Патруль высшей квалификации

— Работайте, а не херней майтесь.

Думая, куда пристроить дефицит, Сергеич обратил внимание на солидного гражданина в длинном светлом пальто и с длинным шарфом, два раза обвивающим импозантную шею. Тот стоял спиной к окошкам.

— Мужчина, — позвал Сергеич. — Вы по какому вопросу?

— Я к начальнику, — не поворачивая породистой головы, сквозь зубы процедил солидный гражданин.

Но Сергеич, не теряя надежды, заметил бледного юношу с пачкой документов. Майор вспомнил, что неделю назад этот парень в очереди уговаривал своего деда не сдавать в утиль старые «Жигули» ВАЗ-2101. И вот, приведя автомобиль в порядок, он ожидал свой автомобильный номер.

— Фамилия? — спросил из окошка Сергеич.

— Бранд.

— Сержант полиции Бранд кем приходится? — продолжил Сергеич.

— Троюродным братом.

— Держи номер, — протянул майор знак с цифрами «220» бледному молодому блондину. — Коньяк ему поставишь, звонил насчёт тебя.

С невозмутимым видом, но с восторженным блеском в глазах парень расписался за подарок в ведомости. Рома, подняв брови, меланхолично покачнул головой, оценивая представление.

Но тут перед окошком оказался тот самый солидный гражданин в длинном пальто, дождавшийся начальника. Он заискивающе улыбался, и почти одновременно раздался звонок:

— Сергеич, подбери уважаемому человеку на «Лексус» номера покрасивее.

Сергеич посмотрел на гражданина, вздохнул и спросил:

— Скажите, что у вас в школе было по математике?

— Отлично, — ответил гражданин.

— Ну тогда в линейке цифр от 221 до 239, исключая 222 и 232, подберите себе что хотите.

Гражданин надолго задумался, вороша в памяти таблицу умножения, пытаясь найти намёк на красоту, а у Ромыча появилась чуть заметная педантичная улыбка.

- Давайте... э-э ... вот этот, 228, — пробормотал солидный гражданин.

Сергеич молча, подавляя улыбку, оформил документы. Получив номера, важное лицо, не говоря ни слова, быстро развернулось и вынесло номер статьи уголовного кодекса «Незаконный оборот наркотических веществ» на выход, Сергеич с Ромычем уже не сдерживаясь расхохотались. А конвейер с обоих сторон стеклянной перегородки продолжил свое движение.

Все персонажи вымышленные, возможное сходство носит случайный характер.

Основано на реальных событиях.

Песни, пляски, Коктебель

Когда мальчишка идет в военное училище, его проверяют не только на знания, подтягивания и здоровье. Главное выясняют, почему нормальный, здоровый юноша вместо летних развлечений и загорелых девушек выбирает старшину и бег под палящим солнцем в противогазе, вместо шашлыка с пивом – перловую кашу с мясом белого медведя (вареным салом), а вместо туманных запахов женской парфюмерии - тяжелый дух пота и сапог. Поэтому психологи на ВВК (военно-врачебная комиссия) выясняют у будущего курсанта, а не дурак ли он.

Вопрос на ВВК: «Курица пробегает 10 метров. Сколько пробежит половина курицы?». Вопрос глупый, это же простая математика, но дальше эти вопросы уходят в народ, обрастают вариантами и уже не различить, где анекдот, а где тестовый вопрос на поступление в военное училище.

Показывают поступающему в училище МВД (сейчас военный институт войск национальной гвардии) красный кирпич и спрашивают:

- О чем вы думаете?

- Эти кирпичи демонстранты кидают в полицейских.

Показывают поступающему в военно-политическое училище красный кирпич и спрашивают:

- О чем вы думаете?

- Из этих кирпичей строится наше будущее.

Показывают поступающему в военно-инженерное строительное училище красный кирпич и спрашивают:

- О чем вы думаете

— Это кирпич марки М 125, максимальная нагрузка 125 кг/см2.

Хотя на самом деле, все абитуриенты и курсанты всегда думают только о девушках. Возраст такой. И девяносто процентов идут в военное училище, чтобы пройти по проспекту в парадной форме, ловя на себе их восхищенные взгляды. И девяноста процентам девушек нравятся красивые, подтянутые курсанты.

В это субботнее утро строй красивых подтянутых курсантов - ансамбль песни и пляски Симферопольского высшего военно-политического строительного училища идет выступать на концерте в музыкальном театре. Училище славилось своим хором, и даже народный артист СССР Юрий Иосифович Богатиков очень любил выступать солистом этого ансамбля, часто общался с курсантами за кулисами, обсуждая службу и офицерские планы.

Игорь и Паша - певцы в ансамбле, с одной роты. Участвуя на концерте, они не успевают подстричься, а не успеешь подстричься, - не пойдешь в воскресенье в увольнение.

Особенно переживал Игорь, который ждал свидания со своей девушкой. Из-за опасности не встретиться с Мариной его поглотила паника. Груз возможной отмены увольнения бил по нервам. Срыв долгожданного отдыха, которого ждал всю неделю, когда можно быть просто человеком, а не единицей в строю, и потеря счастья встречи с любимой, приводили к отчаянию. Он представлял нетерпеливый взгляд её больших глаз с длинными ресницами, когда Марина будет ждать его на остановке. Как в уголках ее манящих губ появится разочарование, и нахмурив тонкие, изящные брови, грустно цокая каблуками она пойдет домой. А вдруг, она после этого не захочет с ним встречаться. Он ненавидел себя за беспомощность.

Курсанты кучками стояли за кулисами, ожидая своего выхода, а Игорь с Пашей, облокотившись о подоконник хмуро обсуждали безрадостные перспективы:

- Ну не отпустят, так не отпустят, - сказал Паша, у которого не было девушки, - зато поужинаем нормально, в воскресенье обычно вкусный ужин дают.

Игорь молчал. В нарушение устава его рука была в кармане кителя, держала листок белой бумаги с нежным запахом духов и отпечатком ее губ, оставленным губной помадой. Перед ним всплыло лицо Марины, запах этих духов лёгкий, как ветерок, смешанный с ароматом осеннего парка, где они гуляли в прошлый раз, и тепло её рук в его руках.

Со скучным видом, как бы говоря: «Не так я планировал выходной», мимо проходит взводный. Игорь помнит его жизнерадостным зубоскалом - старшекурсником Вовкой, любителем травить анекдоты в курилке и стрелять сигареты у младших курсов. Окончив училище, он превратился в несчастного взводного с тревожным взглядом постоянного ожидания кары от командования.

Примерившись к его шагу, Игорь, лавируя между былой дружбой и субординацией, начинает жаловаться на жизнь, на тяжелую курсантскую долю и несправедливость быть лишенным увольнения. А когда командир взвода лейтенант Гавриков в сердцах выпалил:

- Ну что ты от меня хочешь?! Я что ли завтра в увольнение отпускать буду?!

- Пусти в парикмахерскую! Тут два шага, на Пушкина. Через полчаса мы уже здесь как штык. Все равно на сцену не раньше, чем через час выходить. Ну пожалуйста!

- Ну, блин … идите, ну смотрите, блин …, не дай бог чо…, - еще бубнил лейтенант Вовка, ругая себя за мягкосердечность, а Игорь с Пашей уже выскочив из музтеатра, бодрым шагом направлялись навстречу новым приключениям.

За пару минут оказавшись на улице Пушкина, друзья устремились не в парикмахерскую, а на другую сторону улицы - в Дом офицеров, где с занятий курсов кройки и шитья Игорь вытаскивает Марину в коридор, обнимает ее упругую фигуру, с замиранием вдыхает волшебный аромат ее духов и запах яблочной пастилы. Влюбленные радостно обсуждают завтрашнее свидание. Конечно, надо было Пашку отправить стричься, заодно чтобы на шухере постоял, но, когда все мысли о Марине, сразу ломанулись в Дом офицеров, причем оба. Теперь друг мешает обниматься - пялится и смущает девушку.

Игорь и Марина, еще разок поцеловались, после чего курсанты выходят на улицу и попадают прямо на патруль. А патруль в Советской армии был очень строгий и придирчивый:

- Товарищи курсанты, предъявите ваши увольнительные записки.

- Товарищ капитан, мы в хоре в музыкальном театре сейчас выступаем, нас подстричься отпустили, - отвечают друзья, но по недоверчивой физиономии капитана и язвительным ухмылкам солдат - патрульных видно, что дело дрянь.

- Ну, ну, певцы, декламаторы, рассказчики, предъявите ваши военные билеты.

- Товарищ капитан, - не теряют надежды курсанты, - давайте пройдем в музтеатр, там же концерт идет. Но капитан невозмутимо кладет военники в карман кителя и изрекает:

- Следуйте за мной.

В комендатуре Игорь с Пашей еще пытались объяснить дежурному, что никакие они не самовольщики, а должны выступать в хоре ансамбля песни и пляски Симферопольского ВВПСУ, что без них концерт сорвется, но их все равно определили в камеру.

Но тут в комендатуру пребывает подполковник Бородашкин - комендант Симферопольского гарнизона. Обходит камеры, спрашивает, как докатились до такого, что оказались в комендатуре. Когда дошла очередь до Игоря с Пашей, они объяснили, что никоим образом они не в самоволке, а поют в хоре, пошли постричься, а их замели. Про посещение Дома офицеров конечно умолчали.

Повезло, что Бородашин был поклонником как Богатикова, так и курсантского хора:

– Ансамбль… Богатиков? – спросил он неожиданно. Друзья закивали. – «Смуглянку» поете? – Снова закивали. Лицо подполковника смягчилось. – Ладно. Бегите. Пойте. Военники я лично вашему комбату передам. Чтобы без последствий.

Когда два друга примчались в музтеатр и доложили взводному о своих приключениях, тому стало плохо:

- Ну вы чего, придурки, представляете, что со мной комбат сделает?

Но делать нечего, идут петь в заключительной песне, - успели-таки принять участие.

Подпевая в хоре, Игорь с Пашей ощущают запах праздника, витающий внутри строя. Этот опьяняющий, медвяно-терпкий аромат изюма с черносливом не спутать ни с чем. А надо сказать, что в советское время в театрах, как очаг дореволюционной культуры, театральные буфеты освежали зрителя коньяком и шампанским с такой же респектабельной закуской: бутербродами с икрой, с ломтиками красной рыбы и эклерами. И естественно, курсанты на все карманные деньги, пренебрегая дорогими яствами, с восторженным смакованием принялись вливать в себя великолепный только в Крыму доступный коньяк «Коктебель».

Концерт окончен и строй хоровых певцов, с блеском в глазах и счастливыми лицами, благоухая изысканным амбре, прибывают в родное училище, не зная, что информация об их дегустации летит впереди строя. На КПП их встречает комбат впереди шеренги обреченных ротных командиров, стоящих с видом преступников на скамье подсудимых.

Личный состав хора строится перед КПП в две шеренги. Раздается команда:

- Первая шеренга! Два шага вперед шаго-о-ом марш!!! Всегда четко и слаженно выполняемая простая строевая команда в этот раз, отягченная спутанной коньяком координацией, исполняется кто в лес, кто по дрова.

Комбат, с четкой строевой выправкой, широко расправив плечи и держа ноги в зеркально начищенных хромовых сапогах на их ширине, презрительно смотрит на эти неловкие телодвижения, потом на обреченный строй командиров.

Церемониально, в сопровождении помощника дежурного с открытой тетрадкой и ручкой наготове, командир батальона медленно идет вдоль строя. Каждого обнюхивает своим деформированным в боксе газоанализатором и каждого награждает внеочередными последствиями.

Дошла очередь до Игоря – принюхался: ничего, кроме одеколона «Саша». К Пашке – та же история. Лицо комбата выразило искреннее изумление. Он медленно, но по-строевому четко вокруг своей оси развернулся к замершим офицерам и громко прогремел:

– Вот! На кого равняться! Два будущих политработника! Не поддались на соблазны, не пренебрегли дисциплиной и остались верными уставу! Молодцы!

По дороге в расположение, командир роты два раза нас обнял, назвал «мои дорогие», «просите что хотите», и назавтра два счастливых друга – курсанта были отпущены в увольнение в город нестриженными.

Патруль, буфет, комбат остались в прошлом. А впереди ждало самое вкусное приключение.

Основано на реальных событиях.

Кокарда

Кока́рда (от фр. cocardes ) — бант , лента , сложенная кружком сборками, позднее особый металлический или матерчатый знак на головном уборе .

Людочка пришла на работу как обычно в фееричном настроении. Она всегда влетала в кабинет как на встречу друзей и начинала взахлеб рассказывать, как провела вчерашний вечер.

Людочка была племянницей замначальника ГУВД и только-что закончила академию. Задания ей никто никаких не давал и на службу она ходила как на тусовку. Иногда это развлекало, но бывало, что и бесила загруженных сотрудников.

Вообще, женский вопрос в милиции – полиции, а я думаю и в других силовых структурах всегда был непростым. С одной стороны, желание пап и мужей полковников пристроить своих дочек и жен на теплое местечко, чтобы стаж, зарплата и социальные льготы, или здоровое женское желание выйти замуж за брутального мачо, с другой стороны, ситуации, когда на задание или происшествие направить некого: следователь – девушка, опер – девушка, участковый – девушка, водитель – дедушка, а ехать надо на массовую драку.

Подходит как-то ко мне в коридоре полковник Серов, между прочим, целый заместитель начальника Главного Отдела Вн(утренней) Аналитики и Планово-Аналитической Ра(боты) (произносить замучаешься, от аббревиатуры со смеха порвешься) и говорит:

- Слушай, вам же девки в отдел нужны? А то у меня дочка скоро академию заканчивает, не в райотдел же ей идти с операми по ночам черти-где шляться. Как раз каникулы, она к тебе подойдет, ну и расскажешь, кто вы и чем занимаетесь.

- Отлично, - отвечаю, - как раз сегодня сходка крокостанской общины, а мне туда направить некого.

- Издеваешься? – багровеет бумажный полковник и уходит, возмущенно звякая шпорами.

- А ты думал, - мысленно шлю ему вслед, второй Людочка нам не потянуть.

Я, в общем, люблю женщин и, в частности, в полиции.

Однажды, я полгода не знал проблем со справками, отчетами и отказными материалами, пока курсант Марина проходила преддипломную практику. А когда из академии пришло письмо об отличившихся в задержании особо опасных преступников и расследовании резонансных преступлений, я с радостью сообщил об участии Марины в раскрытии хищений в особо крупном размере на предприятии города, потому что ее практика началась, когда она под диктовку оформляла свой первый протокол осмотра места происшествия, а окончание совпало с передачей дела в суд. Потом, вместе с красным дипломом, Марина привезла фотографию, где она награждается в числе троих выпускников. Итого, трое из выпуска блестяще начали карьеру и одна из них девушка – я думаю это нормальное гендерное равенство.

Девушки незаменимы в следствии, в подразделениях по делам несовершеннолетних, в работе с базами данных, а в оперативных комбинациях, когда необходима женская роль, без талантливой, продвинутой оперативницы («Поймать джокера») вообще не справиться. Но и равнять с мужчинами все равно не получается. Как однажды заявил зам по кадрам ГУВД бравый полковник Козлов:

- В полиции нет мужчин и женщин, есть сотрудники полиции!

- Тогда на туалетах уберите М и Ж, а вместо них кокарду повесьте, - раздался под общий хохот голос из зала.

Итак, в этот раз, Людочка пришла на работу в новой белой норковой шапке, положила ее на верх шкафа с документами и потребовала всеобщего внимания:

- Я купила белую норковую шапку, - начала она как на политинформации, - она белоснежная, очень маркая, поэтому ее никому нельзя трогать, мерять, носить и вообще дотрагиваться.

- Ясно.

- Понятно.

- Да кому она нужна, - отреагировали остальные сотрудники, - зачем нам женская шапка?

Но Людочка на этом не успокоилась. Всем, кто заходил в кабинет она повторяла утренний инструктаж. А если кто-то подходил к шкафу, открывал – закрывал дверцы, чтобы взять документы, она напоминала, что на шкафу лежит ее белоснежная норковая шапка и, если она оттуда упадет, он будет покупать ей новую, а она стоит бешенные деньги.

На обед Людочка пошла без шапки, как она сказала:

- На улице тепло, - но при этом добавила, - не дай Бог, я узнаю, что кто-то трогал мою белую норковую шапку.

Вернувшись с обеда, она долго мониторила обстановку на предмет, никто не трогал ее белоснежную норковую шапку или все-таки кто-то потрогал:

- Ты, трогал мою белую норковую шапку? – Напала на одного сотрудника. - А ты, трогал? – Напала на другого. – Я помню, как я ее положила на шкаф, она сейчас не так лежит.

Весь рабочий день проблемы безопасности белой норковой шапки преследовали подразделение. А вечером, когда Людочка стала собираться домой, раздался крик. Сбежавшиеся сотрудники увидели, что на белоснежной норковой шапке, прямо посередине, прям на самом видном месте, в общем, там, где и должна быть, сияет новая форменная кокарда.

Конечно же, в содеянном никто не сознался, а как я уже говорил, сотрудники правоохранительных органов обладают специфическим чувством юмора, все бросились успокаивать Людочку и убеждать, что красивая новая кокарда на этой белой норковой шапке очень хорошо смотрится, ей очень идет, гораздо лучше смотрится и больше идет чем все ее брошки. Когда девушку не удалось убедить, что новая блестящая кокарда на ее белоснежной норковой шапке находится на своем месте, ее убрали, мех пригладили и на белой норковой шапке не осталось и следа от недолгой службы в МВД. Но крик Людочки дошел до кабинета заместителя начальника штаба и в наш отдел был подготовлен запрос: «Немедленно доложить об исполнении пунктов Плана мероприятий по обеспечению безопасности в период подготовки и проведения празднования Нового года и Рождества».

В принципе, это нормально, что высокое должностное лицо реагирует на наглые выходки в отношении родственницы.

Но молодые подчиненные должностного лица, - тоже сотрудники МВД и тоже обладают специфическим чувством юмора. Поэтому, в наш отдел указание пришло в следующем виде: «Немедленно доложить об исполнении пунктов Плана мероприятий по обеспечению безопасности белой норковой шапки в период подготовки и проведения празднования Нового года и Рождества».

Мы, в свою очередь, как люди исполнительные, на основании этого запроса, также направили в райотделы указания о необходимости обеспечить безопасность на предстоящих праздниках всех белых норковых шапок.

На этом можно было бы и остановиться, тихо хихикая по углам. Но, после окончания новогодних и рождественских праздничных каникул, с мест в главное управление полетели отчеты о проведенных мероприятиях по обеспечению безопасности белых норковых шапок.

А именно: сколько всего белых норковых шапок установлено в наличии; из них сколько надевали на праздничные мероприятия; сколько проведено профилактических бесед; сколько похищено; сколько установлено лиц и сколько привлечено к уголовной ответственности за похищение белых норковых шапок.

А на итоговом совещании начальник Главка, заслушав очередной доклад, между прочим, поинтересовался у начальника штаба:

— Это что за внезапный акцент на белые норковые шапки?

Главный планировщик всех составителей планов, глядя ненавидящим взором на наш отдел в зале, покраснел, покашлял в кулак и тихо пробормотал:

— Было указание... я вам отдельно доложу.

Благодаря одной кокарде и нашему запросу, мы на месяц обеспечили безопасность всей норковой популяции региона. А районные отделы до сих пор вспоминают ту зиму с тёплой улыбкой и двойным чувством выполненного долга.