Ведьминская лавка зелий

Александра Гаршина

Ведьминская лавка зелий

Глава 1

— Ну что там? — шёпотом спросила я Кидению.

Вот уже час мы, услышав непонятные шорохи под земляным полом погреба, пытались докопаться до источников звука. В буквальном смысле — орудуя лопатами.

Этот дом мы купили совсем недавно, всего с месяц назад. Пока сделали ремонт, обставили мебелью, никаких странностей замечено не было. Но сегодня, наслаждаясь впервые тишиной в уютной гостиной под треск дров в камине, услышали что-то не то.

Обойдя весь дом, нашли источник звуков и принялись копать. Растрёпанные, усталые, перемазанные землёй, уткнулись лопатами в доски. Тут-то и пришлось мне вылезти из ямы, давая Кидении больше пространства для манёвра.

— Не торопи, Ави! — шикнула в ответ подруга, откидывая с глаз светлые кудри, выбившиеся из причёски.

Подгнившие доски проваливались под давлением острой лопаты. Снизу стучали, будто помогая расширить проход. Пока из дыры не показалась костлявая рука.

— О, глянь! — Блондинка резко дёрнула руку, которая с треском оторвалась, и потрясла ею перед моим лицом.

Снизу раздались возмущённое бульканье, возня, и снова показались костлявые пальцы.

— Ух ты, подопытный! — воодушевлённо вскрикнула я, перехватывая кости.

Мигом всё затихло. Вторая рука тихонько разжимала пальцы, которыми держалась за проём, и попыталась спрятаться.

— Нет уж, не уйдёшь! — Кида шустро схватила руку скелета и потянула на себя — в этот раз куда аккуратнее. Рука упиралась, ведьмочка не сдавалась.

— Да давай по частям вытащим! — Я сунулась в яму.

Внизу снова всё затихло.

— Ты что, мы же строение скелета на уроке прогуляли! Соберём неправильно!

Внизу послышалась яростная возня, будто скелет пытался закопаться поглубже. Бедолага явно уже пожалел, что подал какой-то звук и попал в руки к нам. А что мы? Мы не сумасшедшие, просто пока ведьмы-недоучки.

— Так! — Кида топнула. Нога провалилась в сгнившем дереве и, судя по хрусту и новому возмущённому бульканью, явно сломала пару костей. — Сам виноват! Вылезай похорошему! Иначе всё равно достанем, но целостность никто не гарантирует!

После минутной паузы внизу обречённо завозились. Скелет вылезал из дыры, опасливо озираясь чёрными провалами глазниц. Рукой придерживал пару треснувших рёбер, волны укоризненности разносились на весь погреб.

— Ну я же не специально, — пожала на это плечами блондинка, выбираясь из ямы. За ней вылезла и я, помогли выбраться скелету, крепко придерживая за плечи.

— Не сбежишь, — тут же предупредила я, правильно истолковав затравленный взгляд по сторонам. — Но ты не бойся, мы тебя не обидим! Даже вот руку тебе назад поставим. — Я покрутила оторванную конечность, прикидывая к плечу. Спустя пару неверных попыток всё же удалось это сделать. Череп всем своим видом выражал отчаяние и грусть, даже казалось, что сейчас плакать начнёт!

— Как думаешь, стоит его из подвала выпускать? — шёпотом спросила Кидения у меня, отведя чуть в сторону.

— А почему нет?

— Для людей же опасно. У нас тут бабушки в соседях, увидят в окне — инфаркт схватят!

— А нечего в чужие окна заглядывать! Сами виноваты! — фыркнула я. — Пусть сразу привыкают, что их новые соседки — ведьмы. Зато нам сколько пользы принесёт. Нам же надо заклинания на ком-то отрабатывать! — Я откинула с плеча выбившуюся из пучка длинную прядку рыжих волос, вымазанную в земле.

Последняя фраза прозвучала слишком громко. Скелет вздрогнул и грустно булькнул.

— Тоже верно, мне как раз заклятье экспериментальное надо проверить, — согласилась Кидения. — Зря я его, что ли, полгода разрабатывала? Уже думала, к некромантам придётся обращаться, зомби какого поднять. А здесь такой подарок!

Услышав бряканье костей и глухой стук, мы обернулись. Не увидев нигде скелета, подошли к яме. С ироничными улыбками пару минут наблюдали, как тот усиленно пытается закопаться — впрочем, безуспешно.

— Ты бы не играл на наших нервах, — ласково обратилась я к новому питомцу. Скелет вздрогнул, белые кости покрылись мурашками. — Вылезай и закопай эту яму. Мы хоть отдохнём немного. Эх, браслеты чуть не порвала. — Я внимательно оглядела многочисленные кожаные браслеты. Нежная любовь к ним заставляла не только скупать их в огромных количествах у подруги-однокурсницы, но и носить сразу помногу. — Кстати, у меня же там яд как раз настояться должен! Интересно, сможет ли он его выпить? — Я кинула любопытствующий взгляд на старательно работающего лопатой скелета. Он замер на миг.

Черепушка медленно повернулась на сто восемьдесят градусов. Зубы мелко застучали, эхом разносясь по подвалу.

— Да не дрейфь ты! Всё равно уже умер. Хороший яд, у меня всё просчитано, осечек не должно быть!

— Да ладно?! — фыркнула Кида. — Когда у тебя первые пробы без осечек были?!

— То не считается! Я только училась!

— Так и сейчас учишься, нам до выпуска из академии ещё целый год!

— Всё равно сейчас всё просчитано! — упрямо настаивала я, почесав грязной рукой кончик носа. — И вообще! Что сделает скелету какой-то яд?! Ну максимум пару костей растворит. — Я задумалась. Подруга заржала. Скелет всхлипнул и вжался в стену подвала.

***

— Ави, закрой шторы хотя бы, — окликнула меня подруга, как только я выбралась из подвала.

Я со вздохом послушалась, и лишь потом из люка показалась Кидения, таща за руку упирающегося скелета. Сидевший на спинке кресла чёрный ворон открыл глаза и с любопытством оглядел прибавление.

— Хравен, знакомься. Теперь у нас тоже есть питомец! — Я осторожно дотронулась до серебристых пёрышек ворона, которые появились на стыке зажившего после перелома крыла. Фамильяр нашей подруги повёл головой, внимательно следя за перемещениями скелета.

— Ави, ну скелета в питомцы записать даже для тебя перебор. — Кидения покачала головой, мягко улыбаясь.

— Почему это? — фыркнула я. — Мы же будем о нём заботиться! Косточки полировать, кормить

— Ядом? Это не еда, — перебила меня Кида.

— Ну я сделаю сухой яд, не зелье. — Я пожала плечами. — Мне несложно.

Мы подпрыгнули от резко раздавшегося хлопка входной двери. Оглянулись. Скелет баюкал кисть, лишившуюся нескольких пальцев, и обиженно смотрел на ворона.

— Спасибо, Хравен. — Кидения подошла к выходу. Приоткрыла дверь, аккуратно выглянула. Захлопнула, выжидая.

— Соседка там стоит, вглядывается в наш дом, — пояснила она мне. — Если бы не Хравен, лечили бы бабулю от инфаркта!

— Ну я бы попробовала. — Я задумчиво сощурилась.

— Ага, и добила её, — фыркнула Кида, вновь открыв дверь. Собрала валяющиеся на пороге мелкие косточки и заперлась. — Хравен, милый, если он ещё раз решит сбежать, можно повторить. Напугает же их! Надо придумать, как запор усилить. — Она чуть нахмурилась, сосредоточенно потёрла висок.

Ворон кивнул и взмахнул крылом. Вырвавшийся ветерок взметнул кудри Кидении. Она улыбнулась, приглаживая волосы. Оглядела руку скелета.

— Слушай, не знаю, где какой палец у тебя отвалился. Прицепи назад сам. — Она сгрузила ему несколько подобранных косточек в оставшуюся целой ладонь. — И шёл бы ты пока назад в подвал. Я тебе уже не доверяю.

Скелет радостно подпрыгнул и бодро зашагал к люку в полу.

— Тебе не кажется, что он что-то задумал? — Я с подозрением глянула на подругу. — Ну слишком довольный.

Скелет замер, немного не дойдя. На люке уже свернулся клубком змей с разноцветной сияющей чешуёй.

— Может, хочет назад закопаться? — задумчиво пробормотала Кида. По поникшим плечам скелета мы поняли, что именно это он и хотел сделать.

— Слушай, а может, его на чердак засунуть?

— Ну нет, Ави. Там окно открывается, он же в него выйдет.

— Так под окном у нас камнем всё выложено. Рассыплется, далеко не убежит.

— Но мы же потом не соберём его как надо, — напомнила мне Кида.

Я вздохнула:

— Ладно. Давай тогда в чулан?

— О, давай!

Змей с тихим шипением отполз, освобождая проход к узкой тёмной комнатке. Скелет грустно поплёлся в указанную ему дверь, бряцая костями. Как только он скрылся, змей переполз на диван и вновь уснул. Ворон перепорхнул к нему, удобно устроился в кольце и засунул голову под крыло.

— Спасибо, милый. — Кида погладила змея по чешуйкам и вздохнула.

Я промолчала, прекрасно догадываясь о причинах её внезапной тоски. Когда практически все ведьмочки в академии с фамильярами, а кто-то и не с одним — как, например, Луна, у которой, помимо гостивших у нас ворона и змея, есть ещё и волк, — поневоле почувствуешь себя неполноценным. Но мы с подругой привыкли к этому ощущению ещё с детства, пока жили в сиротском доме. Несмотря на это, отсутствие фамильяра Кидения воспринимала очень остро. Я же просто ждала. Всё появится в своё время. Хотя мы понимали, что их отсутствие — наша вина, но пока не были готовы с этим что-то делать.

***

Мы с Кидой подпёрли дверь в чулан тумбой и облегчённо выдохнули. Переглянулись. И рванули наверх, отталкивая друг друга.

Подруга успела первой и захлопнула дверь ванной комнаты прямо перед моим носом. Я расстроенно вздохнула. Всё же надо было при покупке дома лучше расставлять приоритеты и выбирать вариант с двумя ванными. Но они стоили сильно дороже, и выданных нам положенных подъёмных не хватило бы. Особенно с учётом ремонта и обустройства. И так нам повезло найти достаточно крепкий дом, хоть это и был маленький город очень далеко от столицы. Зато жить будем вместе, как и привыкли за долгие годы.

Мне пришлось наматывать круги у двери целых десять минут, пока подруга не вышла, промокая полотенцем волосы. Я тут же нырнула в заветную комнату. Не терпелось смыть с себя землю и грязь! Пока горячая вода очищала и согревала кожу, окутывая клубами пара небольшое пространство, я пыталась придумать, как же переделать экспериментальный яд так, чтобы скелет смог его выпить. И даже более того, чтобы был виден эффект, который мог бы быть на реальном человеке. Или на маге. А так было бы даже лучше, если бы можно было как-то менять. Интересно, не получится ли у Киды придумать какой-то заговор? Она в них хороша даже больше, чем я — в ядах. Оно и неудивительно. Спокойная, рассудительная подруга на уроках предпочитала учиться, в отличие от меня.

Я провела ладонью по запотевшему зеркалу. Глянула на отражение. Светлая кожа, усыпанный веснушками нос, болотного цвета глаза. Тёмно-рыжие волосы, которые кольцами вились, прилипая к вискам. И шрам на горле тонкой полосой. Слишком светлый, чтобы кто-то его замечал: спасибо лекарю в сиротском доме, который потратил много сил и несколько лет на то, чтобы свести его до минимума. Из всех подруг знала о нём только Кида.

Я резко отвернулась от зеркала, сжав губы. Накинула свежее чёрное платье, затянула корсет. Вернула на запястья любимые кожаные браслеты. И вышла, весело улыбаясь.

Глава 2

— Слушай, ты придумала что-то? — Я спустилась, на ходу заплетая мокрые волосы. Приняла из рук подруги чашку с чаем и сделала осторожный глоток.

— Да, заговор наложила. Теперь открыть сможет только реальный человек.

— Ну и хорошо, можно будет выпустить скелетика. Имя бы ему придумать какое-то та-а-акое — Я мечтательно посмотрела в потолок. В чулане что-то упало и зазвенело.

— Хравен, что такое? — Кида обернулась на встрепенувшегося ворона. Тот взмахнул крылом, и поток воздуха распахнул окошко у входной двери. Взвился, вылетел туда, навстречу тёплому лету, пахнущему разнотравьем.

Змей поднял голову, развернулся и с тихим предвкушающим шипением пополз к выходу.

— Похоже, Луна приехала. — Кидения улыбнулась, плавно встав с кресла.

Я кинулась к двери, распахнула.

Наша однокурсница стояла в сумерках у порога. Хравен уже сидел на её плече, зарывшись в её серебристо-жемчужные волосы, которые стремительно светлели. Она шептала ему чтото с тёплой улыбкой, поглаживая серебристые пёрышки. Змей обвился вокруг её руки, прижав голову к её щеке.

— Привет, дорогая. — Я радостно улыбнулась. За четыре года обучения бок о бок я очень привыкла ко всем девочкам, и летние каникулы без подруг каждый раз проходили довольно скучно. Хорошо хоть, что Кида всегда была рядом, а то вообще бы с ума сходила от одиночества.

— Света двух вам, девочки. — Луна подошла к порогу, обняла нас по очереди.

Мы прошли в дом, и я только сейчас заметила, что в ней что-то изменилось.

— Ого, это откуда? — шокировано спросила, оглядывая добавившиеся на коже символы, которые словно лунный свет ей рисовал.

— Я пока не уверена, что могу это рассказать, — мягко ответила она, уселась в кресло и закинула ногу на ногу. Ворон со змеем пристроились рядом со своей ведьмой.

Я состроила глазки, но Кида пихнула меня в бок.

— Ладно, не можешь так не можешь, — покладисто согласилась я, подавая подруге чай. — Но у тебя всё хорошо? Никуда не влипла?

Луна сделала глоток, прикрыв глаза. Мы с Кидой переглянулись.

— Если тебе нужна какая-то помощь, ты только скажи. — Кидения дотронулась до её руки.

— Нужна, — наконец со вздохом ответила она. — Мне очень надо найти одного человека. Заговоришь поисковик?

— Конечно! Тебе срочно или до завтра ждёт?

— Ждёт. — Она улыбнулась, рассеянно наглаживая свернувшуюся у неё на коленях змею.

От резкого звука мы вздрогнули: в чулане снова что-то прогрохотало. Я закатила глаза.

— Вы там кого прячете? — Луна озадаченно посмотрела на нас.

— Ну-у-у — Я хитро улыбнулась. — У нас теперь тоже есть питомец!

Кида фыркнула, глаза однокурсницы загорелись любопытством.

— Покажите!

Я заперла двери и окна, и Кида открыла чулан. Мы втроём сгрудились у прохода, застыв в недоумении. Луна пыталась сдержать смех, тихонько фыркая. Кида сжимала кулаки. Я с ужасом представляла, как теперь это всё отмывать. Вот только есть нюанс: никак! Резко развернулась, отправившись на задний двор через кухню. Стянула с верёвки под яблоней несколько тряпок и пошла назад, вслушиваясь в крики.

Кида хлестала нашего скелета полотенцем, Луна пыталась её удержать, а скелет бегал по всей комнате, заламывая руки.

— А ну, стоять! — рявкнула я так, что даже у соседей зажёгся свет в окнах. Все дружно замерли.

— Ты! — Я ткнула скелету в грудь, чуть не вывихнув палец. — Чтобы завтра же всё убрал! И в чулане, и здесь! Утром блестело чтобы всё!

Я ткнула на пол нашей гостиной и по совместительству прихожей, где на светлых половицах красовались разноцветные отпечатки его костлявых ступней. Всунула ему тряпки и отправилась к чулану — ещё раз оглядеть бедствие. Две банки краски, жёлтая и зелёная, оставшиеся у нас после ремонта, сейчас валялись на полу. Стены, полки, доски и рабочие инструменты, инвентарь — всё было в этих весёлых брызгах. Как и наш скелет. И самое обидное, мы четыре года хранили каждую копейку со стипендий, хватались за любые подработки, жили в режиме сильной экономии, чтобы обустроить свой дом правильно! Мы использовали качественные расходники, долгосрочные, чтобы создать то, чего были лишены практически с рождения, — свой личный уголок безопасности. И краска эта не должна отмыться никакими средствами, если прошло больше десяти секунд! А они прошли.

Я смахнула слёзы, вскинула голову.

— Кида, расположи Луну сама, я что-то устала. Пойду спать, — глухо сообщила, не поворачиваясь ни к девочкам, ни к скелету. Медленно побрела по лестнице на второй этаж, держась за перила. Было ощущение, что даже в родном доме наплевали в душу и заодно потоптались в ней.

***

Утром я замерла на последней ступеньке, обводя взглядом пол. Ни одного пятна! Скелет, тоже чистенький, устало развалился в кресле.

— Но как?! — зло выдохнула я. Нас же уверяли, что эта краска будет служить десятки лет и даже не потускнеет — а тут так легко смылась?!

Скелет поднял руку, в которой сжимал большой пузырёк. На дне плескалась голубая жидкость.

— Что это?

Я подошла ближе, открыла пробку, принюхалась. Мать-и-мачеха чувствовалась сильнее всего. Тоньше играли ещё несколько ароматов: лимон, кора враньего дуба, цветки цалии. Последним отголоском стали листья вихорая, которые обычно использовались для усиления зелий.

— Ты этим отмыл?

Скелет кивнул.

— Где ты это взял?

Он стал изображать работу над зельем, периодически булькая. Я прищурилась, недоверчиво разглядывая его.

— Сам сделал?!

Скелет быстро закивал.

— Где ты это делал и где взял ингредиенты?

Он подскочил и отправился на кухню. Указал на шкафы и полки, где у нас находилось всё для зельеварения, затем — на дверь кладовой с запасами трав. Хоть Кида и была сильна в заговорах, а я — в ядах, однако с обычными зельями мы тоже работали очень много. Даже лавку свою хотели после окончания обучения, когда лицензии получим. Но всё же этот рецепт мне был неизвестен.

Я заглянула в шкафы, в кладовую, но обнаружила всё аккуратно расставленным и чистым. Прибрал за собой?

— А я тебя недооценила, — задумчиво сказала скелетику, отчего тот просиял. В буквальном смысле! У него глазницы засветились тёмно-зелёным цветом.

— Где ты взял этот рецепт?

Он постучал по черепушке. Звон разнёсся по всей кухне.

— Записать можешь?

Скелет вернулся в комнату, попытался взять перо. Оно выпало из костлявых пальцев. Ещё две попытки закончились так же. Он грустно посмотрел на меня, глаза потухли.

— Так, ладно, придумаем что-то. — Я почесала кончик носа. Помолчала. — Спасибо, — тихо произнесла, отворачиваясь от него. Хоть он и просто исправлял свои ошибки, однако это было для меня очень важно.

Наверху раздался шум, послышались голоса. Кида с Луной спускались с чердака, тихо переговариваясь.

— Света двух, Авела. Надеюсь, это не мы тебя разбудили? — Луна встревоженно на меня посмотрела.

Я с улыбкой покачала головой:

— Нет, мне просто надо скоро бежать. Мы с Кидой договорились с сестрой лиеры КерАны, она нас возьмёт на каникулы под опеку в свою лавку. Та, правда, заброшенная, но здесь другой нет, вот она и пытается ещё как-то держаться ради горожан. Хотя зрение уже сильно подводит, зелья не получаются.

— О, это здорово! — воодушевилась Луна. — Хорошая вам практика будет!

— Да-а-а. — Я довольно покрутила браслеты. — Даже если повезёт, мы сможем эту лавку выкупить! Она всё равно не хочет ею уже заниматься. Вот побегу договариваться, на каких условиях согласится. Денег-то не осталось.

Я поникла на миг, но тут же вновь взбодрилась. Жить в экономии нам не привыкать: стипендии в академии у нас не сильно отличались от обычных. Всего небольшая доплата была сиротских. Как и на покупку жилья — с выделенных денег на каждую нам плакать хотелось. Максимум, что на них можно было бы купить, — это сарай в глухой деревне! Хорошо хоть, что мы с самого сиротского дома с Кидой как сёстры и давно привыкли уживаться так, чтобы не ругаться. Благодаря этому смогли сложить монеты и купить один дом на двоих. Хватило ещё и обустроить, и немного серебряных отложить на лето: жить-то надо как-то.

Зато если договоримся с лиерой НехАлой на выкуп частями, то сможем следующий год отсылать ей обе наши стипендии, найдём ещё какую-то подработку — и когда получим лицензию, как только закончим академию, у нас уже будет своя лавка!

— Я чай пить — и побежала. Вы завтракали?

Дождавшись кивков, я ушла на кухню. Налила чай, сунула в рот печенье. Обычно утром не ем, но сейчас неизвестно, сколько времени уйдёт на разговор с лиерой. Сидеть с бурчащим животом не хочется.

Быстро выпив чай, распрощалась с девочками, бросив задумчивый взгляд на скелетика. Тот сидел в уголке и всё ещё пытался победить перо. Надо бы что-то придумать. Но уже позже.

По дороге к лавке крутила возможные варианты разговора с лиерой. Идти надо было не очень далеко, всего минут пятнадцать. Именно столько времени занимало дойти от края города, где мы с Кидой купили дом, до центра. Лучи солнышка припекали, тёплый ветер нежно касался кожи, аромат цветов расплывался по воздуху. На метле долетела бы быстрее и прохладней, но перед важной встречей требовалось немного успокоиться. А неспешный шаг прекрасно этому способствовал. Я шла мимо невысоких домов, окружённых разноцветными клумбами, обходила часто встречающиеся ямки на дорогах. Пыталась выбросить из головы мысли о том, что может пойти не так при нашем договоре, но получилось далеко не сразу. Только в тот момент, когда я ступила на выложенную камнем дорогу, которая была в центре.

Меня встретил гомон располагающегося недалеко рынка, дразнящие ароматы выпечки, яркие вывески и переливающиеся радугой капли воды у небольшого, плохо работающего фонтана. Лавка отличалась от зданий вокруг — красивых, аккуратных, светлых. Наше же будущее место работы было Запущенным, мягко говоря. Покосившаяся дверь, давно облупившаяся синяя краска, выгоревшая вывеска. Горожане и так знали, что именно здесь продаётся, но старались без лишней нужды не заходить и закупались в поездках в соседний город. Получится ли у нас это исправить?

Я толкнула дверь и осторожно вошла в тёмное пыльное помещение. Подгнившая половица подо мной скрипнула, следом послышался треск. Я замерла, медленно перевела взгляд на пол. И со вскриком взмахнув руками, упала в дыру.

***

— Прости, милочка! Ох-хо-хо, вот же беда какая! Сейчас мы тебя подлечим!

Полненькая невысокая старушка бегала вокруг меня, заламывая руки и причитая. Я сидела на хлипком шатающемся стуле, вся в грязи после падения, и морщилась от боли. К несчастью, под полом располагался подвал, и я рухнула туда полностью. К счастью, он был небольшой, и я обошлась без переломов. Только сильно ушибла локоть, повредила ногу и исцарапалась полностью. Ранки кровоточили, а лиера бегала по лавке, подслеповато щурилась и пыталась найти нужные зелья из своего, прямо скажем, скудного выбора.

— Вроде это, — пробурчала она, подбегая ко мне. Открыла пробку. В нос ударил удушливый сладкий аромат ромашки, лунного корня и сумеречника.

— Нет! — Я не успела отдёрнуть ногу с особо крупной царапиной, как лиера уже плеснула на неё зелье. Я замычала от боли, изо всех сил сдерживая не особо приличные выражения: всё же нам с ней ещё работать.

— Ой-ой, прости, милочка!

Старушка шустро заткнула пробку увеличивающего ощущения зелья и засеменила к следующей рассохшейся покосившейся полке. Я тихо стонала, искренне надеясь, что вторая попытка будет удачней.

— Глянь, милочка, может, это? — Она протянула мне маленький пузырёк с открытой крышкой, предусмотрительно не наливая сразу на рану. Я принюхалась.

— Нет, это от жара.

Вот лучше бы им плеснула, там максимум пощипало бы. Ну что за невезение!

Третья попытка удалась. Я сама осторожно пролила раны и царапины, немного нанесла на локоть, тщательно втирая. На ногу не подействовало, ступня всё так же болела. Вывихнула, что ли?

— Ты уж прости старуху. — Лиера часто заморгала, промачивая платочком уголки глаз. — Не позволяет ужо возраст за лавкой смотреть, да и запахи чуять перестала.

— Ничего страшного, лиера, я всё понимаю. — Я снова поморщилась при попытке встать. Получилось плохо. Осторожно присела назад, надеясь, что стул подо мной не развалится. — Скажите, вы подумали насчёт нашего предложения? Про лавку.

— Ох, деточка, подумала. — Она присела рядом. — Я нисколько не против продать вам лавчонку мою. Хоть сердце болеть не будет за горожан наших дорогих! Уехать смогу спокойно, сестрёнка младшая давно зовёт в столицу к ней перебраться, подлечить меня обещает.

Я обрадованно встрепенулась.

— Да вот только не могу я за такую лавчонку деньги брать: совесть не позволяет! — Она прижала руки к груди. — Потому уговор тебе предлагаю.

— Какой? — Я непонимающе нахмурилась.

— Если за остатки каникул справитесь с лавчонкой, почините да доверие горожан заслужите — отдам вам её. Только доверие честно заслужить надо, уж я за этим прослежу. — Она выпрямилась, в помещении заметно похолодало.

Я поёжилась. Не стоило обманываться её благодушным видом и забывать, что в ней течёт кровь не только ведьмы, но и демона — как и в нашей преподавательнице травоведения.

— А если нет?

— Тут уж без обид, а выкупить придётся по полной цене и разом. Не соглашусь платежи частями вносить. Но дам год накопить, до получения лицензии.

— Я поняла вас. — Я задумчиво кивнула. Отремонтировать за два месяца это убитое здание, особенно когда денег не осталось от слова совсем, — это будет сложно. Мягко говоря. И будет очень обидно вкладывать хоть что-то в него без уверенности, что будем следом им владеть. Опасно.

С другой стороны, и сами не можем торговать зельями. Здесь нам хоть за практику зачтётся, мы под приглядом опытной ведьмы, пусть и с некоторыми проблемами. А значит, создадим себе имя. Если в лавку не вкладываться, а воспользоваться этим летом только как рекламой себе на будущее, то можно. А за год накопим и что-то другое придумаем.