Итой. Искупление

Итой улыбнулся уже шире.

— Как приятно. Всё ещё способен на ответные уколы. Значит, окончательно не одомашнился.

Сеичи поднялся чуть выше на хвосте. Воздух сразу потяжелел.

Саша, даже не понимая всех нюансов, понял главное: сейчас опять что-то рухнет.

— Эй! — выдавил он. — Родители скоро вернутся!

На этот раз замолчали оба. Итой первым перевёл взгляд на дверь. Потом медленно осмотрел гостиную.

Разбитая полка. Осколки. Съехавший ковёр. Следы хвоста на полу. Саша у стены. Сеичи в полузмеином облике.

— Да, — произнёс эльф почти задумчиво. — Объяснить это последствиями комы будет несколько затруднительно.

— Несколько?! — сорвался Саша. — Да мама умрёт на месте!

— Не драматизируй, — сухо сказал Итой. — Судя по её эмоциональной устойчивости, она просто потеряет сознание. Возможно, дважды.

Саша уставился на него с таким видом, будто пытался понять, можно ли ударить родную сестру, если внутри неё сидит высокомерная сволочь.

Сеичи, наконец, убрал руку от его бока.

— Дыши.

Саша осторожно вдохнул. Боль всё ещё была, но уже глухая, терпимая. Рёбра больше не резали при каждом движении. Он потрогал бок и вытаращился.

— Ты правда… вылечил?

— Не полностью. Нужно время.

— Время, которого у нас нет, — напомнил Итой. — Если Вика прошла через нестабильную воронку, след начнёт распадаться. Чем дольше ты здесь ползаешь кругами и играешь в заботливого целителя, тем меньше шансов определить направление.

Сеичи медленно повернулся к нему.

— Тогда говори.

— С удовольствием. Но сперва условия.

Тишина стала такой плотной, что Саша даже перестал щупать свой бок.

— Усссловия? — переспросил Сеичи.

— Разумеется. Я помогаю тебе найти Викторию. Ты помогаешь мне.

— В чём?

Итой посмотрел на него внимательно.

Слишком внимательно.

— В ближайшие месяцы ты находишься рядом со мной. Неотлучно.

Саша медленно открыл рот.

— Что?

Итой даже не взглянул на него.

— Мне нужен твой дар, Глава.

Вот теперь Сеичи застыл, затем резко бросил

— Нет,

— Как быстро. Даже почти невежливо. А Вику ты хочешь найти? Уверен время течет по разному в обоих мирах. Очнутся не успеешь и к тебе вернётся не прекрасная дева...а не иссохший труп.

Воздух снова дрогнул. Итой не отступил. В теле Даши это выглядело почти нелепо — хрупкая молодая женщина против полузверя, от которого трещал сам дом. Но в глазах Даши сейчас не было ни капли страха, только холодный расчёт.

— Не сссмей, — тихо произнёс Сеичи.

— Я лишь озвучиваю очевидное. Тебе нужен я. Мне нужен ты. Какая удачная, почти трогательная взаимозависимость.

— Я найду её без тебя.

— Возможно. — Итой чуть наклонил голову. — Но ты ведь не уверен. Иначе уже был бы там, а не стоял здесь, пытаясь испепелить меня взглядом.

Саша смотрел на них, всё ещё прижимая ладонь к боку, и вдруг отчётливо понял: эти двое действительно давно знакомы.

Не просто знакомы.

Между ними было что-то старое, тёмное, настолько тяжёлое, что комната, казалось, провисала под этим грузом.

И его сестра была в центре всего этого. От этой мысли Сашу снова замутило.

— Ты хочешь использовать его, чтобы… что? — спросил он, сам не понимая, зачем вмешивается. — Вернуть себе магию?

Тогда как его сестра вернётся? Итой наконец посмотрел на него. И впервые за всё время в его взгляде мелькнуло не раздражение, а холодное одобрение.

— Не так безнадёжен, как казался.

— Это не ответ.

— Это всё, что ты пока способен переварить.

— Да ты издеваешься.

— Разумеется.

Сеичи резко повернул голову к окну. Саша тоже услышал. Во дворе хлопнула калитка. Потом голоса. Женский и мужской. Родители.

Саша побелел так, что даже исцеление не помогло бы.

— О нет.

Итой медленно посмотрел на Сеичи.

— Вот теперь, целитель, у нас действительно мало времени.

Сеичи сжал пальцы. Белые волосы всё ещё рассыпались по плечам, хвост занимал половину гостиной, а за дверью уже раздавались шаги на крыльце.

— Если ты попытаешься обмануть меня… — начал он.

— Убьёшь? — подсказал Итой. — В очередь.

Саша закрыл глаза.

— Я точно сошёл с ума.

— Нет, — сухо сказал Итой. — Просто наконец-то оказался в относительно правдивой картине мира.

Ключ в замке повернулся. Сеичи двинулся первым. Не к двери, а к воронке, которой уже не было.

Он провёл ладонью по воздуху в том месте, где исчезла Вика. Пространство едва заметно дрогнуло, отвечая ему тонкой рябью. Итой тут же шагнул ближе, забыв на миг о слабости тела.

— Вот, — произнёс он резко. — Не дави. Ты разрушишь остаточный след. Дай ему распасться по краям и удержи середину.

Сеичи бросил на него взгляд и впервые за всё время не возразил. Саша смотрел на них с открытым ртом.

Дверь начала открываться.

А посреди разгромленной гостиной, между осколками стекла, книгами, следами хвоста и едва живой человеческой нормальностью, два существа из другого мира впервые за долгие годы оказались вынуждены действовать не друг против друга. А вместе.

ГЛАВА 10. ПРЕДЛОЖЕНИЕ, ОТ КОТОРОГО НЕ ОТКАЗЫВАЮТСЯ

САША

Сутки спустя я сидел на кухне, пил остывший кофе и старался не смотреть под стол. Не потому что там было что-то интересное. Наоборот.

Мне очень не хотелось проверять, точно ли у Сеичи ноги. Вчера у него ног не было,у него был хвост, настоящий, белый, огромный. И способный превратить нашу гостиную в филиал строительного мусора.

А сегодня он сидел напротив меня как нормальный человек. Почти. В чёрной рубашке, с собранными волосами, с чашкой чая в руках и таким лицом, будто максимум, что случилось, — мы вчера чуть шумновато передвинули мебель.

Я опустил взгляд на его руки. Человеческие. Пальцы длинные, спокойные. Только я слишком хорошо помнил, как эта рука вчера сжимала горло моей сестры. Нет. Не сестры. Тела моей сестры. Господи.

Я провёл ладонью по лицу и уставился в кружку. Кофе остыл. Конечно остыл. Я его уже минут двадцать держал, как спасательный круг.

На другой стороне стола Даша — или то, что сейчас называло себя Итоем, — ела тост. Вот тут мозг тоже спотыкался.

Потому что выглядела она как Даша. Моя Дашка. С её светлыми волосами, с её лицом, с её родинкой возле ключицы, с её пальцами, которые я помнил с детства, когда она вцеплялась в мою куртку и орала, что я обязан тащить её на качели.

Она сидела по-мужски. Нога закинута на ногу. Локоть на столе. Взгляд такой, будто не кухня у нас маленькая, а мир недостаточно просторный для его драгоценной персоны.

— Ты опять смотришь, — сказала она.

Голос Дашин. Меня передёрнуло.

— Не опять.

— Уже третий раз за последние пять минут.

— Считал? — окрысился на него.

— Ты очень однообразен в проявлении ужаса. Это утомляет.

Я сжал кружку крепче.

— Прости, что не развлекаю тебя достаточно качественно.

Даша медленно подняла взгляд и улыбнулась. Лучше бы не улыбалась. Вот именно это бесило сильнее всего.

— Уже лучше. В тебе просыпается характер.

— Он у меня и так был.

— Просто прятался от стресса?

Я открыл рот, но тут Сеичи поставил чашку на стол, очень тихо. А у меня слова застряли в горле. Я ненавидел себя за это. Правда ненавидел. Но тело помнило вчерашнее лучше головы. Помнило треск пола. Хвост. Тьму в глазах. То, как мебель летела в сторону, будто ничего не весила.