Покровитель сироты

Заметив первых посетителей на своей зоне, поспешила и, поприветствовав, расплылась в улыбке. Подала меню и отошла в сторону.

- Большой осетинский пирог с мясом и соус из сметаны, - пробасил мужчина. – Горный чай с шалфеем и ватрушку с творожно-ягодной начинкой.

Его напарник озвучил свои пожелания, а я быстро набросала в блокноте заказ.

- А шашлык есть? – спросил первый заказчик. – Жорик, ты мясо будешь? – спросил у друга и тот активно закивал,спросив меня предварительно: сочное ли оно и из какого животного.

Хотелось сказать: "Перед Вами меню и там все указано", но боясь показаться грубой пустилась в подробные описания. Хотя сама ела только раз и то малюсенький кусочек.

- Вы не пожалеете, - нагло заверила. – Но время ожидания увеличится.

Мужчины согласились и я поспешила на кухню, отдать заказ и принести чистую посуду, графин с водой.

К обеду гостей стало больше, люди заняли почти все места. Одни приходили, другие уходили, пестря спортивными костюмами, словно цветами в калейдоскопе. Блокнот тощал, подошвы стоп горели, в голове микс из заказанных посетителями блюд. Первые мужчины остались довольны шашлыком и скоростью моего обслуживания, оставив самые большие чаевые. Душа моя ликовала!

К пяти часам люди потянулись на ужин. Солнце садилось и все виды развлечений сворачивались. К семи часам ушли последние посетители, но кафе закрывалось в восемь. Коллеги собрались у барной стойки и обсуждали отработанный день.

- Кажется, неплохо для первого дня, - сложив пальцы домиком и опираясь о барную стойку, подвел итог Павел.

- Да, для несезона хорошо, - добавил бармен Дима. – Горнолыжка еще не открылась, что можно взять с горстки поклонников трекинга, рафтинга и конных прогулок?

- Меня волнует как будем делить чаевые? – спросила Карина.

- Предлагаю общий котел, - заявил Тимур, чем вызвал негодование капризной официантки.

- Я не согласна! – уперла руки в боки Карина.

Я в спор не лезла, присматривалась и принимала правила коллектива. Понимала, что мы команда, но делиться заработанным с поварами или ленивой Каринкой не хотелось. Напарница же доказывала, что деньги хочет получать в чистом виде.

- Я тебе ведь могу подсунуть блюдо с волосом и краснеть придется не мне, - закипал Тимур, нависая над пигалицей.

- Да, или заставить ждать больше времени и отдать блюдо другому заказчику с соседнего сектора, - вступила в спор Ольга и посмотрела на меня.

- Ребята, - попросила Асель внимания. - Предлагаю тестовый месяц. Первый работаем, как предложил Тимур, второй каждая официантка договаривается о проценте повару, с которым сотрудничает.

Я тихо сидела в углу и пыталась принять правила рабочего момента. На кейтеринге у друга мамы я получала заранее оговоренную сумму, не вникая в детали всей кухни. И сейчас понимала, что впереди нас ждет еще немало испытаний, если уже с первого дня мы, словно змеи в серпентарии, делим добычу. Хасанов спустился к нам спустя некоторое время и при виде его спор угас. Он остановился неподалеку от меня, обдав властной аурой присутствующих.

- Я слышал крики, - начал он. - И это в первый день работы кафе. Что делим? – холодно добавил, окидывая всех взглядом.

Пауза. Коллеги смолкли и не решались высказаться. Одно дело грызть глотки напарнику и другое - держать лицо перед начальником. Я опустила взгляд в пол, рядом с его начищенными ботинками, желая сделаться незаметной, ощущая взгляд, прожигающий мое темечко.

- Талхан Яверович, дележ чаевых идет, вам тоже полагается? - дерзко спросила Карина.

А мне захотелось спрятаться под столешницу от стыда за нее. Это какой надо быть невоспитанной, чтобы с начальником так разговаривать? Асель простонала и тихо произнесла: вот дура! А Хасанов поднял брови, не ожидая такого вопроса.

- Нет, Карина, ваши чаевые - это ваши бонусные деньги за качественную услугу, - отчеканил Талхан и я мысленно аплодировала ему. – Но и ссориться из-за них я в своем заведении не позволю.

Он говорил о компромиссе, уважении и духе коллективизма, а я устыдилась. Ведь сама не желала делиться с другими, надеясь, что, трудясь изо всех сил, больше заработаю, скорее отдам ему долг и накоплю на будущее. Мечты мои - наивные надежды рухнули в одночасье. Так опечалилась и впала в задумчивость, что не заметила, как осталась одна за барной стойкой и, услышав символичное покашливание, подняла глаза, встретившись с очами Талхана Яверовича.

- Устала или обидел кто? - мужчина оперся локтем о столешницу и заинтересованно вгляделся в меня.

Между нами расстояние меньше метра. Я чувствовала его лосьон после бритья, видела гладкую кожу щек и подбородка, участливую улыбку и не знала, что ответить. Кажется, это ритуал по вечерам оставаться с ним наедине.

- Никто не обидел, - фальшиво улыбнулась.

Не признаюсь же, что планы мои расползлись по швам. Нет бы уйти и оставить меня одну, он стоял и смотрел выжидающе.

- А мне кажется, ты обманываешь…, - прошептал, склонившись ниже.

Его лицо нависло надо мной, заслонив свет ламп, и я различила свое отражение в расширенных зрачках Талхана.

На краткий миг показалось, он хочет поцеловать меня.

Ой, что за глупые мысли: кто я и кто Хасанов!

Резко отвела взгляд. Сердце забилось от волнения уже в который раз, стоило ему как-то особенно заботливо посмотреть на меня, спросить или невзначай тронуть.

Хасанов понял, что позволил лишнее и отодвинулся, но перед тем, как уйти, напоследок сказал:

- Бажена, не забывай, что я взял тебя под свою ответственность и, если тебя что-то беспокоит, ты смело можешь со мною поделиться.

- Я помню. Спасибо ещё раз, - робко ответила и он, еще немного постояв, нехотя пошел из зала.

Глава 9. Долг

Бажена.

Я гордилась собой! Хотя и плакала ночью накануне. Такой нелегкий труд и чаевых чуть более десяти тысяч. Сдавалось мне, что Каринка, а возможно и Асель утаивали часть их, потому что моя доля составляла большую часть. Наивно полагалась на их честность, сама была честна. Да и как я могла подвести Хасанова? А уволившись, снова начала бы искать работу. Нет уж, я все выдержу, и алчность Карины и хитрость Асель. Я научусь работать лучше и заработаю много, чтобы стать независимой и самой выбирать с кем и как работать.

Хасанов ни разу не намекнул ни о сумме мне данной, ни о моем семейном положении. Я привыкла к его присутствию рядом и уже не шарахалась от него, не дергалась что меня поругает за некую провинность. А эти мгновения, что мы иногда совместно ужинали или провожали закат, рождали песню в душе, тайну, единый мир, где только двое. Хасанов не только дышал благородством, надеждой, доверием и силой, он привлекал меня как идеал мужчины. Но я знала, что у него есть девушка. Успешная красавица-фотограф, которую мы вдоль и поперек рассмотрели в социальных сетях. И они смотрелись идеальной парой. Я лишь тихо завидовала этой женщине и надеялась, что она, эта Венера сделает Хасанова счастливым.

Сегодня день зарплаты. Но меня он не радовал. Деньги придется вернуть. И как бы мне не хотелось с ними расставаться, долг висел словно Дамоклов меч.

Талхан.

Прошел месяц со дня открытия “Токмака”. Бесспорно трудный во всех смыслах. Обстановка в коллективе хромала. Вопрос с чаевыми периодически вызывал спор о несправедливости разделения. Повара ратовали за свой труд и что без них не будет оно существовать, официантки за то, что сверху положенные - это их личная заслуга.

Баринова трудилась молча, выдерживая нейтралитет. Но боевой пыл ее немного угас, в сравнении с прежним, еще до начала работы кафе. Иногда мы вместе провожали закат, урвав пятиминутный перерыв. И такие моменты единения трепетом отзывались в закромах моей души, напитывая меня энергией, что я так привык, ища всякий раз Бажену взглядом у панорамных окон или на террасе. Я себя не узнавал. Она перестала убегать от меня, стоило подойти ближе. Если на небе кучковались облака, девушка спрашивала: "Что Вы видите? Какую фигуру?", загадочно улыбалась, нафантазировав свою и пытая меня. Я смотрел под разным углом на рваные полоски перистых или вздутых кучевых и выдавал какую-то чушь, от которой она звонко хохотала. Потом снисходительно смотрела в глаза и капризным, поддевающим тоном говорила: "Талхан Яверович, в Вашей фантазии глубокие пробелы. Разве же не видно, что это голова тигра?" Или: "Здесь упряжка с оленями, видите полозья", указывая на ровные белесые нити вдоль горизонта. Ни черта я не распознавал, где морды животных, а где иные предметы, зато на расстоянии чувствовал присутствие девушки и нежный аромат луговых цветов. Моя забота о ней легла тяжелым грузом на совесть и всякий раз, желая остаться наедине, я оправдывал свой поступок ответственностью за сироту.

Сегодня я выдавал первую зарплату. Даже немного накинув больше, чем внес в расходную смету. Понимал, что первый год могу работать в убыток.

Баринова, едва расписавшись в табеле и получив свою оплату, достала из кармана несколько недостающих купюр положила на стол, слегка подвинув ко мне, сказала:

- Я возвращаю Вам долг, Талхан Яверович.

Что?! Какой еще долг…? И тут я вспомнил, как давал ей денег, придя домой. Однако гордая. Не помню, чтобы какая-то девушка, из тех немногих, что были у меня что-то возвращали. Я брезгливо взглянул на стопку купюр, потом в лицо Бажене.

- Забери, прошу тебя. Забудь о долге. Я просто тебя поддержал. Считай, купил твое доверие.

- Я так не могу! – активно покачала головой в стороны. – Вы одолжили их и я обязана Вам вернуть долг.

- Мне не нужны они! – рявкнул, поднимаясь из- за стола. – На что ты будешь жить, отдав все заработанные деньги?

- У меня еще остались. Хватит до следующей зарплаты, - стояла на своём.

Кошмар! До чего я докатился, заразившись денежной лихорадкой, споря о них. И как быть? Как заставить ее взять их обратно? Насильно только…

- Бажена, послушай, - начал увещевать, выходя из-за стола, зацепив купюры. - Считай это подарком ко дню рождения, а?

- Оно в декабре, а сейчас ноябрь, - отступала назад, не сводя с меня глаз.

- И что? Это уже скоро, дарю тебе заранее, - протянул деньги и, уже схватил за руку, желая вложить в ее ладонь, как девчонка вырвалась и побежала к двери, а я от неожиданности застыл в позе идиота с веером зеленых и синих купюр.

Обернулась.

- Заранее не дарят. Плохая примета, - и, дернув за ручку двери, выскочила вон.

- Вот ты же, зараза мелкая, обыграла, - ударил пачкой об столешницу, раскидав пресловутый долг.

Глава 10. Двое

Бажена.

Сегодня наплыв посетителей и ноги к концу смены просто гудят. Одно желание – принять душ, упасть в постель и забыться глубоким сном. Асель выходная и с утра уехала в поселок, а мы работали с Каринкой. За месяц мы так и не привыкли к друг другу, не стали подругами, объединяли только рабочие моменты.

Захватив халат и полотенце, я отправилась в душевую комнату. Быстро смыв пот и вымыв волосы, закутала голову полотенцем, накинув халат, выглянула в коридор. Никого не обнаружив, выскочила в дверь и пошла обратно в комнату. Но едва закрылась за мной дверь, я ощутила в нашей общей комнате чужое присутствие.

Пок