Целитель Императора. Переселение душ и запретная магия

— Нам следует быть внимательнее, — сказал Сяо Мин, оглядываясь. — Дай знать, если заметишь что-то странное.

Ван Лао коротко кивнул — и его взгляд уже скользил по толпе с той особой внимательностью, которую Сяо Мин успел заметить раньше: не тревожной, а привычной. Так смотрит человек, который давно научился видеть не толпу, а отдельных людей в ней.

Они прошли мимо лавки с амулетами, мимо торговца редкими травами, мимо старика, который продавал крошечных глиняных драконов и громко нахваливал каждого в отдельности — и тут Сяо Мин остановился.

Запах. Тёплый, сладкий, с лёгкой кислинкой — свежеиспечённые пирожки с красной фасолью. Он узнал его мгновенно, ещё до того, как успел понять откуда.

— Туда, — сказал он и почти побежал.

Ван Лао пошёл следом с видом человека, который не привык следовать за кем бы то ни было, но сейчас решил сделать исключение.

Лавка оказалась небольшой, но очередь перед ней стояла длинная — человек двадцать, не меньше. За прилавком пожилой мужчина с красным лицом едва успевал раскладывать по корзинкам свежие партии. Запах был такой, что Сяо Мин поймал себя на мысли, что, пожалуй, мог бы постоять здесь и просто дышать.

Среди прочих сладостей на краю прилавка стояло блюдо с тем самым угощением, за которым его послала сестра. Одна штука. Последняя.

Сяо Мин вспотел.

Очередь двигалась. Медленно. Невыносимо медленно. Мужчина перед ними — плотный, степенный, с корзиной под мышкой — неторопливо разглядывал ассортимент, потом поднял руку и указал именно на ту сладость.

Ван Лао вздохнул.

В следующую секунду Сяо Мин тронул мужчину за плечо.

— Прошу прощения. Позвольте вас предостеречь.

Мужчина обернулся — и несколько секунд смотрел на молодую женщину перед ним с искренним удивлением.

— Вижу, что у вас есть затруднения с сердцем, — сказал Сяо Мин, глядя на него с профессиональной озабоченностью. — В эти сладости добавляют ягоды красного дьявола — для аромата. Но они дают нагрузку на сердечную мышцу. Вам стоит беречься. Возьмите лучше вон те мармеладки из ягод пуньшу — они вам даже полезны будут.

Мужчина помолчал. Посмотрел на блюдо с ягодами пуньшу. Потом кивнул и попросил мармелад.

Сяо Мин выдохнул с облегчением — и тут же поймал взгляд продавца. Тот смотрел на него без особой теплоты.

— Эмм… — Сяо Мин неловко улыбнулся. — Я возьму ту сладость. Я совершенно здорова, не беспокойтесь.

Он забрал своё и отошёл от прилавка с видом победителя.

Ван Лао подошёл ближе.

— Как ты поняла, что у него проблемы с сердцем?

— Скажем — я предвидела, как он хватается за грудь и падает, — ответил Сяо Мин с невозмутимым видом.

— Хмм. — Ван Лао посмотрел на него. — А ты уверена, что сама абсолютно здорова? Потому что с головой, кажется, есть некоторые сложности.

— Не волнуйтесь, Ваше Величество, — с ехидным спокойствием сказал Сяо Мин. — Мой брат-целитель подтвердит. Он очень меня любит и не допустит, чтобы я заболела или чтобы кто-то меня обидел.

Произнося последнее, он покосился на Ван Лао с таким выражением, что тот не мог не понять — это в его адрес.

— Что-то он не очень похож на защитника, — заметил Ван Лао с лёгкой усмешкой. — Выглядит хрупким.

— Внешность обманчива, — отрезал Сяо Мин, не без обиды, которую сам считал совершенно справедливой.

Ван Лао улыбнулся — и перевёл взгляд вперёд.

— Моя императрица, куда нам теперь?

Сяо Мин моргнул. Обращение прозвучало неожиданно — без сарказма, почти естественно. Он справился с замешательством и ответил:

— Нам нужно навестить тётушку Мо. Она живёт неподалёку. Очень хорошая женщина — присматривала за нами с сестрой ещё в детстве. Надеюсь, ей не одиноко.

— Вижу, она вам дорога. — Ван Лао взглянул на него чуть дольше обычного. — Поспешим.

* * *

Дом тётушки Мо стоял между двумя солидными каменными домами и проигрывал им по всем статьям — маленький, с облупившейся краской на воротах и небольшим огородом, зато ухоженный, с горшками цветов на подоконнике. Пахло здесь чем-то домашним — старым деревом, сухими травами, чем-то сладким с кухни.

Сяо Мин постучал. Подождал. Постучал ещё раз.

Тишина.

Ван Лао оглядел ворота с выражением человека, готового решить вопрос радикально.

— Я попробую выломать—

— Я тут, — раздался голос за спиной.

Они обернулись. На дорожке стояла невысокая пожилая женщина в тёмном плаще, с корзиной ягод в руках. Лицо у неё было доброе, немного усталое — такое лицо бывает у людей, которые всю жизнь работали и не привыкли жаловаться.

— Госпожа Фэнь? — она прищурилась. — Это вы?

— Да, тётушка! — с облегчением ответил Сяо Мин.

— Ох, доченька! — Она заулыбалась и засуетилась с ключом. — Заходите, я как раз ягод набрала к чаю. А кто это с тобой?

— Это… мм… мой слуга, — быстро нашёлся Сяо Мин. — Нан Сок. Мы ненадолго — хотели узнать, как вы поживаете.

— Я как обычно, — сказала она, проводя гостей в дом и принимаясь за чай. — Уже не работаю ни няней, ни сиделкой. Хожу в лес по ягоды, в огороде вожусь. Скучновато стало без вас — хорошо хоть соседские дети есть, на них поворчать можно.

Она поставила перед ними чашки, опустилась на скамью напротив и хитро прищурилась:

— Ну а ты расскажи, как вы там с Сяо Мином во дворце? Я как узнала, что его в армию взяли — удивилась. Совсем же хилый!

Сяо Мин покраснел.

— В-вообще его ещё и в имперские медики записали, — нашёлся он.

— Надо же! Ну туда ему самое место, — кивнула тётушка Мо с видом человека, которому всё давно понятно. — А ты чем занимаешься, Фэнь?

— Я… помогаю императору в важных вопросах, — осторожно сказал Сяо Мин.

Ван Лао, сидевший чуть в стороне с чашкой чая и видом вполне убедительного слуги, слегка приподнял бровь.

— Советую всякое, — добавил Сяо Мин и понял, что ничего лучше не придумает.

Тётушка Мо кивнула с полным пониманием и открыла было рот — и вдруг замолчала.

Сяо Мин сначала подумал, что она просто задумалась. Потом заметил, что она не моргает.

— Тётушка Мо?

Женщина сидела неподвижно. Улыбка застыла на её лице — именно застыла, как маска. Глаза были открыты, но в них не было ничего живого — только стекло.

— Тётушка Мо! — Сяо Мин встал и шагнул к ней. — Она не дышит!

— Умерла? — тихо спросил Ван Лао, уже поднявшись.

— Не похоже, что умерла. — Сяо Мин наклонился, внимательно вглядываясь в её лицо, в зрачки, в цвет кожи. — По крайней мере, пока. Скорее всего она—

Глаза тётушки Мо резко переместились — прямо на него.

И с диким нечеловеческим воплем она бросилась вперёд.

Сяо Мин отпрыгнул раньше, чем успел подумать. Ван Лао среагировал почти одновременно — рука уже шла к оружию.

— Не убивай её! Только обездвижь!

Холод пронёсся по полу. Ноги тётушки Мо сковало льдом до колен — она ещё рвалась вперёд, но уже не могла сдвинуться с места. Сяо Мин, не теряя ни секунды, вытащил из рукава тонкую медицинскую иглу и вонзил её точно в акупунктурную точку на лбу.

Тётушка Мо замолчала. Обмякла. Застыла — как кукла, из которой вынули пружину.

— Не будет двигаться, пока я не вытащу иглу, — сказал Сяо Мин, переводя дыхание. — Но тело истощится само по себе, если мы промедлим. Нужно действовать быстро.

Ван Лао уже держал в руке небольшой талисман. Сяо Мин видел такие раньше — имперские следователи использовали их для обнаружения тёмной энергии. Говорили, что император лично обучался этому у старых мастеров-дознавателей — тех, кто выискивал нарушителей запретных техник. Ван Лао начертил в воздухе несколько символов — те вспыхнули коротким светом и перетекли на бумагу. Затем он отпустил талисман, и тот сам скользнул к столу и лёг поверх корзины с ягодами.

Свечение погасло.

— Как лесные ягоды могли вобрать столько тёмной энергии? — тихо спросил Сяо Мин.

— Кто-то провёл тёмный ритуал в том месте, где она их собирала, — ответил Ван Лао. — Заражение через растения — не самая распространённая техника, но возможная.

— Довольно сильное заклинание, раз дошло до ягод. — Сяо Мин посмотрел на неподвижную тётушку Мо. — Или кто-то наслал заклятие намеренно на этот участок леса.

— Возможно. Но зачем?

— Пока не ясно. — Сяо Мин помолчал. — Если бы мы сегодня здесь не оказались… тётушка Мо умерла бы возле лавки со сладостями. Именно там она и была последний раз в моих видениях.

Ван Лао взглянул на него — коротко, но с пониманием. Ничего не сказал.

— Тёмный ритуал глушит видения, — тихо произнёс Сяо Мин, скорее себе, чем императору. — Поэтому я и не видела ничего после рынка. Будущее человека, попавшего под такое заклятие, становится непрозрачным. Как стекло, покрытое сажей.

— Я попробую запустить в неё свою ци, — сказал Сяо Мин. — Думаю, это должно помочь, — но тут же вспомнил, что находясь в теле Сяо Фэнь он не может пользоваться своей магией исцеления. В её теле он — обычный человек. — Хотя, Ваше Величество, до вас мне ещё очень далеко. Не могли бы вы направить свою ци в эту женщину? Пожалуйста.

Ван Лао взглянул на него чуть внимательнее, чем нужно. Ничего не спросил — просто подошёл к тётушке Мо, положил обе руки ей на плечи и закрыл глаза.

Сяо Мин почувствовал это почти физически — как тепло в комнате стало другим. Не температурой, а качеством — плотным, глубоким, живым. Энергия, которую Ван Лао вливал в старушку, была такой, что становилось понятно: вот настоящая сила. Не показная, не грозная — просто огромная, как река в половодье.

Дыхание тётушки Мо появилось примерно через минуту — сначала едва заметное, потом ровное. Взгляд стал проясняться. Ван Лао убрал руки.

Сяо Мин вытащил иглу.

— Спасибо, дети мои, — прокашляла тётушка Мо, медленно возвращаясь в себя. — Что произошло? Я потеряла сознание?

— Да, тётушка, — мягко сказал Сяо Мин. — Но теперь всё хорошо. Ложитесь и отдыхайте. Нам уже пора.