Сбой системы

«Спасибо», – ответила она ему, и, погрузившись в трапезу, постаралась не думать больше ни о чём.

Но едва девушка успела насладиться салатом, как на столе появилось горячее блюдо. Оно было настолько вкусным и аппетитным, что она, наверное, сияла от удовольствия. Когда первый голод был утолён, она с блаженной улыбкой откинулась на спинку стула, чувствуя полное насыщение.

И тут, в самый неподходящий момент, раздался голос Петровича: «Ну вот, когда мы сыты и довольны, давай обсудим, что произошло ночью».

И её настроение, словно по синусоидной рухнуло в одно мгновение.

«Не хочу», – сказала она, стараясь скрыть дрожь в голосе. – «Нечего обсуждать. Переспали и забыли. Забудь и живи дальше своей красивой жизнью. Я же не первая у тебя, чтобы ты так переживал и заморачивался по этому поводу?»

Слова вылетали из неё, как колючки, царапая воздух. Девушка чувствовала, как внутри поднимается волна раздражения, смешанная с усталостью от этих вечных его «желаний» поговорить, от попыток понять, разобраться, найти хоть какой-то смысл в том, что, по сути, было просто удовольствием, которое они разделили.

Максим, наверное, ждал чего-то другого. Может быть, признаний, обещаний, каких-то обязательств. Но она не собиралась ему ничего обещать. Не сейчас, не после этого. Она не хотела усложнять. Не хотела превращать ночь в бесконечный сериал с непредсказуемым сюжетом. Хотела просто забыть. Вычеркнуть из памяти это, как удаляют ненужный файл и отправляют его в корзину.

Взгляд Максима, устремлённый на неё, был полон разочарования. Вера видела это, но не могла ничего с собой поделать. Не хотела видеть. Не хотела чувствовать. Желала, чтобы он просто отстал. Чтобы оставил в покое с её сытостью и довольством, и с её желанием просто жить дальше.

Но его молчание было красноречивее любых слов. Она чувствовала, что сейчас он будет думать, анализировать, пытаться понять, что же пошло не так. Но ей было всё равно. Она просто хотела, чтобы завтра, проснувшись, смогла бы забыть обо всём этом, как о страшном сне.

«Ты ведёшь себя как ребёнок Вера. Тебе сколько, двадцать два?» – спросил он, с ноткой раздражения.

«А тебе, сколько под сорок два? Может, хватит уже анализировать и лезть не в своё дело?» – ответила девушка, стараясь не показывать, что его слова её задели.

Но их снова прервали, когда принесли десерт с чаем, сменив основное блюдо.

И Вера с лёгкой улыбкой, произнесла, глядя на официанта: «Спасибо, Макс, ты просто душка!»

Парень ей подмигнул, и она почувствовала, как другой Максим это заметил.

Как только официант вышел, мужчина почти властно сказал: «Веди себя прилично!»

А она, решив подыграть, заявила: «А то что? Отшлёпаешь меня за плохое поведение?»

«А ты бы этого хотела?» – задал он вопрос, и в его голосе прозвучала явная провокация.

Девушка не удержалась и заливисто рассмеялась.

«Уйми свою бурную фантазию, Макс Петрович. С меня хватит я сыта полностью!»

И кинув салфетку на стол, решительно двинувшись в сторону дамской комнаты.

Вера, как всегда, умело подливала масла в огонь, провоцируя его и выводя на эмоции, и как только она скрылась из виду, мужчина вложил наличные в папку, расплачиваясь за их обед, и двинулся за ней следом.

Девушка услышала щелчок закрывающейся двери, когда Максим вошёл следом за ней.

Глава 4. Красивое бельё

Щелчок эхом разнёсся в маленьком пространстве, она не оборачивалась, смотря в зеркало и видя в отражении его. В глазах Максима плясали чертенята, а на губах играла самодовольная улыбка. Он сделал шаг вперёд, и девушка почувствовала, как он уже прижимается к ней плотнее. Запах его парфюма, терпкий и уже знакомый, заполнил собой всё вокруг. Левая рука, словно невзначай, коснулась её горла, слегка сжимая, а правая, дерзко задрав юбку, обнажила её нижнее бельё.

Мужчина прижался своей не бритой скулой к её щеке и почти прошептал: «Вера, я не люблю, когда меня дразнят!»

Затем он поцеловал и прикусил мочку её ушка, отчего девушка вся затрепетала, дрожа от желания.

Его рука уже сжимала по-хозяйски её ягодицы – нежно и в то же время властно. Вера смотрела на него в зеркало, следя за каждым его движением. И она хотела его безумно.

Его дыхание, горячее и прерывистое, опаляло её шею, вызывая волну мурашек. Она чувствовала, как напрягается его тело, прижатое к ней, как бьётся его сердце в унисон с её.

В отражении их силуэты сливались в одно целое, как два сплетённых существа, охваченных страстью. Его пальцы скользнули ниже, исследуя изгибы девичьего тела, и она невольно выгнулась навстречу, издавая тихий стон. Каждое его прикосновение было обещанием, каждое движение – приглашением. Она ощущала его желание так же остро, как и своё собственное, и это было пьянящее чувство. Мир сузился, до этого зеркального отражения, где они были одни, погружённые в водоворот чувств.

Вера закрыла глаза, позволяя ощущениям захватить её полностью, отдаваясь ему без остатка. Его губы нашли её, и поцелуй был долгим, глубоким, наполненным той самой жаждой, которую она так долго ждала.

Её пальцы крепко сжимали прохладную мраморную поверхность, пока они сливались в поцелуе, полном огня. Внезапно, лёгкий шлепок по её ягодице заставил девушку застонать, сильнее впиваясь в губы Максима. Он повторил это движение несколько раз, и его рука, скользнув под ткань её белья, вызывая волну дрожи, и заставляя её прижаться к нему ещё ближе. Она чувствовала, как его прикосновения разжигают в ней огонь, который невозможно было игнорировать. Каждое движение его пальцев вызывали волнение, словно искры, пробегающие по коже. Она закрыла глаза, позволяя себе погрузиться в это наслаждение.

Он резко отдёрнул свои руки, и девушка, почти негодуя, издала протяжный стон. За её спиной раздался его довольный смешок, а затем, ловким движением, мужчина разорвал её трусики по швам и швырнул их в раковину.

– Это дорогое бельё! – запротестовала она.

Но в ответ получила ещё один шлепок по ягодице.

– Молчи, Вера, твой голос сегодня звучал слишком долго, - шепча, произнёс он, расстёгивая свои брюки.

Когда Максим прижался к ней, она чувствовала его напряжённый член, затем он ввёл его одним плавным движением до самого конца, и замер. От чего девушка застонала, прикрывая глаза. И начал двигаться, шлепки их тел, наполняя тесное пространство туалета звуками страсти. Его руки властно обхватили её грудь под блузкой, освобождая от бюстгальтера, сжимая напряжённые сосочки, и нежно пощипывая. Вера видела в его взгляде всю жадность эмоций, что захлёстывали их в этот момент. Каждый его толчок был глубже, каждое движение отзывалось в ней волной наслаждения, стирая границы между ними.

Воздух становился гуще, пропитанный их общим дыханием, запахом его парфюма и едва уловимым ароматом дешевого мыла ресторана. Она чувствовала, как его тело напрягается, как пульсирует в каждом его мускуле, и это ощущение передавалось и ей, заставляя её собственное тело откликаться с неистовой силой. Миг застыл до этого маленького, тесного пространства, до звуков тел, до его взгляда, полного желания, до ощущения его губ на девичьей шее.

В этот момент не существовало ничего, кроме этой всепоглощающей страсти, которая сжигала их изнутри, оставляя лишь пепел и эхо общих стонов. Девушка быстро достигла пика наслаждения, дрожа и сжимаясь от переполняющих ощущений. Руки Максима бережно придержали её, не давая потерять равновесие. Через мгновение он последовал за ней, отдаваясь волне удовольствия.

Дыхание сбилось, в ушах звенело, слабость растекалась по конечностям, но это была приятная, расслабляющая слабость, словно после долгого и изнурительного, но прекрасного бега в парке.

Она прижалась к нему сильнее, вдыхая его запах, который успокаивал и дарил ощущение безопасности. Хотелось замереть в этом моменте, остановить время и навсегда сохранить его в памяти.

Максим взял в руку её трусики и когда вынимал член, прижал ладонь с ними между её ног, чтобы они впитывали его сперму. Затем он сжал их и убрал себе в карман брюк. Помыв руки и умывши лицо, вышел с туалета, сказав, что ждёт её на парковке.

Девушка почти на негнущихся ногах двинулась до туалета, присела и стала писать, и осознавать, те ощущение, которые теперь навсегда отпечатались в ней. Она провела рукой по животу, чувствуя дрожь, которая пробегала по телу. Это было не просто физическое удовлетворение, это было что-то большее, что-то, что заставляло сердце биться чаще, а мысли путаться.

Затем она посмотрела на себя в зеркало. Глаза блестели, губы были припухшими, а на шее, остались следы его поцелуев. Она попыталась привести себя в порядок, но руки дрожали, и каждое движение казалось неуклюжим. В голове проносились обрывки воспоминаний: его взгляд, его прикосновения, его шёпот.

Вера покидала дамскую комнату, чувствуя себя одновременно опустошённой и наполненной. Каждый шаг по коридору ресторана казался долгим, а тишина оглушительной. Она двигалась к парковке, к Максиму, и в каждом шаге была смесь страха и предвкушения. Что он скажет теперь? Что он почувствует, когда увидит меня? И что почувствую она, когда увидит его?

Мужчина стоял у машины, его силуэт был очерчен дымом от сигареты.

Когда девушка приблизилась, произнесла слова, которые, казалось, повисли в воздухе: «Полагаю, обедать здесь ты больше не будешь».

Он посмотрел на неё с едва заметной иронией, прищурившись, и сделав последнюю, долгую затяжку, бросил окурок на асфальт и погасил его подошвой.

Без лишних слов они сели в машину и направились обратно в офис. Часы показывали, что опаздывали на десять минут.

Выйдя из лифта, Максим сразу понял, что Елизавета уже готова была обрушить на меня поток информации. Он прервал её, сказав, что вернётся через минуту, и направился провожать девушку до бухгалтерии.

Открыв перед ней дверь, он вошёл следом и обратился к Анне Ивановне: «Извините, это я задержал Веру, не ругайте её» и, получив положительный кивок от главбуха, вышел из кабинета.

Анна Ивановна, казалось, была вполне довольна таким объяснением, и её улыбка не предвещала никаких неприятностей. Практикантка быстро заняла своё рабочее место, стараясь наверстать упущенное время. За окном офиса продолжалась обычная городская суета, но внутри царила атмосфера деловой активности. И она погрузилась в свои задачи, пытаясь сосредоточиться на цифрах и отчётах.

Несмотря на то, что финансовый директор сейчас изучал информацию от Елизаветы, его мысли постоянно возвращались к Вере. Рука сама собой полезла в карман, где он нащупал остатки её белья, уничтоженного им в пылу страсти. Увидев название бренда, он немедленно открыл поисковик и нашёл интернет-магазин. По фасону того, что он держал, выбрал три комплекта, руководствуясь своим ощущением и тем, что вызывала в нём девушка. Что-то дерзкое, но в, то, же время утончённое, что-то, что подчёркивало бы её красоту, но оставляло бы простор для воображения. Он тут же представил, как она будет их примерять, как загорятся её глаза. И оплатив, оформил онлайн-заказ.

Затем снова погрузился в работу, но образ девушки, её смех, её взгляд, всё ещё витали в воздухе, смешиваясь с запахом её духов, который, остался на его пальцах. Мысли о ней были как сладкий яд, который одновременно и мучил, и давал ему силы. Максим понимал, что это неправильно, что их связь перешла ту грань, и обратно пути уже нет. Но Вера была как яркая вспышка в серой будничности, как запретный плод, который манил своей недоступностью и обещанием наслаждения.

Финансовый директор провёл рукой по столу, собирая разбросанные бумаги. Каждый жест, каждое движение казалось замедленным, словно он находился под водой. Он пытался ухватиться за факты, за цифры, за логику, но все они рассыпались, как песок сквозь пальцы, уступая место таким манящим образам.

Он понимал, что этот импульсивный заказ нижнего белья был лишь попыткой удержать её. Это было глупо, наивно, но он уже не мог иначе. Он желал подарить ей что-то, что напомнило бы ей о нём, когда его не будет рядом. Что-то, что будет напоминать ей о той страсти, которая их связывала.

Мужчина вздохнул, работа ждала. Но уже через час курьер прибыл и у него в руках был долгожданный интернет-заказ. Он с нетерпением открыл фирменный пакет магазина, достал из него нежное бельё и повертел его в руках, проверяя, всё ли в порядке и понравится ли оно девушке. Около пяти часов он позвонил и попросил её заглянуть к нему в кабинет.

Вера поднялась из-за своего рабочего стола и вышла в коридор, проходя в сторону кабинета Максима, как вдруг почувствовала на себе пристальный взгляд. Обернувшись, увидела Елизавету за своей стойкой. Она улыбалась, как-то мило и слегка растерянно.

«Ладно, с кем не бывает», - подумала она, отмахнувшись от странного ощущения.

Когда же вошла в кабинет, её ждал настоящий сюрприз. Прямо на столе, почти в центре, стоял пакет. И не просто пакет, а пакет с названием бренда нижнего белья, которое он так страстно разорвал на ней несколько часов назад.

Она подошла ближе, не в силах отвести взгляд от знакомого логотипа. Это было слишком. Слишком реально, слишком неожиданно. Вспомнилось то жаркое, пьянящее чувство, когда его руки скользили по её коже, когда ткань рвалась под его напором, оставляя её обнажённой и беззащитной перед его желанием. И вот теперь этот пакет, как немой свидетель, стоял здесь, в его кабинете, на виду.

Внезапно она почувствовала, как по спине пробежал холодок. Взгляд Елизаветы. Теперь он казался не просто странным, а зловещим. Её милая, растерянная улыбка вдруг приобрела оттенок чего-то хищного. Она знала. Она видела его раньше её.

«Это мой подарок для тебя», - сказал Максим.

Вера не стала играть в недотрогу, тем более что ходить по офису без белья было, мягко говоря, некомфортно. Запустила руку в пакет и достала три комплекта. Они были просто великолепны, настолько прекрасны, что девушка едва не издала стон удовольствия.

«Понравились?» - спросил мужчина.

«Да», - ответила она, продолжая любоваться ими.

Кружево цвета слоновой кости, расшитое крошечными жемчужинами, светилось в лучах кабинета. Второй комплект, из черного шёлка, был дерзким и соблазнительным, с тонкими бретельками и вышивкой в виде алых роз. А третий, был из нежнейшего кашемира, цвета утренней зари, словно созданный для самых уютных и нежных моментов. Она провела пальцами по шелковистой ткани, ощущая её прохладу на коже. Это было не просто нижнее бельё, это было произведение искусства.

И тут голос Максима прозвучал, вырывая её из собственных ощущений: «Я хочу помочь тебе их примерить».

Вера посмотрела на него, обошла его рабочий стол и встала напротив его кресла. Приподняв юбку до самой талии и зафиксировав её там, она властно скомандовала: «На колени».

Финансовый директор опустился без лишних слов в ту же секунду.

«Хороший мальчик», – произнесла девушка.

Похлопав его по скулам, на которых проступала лёгкая щетина, сказала: «Руки держи при себе! Трогать меня сейчас не разрешаю».

Он тут, же зарычал, негодуя. Она усмехнулась, сжала его волосы на затылке и придвинулась к нему вплотную. Его горячее дыхание опалило её бёдра. И она чувствовала, как дрожит каждая мышца в его теле, сдерживаемая лишь её волей сейчас. Власть, которую она ощущала в этот момент, пьянила. Это была игра, опасная и волнующая, где правила устанавливала только она.

Затем девушка наклонилась ниже, шепча ему на ухо: «Терпение, Максим. Награды достаются только тем, кто умеет ждать».

И вновь притянула его за волосы ближе, когда его язык задел её клитор, из неё вырвался стон. Вера притянула его к себе ещё максимально сильнее, чувствуя, как его ритмичные движения дарят ей всё большее блаженства. Каждое его движение языком было точным, выверенным, словно он знал наизусть её тело, каждый его изгиб, каждую скрытую пульсацию. Она чувствовала, как напряжение, скопившееся внутри, начало таять, уступая место волнам экстаза, которые накатывали одна за другой, захватывая целиком. В какой-то момент девушка потеряла счёт времени, растворяясь в этом вихре ощущений, и отдаваясь ему без остатка. Мужчина ввёл в неё язык и покрутил им по стеночкам влагалища.

«Ода-а-а-а» – вырвалось из неё вместе с глубоким стоном.

Вера сильнее сжала его волосы на затылке, и его ответный стон лишь подстегнул девушку.

С трудом выдохнув, она произнесла: «Теперь можно и руки подключить».

Его удовлетворённый вздох эхом отозвался по всему кабинету. Одна его рука устроилась на её ягодице, сжимая её с такой лаской, что по телу пробежали мурашки. А вторая рука, проникая в неё пальцами, открывая целый мир наслаждений. Это была магия – его язык и пальцы двигались в идеальном, завораживающем ритме.

Вера чувствовала, как внутри разгорается огонь, который вот-вот вырвется наружу.

«Я на грани, Макс» - почти закричала она.

Мужчина, прорычав, ускорился с каждой секундой. И девушка кончала, содрогаясь, ему на лицо. Он держал крепко и продолжал двигать языком, продлевая её удовольствие. Мир сжался до его дыхания, до ощущения его губ, до пульсации в висках. Каждый новый толчок, каждое новое движение его языка отзывалось волной наслаждения, захлёстывая с головой. Вера чувствовала, как её тело становится чужим, как оно живёт своей жизнью, подчиняясь лишь инстинктам и желаниям, которые он так умело пробуждал. В этот момент не существовало ничего, кроме них двоих, кроме этого всепоглощающего экстаза, который, казалось, что мог длиться вечно.

Когда девушка пришла в себя, то сделав шаг назад, посмотрела на него. Максим по-прежнему находился на коленях, и она, не удержавшись, коснулась его подбородка пальчиком, убирая каплю, которая скатывалась по его коже. Облизнула палец. И вкус этого мгновения был сладким, девушка не смогла сдержать тихий вздох удовольствия. Глаза мужчины светились, и она чувствовала, как между нами возникло особое напряжение.

Наклонившись, она поцеловала его в губы, передавая все свои эмоции в этот страстный момент, но, как только поцелуй стал слишком глубоким, то резко отстранилась, поправляя свою юбку.

«Хороший мальчик, спасибо за подарок», - произнесла девушка.

И подхватив пакет со стола, уверенно направляясь к выходу качая бёдрами из его кабинета.

Проходя мимо секретаря, она бросила на неё взгляд и закинула пакет на плечо, чтобы она могла ещё раз рассмотреть бренд нижнего белья. Улыбнувшись ей, завернула за угол и быстрым шагом направилась к дамской комнате, чтобы привести себя в порядок и наконец-то надеть трусики.

Дверь за Верой захлопнулась, а он так и остался стоять на коленях возле своего рабочего стола, образ девушки отказывался растворяться в воздухе. Она – настоящая чертовка. То, как она переходила от покорности к полному контролю, и обратно, только сильнее разжигало в нём огонь.

Финансовый директор поднялся, и приземлился на диван, закрыл глаза и попытался успокоиться.

Бесполезно. Он чувствовал себя марионеткой, дёрганой за ниточки невидимой рукой, и, что самое ужасное, ему это нравилось. Нравилось терять контроль, тонуть в этом омуте страсти и подчинения.

Максим открыл глаза и уставился в потолок. Нужно было что-то делать. Нельзя было позволить ей полностью завладевать им. Но как? Как противостоять тому, что так сильно его влечёт? Он поднялся, подошёл к окну и посмотрел на город. Вера... Она была как этот город – манящая, опасная и абсолютно непредсказуемая. И он, словно мотылёк, летел на её свет, зная, что могут обжечь крылья.

До конца рабочего дня оставалось всего 15 минут, когда в бухгалтерский отдел заглянул Денис.

«О, наконец-то я тебя застал!» – с улыбкой сказал он, подходя к столу Веры.

«Как, пчёлка, всё трудишься, трудишься? А то вечно тебя нет, когда я заглядываю. Поехали домой! Я такси вызвал. Отец звонил, они там с матерью твоей мясо жарят, у бассейна ждут нас. Хотят наш первый рабочий день отметить!»

Тут из своего кабинета вышла главбух. Денис её поприветствовал, она кивнула, дав разрешение, и мы вдвоём направились к выходу. Проходя мимо Елизаветы, Вера снова ощутила её странный, пристальный взгляд, направленный на неё. Денис, махнув секретарю рукой, уже увлёк девушку за собой в лифт, и они мчались вниз. Оставляя этот насыщенный день позади.

Вечер подкрался незаметно, и как это часто бывает, навалилась работа. Максим, увлёкшийся делами, мельком глянул на часы – 18:20. Пора было заканчивать и отвезти Веру домой. Он набрал её внутренний номер, но в ответ услышал лишь настойчивые гудки. После второй неудачной попытки, решил встать и отправиться в бухгалтерию лично.

По пути, проходя мимо Елизаветы, он услышал её голос, почти в спину: «Вера с Денисом Викторовичем уже ушли вместе, такие, весёлые и счастливые были».

Внутри всё закипело. Как этот сопляк умудряется портить ему всё в режиме реального времени!

Мужчина тут же вернулся в свой кабинет, чтобы взять пиджак, сохранил всё на компьютере и нажал кнопку выключения, затем покинул его. И направился вниз, к парковке.

Глава 5. Нет, значит, нет!

Парковка встретила его привычным запахом выхлопных газов. Мужчина машинально открыл дверь своей машины, но садиться не спешил. В голове крутились слова Елизаветы, словно назойливые мухи. Весёлые и счастливые. Это было последнее, что он хотел бы услышать. Денис. Этот выскочка, который, казалось, только и ждал момента, чтобы подставить ему подножку.

Максим прислонился к холодному металлу машины, пытаясь унять подступающую злость. Неужели он настолько предсказуем? Или это простое совпадение, которое он раздувает до вселенских масштабов? Но нет, он знал Дэна с самого детства, тот наслаждался каждым моментом, когда мог вызвать у него раздражение. И сейчас, когда он желал просто спокойно отвезти Веру домой, племянник, видимо, решил добавить свою ложку дёгтя, в его бочку сладкого мёда.

На секунду, он представил их – идущих рядом, смеющихся, возможно, держащихся за руки. Эта картина резала по живому. Но ведь он тоже хотел провести с ней этот вечер. Хотел, чтобы она была счастлива. Но теперь это счастье, кажется, было связано с кем-то другим. И это было невыносимо.

Вздохнув, Максим всё же сел в машину. Завёл двигатель и медленно выехал с парковки, направляясь в сторону пригорода. Мысли метались, пытаясь найти хоть какое-то рациональное объяснение происходящему. Кто бы мог подумать, что его временная передышка остановиться у брата на время ремонта выльется вот в это всё? Казалось бы, временное неудобство, пара месяцев в чужой обстановке, пока его стены дышат свежей краской и пахнут штукатуркой. Но реальность оказалась куда более многослойной. Жизнь резко перевернулась с ног на голову, когда появилась Вера, она ворвалась, как ураган в его привычную жизнь, и он понял, что хочет быть только с ней. И что влюбляется в неё по-настоящему, и даже её непростой нрав не заставит его свернуть с верного пути, она его этим не напугает. Он привык бороться и идти до конца.

Руки сжали руль. Он должен что-то сделать. Просто не может вот так взять и смириться. Неужели он упустит свой шанс? Неужели позволит этому наглецу перехватить инициативу? Но тогда что? Идти и выяснять отношения с Денисом? Это было бы ниже его достоинства. И, скорее всего, только усугубило бы ситуацию ещё больше.

Мужчина остановился на обочине, заглушив двигатель возле дома брата. Тишина в салоне теперь давила. Он прикрыл глаза, и в голове вновь возник образ Веры. Что она сейчас делает? Думает ли о нём? Или полностью поглощена своим новым спутником?

Выдохнув, он почувствовал, как внутри что-то меняется. Злость начала уступать место какой-то холодной решимости. Если Дэн действительно пытается ему мешать, то он просчитался. Он не собирался сдаваться. Покинув машину и подходя к воротам, мужчина услышал громко играющую музыку на заднем дворе и двинулся туда, идя на звук.

Вера и Денис устроили настоящее водное шоу в бассейне, она с азартом прыгала ему на спину, а он, как опытный дельфин, нырял под воду. От такой «картины» его чуть не стошнило. А брат с Вериной мамой, словно на курорте, наслаждались солнцем и напитками в тени беседки. И только он, в своём деловом костюме, чувствовал себя белой вороной в этом солнечном раю.

«Всем добрый вечер!» – вырвалось у него почти громко, словно пытаясь перекричать музыку.

«Макс! Ты приехал! Ну, наконец-то! Давай к нам, к нашему застолью! Мы отмечаем, как наши дети во взрослую жизнь шагают!».

Виктор встретил его с распростёртыми объятиями. Но взгляд Максима невольно метнулся к бассейну. Вера, обхватив Дениса за плечи, прижималась к нему достаточно близко. В этот момент он почувствовал, как внутри него закипает ревность, но мужчина старался заглушать её, и отвлечься от этой сцены, но мысли о том, что происходит в бассейне, не покидали.

Брат продолжал рассказывать о своих планах, но он едва слышал его слова. Взяв, стакан с соком и сделал глоток, старался успокоиться.