времена живем. Я весь в долгах. Офисным крысам из министерства образования плевать, что мы единственная школа такого уровня на весь Ливонск.

Я рассеянно слушала его нытье, а сама думала о том, что в захолустье под названием Ливонск будет несложно затеряться, особенно человеку с деньгами.

Родители станут искать меня, прежде всего, в крупных городах, например, в столице, многомиллионное население которой могло растворить в себе любого беглеца, но я предпочитала не рисковать. Выждать месяца три-четыре в Ливонске, а потом тихонько переселиться в столицу – таков был план. Сидеть без дела я не умела, поэтому заранее придумала себе занятие.

– Возьми меня на работу, – сказала я, отодвинув от Петра тарелку с очередным маффином. – И я оплачу твои долги. Согласна на самую низкую ставку. По правде, я могла бы и без зарплаты, но, боюсь, у министерства появятся вопросы, а лишнее внимание не нужно ни тебе, ни мне. У меня диплом финансиста, но я заканчивала математические курсы в рамках повышения квалификации. Могу также экономику вести в старших классах. Да, если честно, я на все готова.

– Это какая-то игра, да? – переспросил Зайцев, нервно оглядываясь. – Или у тебя проблемы с законом?

– С законом никаких проблем, – уверенно солгала я. – Меня замуж родители выдают, а я не хочу. Решила сбежать на пару месяцев туда, где станут меньше всего искать. Ты же знаешь моих предков. Как в голову что взбредет, так не успокоятся.

Если хочешь солгать убедительно, приправь слова толикой правды, любил говорить отец, а я его уроки усвоила.

Родители и в самом деле заговорили о браке, который уже снился мне в кошмарах. Зная мать, я понимала – если та что-то решила на мой счет, значит, так и случится. Жениха выбрали исключительно по расчету. Отец давно намекал о создании совместной компании с династией Качернетти, владевшей гостиничным бизнесом Лейноры. А хорошую сделку принято скреплять брачными узами.

Наведя кое-какие справки об Викторе Качернетти, я поняла, что бежать надо немедленно. Мало того что клан Качернетти был тесно связан с городской мафией, так еще и сам Виктор был нездоров – психически. Это не разглашалось, но мой детектив отработал деньги, которые я ему заплатила. Если информация о психических проблемах моего жениха была правдой, то мы с Виктором Качернетти, и правда, составляли идеальную пару. Оба из богатых семей, оба немного психованные, оба красивые.

Я с детства не вылазила из спортзалов, а косметологов посещала также часто, как диетологов и стоматологов, Виктор же работал моделью, но после свадьбы собирался покинуть подиум и заняться семейным бизнесом, то есть, стать еще одной ячейкой криминального мира Лейноры.

– Страшный, значит, – сделал свои выводы Зайцев. – Но, если богатый, то я бы потерпел. Хотя ты тоже богатая. Хм, надо подумать. А если тебя найдут, у меня, наверное, будут проблемы. Я с твоими родителями связываться не хочу.

Страшным Виктор Качернетти не был. Его фотографии наглядно демонстрировали фразу «породистая мужская красота». Но определять, насколько образ на фото соответствует реальности, мне не хотелось. Родители постоянно заговаривали о первой встрече, после которой не за горами была и помолвка. Браки по расчету заключались быстро. Я не сомневалась, что к весне моя фамилия поменяется на Качернетти.

– Жаль, что ты отказываешься, – вздохнула я, решив применить один из излюбленных отцовских приемов: давление. – Что ж, желаю удачи. Может, какой банк и оформит тебе кредит, но точно не Центральный Банк Лейноры. Я бы на твоем месте попробовала столичные банки, хотя, конечно, с твоей кредитной историей это будет небыстро.

– Что ты! Зачем так сразу! – снова всплеснул руками Зайцев. Он вообще делал много бесполезных жестов в отличие от меня, которая с момента встречи едва ли шевельнулась. – Как не помочь однокласснице? Тем более, в таком деликатном вопросе. У меня как раз математиков не хватает. А захочешь экономику, так сразу организуем дополнительные занятия. Ты когда к нам приедешь? Считай, что у тебя уже есть работа! Только можно чек заранее оформить? У меня на следующей неделе платеж.

– Выпишу чек завтра, – обрадовала его я. – А ты когда уезжаешь?

– Прямо с утра. И так задержался.

– Отлично, я с тобой. Ничего, если на твоей машине? Топливо, расходы на мотель и прочее за мой счет. Знаю, что дорога неблизкая.

– Ох, даже не знаю, что сказать, – Петр явно растерялся от свалившейся на него удачи. – Здорово! А ты собраться успеешь? Мне бы к десяти утра выехать.

– Успею, – кивнула я, ведь у меня все было давно собрано. – Где ты остановился? Я подъеду пораньше.

Зайцев замялся.

– Вообще-то, официально я в «Ратуше», но на самом деле в мотеле «За мостом», это в пригороде. С одной стороны, я директор школы, и мне как-то несолидно по мотелям селиться, но поездку мне никто не оплачивает, поэтому я решил немного сэкономить. Я ж не знал, что тебя встречу!

– Да все нормально, я никому не скажу, – правильно прочитала я его мысли. – Буду за час.

– Держи, – Петр достал из кармана ключ. – Это запасной. Я могу с утра быть на почте. А вдруг тебя кто узнает? Ты меня лучше сразу внутри мотеля дожидайся. Кстати, в Ливонске можешь пожить у меня, зачем на гостиницу тратиться. Ну там, основные расходы на питание и все такое оплатишь, но я возьму в три раза дешевле. Так, что там насчет чека? Сейчас подпишем?

– Завтра утром в твоем номере, – немного охладила я его пыл. – Приеду с деньгами.

Расстались мы оба в хорошем настроении.

Глава 3

Когда вдали заблестели знакомые огни небоскреба, в котором семья Латьер выкупила этаж для дочери, мной овладело нехорошее предчувствие. Водитель плавно остановил машину у вип-подъезда, дверца скользнула вверх, открыв услужливое лицо швейцара, холл с массивными колоннами и смутно виднеющийся вдали лифт с золочеными створками. Я же вдруг отчетливо поняла, что день закончится плохо.

Аромат духов матери я узнала еще на улице, а небольшая армия телохранителей в холле и у лифта недвусмысленно говорила о том, что дома меня ждало не долгожданное одиночество, а обилие гостей, как всегда, непрошеных.

– Рина, девочка мой, ты сегодня хорошо спала? У тебя такой бледный и усталый вид. Я обязательно поговорю с твоим диетологом, возможно, не хватает витамина Д.

Мать выглядела искренне встревоженной, но я на ее волнение не повелась. Привычно скользнула губами по нарумяненной щеке, приобняла, потом подошла к отцу, который с довольным видом восседал в специальном кресле. У Генри Латьера имелись проблемы с позвоночником, и ему требовалась особая мебель. Ею моя квартира была переполнена. Все напоминало о том, кто на самом деле здесь был хозяином – тот, кто все это покупал.

Семья ждала меня в гостиной за уже накрытым столом. У стены выстроилась в ряд прислуга: три официанта, дежурный повар, горничная, управляющий. Сегодня был представлен укороченный состав – не хватало тренера, диетолога и еще каких-то людей, должность которых я даже не старалась запомнить. Охрана по правилам ожидала снаружи комнаты. И на том спасибо.

Я еще с порога поняла, что время для моего переодевания в графике семейного ужина мать не предусмотрела, поэтому сразу прошла к столу, едва ополоснув пальцы в миске с дезинфицирующей водой – еще одна дурацкая привычка семьи Латьер, которую я не понимала, но с которой решила не воевать.

Расстегнув пиджак, я села в услужливо отодвинутое для меня кресло, положила ладони по обеим сторонам от тарелки с дымящимся пюре и только потом взглянула на мужчину, который сидел на противоположном конце стола. С самого начала мне удавалось его игнорировать, но неизбежное случается.

Виктор Качернетти, выбранный родителями жених, выглядел так, как и положено модели. Подтянутый, стильный, в ослепительно-белом костюме, на фоне белизны которого отчетливо выделялся красный платок, выглядывающий из нагрудного кармана – слишком яркий для семейного ужина и первой встречи. Что-то он должен был означать. Если то, что нарыл мой детектив про этого типа, было верным, Виктор уже сейчас мне о чем-то сообщал.

– Рина, познакомься, это Виктор, – представил мужчину отец. – Виктор, как и ты, много работает, но ради семьи готов оставить карьеру.

По гостю я едва скользнула взглядом, сразу переключив внимание на родителей. Между мной и сыном мафиозного клана еще не случилось конфликта, но никто не сомневался, что это лишь вопрос времени. Красивый Виктор символизировал все то, от чего я бежала. Он был новым замком на двери моей тюрьмы, и, похоже, ключа у этого замка не было. Виктор не выглядел человеком, готовым идти на компромиссы.

Если родители и заметили мой настороженный взгляд, то предпочли игнорировать. Официанты подали закуски, и ужин потек своим чередом. Говорили о скором переезде старших Латьеров в столицу, о моей помолвке, и, конечно, о бизнесе, который собирались передать молодой чете. Сама я помалкивала, предпочитая занимать рот салатом, а вот Виктор говорил много и охотно.

– Виделся я сегодня с этим Руфом, – фыркнул он, небрежно катая вилкой трюфели по тарелке. – Гердан слишком много о себе воображает. У всех есть слабые места, их надо только поискать.

Взгляд серых глаз вдруг остановился на мне, отчего я неожиданно покраснела. К счастью, мать вовремя переключила внимание зятя на себя.

– Надеюсь, ты не наедине с этим «мясником» встречался, – Марианна Латьер поежилась. – Возможно, где-то слухи о Гердане Руфе преувеличены, но мы не можем отрицать того факта, что он убийца, который почему-то до сих пор на свободе. И его прозвище – «Зверь», не на пустом месте появилось.

– Мы не будем это обсуждать, – вмешался Латьер-старший. – Дело об убийстве давнее, а вот сделка по Малому Ермаку – это настоящее и будущее. Завтра утром я встречаюсь с Руфом у себя в офисе. Попробую на него надавить. Нам также интересно, чтобы эти земли перешли к Качернетти.

«А потом и к Латьерам», – закончила я про себя мысль отца. О продаже Малого Ермака, полуострова с месторождением редкого вида серебра, говорили в деловых кругах города уже давно. Компания «Руфинвест», которая владела полуостровом, однажды уже собиралась продать эти земли клану Качернетти, но в последний момент ее владелец Гердан Руф передумал.

О Руфах я знала только то, что они добывали серебро по всей стране уже несколько столетий. Но их репутация, а потом и бизнес, сильно пострадали после мутной истории с убийством, в котором был замешан нынешний единственный владелец «Руфинвеста» Гердан Руф, к тому же еще и мастер спорта по борьбе. Мои интересы были далеки от «серебряного» бизнеса, поэтому о той истории я знала мало. Хотя и «прогремела» та на всю страну, потому что убитым оказался сын высокого чиновника из страны. С тех пор Руф продал большую часть приисков, сосредоточив бизнес в Лейноре, а сам заработал прозвище «Зверя», так как убийство было страшным. Впрочем, пресса обзывала его «Зверем», еще когда Гердан делал спортивную карьеру. Сейчас для меня, что Гердан Руф, что Виктор Качернетти – все были на одно лицо. Мне хотелось других людей и другой жизни.

Я и не заметила, как разговор перетек в неприятную тему, касающуюся моего ближайшего будущего.

– Нужно провести свадебную фотосессию до церемонии, но я хотел бы внести коррективы, – деловито произнес Виктор, одаривая сидящих за столом профессиональной улыбкой модели.

– Разумеется, – кивнула Марианна, явно довольная тем, как складывался вечер. – Какие именно?

– Я уже обсудил вопрос со своим хирургом, – темно-серые глаза Виктора остановились на моем лице. – Он может принять Рину послезавтра. Операция займет полдня, неделя уйдет на восстановление, но к дате мы успеваем.

– Операция? – невольно переспросила я.

– Все уже оговорено и обсуждению не подлежит, – сурово произнес отец. Видимо, он давно подготовил оборонительную позицию, и устав ждать, перешел в наступление.

– У Виктора модельный бизнес, дорогая, – вмешалась мать, славившаяся умением вести переговоры. – Со временем он оставит карьеру и займется семьей, но в ближайшие пять лет важно, чтобы все было идеально.

– Я здорова, мне не нужен хирург, – все еще не понимала я.

– Ты недостаточно красива, – заявил с другого конца Виктор, который, кажется, не выносил надолго оставаться без внимания. А переговоры он вел, как Генри Латьер – рубил сплеча.

– Тебе придется появляться со мной на публике, а мне нужна идеальная жена. Сейчас в моде узкая талия. Мы удалим тебе нижние ребра, поправим нос и скулы, выбелим кожу. И что-то нужно сделать с твоими голосовыми связками. Хочу, чтобы твой голос звучал нежнее. Но не все сразу, конечно. Начнем с ринопластики.

Я не подавилась салатом лишь потому, что совершенно некрасивым образом выплюнула все на тарелку. Мать в ужасе закатила глаза, отец нахмурился, официант подсуетился и поскорее сменил блюдо на новое.

– Мы считаем, что Виктор прав, – перехватил инициативу Генри Латьер, явно готовясь к скандалу. – У тебя обычная внешность, но все поправимо. Мне нужны наследники, и я не хочу ждать до старости, когда ты выйдешь замуж. Вы с Виктором полюбите друг друга.

«Мне нужен контракт с династией Качернетти любой ценой», – мысленно закончила я за него и бросила яростный взгляд на Виктора, который, кажется, получал искреннее наслаждение от происходящего. Ярость удалось подавить не сразу, но я справилась.

– Хорошо, – выдавила я и даже немного порадовалась растерянности, которая отразилась в глазах родителей.

Они явно ждали подвоха. А подвох был в том, что я не собиралась выходить замуж – ни за Виктора, ни за другого мерзавца из родительского окружения. Завтра я сбегу, а значит, можно было соглашаться на что угодно.

«И что за больной мозг прячется в твоей голове?», – мысленно спросила я Виктора и заставила себя улыбнуться. Он улыбнулся в ответ, и улыбка эта была иной – не той, что показывалась публике. Мне она не понравилось, но разговор, к счастью, снова перешел к деловым вопросам, и тему моей внешности больше не поднимали.

Ужин тянулся бесконечно долго, но все-таки подошел к концу, однако неприятные сюрпризы не кончились.

– Я уйду позже, – заявил Виктор, когда я приготовилась провожать незваных гостей. – Хочу провести немного времени с невестой.

– Конечно, конечно! – засуетилась мать, а отец даже попытался натянуть на лицо счастливую улыбку. Интересно, а они на самом деле меня когда-нибудь любили?