И сколько в голосе печали...

https://www.youtube.com/watch?v=vYHIiGOSsJk&t=10s

9

Дома я телевизор вообще не смотрю, сейчас, в Ереване включил, и... попал на «Деву озера». Это одна из опер-сериа Россини, не такая известная, как «Семирамида», но время от времени ее все же ставят, у меня с ней три записи, одна очень слабая, хоть и из Ла Скала и дирижирует Риккардо Мути. Мути — лучший интерпретатор Верди, а вот Россини ему чужд, да и исполнители в той записи никуда не годились. В двух остальных имеющихся записях главную партию поют Чечилия Газдиа и Мариэлла Девиа, лучшие, кого можно вообще представить, но в целом ни один, ни другой спектакль не блистал. А тут был хорош именно спектакль. Кстати, это тот самый Метрополитен, который я недавно разругал. У них и тут не все было в порядке, и с составом, и с постановкой, но замечательно было общее музыкальное решение. Недавно я говорил, что интерпретация Россини становится все интереснее, ведь когда в 80-е годы прошлого века его стали «воскрешать», то не было еще никаких «моделей», только партитура, и все. Теперь постановок хватает, и каждый дирижер добавляет что-то «своё»: если Клаудио Аббадо уловил нежность Россини, а Роберто Аббадо показал его бравурность, то Микеле Мариотти (дирижер «Девы») соединил эти два начала. Получился разнообразнейший спектакль. Вообще — запомните это имя. Мариотти хоть и молодой, но дирижирует уже лет десять (говорю по памяти), он главный дирижер Болонской оперы, именно там он поставил «Норму» Беллини, соблазнив на главную партию Мариэллу Девиа, ранее ее не исполнявшую, а еще он часто дирижирует на Пезарском фестивале Россини. Мой прогноз — однажды Мариотти станет главным дирижером Ла Скала.

Сюжет «Девы озера» пересказывать не буду, книга уже на подходе4[4], а вот про исполнение скажу. Это одна из тех опер, которые Россини написал в свой неаполитанский период, то есть главная партия предназначалась для Изабеллы Кольбран, примадонны, ставшей любовницей, а потом и женой Россини, теноровые партии — для двух великих певцов, Нодзари и Давиде. Вот если сопрано, справляющихся с партией Елены, еще можно найти (те самые Газдиа и Девиа), то с тенорами вечная проблема: россиниевские партии и выше, чем вердиевские, и намного сложнее, виртуознее. В этом спектакле пели Джон Осборн и Хуан Диего Флорес. Флорес уже больше пятнадцати лет царит в россиниевских постановках, правда, у него не такой звучный голос и не такая блестящая техника, как у Антонино Сирагузы, но он очень артистичен, обаятелен и старателен, всегда выкладывается до конца. Осборн появился сравнительно недавно, мы его с Гоар вместе послушали в «Вильгельме Телле», было это, значит, года три назад, и он нам сразу понравился — первый англосаксонский тенор, не лишенный эмоциональности и музыкальности при хорошей вокальной технике. Потом я его услышал в «Норме» из Палермо (об этом я писал в заметках). И вот сейчас — «Дева озера». Так он начисто перепел Флореса! Изумительно красивые верхние ноты, и еще — он владеет меццавоче, а это уникально для не-итальянца!

Очень хороша была также контральто Даниэла Барчеллона. Россини творил во времена, когда шел переход с кастратов на теноров, первых уже не было, вторых — еще, и мужские роли с высокой партией часто давали женщинам. К этому надо привыкнуть (что любовник-женщина «пристает» к любовнице-женщине), но, когда привыкнешь, слушаешь уже нормально, потому что контральто — изумительный по красоте голос, Россини предпочитал его всем другим. Бедная Барчеллона, крупная женщина, всю свою творческую жизнь изображает мужчин. Насколько это ей надоело, видно в тех редких случаях, когда ей достается «нормальная» женская роль. Она была замечательна и в «Фаворитке» Доницетти, и в «Путешествии в Реймс», в шедевре Россини. В «Деве» — снова мужская роль; но Даниэла была очень хороша, она и выросла за последние годы и явно замечательно сработалась с Мариотти (от дирижера многое зависит в том, чтобы певица раскрылась).

Главную женскую партию пела Джойс Дидонато; не дотянула. Там очень сложная заключительная ария, и после Газдиа и Девиа каждой певице приходится нелегко в смысле сравнения. Ну и не обошлось без безвкусицы в постановке, была там и ненужная грубость, и «женский» поцелуй, и ну такая «сладкая» концовка, что тошно. У Россини – хеппи-энд относительный, а именно — несчастные шотландские бунтовщики разгромлены, но король (Флорес) прощает и отца Елены, и жениха (Барчеллону). То есть, в принципе, если подойти к развязке со вкусом, можно попытаться как-то эту двойственность выразить. А тут было ну, такое счастье, такое счастье…

Ссылка: https://www.youtube.com/watch?v=29JHWmyfC9E&t=10s

10

Прослушали вместе со свояченицей «Корсар», редко исполняемую оперу Верди. Редко, потому что либретто местами просто идиотское. Это — по Байрону. Был тот поэтом и о правдоподобии событий думал мало. Обычно Верди сильно переделывал исходный материал, вернее, велел своим либреттистам внести изменения, но на этот раз повел себя иначе. Дело в том, что он не хотел писать эту оперу. Он «переработал», а еще у него возникла любовная связь с Джузеппиной Стреппони, с певицей, первой в свое время исполнившей партию Абигайль. Кто не знает — у Верди была трагическая судьба, его жена и двое детей умерли, когда он был еще молод. Ко времени истории с «Корсаром» Стреппони ушла со сцены, жила в Париже, давала уроки вокала, тут они снова и встретились. И зажили вместе. Понятно, Верди было не до новых опер, по крайней мере временно. Но у него был заключен контракт с импресарио Лукка на три оперы, две Верди уже написал, а теперь тот стал требовать третью, и весьма бесцеремонно. Верди попросил «передышки» — нет! Что поделаешь, контракт есть контракт, и Верди музыку написал. Но ни одной переделки либретто на этот раз не потребовал, даже написал Пьяве: «Я никогда не напишу хотя бы более-менее стоящей оперы для этого крайне неприятного и бестактного синьора Лукки».

«Корсар» — на ту же тему, что и «Катарина Корнаро», о которой я говорил недавно: борьба с оттоманскими захватчиками, только действие тут происходит не на Кипре, а на Пелопоннесе. Большой разницы нет, ведь турки явились всюду и, как мы теперь знаем, прочно обосновались в изумительном краю, когда-то принадлежавшем коренным жителям — грекам и армянам, потом византийцам, затем венецианцам и генуэзцам. Кто именно в спектакле воюет с турками за город Корона, венецианцы или генуэзцы, или еще кто-нибудь, мы из поэмы Байрона не узнаем, у него об этом ни слова. Жаль, потому что пропадает исторический контекст. Кто не в курсе, может даже не понять, почему корсары преподнесены как герои. А дело в том, что корсары Средиземноморья и Адриатики той эпохи — не разбойники, они находились на службе у той или иной политической силы и выполняли ее поручения, то есть скорее их можно назвать «нерегулярным военно-морским отрядом».

Теперь, если вы думаете, что «Корсар» — халтура, то это не так. Верди — это Верди, и музыка местами просто замечательная. Прослушайте, например, арию Медоры в исполнении Барбары Фриттоли:

https://www.youtube.com/watch?v=rBpkN9V5b0g.

Есть и полная запись этой постановки, правда, изображение неважное:

https://www.youtube.com/watch?v=M_VfdDaYfwE&t=1597s

В этой записи, которую мы прослушали (Парма, 2008), эту партию исполняла Ирина Лунгу, еще там был замечательный Сеид, молодой баритон Лукка Сальси, и Гюльнара — Сильвия Далла Бенетта. У Сальси мощнейший голос, ему еще немножко не хватает опыта для вердиевских поздних психологически сложных партий, а вот кровожадный Сеид — точно для него. Ссылка:

https://www.youtube.com/watch?v=LwX79uMOJ_s&t=16s

11

Прослушали «Бал-Маскарад», одну из самых удачных опер Верди. Отличное либретто – на основе пьесы Скриба. У французов нет дурацкой манеры морализировать, они пишут, как есть, а любовь у них — оправдание всему, в том числе адюльтеру (хотя тут до этого даже не доходит).

Единственная проблема с этой оперой — Верди пришлось по требованию цензоров поменять место действия. Сперва героем был шведский король Густав III, но незадолго до того, как опера была завершена, произошло покушение Феличе Орсини на Наполеона III, после чего по всей Италии прокатилась волна восстаний, и цензура совершенно озверела. Никаких покушений на коронованных особ и тем более — убийств! От Верди требовали таких изменений, которые уничтожили бы, по его мнению, оперу: сделать короля простым синьором, жену — сестрой, убрать бал, перевести убийство за кулисы, и так далее, и тому подобное. Верди переделывать оперу отказался– разразился настоящий скандал, дело дошло до суда. В конце концов цензоры вынудили Верди перенести действие в Северную Америку времен английского господства, король Густав превратился в английского губернатора, графа Ричарда Вервика, а убийца, граф Анкарстрем, – в креола Ренато.

Певцам «Бал-Маскарад» нравится, об этом можно судить по тому, что есть немало записей с прекрасным составом. Мы со свояченицей прослушали любительскую запись из Каракаса, где Риккардо пел замечательный тенор Вериано Лукетти, певец с поистине вердиевским голосом. Остальные главные исполнители тоже были хороши — и недооцененный баритон Антонио Сальватори, и венгерское сопрано Сильвия Саш. Вот ссылка:

https://www.youtube.com/watch?v=Pb6QnbwPkPM&t=2292s

12

Прослушал или, вернее, дослушал «Аделаиду Бургундскую» Россини. Начал еще до поездки в Ереван, но до конца не дошел, немного осталось. Будь это серьезная опера, такое дробление казалось бы подозрительным, но либретто «Аделаиды», как выразилась Гоар в книге, «бутафорская», и в целостном восприятии не нуждается, просто слушаешь красивую музыку, и все. Россини часто не везло на либретто, да и он сам относился к драматической основе довольно легкомысленно — легкомысленным он и был, это одна из черт его таланта, позволявшей сочинять изумительную музыку на бредовые сюжеты. Из «Аделаиды», кстати, могла бы выйти вполне серьезная опера, ведь сами события ее — из истории. Италия Х века, власть после гибели Римской империи переходит из рук в руки, королева Аделаида, родом из Бургундии, остается вдовой. Беренгарий Иврейский, захвативший власть, чтобы упрочить положение семьи, хочет поженить на Аделаиде своего сына, но жених ей не нравится, и она пишет письмо королю Германии Оттону, предлагая тому и себя, и королевство. Оттон подумал, почему бы и нет, пришел с армией, разбил в нескольких боях Беренгария, короновался в Павии, женился на Аделаиде, а потом стал и вовсе императором Священной Римской империи.

Однако в либретто все эти вполне серьезные события превращены чуть ли не в фарс. Вот описание концовки либретто по Гоар:

«Оттон уверен в победе, Аделаида, естественно, волнуется за него, но не успевает она допеть арию, как битва уже выиграна. Беренгарий и Адальберт попадают в плен, а Оттон женится на Аделаиде и получает корону Италии».

Возможно, при «нормальной» постановке можно было слегка сгладить глупости либретто, но ждать нормальной постановки в наши дни тоже глупо. Историей тут и не пахло, ни по костюмам, ни по декорациям, которые, кроме одной тахты, сводились к видео на заднике. Но какое видео в Х веке, товарищи дорогие!

Тем не менее музыка, как я уже сказал, красивая, и только ради нее оперу послушать стоит. Видеозапись «Аделаиды» — единственная, с пезарского фестиваля, Оттона поет Даниэла Барчелона (снова контральто в роли мужчины), Беренгария — Никола Уливьери, саму Аделаиду — Джессика Пратт5[5].

https://www.youtube.com/watch?v=DiHSZX-xcDY&t=10s

13

Читаю корректуру нашей книги о Россини, ну и, естественно, тянет слушать его. Выбрал на этот раз «Газету», изумительную, хоть и редко исполняемую комическую оперу. Редко исполняют в основном потому, что немало музыки здесь взято из других опер — из «Турка в Италии» и «Пробного камня». Для меня это не помеха, мелодии эти такие замечательные, что можно слушать и в разных операх, даже лучше, разнообразно в смысле сюжета и исполнителей. А сюжет в «Газете» — как раз хороший, это Гольдони, рассказ о том, как некий негоциант помещает в газету объявление, чтобы найти «достойного» жениха для своей дочери. У той, разумеется, уже есть возлюбленный, ну и так далее, множество смешных ситуаций. Спрашиваете, как можно так легко переложить использованную ранее музыку на другой сюжет? Этому есть объяснение. Дело в том, что до Верди музыка в опере четко разделялась на речитативы и собственно музыкальные номера. Речитативы продвигали сюжет, а музыкальные номера были от него относительно независимы. В «Газете», например, есть дуэт отца и дочери (баса и сопрано), который в «Турке» идет как дуэт мужа и жены. Ну, поменяли „sposo“ на „padre“, и все дела, часто даже этого не надо.

Композиторам того времени под влиянием критики казалось, что от речитативов надо во что бы то ни стало избавиться. Избавились. Уже у Беллини они оснащены мелодией, а у Верди так вообще идет непрерывный музыкальный «текст». Да, в чем-то это было шагом вперед. Но в чем-то — и назад. Именно чередуя номера с речитативами, авторы отделяли важное от маловажного. А заодно давали публике возможность немного передохнуть после захватывающего музыкального номера. Но подряд прекрасную музыку все равно не сочинишь, и та, что сейчас стоит на месте речитативов, нередко превращается в надрыв, в крик.

Оригинальной музыки в «Газете» все-таки немало, например, увертюра. Послушаете, может показаться знакомой. Но это от того, что позже Россини вставил ее в «Золушку». А самый замечательный номер в этой опере — это «Тарантелла». Наверняка многие слушали ее в исполнении Карузо или Джильи, но в «Газете» Россини ее исполняет целый ансамбль певцов.6[6]

Могу посоветовать две записи, на самом деле это одна постановка, Дарио Фо, просто спектакли разные, один в Пезаро, другой в Лисеу. Певцы тоже частично совпадают, басы Бруно Пратико и Пьетро Спаньоли поют и там, и там, сопрано разные, но обе хороши и к тому же очаровательны (Стефания Бонфаделли и Чинциа Форте), главная разница в теноре, в Пезаро это будущий первый россиниевский тенор Антонино Сирагуза, а в Лисеу… В Лисеу я во время арии тенора выключаю звук.

Но качество записи лучше в Лисеу, это ДВД. Вот ссылка на этот спектакль: https://www.youtube.com/watch?v=YXfgYLdLeVQ

Пезарского спектакля с Бонфаделли в Ютюбе, увы, нет7[7].

14

Прослушал «Сицилийскую вечерню», оперу, которую очень люблю, оперу сложную, амбивалентную, даже противоречивую — люблю как раз за эти амбивалентность и противоречивость, ну, и за музыку, конечно. Почему противоречивая? Сейчас расскажу.

Случилось так, что Верди подписал контракт с Парижской оперой на новый опус. Либретто должен был написать Эжен Скриб, самый плодовитый, популярный и, что верно, умелый драматург и либреттист той эпохи. Но Скриб взял и смухлевал. Как-то он написал либретто «Герцог Альба» для Доницетти, а Доницетти оперу закончить не успел, умер (намного позже это за него сделал другой композитор). Либретто Скрибу было жаль, все-таки большая работа, и он переделал его для Верди — оставил сюжет, а исторический контекст поменял, вместо Фландрии — Сицилия. Но это еще полбеды. Дело в том, что правили в ту эпоху Сицилией французы из Анжуйской династии, и «вечерня» — это мятеж против них, мятеж удачный, после чего на острове воцарилась Арагонская династия. То есть со стороны итальянцев это как будто борьба за свободу, а Скриб повернул дело так, что мятежники, и особенно их главарь, Джованни ди Прочида, выглядят сущими подонками. В истории Италии Прочида известен как образованный человек, врач, герой, а в либретто он предстает подстрекателем, готовым идти на любые подлости, чтобы достичь своей цели — той самой свободы (мы с Гоар между собой его называли Басаевым). Например, он провоцирует французских солдат на «похищение сабинянок», то есть сицилиек. А еще он приносит в жертву своим политическим целям любовь двух молодых людей, графини Елены, ненавидящей французов, которые убили ее брата, и храброго сироту Арриго.

Сюжет подстроен ловко. Елена, желая отомстить губернатору Монфору, обещает влюбленному в нее Арриго, что станет его женой, если тот убьет того самого Монфора. А в следующей сцене выясняется, что Арриго — не сирота, а сын Монфора. И вот какой выбор встает перед юношей! Убить отца, чтобы овладеть любимой женщиной? Нет, Арриго на это не пойдет, наоборот, когда мятежники на балу собираются убить Монфора (нож, кстати, поднимает именно Елена), он спасает отца. Конечно, он страдает, в глазах Елены и Прочиды он — предатель. Потом ему удается (называя публично Монфора отцом) добиться, чтобы тот простил мятежников. Монфор даже настолько великодушен, что соединяет руки молодых — женитесь и будьте счастливы! Но Прочида все портит, он рассказывает Елене, что начало мятежа назначено на тот момент, когда пара становится на колени перед алтарем и прозвучит колокольный звон. Теперь Елена стоит перед выбором — что делать, выдать Прочиду, соратника, борца за свободу, или позволить ему сочетать венчание с кровью? Она долго колеблется, наконец решает предупредить Арриго, но поздно. В итоге, и Монфора, и Арриго, а по оригинальному (французскому) либретто, и Елену, убивают. Конец.

И вот на такое либретто Верди, патриот Италии, должен был написать музыку! Он долго сопротивлялся, требовал изменений, что-то там и поменяли, добавили, но по сути все равно все осталось так, как было. Вот в чем противоречие этой оперы, и что делает ее особенно напряженной, сложной. Музыка — изумительная.

Записей «Сицилийской» мало, не столько из-за проблем с либретто, хотя итальянцам оно, конечно, не очень по душе, но из-за трудностей вокала. Опера длинная, пять полных актов, и партии четверых ведущих солистов огромные и сложные, особенно тенора, лучше всего ее исполняет (в спектакле Болонской оперы) Вериано Лукетти, замечательный, недооцененный певец, но на этот раз я прослушал другую запись, из Буссето, с родины Верди. Спектакль неплохой, дирижер приличный, Стефано Рандзани, и певцы справляются, поют двое болгар, крепкий баритон Владимир Стоянов (Монфор), один из тех, кто утвердился в Италии, даже Беллини поет, и молодой бас Орлин Анастасов (Прочида). За тенора поет Ренцо Зулиан, нам с Гоар еще при первом прослушивании показалось, что он «работает под Лукетти», возможно, что он его ученик. Но настоящей жемчужиной этого спектакля была Амарилли Ницца в роли Елены, после смерти Даниэлы Десси, по мне, так лучшее вердиевское сопрано, с достаточно сильным для Верди голосом и, что естественно для итальянки, с отличной техникой.

Эта запись есть в Ютюбе, вот ссылка: https://www.youtube.com/watch?v=94a4Qsx4soU

Послушайте, например, дуэт Елены и Арриго из четвертого акта, где он идет к ней в тюрьму и в конце концов признается, по какой причине заступился за Монфора. Дуэт идет в 1.49.30 от начала. Или знаменитое «Болеро» из последнего акта (2.20). А еще лучше — всю оперу, она стоит того. Постановка тоже не самая плохая, это — Пьерлуиджи Пицци, один из немногих оперных режиссеров, кто понимает музыку, и не мешает, а помогает певцам.

15

Прослушал «Фаусту» Доницетти, оперу, которую почти не ставят, я знаю только две записи, одну любительскую (видео) из Римской оперы (1981) и одну аудио с весьма подозрительным составом. Словом, и видео, которое я сейчас прослушал, не блестящее. В чем дело, почему эту оперу так мало ставят и записывают, да еще и малоудачно? Думаю, дело в первую очередь в сюжете. В начальном периоде существования оперного искусства либреттисты и композиторы часто обращались к античной тематике, как к мифам, так и собственно к истории. К XIX веку эту тему так «распахали», что она всем надоела, и с тех пор античность редко попадает на оперную сцену, а даже если попадает, то в каком-то неожиданном ракурсе, как, например, «Набукко» и «Аида» Верди — одна история библейская, другая вовсе про Древний Египет. Похожее дело и с Россини, у него есть «Кир в Вавилоне» и «Семирамида» про Древний Мир, «Деметрио и Полибио» на тему Селевкидов, и только «Аврелиан в Пальмире» о Риме, да и то действие происходит на окраине империи. (Ну, и еще «Моисей в Египте»). У Беллини единственное произведение на античную тематику — всем известная «Норма». Все остальное, что эти композиторы написали, рассказывало в основном уже про Новое время — эпоху европейских королей и королев, герцогов и герцогинь. Наверное, подобный выбор больше подходил для романтизма.

С Доницетти то же самое — если пройтись по заглавиям его опер, то бросаются в глаза такие названия как «Лукреция Борджиа», «Паризина д`Эсте», «Анна Болейн», «Мария ди Рохан» и т.д. Но Доницетти написал очень много опер, и среди них оказалось несколько на тему Рима: это «Римский изгнанник» (1828), «Велизарий» (1836), «Полиуто» (1838), ну, и «Фауста» (1832). Самая интересная из этих опер, как мне кажется, «Велизарий», самая малоинтересная — как раз «Фауста». Доницетти попытался тут показать величие Рима, опера начинается с триумфа Криспа, вернувшегося победителем из очередного военного похода. Помпезное получилось зрелище, и музыка соответствующая. Потом действие становится более интимным, сосредотачиваясь на любовном треугольнике а ля история Федры: Фауста влюблена в своего пасынка Криспа (сына Константина от первого брака), а тот — в некую рабыню. Фауста грозит казнить рабыню, если Крисп не ответит на ее любовь, Крисп становится на колени, умоляя ее не делать этого, и в этот момент входит Константин со свитой. Муж в ярости, он уверен, что Крисп любит его жену, та его разуверять не собирается, в итоге Криспа казнят, а Фауста принимает яд. На самом деле вся история выглядела, как считают, иначе — Фауста донесла на Криспа, чтобы расчистить дорогу своим сыновьям, Криспа казнили, а Константин потом выяснил, что он не виноват, и казнил Фаусту (а затем долго каялся, даже в Византию перебрался, чтобы забыть все). Еще либреттист ввел в сюжет заговор Массимиана, случившийся заметно позже. Но не будем особенно на него кивать, это было последнее либретто Джилардони, он даже не успел его толком закончить, умер; последние штрихи добавил сам Доницетти.

Не исключено, что при превосходном исполнении опера все равно слушалась бы, но в той единственной видеозаписи и с вокалом проблемы, правда, хороши Ренато Брузон (Константин) и Луиджи Рони (Массимилиан), но «не тянут» тенор и, главное, сопрано, то бишь главная героиня, Фауста, (хотя клака аплодирует бурно). В Ютюбе этой записи нет, но не отчаивайтесь, она, так сказать, для отъявленного меломана, такого, который хочет прослушать все-все-все, вам же, думаю, вполне будет достаточно отрывка, вот ссылка:

https://www.youtube.com/watch?v=yljcyKnbT4M&t=8634s

Еще советую послушать арию Фаусты из совсем другой оперы, которую, по-видимому, правильнее всего перевести как «Что уместно в театре и что неуместно» (чаще переводят «Театральные удобства и неудобства»). Это тоже Доницетти, но комедия, очень веселая, события происходят в театре, идет репетиция оперы, и это дает постановщикам возможность совать в действие самые разные арии, что кому в голову придет. Вот в одной из постановок (это, кстати, Ла Скала), и звучит ария Фаусты в исполнении молоденькой Авроры Тиротты. (Ария начинается не сразу, так что – терпение!)

https://www.youtube.com/watch?v=hCx8Dft7KKk

16

Чтобы сгладить не самое лучшее впечатление от «Фаусты», прослушал еще одну оперу Доницетти, а именно «Марию ди Роган». Это его предпоследняя опера; в последней, «Дон Себастьяне», уже чувствуется, что автор болен, а тут — еще нет. Мария ди Роган — это та самая герцогиня де Шеврез, известная всем по Дюма. Историческая ситуация, использованная в либретто, тоже знакома — «день одураченных». Конечно, либретто не сосредотачивается на историческом компоненте, тут в центре событий очередная любовная история Марии — была она вроде любвеобильной дамой, чем и воспользовался Сальваторе Каммарано, тот самый либреттист, который сочинил для Верди «Трубадура», а для Доницетти — еще и «Лючию ди Ламмермур». Ситуация, кстати, похожая на другую оперу Верди, «Бал-Маскарад»: человек любит жену своего друга (правда, граф де Шале не знает, что Мария вышла за герцога Шевреза, венчание происходило тайно), а она отвечает ему взаимностью. Но что важно — никакой нравоучительности! Я сразу представил, как бы эту ситуацию решил граф Толстой: с ним мы бы быстро поняли, что Мария ведет себя отвратительно, а любовник — еще ужаснее. Для Достоевского Мария, пожалуй, вообще была бы исчадьем ада. А у французов не так, у французов любовь — превыше всего, она все оправдывает. Конечно, в итоге все равно дело кончается плохо, муж обо всем узнает и убивает любовника, но это уже, как говорится, в порядке вещей.